Любимая моя, жена другого

1998

Восемнадцатое декабря. День рождения Роберта Голда младшего. Хотя этот день никогда не был праздником в их семье. В первую очередь это был траур. Траур о покойной Маргарет Голд. С самого утра Роберт поспешил убраться из дома и был зол, на то что его день рождения выпало на воскресенье. Отца он видеть не желал и терпеть его презрительные взгляды не мог. Он пытался его понять, ощутить хоть каплю той боли которую тот испытывает в этот день, но не мог. К матери у него не было никаких эмоций. Он просто её не знал. Изображение на портрете в гостиной и оставшиеся фотографии, могли показать насколько она была красива, но не могли показать какой она человек. За 14 лет жизни он наскреб о ней скудную информацию. «Маргарет Фейн, по замужеству — Голд. Умерла в возрасте 31 года. Играла на скрипке и говорила на французском. Курила исключительно крепкий табак.» Юноша по крупинкам выстраивал образ матери из разных историй её знакомых и каких либо коротких фраз отца. Но всё ещё она была для него бездушным изображением на холсте. Пускай красивым, но бездушным. Единственные люди, которые хоть как-то напоминал Роберту, что сегодня его праздник — это няня и Лия. Гувернантка дарила Роберту какую нибудь мелочь, на что он благодарил женщину и просил впредь ничего ему не дарить, но та не слушала. Так же как и Лия. — Ооо, вы гляньте кто проснулся, ну иди к нам! — Раздался голос из гостиной, когда Роберт почти вышел на улицу. Понимая, что выбора у него нет, Роберт развернулся и прошёл в гостиную. Друзья отца сидели за столом и многие были уже пьяны. На часах было всего восемь утра. Отец смотрел на сына, знакомым ему, болезненным взглядом от чего Роберт отвернулся. — Нет, вы посмотрите, как подрос! Бобби, ну полная твоя копия, ты только посмотри! — Какая-то женщины под шафе ткнула мужчину в плечо рассматривая парнишку. Голд старший выдавил из себя улыбку и кивнул приглашая сына сесть с ними. Роб колебался около минуты и всё же сел на свободное место. — Ну он же не ксерокс в самом деле, — засмеялся партнер по бизнесу отца, который сидеть напротив него, — вот смотрите, глаза Марго. Голд слушал эту фразу уже 14 лет подряд и она ему порядком надоедала. У его отца тоже были карие глаза, но у Роберта они были светлее и отдавали янтарным блеском. На слова гостей Роб не реагировал и надеялся, что отец скоро позволит ему уйти и не мешаться. — Ты же французский учишь, да, Робби? — Кто-то положил руку на плечо юноши и тот вздрогнул от неожиданности, а затем кивнул, — ооо…помните как Маргарет щебетала на нём бегло, мур, мур, мур, что-то там говорила, особенно когда радовалась. Каким же она была жизнерадостным человеком, пусть покоится с миром… — Вздохнул мужчина и послышался звон рюмок и стаканов. У Роберта встал ком в горле и чувство непонятного стыда вновь накрыло с головой. — Ангелы долго на земле не задерживаются, — подал голос Голд старший печально улыбаясь. — Ой, этот ангел чертям такую бы взбучку устроил, мало не покажется, — махнула рукой всё та же женщина рядом с Голдом поправляя короткие русые волосы, — Её ж если разозлить…ох, помню как в юности она в драки влезала и что интересно, выигрывала! — Это где? Когда вы в интернате были? — Спросил кто-то с другого края стола. — Нет, из интерната её забрали лет в 10, но она там тоже дралась. Авторитет же надо зарабатывать было. У Роберта чуть не вырвался истерический смешок. Он никак не мог связать утончённый и нежный образ матери и драки. Подняв глаза на отца, тот мягко и тепло улыбался. Видимо эти воспоминания грели ему душу, но крепко сжатая в руках рюмка говорила о том, как он напряжён. — Мама…была сиротой? — Любопытство взяло вверх и парень поднял глаза на женщину, которая по его мнению была её подругой детства. — Как, ты не знаешь? — Изумилась она и посмотрев на Голда покачала головой, — Мальчик мой, родители твоей мамы оставили её в приюте, когда Маргарет была ещё совсем, совсем маленькая, — ласковый тон женщины Роберту не понравился, но он не стал её перебивать, — там мы с ней познакомились. Как и всем безымянным сиротам девочкам ей дали имя Джейн, я вот тоже Джейн, но её взяли в семью и дали новое имя, а мне вот нет, — женщина говорила это без злобы и как-то по будничному, — За яркие волосы её дразнили поэтому она и дралась. Потом ее выдали замуж и… — Женщину прервал звон приборов об посуду и Джейн вопросительно посмотрела на Голда старшего. — Ты куда-то собирался? — Ели сдерживая раздражение спросил Голд сына. — Да, я… — Вот и идти, нечего уши тут греть. Дважды Робу повторять не пришлось. Он вскочил из-за стола, быстро со всеми попрощался и вылетел из дома. Хоть ему и хотелось послушать историю матери, но уйти от траурной обстановки ему хотелось ещё больше. Холодный свежий воздух был необходим. Достав из кармана телефон Голд написал Лии, может ли она выйти на улицу. Отойдя от дома на приличное расстояние он закурил обдумывая рассказ некой Джейн, который дополнил его образ о Маргарет, но этого всё равно было слишком мало. В день своего рождения он каждый раз возвращался к воспоминанию из детства, когда он впервые увидел маму.

***

1989

Роберт проснулся от громких звуков на первом этаже дома и голоса отца. Он на кого то кричал. Это напугало мальчишку, но он всё же решил спуститься. Протерев сонные глаза он увидел как в дом заносят большую картину какой-то рыжеволосой женщины. Мальчишка отметил, что она похожа на королеву, ведь та была очень красивая. Тихо подойдя к отцу, который прикрикнул на рабочего, чтобы тот нёс картину аккуратно, обозначил своё присутствие, но Голд старший этого не заметил. — Кто это? — Завороженно смотря как картину вешают на стену в зале спросил пятилетний Роберт. — Мама твоя, — нехотя ответил Голд с презрением посмотрел на сына. У мальчишки распахнулись глаза и теперь он смотрел на неё с ещё большим восхищением. В первый раз он спросил о маме год назад и получил достаточно чёткий ответ. Она мертва. По отцу он тогда видел, тот хотел сказать что-то ещё, но не стал. И очень разозлился от того вопроса, поэтому больше Роберт не трогал эту тему. Фотографий мамы он не видел, как рассказала ему няня, отец их сжёг, что бы не напоминать себе лишний раз о ней. Оставил лишь со свадьбы, потому что они были слишком дороги, но даже те держал в сейфе, как невероятно ценное сокровище. А сейчас заказал портрет, да ещё и повесил на такое видное место. Снял траур? — Какая она красивая… — Прошептал Роберт младший. — Очень красивая, а ещё прекрасный человек… — Положив свою руку на плечо сына с грустной улыбкой ответил мужчина. — Из-за чего она умерла? — Решился спросить Роберт и вжал голову в плечи от страха. — Из-за тебя. Слова ударили по вискам и Роберт непонимающе уставился на отца. Мальчик не понимал, как может быть виновен в смерти своей матери, что он такого сделал? Может он чего-то не понимает или перепутал? — Как…из-за меня? — При родах умерла, умерла что бы тебе, засранцу, жизнь подарить, так что цени это. — Сказал мужчина и отошел от сына, чтобы расплатится с грузчиками, оставляя маленького Роберта с тяжёлыми мыслями одного. Роберт подошёл к картине ближе и увидел в нижнем углу картины надпись написанную красивыми буквами золотой краской. Роберт присмотрелся и прочитал по слогам. «Мар-га-рет Голд… Маргарет…» Глаза защипало от слез, и он вытер их рукавом пижамы. Рыжеволосая красивая женщина сидела на кресле, как царица и строго смотрела на мальчика. Точнее, ему казалась, что она смотрит прямо на него. — Прости мам… Я не хотел, — прошептал Роберт и думал подойти ещё ближе, но гувернантка увела его одеваться.

***

Роберт быстро вынырнул из воспоминаний и тряхнул головой избавляясь от тревожных мыслей. Сделав еще одну затяжку, Голд выкинул окурок направляясь в заброшенный особняк, который служил домом для таких проблемных подростков как он…

***

Как обычно после утрени в воскресенье оставалось «личное», если его так можно назвать, время. Оно давалось отцом как подарок за хорошее и прилежное поведение. Обычно, оно бывало после службы в церкви. Нужно было час слушать речь батюшки, сидеть по швам. И после этого, можно было считать, что ты свободен. Если отец решил что дети достаточно трудились и были богопослушными всю неделю, он разрешал им отдыхать, но тоже трудясь. Вот, например, сейчас, Лия доделывала сочинение которое задали на понедельник, ей было легко его писать, мысли и идеи будто сами шли на бумагу, но когда запиликал телефон, девушка отвлеклась от него и отправила короткий ответ:

Лиичка:

Конечно, именинник. 10 минут, где встретимся?

Золотце:

Блеск, спасибо.) Давай возле нашего заброшенного дома, я почти там.

Золотце:

И не называй меня так.

Добавив к сообщению злые точки и скобочки, которые выражали его негодование, Голд убрал телефон в карман и одел на руки перчатки без пальцев, получше кутаясь в зимнюю куртку. Роберт всё ещё обдумывал слова той женщины, конечно он видел её раньше, а теперь он ещё и узнал второе имя матери. Лия быстро собралась, она знала что сегодня за день и понимала: нужно быть как можно скоро. Схватив коробку обмотанную цветастой бумагой, она вышла из дома. Лия знала, что Роберт будет долго отпираться от подарков, говорить чтобы в следующий раз такого не было, но тем что она делала, Лия хотела показать, насколько ей важен Роберт и что, пусть его день рождение для всех траур, но для неё самый радостный и лучший день, ведь в него родился её единственный лучший друг. Они дружили уже семь лет и ни разу не ссорились, разве что в шутку. Девушка прочитала ещё одно сообщение от друга, улыбаясь тому как он смешно злился и скорее побежала к заброшенному дому. Со стороны он выглядел устрашающее, выбитые окна, облупившаяся краска, прогнившая крыша с дырой по боковой части, где прежде было окно чердака. Внутри ситуация была не лучше, хотя, такие же потерянные дети как и Роб с Лией, заклеили окна плёнкой, но с улицы казалось, что ничего нет. Почти на каждом этаже валялись матрацы найденные на помойках города, подростки старались поддерживать хотя бы иллюзию чистоты, выбрасывая за собой мусор, ведь всегда помнили ту самую пословицу, про колодец. Дверей не было, точнее они валялись на полу, выполняя функцию своеобразных сидений и пепельниц одновременно. Поднявшись на второй этаж, по старым и разбитым ступенькам, на которых уже рос мох и лишайник, девушка подбежала к Роберту, улыбаясь ему. Она знала как он ненавидит этот день, но не поздравить не могла. — Привет, именинник, моё утреннее поздравление ты видел, ну, а это я думала что отдам в понедельник. — Лия протянула пёструю коробку Роберту, а затем улыбнулась. Она долго думала что подарить другу, но всё же остановила свой выбор на том, что упоминал Роберт. — Поздравляю тебя с днём рождения, желаю счастья, здоровья и всего, всего самого хорошего. — Лия крепко обняла друга и отстранившись улыбнулась ещё шире. Голд ответил на объятие Лии и на душе стало теплее. Смотря как Лия улыбается, на его лице тоже появилась лёгкая улыбка. — Нет Лия, я не возьму. — Роберт тут же помрачнел, сунув руки в карманы и мотнул головой, — спасибо конечно, но не нужно на меня тратится и уж тем более поздравлять, уже 100-й раз тебе об этом говорю, но ты даже слушать не хочешь. — Покачал головой парень и его губы сжались в тонкую полоску. — А ты возьми! — Лия схватила друга за локоть и в промежуток между телом и рукой всунула коробку. — Не буду я тебя слушать. Бред какой-то несешь — строго посмотрев на друга сказала она. — Тц, — Роберт закатил глаза, но понимая, что Лия не успокоится, взял коробку и сев на деревянную досточку, поставил его на колени стряхивая снег и приглашая Лию сесть рядом. — Ты чего такой хмурый? — Да, Лия знала о всей ситуации с Маргарет, но раньше в этот день, Роберт был совершенно другим. Менее задумчивым и более разговорчивым. — Сегодня 18 декабря, вот и хмурый. Отец смотрит на меня как на врага народа, будто я блять просил себя рожать, — сквозь зубы процедил Голд и пнул со всей дури какой-то камень в стену. — Ну что ты… он просто печален потерей… Жаль что это выпало на твоё день рождение и вообще случилось… Но ведь, ты в этом не виноват… — Лия попыталась подбодрить друга, ей не нравилось смотреть на то как он грустит. Девушка расстегнула куртку и сняла шапку, ей опять было душно. — Бухать по чёрному и по борделям ходить, вот это печаль! — С сарказмом Голд развёл руками и достал пачку сигарет протягивая Лии, — великая любовь, вдовец несчастный. — Выпустив дым от зажженной сигареты добавил парень. — Ты то как? — Спасибо, — Лия взяла одну сигарету. В кармане не оказалось зажигалки, потому что сигареты, купленные несколько дней назад — закончились и смысла таскать её с собой не было. — Подожги, пожалуйста… А я нормально… нормально… Роб поджог сигарету подруги и принялся внимательно рассматривать коробку на своих коленях. Лия дарила всегда, что-то по настоящему нужное или то, что в глубине души Роберт хотел получить. — Не хочу в этот день один быть, — Голд поджал губы и посмотреть на подругу. — Я тебя точно ни от каких дел не отвлёк? Если да, то скажи, я тебя знаю всё бросила и помчалась ко мне… — Нет, не отвлёк. Не переживай. Но если так посудить, то человек всегда чем-то занят. Понимаешь? Да даже если бы и отвлёк, то какая разница, м? Тебя одного теперь оставлять? Бред… — Ну я один уж точно не останусь, это раз. А во вторых я не хочу, чтобы из-за каких то моих загонов у тебя были проблемы. — Голд сделал затяжку и выпустил дым через сжатые зубы, — ну смотри, я тебе верю. Голд согласился с ноткой подозрения во взгляде и сделав новую затяжку стряхнул пепел в сторону крутя в руках сигарету. Через пару минут любопытство взяло верх над парнем и он затушил сигарету, аккуратно развязал ленту, чтобы можно было потом заново завязать и разорвав упаковочную бумагу, открыл крышку. Первое, что бросилось в глаза это самодельная открытка от Лии и теперь Роберт по настоящему улыбался широко от удивления и смущения. — Вот тебе вообще заняться нечем, я смотрю, — прикрыв рот рукой, закрывая свою улыбку Голд посмотреть на подругу и стал читать поздравления, — спасибо…нет, правда спасибо, мне очень приятно, — Голд приобнял Лию через плечо и аккуратно положил открытку. Книгу он не стал доставать, а лишь прочитал автора и название. Эрнест Хемингуэй «Райский сад». Роберт упоминал об этой книге всего один раз и то скользь, а Лия взяла и подарила. Кольцо лежащие сверху, Голд сразу примерил и когда оно село, как влитое он округлил глаза и посмотреть на подругу. — Дорогая, а ты знаешь что за колдовство вообще-то на костре сжигают? — Показывая свою руку засмеялся Роберт, на ней красовалось красивое кольцо, похожее на серебро, но на самом деле было обычной бижутерией, сделанной из нержавейки, а вокруг всего украшения, красовались римские цифры от 1 до 12. — Не переживай, святая инквизиция давно ушла. — Эту инквизицию Тим расстрелял, — засмеялся Голд, — а хотя нет, он ножами их забросал, — закинув голову назад произнёс Голд крутя на пальце кольцо, а потом начал всё складывать обратно и завязывать как было. — Я вот не понимаю зачем ты каждый раз слушаешь разговоры о Маргарет… — Резко и не впопад сказала Лия, осознав в чём может заключаться ещё большая хмурость друга, — только себя расстраиваешь и портишь настроение. Отдать почесть матери? Это можно и молитвой сделать, прочитав её даже по бумажке… — Девушка чуть наклонила голову, вспоминая как отец учил их читать молитвы. Точнее он учил на них. В доме кроме Библий и книг из списка разрешённой литературы от отца-тирана, ничего не было. И то, Кьер поставил ультиматум, что пока молитвы не будут отскакивать от зубов, они не увидят ни одну нормальную книгу. Поэтому уже к шести годам, Лия знала абсолютно всё что хотел отец. Девушка затушила сигарету об бетонную стену, а затем засунула бычок в пакет, чтобы потом выбросить его в мусорку. — А вот меня прям спрашивают, хочу я там сидеть или нет! — Развёл руками Роберт ударив себя по ляжкам. — Лия, даже не начинай со своими молитвами. Я маму не знаю, ничего к ней не чувствую и говорить об этом тоже не хочу. — Голд показал, что они закрыли эту тему и взяв камень рядом с собой кинул в банку, которая стояла у противоположной стены, но не попал. — Хорошо, я поняла тебя. — Лия кивнула, давая понять что больше не скажет ни слова по этому поводу. Внутри было очень больно за Роберта, что в его собственный праздник его заставляют чувствовать виноватым, но поделать с этим было нечего, раз сам Роберт не хочет, значит не надо. — Так, именинник, как хочешь провести этот день? Вопрос Лии поставил его в тупик и Голд пару минут подумал. — Для начало, хочу куда-нибудь подальше от этого проклятого снега и… Кофе, пожалуй да. Хочу тихо где-нибудь сидеть, в тепле, и пить горячий кофе, — довольно улыбнулся Роберт — Пошли, я знаю замечательное место, — Сказала девушка подумав пару минут. Лия достала кошелёк, и пересчитав купюры улыбнулась. Как раз хватало на два кофе. — Лия, нет. — Голд накрыл её кошелёк рукой и решительно посмотрел в глаза, — я принял то, что ты всегда платишь за себя и не оплачиваю твои покупки, так вот ты тоже придерживайся этому правилу. Если сегодня день когда я родился, это не значит, что ты должна потратить все свои карманные деньги на меня. Роберт встал с деревянной дощечки и проверил, что бы его одежда была чистой спустился аккуратно вниз по разбитым ступенькам ведя за собой Лию. Его телефон раздался звонкой музыкой и Голд ту же сбросил вызов даже не посмотрев кто ему звонил. — Почему на звонок не ответишь? — Девочка кивнула на звонивший секунду назад в кармане друга телефон, застегнула куртку и надела шапку. Хоть ей было жарко, но заболеть тоже не хотелось. — Ни с кем не хочу общаться. Меня все бесят. — Буркнул Голд. — Единственный человек, который в этот день меня не раздражает это ты, поэтому я тебе и написал. — Эх… ну, сочувствую окружающим, которые к тебе подойдут. — Попыталась разбавить серьёзный тон друга, Лия. — Ты много раз уже говорил, что я тебя никогда не бешу… — Да, потому что на ангелов не злятся. Ты же знаешь, что для меня вы, мисс Ченд, исключение из всех правил. С вами мне хорошо в любое время года, — улыбнулся Роберт смотря на подругу. — Взаимно, мистер Голд, — рассмеялась Лия. Найдя небольшой магазин по пути в кофейню, Голд взял там пакет и аккуратно положили туда коробку, чтобы было удобнее нести. Зайдя в кафе они сели за столик, и Роберт отложил меню. — Ты не голодная? — Только обед был, так что нет. А ты? — Мне кусок в горло не лежит, поэтому нет. Когда к друзьям подошёл официант Голд отдал ему два меню и сделал свой заказ: — Горячий кофе, большой, 2 ложки сахара… так, ты точно ничего не хочешь? — Обратился Роберт к Лии. — Ничего не буду. Надо к вечеру аппетит нагулять. — Лия покачала головой, а затем улыбнулась. — Ну ладно, — пожал плечами Голд и официант удалился. — Чую, завтра ты будешь карать и убивать. — Так было каждый год. Роб избивал всех кто смел напомнить ему о празднике. В прошлом году, жертвой стал Макс, попытавшийся поздравить юношу. — Ладно, это только шутки… но ты ведь никого бить не собираешься? — Обеспокоено спросила девушка понимая что такая возможность есть. — Будем надеяться, что меня никто не будет поздравлять, — широко улыбнулся Голд, но его слова сделали ее жуткой, — это безнаказанно можешь делать только ты, — спокойно добавил он облокотившись на диванчик. — Хах, ну я заметила, что даже на новый год ты на меня не обижаешься, — Лия рассмеялась. — На тебя сложно обижаться, я может и хочу, а потом вижу тебя и как-то уже и забыл на что хотел обидеться, — сквозь сдержанный смех сказал Голд, — да и вообще к чему обижаться на какие то мелочи? Я же понимаю, что ты просто хочешь, чтобы я не ходил грустный. — Правильно что ты это понимаешь. Когда официант принёс кофе Голд сразу же рассчитался и направил свой взгляд в окно в которое смотрела Лия, за стеклом большими хлопьями начал падать снег, закрывая проплешины из слякоти, появившиеся из-за отсутствия снегопада вот уже неделю. — Сука, ну почему? — Простонал Роберт на французском и закрыл лицо в руках, — я туда не выйду — он указал на окно перейдя уже на родной. — Мур мур мур, — Передразнила друга Лия. — Хах, рано или поздно тебе придётся. — Усмехнулась девочка продолжая смотреть в окно. — Эх… скорее бы лето, а то из-за этого снега ты вечно то злой, то грустный. — Нам хотя бы до весны дожить, — не слишком оптимистично произнёс он с задумчивой улыбкой. — Хэй! Ну что ты? Это же всего лишь снег. Хочешь, я тебе зонтик чёрный подарю? С ним будешь ходить. — Девочка вновь рассмеялась откидываясь на спинку дивана. Смотря на то в каком приподнятом настроении находится сегодня Лия, Роберт не мог не улыбаться. Она была единственным человеком при взгляде на которого, но не мог оставаться хмурым. — Ага, траурный, — хмыкнул Голд, — буду всю зиму ходить в чёрном, как протест белой зиме, да? А что неплохая инициатива, — засмеялся он крутя кружку с кофе. — Хах, и сразу станешь заметным. И я каждый раз, видя как ты переходишь дорогу, не буду боятся что собьют. Ты же вот по сторонам не смотришь! Ну как так то! — Лия улыбалась, но её голос был серьёзным, ей важно было донести всю серьезность ситуации. — Непреднамеренный суицид? — Предположил Голд на то, как он переходит дорогу, но услышав тон Лии, поспешил её успокоить, — да ладно тебе, ты же знаешь, что у нас с жизнью хоть и натянутые отношения, я люблю когда меня френдзонят, — засмеялся он и уже полностью согревшись расслабившись. Хоть на душе всё ещё остался неприятный отпечаток сегодняшнего утра и сознание резко, снова и снова напоминало ему об этом, он старался больше не показывать, что расстроен. Телефон Голда опять завибрировал и он снова отклонил звонок. Посмотрев историю звонков он понял, что ему звонили и до этого, но он не слышал. Два пропущенных от Макса и Джины. Несколько смс с поздравлениями от одноклассников, которые он не читая удалил. Выключив телефон Роберт посмотрел на Лию. — Слушай… Понимаю что перескакиваю с темы и наверно об этом не сейчас нужно говорить… Ты не знаешь, ну… Вы с Максом вроде хорошо общаетесь… — Лия отвела взгляд в сторону, а затем снова посмотрела на друга. — Ему нравится Лили? Голд расширил глаза и внимательно посмотрел на Лию не понимая, шутит она или нет, а затем рассмеялся. — Кто, Лили? — Всё ещё смеясь Голд стёр слезы с глаз. — Из всех… Подожди, — Роберт никак не мог прекратить смеяться и успокоился только через пару минут, — из всех девчонок нашего класса, ты подумала на Лили? Не, она конечно ничего такая, но…нет. Я не знаю кто ему нравится, он мне упорно не говорит, потому что боится моей реакции отсюда три вывода либо ты, либо я, либо Джина, — засмеялся Голд ещё громче, но быстро закрыл рот рукой заглушая свой смех. — С Лили у него чисто деловые отношения, они у друг друга деньги занимают, только не понимаю почему Макс проценты с неё не берёт. Они же постоянно на всё спорят, и спорят на деньги. Два азартных идиота, — Голд закатил глаза вспомнят предыдущий их спор на то в какой платье придёт на урок учитель литературы. — На счёт Лили, ничего однозначно сказать не могу, может он ей и нравится, но он… Когда Макс на меня смотрит у него во взгляде больше нежности, чем когда на Лили, — усмехнулся Роберт. —Хах, ну может он просто трепетно к тебе относится, как я? — Девочка неуверенно кивнула, а затем громко засмеялась. — Может быть, я надеюсь именно на это, — нервно зыркнув на подругу сказал Голд, потому что его совсем не грела мысль о тайном поклоннике в виде друга. — Нуу, — Голд потер висок пальцем, а потом посмотрел на Лию, — ты у него сама спроси, вернее будет. — Роберт! Ну! Ты…! Ну ты представь…я — Лия ударила себя в грудь. — К нему и поговорить о личном, а не о книгах? Ну ты… Ну ты представь как это глупо будет! Смотря на то как Лия испугалась и растерялась он упал головой на диван и схватился за живот уже задыхаясь от смеха. — А что такого? Подойди такая, скажи: «здорово Макс, а ты кого любишь?» — Издевательски изобразив пантомиму Роберт начал исторически смеяться себе в ладони, чтобы не быть громким. — Ты че так испугалась? Он не кусается. — Ну да! Может мне к нему ещё более открыто подойти и спросить: «Макс, а чё ты, Лили любишь? А вы с ней типа пара? Ебётесь?» или как?! — А почему нет? Можно ещё так: «Макс че как? С Лили мутишь?» — Голд вновь рассмеялся, а потом подозрительно прищурился и взял Лию за руки заговорчески продвинувшись ближе. — Лиичка… — Протянул он, — мы же друзья, дааа? У нас нет секретов друг от друга… Тебе Макс нравится? — Улыбка Голда растянулась до ушей. Лия проследила за действиями друга, а затем тяжело сглотнула ком в горле. —Если я в теории, скажу «Да», то ты не будешь ржать на всё кафе? Голд поджал губы, чтобы скрыть свою довольную улыбку и крепче сжал руку Лии. — Пу, пу, пу… — Тихо произнёс Роберт пройдясь языком по нижней губе, как змея пытаясь переварить эту информацию, ели сдерживаясь от смеха. — Какая интересная новость, — не выдержав Голд уронил голову на стол тихо смеясь и смех уже выходил безумным, когда он успокоился, поднял голову смотря на Лию, — это наш с тобой секрет. — Роберт, секрет, — последнее слово Лия произнесла более настойчиво, чтобы дать понять, что это действительно важно сохранить в тайне. — Я понял, буду молчать как мама, — подмигнул Голд и понимая насколько это была жестокая шутка, юноша попытался убрать улыбку с лица, но ничего не выходило. Это его трагедия и он имел права так шутить. — Но ты не забывай, что есть 50% вероятности, что ему нравишься ты, — Голд хмыкнул и выпустил её руку из своей. Свою кандидатуру Роберт даже не рассматривал. — Да ну… — Девушка покачала головой, крутя пуговицу пришитую к рукаву кофты, — а может правда… этого никто не знает… — Лия часто видела, как Макс и Лили разговаривают и ходят вместе. Она много раз смотрела ему в глаза, пытаясь отыскать нежность к себе и никогда не находила, точнее она была, но скорее просто как к родному по душе человеку, но никак не к возлюбленной. — У нас осталось два варианта. Либо Джина, либо я. И поскольку он боится твоей реакции, то это скорее всего Джина. — Я у него попытаюсь выпытать и подтолкнуть к признанию, хотя я сваха так себе, а он вряд ли мне что-то расскажет, но попытка не пытка, — пожал плечами Роберт — Если всё это взаимно, то что дальше то? А ничего. — Девушка расстроенно развела руками, а затем покачала головой. — Как что дальше? — изумился Роберт и на секунду растерялся, — встречаться будете, ты почему на себе крест то ставишь? — легонько толкнув Лию в плечо, чтобы подбодрить, спросил Голд. — Если про мою безответную любовь узнает отец, то крест уже будет в прямом смысле, на такой же настоящей могиле. — Девушка покачала головой. — Что же с твоим отцом будет, когда он узнаёт, что ты куришь и с мальчиками общаешься? — Задумчиво спросил Голд, а затем наиграно показал инфаркт и высунул язык для большей показательности, затем засмеялся. Мысли о сегодняшнем утре уже совсем ушли и мальчишка даже не вспоминать о них. Он даже забыл какой сегодня день и просто наслаждался обществом Лии. Голду ужасно захотелось курить, но и выходить из тёплого помещения тоже не хотелось и поэтому он подавил это желание внутри себя, пытаясь как-то занять руки. Единственный способ, ем можно было заменить сигареты — это еда. — Я хочу есть. Давай хоть мороженому возьмём? — Ммм нет, спасибо, мне, я напомню, нужно нагулять аппетит. — Ой да ладно тебе, что ты им наешься что ли. За три часа всё переварится, — начал уговаривать подругу Роберт. — Ну же, Лиичка…а вот! Я именинник, мне нельзя отказывать, — засмеялся он приводя последний коронный аргумент, — если нет денег я заплачу, а ты потом отдашь. Голд подозвал официанта и заказал два мороженного довольно смотря на Лию. — Наемся. У меня мало того что сниженный аппетит, так я ещё и сладкого наемся. Вообще его не будет. — Лия закатила глаза. — И деньги у меня есть. Просто не хочу. — Ну съешь хоть за компанию одну ложечку. Я не люблю есть, когда человек рядом со мной сидит без всего. — всплеснул руками мальчик, он действительно чувствовал себя некомфортно, когда у его собеседника не было даже стакана воды — А потом, пойдём на улицу и я не убью тебя, если ты кинешь в меня снежок. А ты ведь кинешь, я тебя знаю. — Одну ложечку. — Повторила Лия уже идя на компромисс. — Остальное съешь сам, именинник. — Лааадно. — Довольно протянул Голд подавшись вперёд радуясь, что подруга согласилась и начал мирно ждать своё мороженое. За окном уже закончился снегопад и уже не планировал начинаться, поэтому Роберт мог пересилить себя и погулять зимой. — О, хочешь шутку от меня? Конечно хочешь, — Голд прокашлялся и начал, — когда я лежал в больнице в предсмертном состоянии, спросил у доктора, что будет после смерти и тот мне ответил: на вашу койку положат нового пациента, — Роберт поджал губы, сдерживая смех. Лия пару секунд как-то странно смотрела на Роберта, а затем прикрыла рот рукой тихо смеясь. — Честно, я не поняла про предсмертное состояние. Правда или нет. Потому что зная тебя всё возможно. — Девушка взяла предложенную ложечку для мороженного и набрав немного, съела, а затем улыбнувшись отложила прибор на салфетку и придвинула морожено к Роберту. — Это не важно, был не был, это шутка меня веселит, — загадочно улыбнулся Роберт и взял вторую порцию мороженого, — эх ты, птенчик, ешь как эта… Дюймовочка. — Усмехнулся Голд. — Вообще то, мама сегодня готовит дондурму… и поэтому я наемся мороженым дома. — Что ещё за дурманда? — Исковеркав название блюда Роберт засмеялся, — а вы вообще едите что нибудь, от название чего нельзя вызвать Сатану? — Голд достал из кошелька деньги и положил в счёт за два мороженного, подняв руки подозвал официанта и отдал его. — Это как морожено. Но оно более вязкое. Но вкусное. — Лия расплылась в улыбке, вспоминая приятный тягучий вкус дондурмы, которую готовила мама. — Конечно едим. Когда отец готовит, а когда мать, то пытаемся вызвать Сатану. Ну он и приходит. Познакомились. Кьер зовут. Весёлый чёрт. — Ага, до слез смешно с ним, — фыркнул Роберт, вспоминая все синяки и следы от ремня, которые были у подруги по вине ее отца. — Ладно, пошли на твою тупую улицу, — встав и накинув на себя куртку Голд получше закутался в нее. — Чё это сразу «Мою» и «Тупую»? М? А я так понимаю ты пойдёшь на чужую умную? — Девочка поднялась из-за стола. — Если бы я знал, где она находится, может и пошёл, — парировал Голд и обняв Лию за плечо вышел с ней на улицу. Вдохнув морозный воздух он поморщился и посмотрел вниз, снег был липким и Голд наклонился взяв немного снег в руки сжал его образовывая в кривой снежок. Найдя глазами нужный ему дом он запустил туда снежок, который ударил по крыше, сбросив снег на землю. — Ты что творишь?! — Воскликнула Лия схватив друга за рукав куртки. — Привет Максу передаю. Он так делал, это месть. В следующий раз весь двор ему рыбой закидаю. — Равнодушно пожал плечами Голд и аккуратно выбрался их хватки Лии. — Переживаешь за крышу своего возлюбленного? — издевательски заулыбался Голд, — пошли в парк, там хоть снега поменьше. — Во-первых, не называй его так. А во-вторых, если бы ты это сделал ещё кому то, то я бы отреагировала также. — Прикрыв глаза и тяжело выдохнув произнесла Лия. Прохладный воздух дул в лицо. Лия оглянулась назад и увидела бегущего к ним с Робертом Тима. — Сестра! — Тим окликнул Лию на турецком, привлекая к себе внимание, и остановившись опёрся руками об колени. — Ты почему трубку не берёшь? Там… — мальчик посмотрел на Роба и решил ради приличия поздороваться. — Привет, поздравлять не буду, лишние травмы мне не нужны. Увидев Тима улыбка исчезла на лице Голда и появилось сметение и беспокойство. Он рефлекторно взял Лию под локоть не понимая, что могло случиться. — И правильно, лучше не рискуй жизнью, она у тебя одна. — Холодно произнёс Роберт, — ты бежал? Что произошло? — Во-первых, Лия, я отмазал тебя от родителей, соврав им почему ты не дома. Это кстати ты мне объяснишь потом. Во вторых, — Тим перешёл на турецкий. — Сегодня приезжает Ната. На неделю, около того… Без отца, кто контролировать её будет, я не знаю… — Что?! — Лия выпучила глаза, а затем глубоко выдохнула. — А, кстати, я сказал, что за тобой пошёл, но вообще-то к Айле, поэтому скажешь — разминулись. Голд недовольно посмотрел на Лию понимая, что она опять ему соврала и поджал губы от чувства вины. Он вообще не любил, когда рядом с ним начинали говорить на другом языке. Это всегда означало о скрытности разговора. К своему несчастью о знал лишь французский и то, только потому что его няня была француженкой и очень плохо говорила на английском. — Лия, я не знаю о чем вы тут гавкали, но похоже у тебя проблемы. Иди домой, это я тебя вырвал из дома, — твёрдо произнёс Голд сжав локоть подруги в руке и посмотрел на Тима. — Вообще то, проблем нет, просто Тим сообщал мне о том, что к нам приедут родственники. Не знаю зачем он это, правда, сделал именно на турецком но… — Лия посмотрела на брата который прокашлялся. — Я вообще-то здесь. Короче, до скорого! — Тим махнул рукой возле головы и развернувшись на пятках направился в противоположную сторону от места где встретился с сестрой. — Проблем правда никаких. Не переживай. И дел у меня никаких не было, просто я не отпросилась у родителей, думала, что до ужина не заметят… — Ладно, допустим, — Роберт недоверчиво прищурился и засунул руки в карманы, — что за родственники к вам приезжают? Тим выглядит испуганным. Голд пытался обойти снег, так как его кроссовки могли быстро промокнуть, а домой он не собирался до самого утра. — Кузина по папиной линии. И он испуган, потому что она любит его доставать. Ничего серьёзного. Просто постоянно прилипает. — Лия посмотрела на недоверчивого Роберта, а затем рассмеялась. — Я тебе не вру. — Ладно, на Тима мне плевать, главное, чтобы ты была в безопасности, — как можно серьёзно сказал Голд. Дойдя до парка Голд скреб снег со скамейки и сел на неё кинув маленький комок снега в Лию и засмеялся. Девочка успела увернуться от полетевшего в неё снежка и сняв с рук варежки скатала небольшой комочек снега кидая в Роберта, который не успел увернуться от снежка, а лишь выставил руки, чтобы на одежду попала как можно меньше снега. — Лия, вот ты…такая Лия! — Недовольно отряхиваясь хмыкнул Голд. — Везёт вот людям, которые каждую зиму уезжают в Бразилию или на острова, ну в общем где снега нет. — Хахах, зависть это грех, Роб. — Лия села на колени рядом с лавочкой, — знаешь где хорошо? Там где нас нет. Поэтому смысла завидовать кому то там, — девочка махнула рукой. — Нет смысла, —Лия начала скреплять снежные шарики в стену. — Так, из нас философ тут я, — театрально разозлился Роберт и погрозил подруги пальцем. — Лиичка, я боюсь спросить…ты что делаешь? — Он указал на её колени, на который была снежная стена. Телефон Голда всё ещё продолжал вибрировать, но беззвучный режим помогал почти не обращать на это внимание. Он знал, что как только возьмет телефон в руки, то опять вернётся к событиям утра и опять начнёт разговаривать на тяжёлую для него тему. — Замок леплю. А что? — Лия продолжала мять снег голыми руками, которые приятно щипало от холода. Она любила это чувство и именно поэтому зимой одевалась легко, родители это просекали, но лазейки были. Голд пожал плечами и сел на землю рядом с Лией улыбаясь на её инфантильное желание ковырялся в снегу. Сжав небольшое количество снега в руках рассматривая как он таит. — Не замёрзнешь? Я могу тебе варежки дать? — Лия не дождавшись ответа достала из кармана тёмно-синие вязанные варежки и протянула другу. За его здоровье она переживала больше чем за своё и поэтому дать варежки — меньшее, что она могла сделать. — Воспользуйся своими варежками сама, у тебя уже руки красные, — Голд подбородком указал на костяшки Лии и отказался от варежек, — я же редко болею, в больнице только с переломами, сотрясениями и тому подобное. Услышав про сотрясения она нахмурилась и как-то обеспокоено, но при этом зло посмотрела на друга. — Роберт… — Неожиданно нежно прозвучала фраза, которая должна была быть сказана другим тоном. — Если, ты ложишься в больницу — звони мне. Я хотя бы мандаринов принесу… — Да я бы с радостью, дорогая, — улыбнулся Голд сев обратно на скамейку, продолжая мять в руках уже почти растаявший снег, — но я там большинство времени в отключки валяюсь, а когда прихожу в себя, меня сразу забирают, так что спасибо за заботу, если оставят хоть на денёк подольше, напишу. — В подтверждение своих слов Голд уверенно кивнул. — Напиши. И вообще…блять…у меня слов нет. Ну как-то так? Ну ну… — Лия безысходно ударила руками о землю. — Ну что ты так удивляешься? Насилия в наших семьях, это нифига не новость. — Голд хмыкнул и покачал головой, — причины для избиения такие же как у тебя: оценки, гуляю до позднего, дома не ночую, курю, вот и всё, — Юноша сказал это будничным голосом и растер холодные от снега руки, чувствуя как пальцы покалывает от холода. —Да, не новость. Но и не норма. — Лия качнула головой. — Хотя мы этого не изменим. Нашим родителям как-то плевать… Меня бьют то не так часто как тебя… И у них есть другие меры… — Девочка грустно улыбнулась катая очень мелкие шарики из снега и украшая ими постройку. — Ну так я и пацан, пацанов можно бить и за просто так, а девушек… Отец вообще говорит, что тот кто поднимает руку на женщину, вообще не должен называться человеком. — Пожал плечами Голд. — Это единственное в чем я с ним согласен. — Никого нельзя бить, ни пацанов, ни девочек. Никто не заслуживает насилия в свою сторону, даже самые ужасные люди… наказания, да, смерти и насилия — нет… — Лия покачала головой. — Ладно. Закрыли тему. Итак, как там Джина…? — Девочка лукаво улыбнулась. — Ты же сама знаешь, как Джина. Она твоя подруга. Тебе хочется узнать, что у нас с Джиной, да? — Проницательно посмотрев на подругу хмыкнул Голд. — И ты, как обычно, прав, мой дорогой друг. — Кивнула девочка, достраивая вторую стену своего «Замка». — Гуляли пару раз, но она ко мне относится так же как и ты. Ну, не совсем… Ты поняла. Как к другу… — Роберт поморщился от досады, но быстро убрал это выражение с лица и улыбнулся. — Хотя она позволяет взять себя за руку, по мне уже успех. — Усмехнулся он. — Так, а вот тут не путать, за годы нашего общения, ты мне как брат. — Девочка усмехнулась, достроив коробку из снега. — Это нихуёвый такой успех, так что…до свадьбы не далеко. На слова про свадьбу Роберт только закатил глаза цокнув языком. Хоть он и не бросал попыток добиться Джины, в глубине души понимал, она не хочет воспринимать его больше чем друга. — Ну ты мне тоже как сестрёнка… Я к другим девчонкам как к тебе не отношусь. — Роберт неловко покосился на Лию тепло улыбаясь, смотря как продвигается её строительство. — Так, будем надеяться, что Тим тут рядом не ходит и ничего не услышит. А то из нас устроят то ли мишень для кидания ножей, то ли решето… — Усмехнулась девочка. Лия задумчиво поджала губы, а затем наклонила стену так, чтобы их верхушки соединились. Треугольные концы идеально встали друг к другу. Девочка осмотрелась по сторонам и найдя какую-то палку, водрузила как шпиль. Роберт рассмеялся и поправил рядом с собой пакет, с подарком Лии, чтобы тот не упал. — Умница какая, всё довольна? Вставай со снега, сейчас всё джинсы будут мокрые — Хмыкнул Голд рассматривая архитектурный шедевр подруги и подал ей руку. —Да… довольна! — хихикая широко улыбнулась Лия, как маленький ребёнок довольный чем-то. Девушка поднялась на ноги отряхнула джинсы. — Ты домой сегодня идёшь? — Сегодня я ночую у Макса, как и всё предыдущие года. — Соврал Голд, но постарался сделать голос убедительным, — я на улице же не до утра нахожусь, а только до 12, дальше этот проклятый день проходит и я могу общаться с кем то, кроме тебя. — Если ты думаешь, что у меня не хватит наглости, смелости и всего прочего, чтобы в три ночи позвонить Максу и попросить тебя к телефону, то ты ошибаешься. — Мило улыбнулась Лия, но это выражение лица не означало ничего хорошего. — Ага, ага, да, ты ему «привет» ели как скажешь, а тут позвонишь, да ещё и в 3 ночи, — Роберта накрыла новая волна смеха. — И позвоню. Или вообще Тима попрошу. И вообще! Зря я тебе рассказала, теперь подъёбывать будешь. — Лия сложила руки на груди садясь на скамейку. — И Джинджи позвоню. И всем, блять, позвоню, но узнаю что ты жив! Понятно? — Зачем всё так усложнять, дорогая? — Голд расслаблено закинул руки за голову издевательски улыбаясь. — Позвони мне, если отвечу значит жив. —Ты мне и в заброшке ответить можешь. И как будто бы: «Я не дома?! Не веришь мне?! Ай, ай, Лия», — начала изображать друга девочка, грозя пальцем в воздухе. — Да я правда пойду к Максу! — Устав спорить на этот счёт сказал Роберт — после 12, пойду, обещаю. — А я это проверю. Лишний раз со своим любимым поговорю. Даже минутки не будет лишней. — Лия подмигнула другу. — В 11 максимум. Придёшь, что сделаешь? Верно! Напишешь мне. — Пошли пройдёмся, ноги разомнем — Роберт решил уйти от тем, потому что уступать ему не хотелось. Это было дело принципа, он знал, придя домой отец будет пьяным и злым и он заработает если не перелом, то добротный синяк, а у Макса и то не лучше, его молчаливые соболезнования, выраженные во взгляде и слишком вежливом тоне, ему тоже были не нужны. — Пошли, пошли… — Лия поднялась на ноги, а затем ещё раз отряхнув куртку сделала шаг вперёд, чтобы выйти из парка. Кросовки Голда уже были мокрые, но это не останавливало его ходить ещё 6 часов по улице. — Здесь белки есть, но зимой они не вылазят. Ещё она причина ненавидеть зиму, — с улыбкой произнёс Роберт. — Кстати, скоро же каникулы. Ты как? Тебя будут выпускать на улицу? —Будут, но если приду позже 20:00, отправят в монастырь. — Ну, до 8 это ещё по божески, — тихо засмеялся Роберт, — а вот к слову, зимний бал он же после Рождества. Вот так и расставим всё точки над i, — подмигнул он. — Блин! Точно! Бал… да да, расставь свои точки с Джиной… А я не знаю с кем идти… наверно Тима попрошу. Он любит такое, — девочка ударила себя по лицу ладонью. — Нет, нет, подожди, не зови пока Тима. Подождём Макса, я завтра уговорю его пригласит ту в кого он влюблён. И если это будешь не ты, что вряд ли, пойдём вместе, идёт? —А Джина? Ты её приглашал? — Приглашал. — Тяжело вздохнул Роберт, — она сказала, что…не хочет, чтобы я себе что-то там надумывал… Поэтому если он всё же влюблён в Джину, а не в тебя, что ещё раз скажу, вряд ли, пойдем как верные друзья танцевать. — Если… она пойдёт на бал со своим Дэниелом… — с неприязнью сказала Лия. На языке неприятно защипало. — Ох уж мне этот Дэниел… — С ненавистью, сквозь зубы произнёс Голд и покачал головой, — мудак, она вот ему нахуй не нужна, он с ней только потому что она дочь мэра… — Этот Дэниел действительно мудак, а Джинджи этого не видит…глупая… но любовь зла, да ведь? — Наверно. — Задумчиво кивнул Роберт поджав губы, — ладно, сколько там время, — он посмотрел на часы стрелка которых показала пол восьмого, — Тебе во сколько домой? — Ты же знаешь, что в восемь. А тебе в одиннадцать к Максу. Если думаешь до сих пор, что не позвоню-ошибаешься. — Лия я даже говорить на эту тему не хочу. Просто прими, что пока этот гребаный день не закончится, я буду на улице, — твёрдо сказал Роберт. Идя возле застеленной снегом дороге Голд остановился и сел на корточки пальцем вырисовывается буквы. — Если так не понимаешь, я написать могу, — мальчик указал на надпись на снегу: «я кот гуляю сам по себе до 12». — Будешь значит возле его дома сидеть. Понятно? Главное там где ты в относительной безопасности. — Значит возле его дома, — передразнивая подругу пробубнил Голд, — всё ладно, возле дома, но дай мне нормально прожить этот день без лишних людей. На улице уже было темно и посмотрев на небо Роберт мягко и нежно улыбнулся. Он нашёл глазами самую яркую звезду, которую видел каждый раз в свой день рождения. Она выделялась, толи цветом, толи размером, но была не такой, как остальные. Легонько ткнув Лию в плечо мальчишка подбородком указал смотреть на вверх. — Смотри, Ариалстел, звезда такая, — улыбка Роберт стала шире — я её всегда в этот день вижу… В детстве отец говорил, что это мама, но я знаю, что это бред и просто я родился именно тогда, когда это звезда показывается в нашем регионе. — Почему бред? Может она у него с ней ассоциируется, потому что она такая же красивая? — Лия продолжала смотреть на звезду которая завораживала. — Возможно, но люди после смерти не превращаются в звезды. Они гниют в земле и их пожирают личинки, такова суть этого мира. Поэтому пообещай мне, если я сдохну раньше тебя — кремируй меня, а прах в землю вместе с косточкой от яблока закопай, так я хотя бы обрету вторую жизнь, — не весело хмыкнул Голд, но не смотря на свои мрачные слова приобнял девушку за плечо наслаждаясь звёздным небом, — «Ариалстел» на латыни «золотая», представь как символично… — Очень символично, золотце, очень… Роберт похлопал по карманам в поисках сигареты зная, что ночью будет выходить курить. Посмотрев на часы он тяжело вздохнул не хотя отпускать подругу и крепко сцепил её в объятиях. — Спасибо, что ты рядом. Еще раз, спасибо. Без тебя бы мне было хуже. — Пожалуйста, ты же знаешь, что я всегда буду рядом, когда будет сложная минута? — Лия тоже крепко обняла друга, а затем тихо усмехнулась. — Ну… до завтра выходит? Роберт знал, что вопрос риторический и на него не обязательно отвечать и всё же ответил коротким «да». Глубоко втянув ноздрями морозный зимний воздух Голд отстранился от Лии. — До завтра, дорогая! Спасибо за всё и еще тысячу раз спасибо! — Уже убегая Голд смеясь помахал Лии рукой. Как только мальчишка потерял Лию с поля зрения он устало рухнул на землю облокотившись на какой то дом. До 12 ещё было много времени, но ему никуда не хотелось идти. Он смотрел куда то вдаль вспоминая как первый раз увидел мать на портреты, представил как она дралась до остервенения завоёвывая авторитет. Она была железной леди. Стойкой и элегантной. Закурив Голд грел руки от ели тёплого дыма сигареты, затягиваясь как в последний раз. На глаза навернулись слезы, из-за чего он сам не понимал, то ли из-за холода, толи из-за дыма, А может от навязчивых мыслей. Он не заметил как скурил сигарету до самого фильтра. Он, как и обещал Лии ходил рядом с домой Макса обходя его со всех сторон и ближние соседние дома. Он с нетерпением ждал, когда закончится этот проклятый день наворачивая 1000 круг по двору друга. На улице была уже непроглядная тьма и людей почти не было. Где то слышался лай собак нарушая тишину. Ровно в 00:00 Голд постучался в дом Галлеров даже не рассчитывая, что ему откроют, но на удивление сделали это быстро. — Здравствуйте, мисс Галлер, — Голд поздоровался с бабушкой Макса и попытался изобразить улыбку. Он не успел сказать больше не слова, как пожилая женщина затащила его домой. — Ой Вей, ой Вей! Бедный мальчик! По ночи ходит один, ну куда таки это годится?! Почему у отца глаза на одном любопытном месте?! — Ба, ты чего орешь? — Заспанным голосом спросил Макс включая свет в зале, — Роб? Здорово! — Пожав другу руку он жестом показал раздевался и больше не обращая внимания на упрёки бабушки увёл его в комнату, — Ты чего в такое время на улице делаешь? Тебя кстати можно хотя бы с прошедшим поздравить? — Нет, нельзя. Лия запретила мне ночевать на улице, домой я не пойду, оставалась идти только к тебе… Ты извини, я наверное всех разбудил, мне много место не надо я тут на кресле у тебя до утра посижу. — Фоткая себя на телефон рядом с Максом с пакетом в руке мальчик отправил ее подруге в доказательство своему обещанию. — О чем речь! Оставайся и не на кресле, а я принесу тебе раскладушку и ты нормально поспишь, — похлопав друга по плечу, Макс достал за шкафом раскладушку и постелил ему. — Показывай, что тебе Лия подарила.

***

После ужина Лия отправилась в свою комнату, просмотрев сообщения от Роберта она улыбнулась, а затем найдя номер Макса, позвонила.

***

Телефон Макса раздался пиликаньем и он удивлённо посмотрел на неизвестный номер, показал Роберт. — О, это моя драгоценная Лиичка, — усмехнулся Голд и перехватил у Макса телефон уловив небольшой страх в его глазах. — Макс Галлер, слушаю вас, — очень плохо спародировав голос друга Голд приложил телефон к уху. У Макса затряслись руки, он не ожидал, что у Лии есть его номер, они ведь даже не переписывались, хоть Макс неоднократно хотел спросить её номер у Голда. Он выловил из себя улыбку, чтобы друг ничего не заподозрил и смотрел, что будет дальше. — Это вас Тим Ченд беспокоит. — Тоже начала передразнивать друга, а затем засмеялась. — Так, значит ты у Макса и не смылся. Умный мальчик. Но дай телефон его владельцу. Надо кое-что переговорить. — Девочка прокашлялась, а затем бухнулась на кровать от чего её волосы упали кружочком вокруг головы, образовывая подобие нимба. — А там ещё Тим, ну извини, забыл с этим хуесосом поздороваться, — глухо засмеялся Голд подыгрывая подруги. — А ты двух слов хоть сможешь связать, дорогая? — Да отдай ты уже мой телефон! — Макс закатил глаза и забрал у Роберта телефон не понимая, почему он так улыбается, — Лия…это…это я уже у телефона, ты что-то хотела? Роберт жив, здоров если ты об этом. Грязный весь, но это исправим… — Макс пытался сделать голос ровным, но от волнения получалось не очень. — Ааа, привет. Хорошо, я поняла. — Девочка закивала сама себе, а затем сощурилась. — слушай, если этот идиот уйдёт, напиши или позвони мне, ладно? — Говорила Лия пытаясь не запинаться и говорить буднично и выходило вроде неплохо. — Да я его никуда и не пущу — Макс издал нервный смешок и понимая, что краснеет, закусил губу, — ну ладно давай, до завтра, ага. — С этими словами Макс скинул звонок и тяжело вздохнул сохраняя номер Лии. — Это что такое сейчас было? — Голд любопытно выгнал бровь. — Давай-ка, снимай с себя всё, я дам тебе чистую одежду, — подойдя к шкафу Макс проигнорировал его вопрос. — Э, нет, евреюшка, не отходи от темы! — Роберт облокотился на дверцу шкафа требуя ответ — Ты покраснел как рак, она тебя нравится, — Голд встал к Максу в плотную пронзительно смотря ему в глаза и даже то, что из разница в росте была существенной Макс почувствовал себя ребёнком под таким напором друга. — Ой, всё отстань, мне просто жарко, вот и покраснел! — Нихера, ты всегда мерзнешь! — Возразил мальчишка широко улыбаясь, — мы же друзья, скажи мне! — Роберт, завались, ничего я тебе не скажу, я знаю, как ты отреагируешь и не дашь мне заснуть, а нам завтра рано вставать, — Всё же достав чистую одежду Галлер швырнул ей в друга. — Ладно, не хочешь говорить — не говори, партизан хренов, но, — Роберт поднял указательный палец вверх. — Скоро зимний бал. Пригласи ту кто тебе нравится и я тебе клянусь, что ни слова не скажу, пойдёт? — Её уже точно кто то пригласил. — Потеряно отозвался Макс. — А ты всё равно пригласи, попытка не пытка. — Для меня пытка… — Буркнул Галлер, — я знаю, что она откажет, ну кто я и кто она… — У меня всего два варианта кто это может быть и я знаю, что они обе ещё свободны, слышишь? Завтра же пригласишь, иначе я потащу тебя на детектор лжи. — Да ладно, ладно задрал ты меня, хорошо! — Всё же сдался Макс, хотя в душе его всё ещё не покидала тревога и страх.