Алчность

– Что ты чувствуешь? Ужасный вопрос. И что более ужасно избежать на него ответа я не могу. Кавахира спрашивает не просто из любопытства, ему нужно знать. – Не могу сказать, – бурчу и отвожу взгляд в сторону. Это действительно так, я сказал правду. Во мне одновременно столько чувств и пустоты, что определить, что я испытываю невозможно. За это мне неловко, ведь так я слишком жалок. – Это плохо, – вздыхает шаман. – Тебе необходимо разобраться в своём эмоциональном состоянии. Хотя бы немного. Иначе ты не сможешь научиться контролировать пламя мрака. Поджимаю губы. Я знаю. Но я пытался убить себя также, чтобы не разбираться в этом дерьме, так что, пожалуйста, не требуйте с меня столь многое, ладно? Ох. Глупо. С меня не требуют многое, с меня требуют ровно столько, сколько нужно. Мы уже около месяца стоим на одном месте, лишь из-за моего упрямства. Но у меня не получается по-другому. Не хватает ни сил, ни желания. Я заставляю себя просыпаться каждый день, есть, ходить в школу, общаться. На что-то ещё меня уже не хватает. Я устал… Но надо собраться. Вот только как это сделать? – Хм, оставим это. – шаман смотрит улыбчиво, будто говоря: "всё в порядке", и я ему не верю. – Скажи, как ты общаешься с другими людьми? На моём лице отражается недоумение. Как… общаюсь с людьми? – Никак, – вырывается первое о чём я подумал. – То есть, нормально, как ещё? Кавахира незримо напрягается, а я, заметив это, мысленно себя ругаю. Мой ответ – неправильный, кричащий, что у меня проблемы. Но у меня нет особых проблем с общением, поэтому мне стоило выразиться нормально, так, чтобы не было повода усомниться в том, что я в порядке. – Я спрашиваю о том, Ëши-кун, есть ли у тебя друзья? Те, кому ты мог бы довериться. При слове "друзья" в голове всплывает образ Рëхея. Может быть мы даже друзья, но он уж точно не тот, кому я могу довериться. Он ребёнок. Он наивен. Он слишком добр. Он не поймет. – Со мной дружит один мальчик, но мы не близки. Да и взваливать свои проблемы на ребёнка? Кто я, по-твоему? – Не обязательно делиться с ним чем-то столь сокровенным. Ты мог бы начать с чего-то более простого. Например, не закрываться от него. Не отталкивать и принимать то, что тебе предлагают. – Некоторые ребята мне предлагают попробовать на вкус воду в унитазе. Это мне тоже принять? За ëрничество на меня бросают осуждающий взгляд. – Ты понял, что я имел ввиду. Не искажай смысл моих слов. Я вздыхаю, решая промолчать. *** Общение. Шаман не просто так его упомянул. Вероятно, мне стоит начать с него, если я хочу продвинуться в контроле пламени. Но не совсем понимаю, почему именно общение? Типа, я согласен, что с некоторыми людьми оно и правда может дать многое. С кем-то очень начитанным, умным или, если говорить о более примитивных вещах, с богатым. Но среди моего окружения не то что бы есть такие люди. По большей части меня окружают обычные личности. Да ещё и дети. Как дети могут мне помочь с тем, чтобы приблизиться к контролю пламени? Не понимаю. Но делать что-то в любом случае надо. Мне предложили начать с общения, и если я не хочу соглашаться на это, то мне нужно придумать альтернативу. Естественно, в моей голове отсутствует любой вариант, что ещё можно сделать, поэтому, несмотря на сомнения, придëтся попробовать этот. Если более честно думать над ответом о том, как я общаюсь с людьми, то обобщающе выходит… паршиво. У меня за период существования здесь со многими образовалась целая куча нерешённых конфликтов. В связи с этим, конечно же, наше общение выходит, как минимум, натянутым. Да о чём говорить, если даже с Наной у меня сформировался конфликт. Моя обида… Не через многое у меня выйдет переступить, но с чего-то нужно начать, и первое, что приходит в голову… Тсуна. Способов связи с близнецом было два: телефонный звонок и электронное письмо. Не так давно Емицу завел почту для Иетсуны, и таким образом Нана стала каждый день писать своему сыну. Ответы ей прилетали не часто, но всё же регулярно. Мне уже пару раз предлагали тоже что-нибудь написать, но я отказывался. Тогда оно не имело смысла. Звонки, кстати, не использовались для связи из-за занятости и разных часовых поясов. С письмом было явно легче: читаешь, когда тебе удобно и пишешь также. Я заглядываю в зал, предполагая из-за шума телевизора, что Нана там. Так и оказывается: женщина расслабленно сидит на диване и смотрит, как обычно, мелодраму. Я не особо любил данный жанр, каждый раз сюжеты таких сериалов казались мне излишне слащавыми, патетичными, неловкими, а порой и просто глупыми. Смотреть такое самому было невозможно, тем не менее пару раз выходило так, что я смотрел их вместе с Наной. Сейчас похоже тоже такая ситуация. Захожу в зал и с ногами устраиваюсь в уголке дивана. Беру подушку, обнимая её, и начинаю вникать в сюжет на экране. Нана, мельком на меня взглянув, нежно улыбается и снова возвращается к мелодраме. Не успеваю полностью понять суть переживаний героев, как начинается реклама. Беру пульт и убавляю звук, после, повернувшись к наставнице, спрашиваю о том, ради чего вообще покинул комнату. – Мам, – женщина слушает, отдав мне всё своё внимание ещё на моменте убавления звука. – Какая электронная почта у б-братика? – голос на последнем слове по непонятной причине дрожит. Я продолжаю его звать так, по-семейному, не по имени, но внутренний червячок совести грызёт о том, что я не имею право на такое обращение. Так его всегда звал Ëши, поэтому, чтобы не палиться, я тоже использовал такое обращение, которое мне всегда казалось ужасно неловким, но лишь сейчас его стало сложно использовать. Лицо Наны после моего вопроса засияло, и мне сразу же написали на бумажке нужный адрес, подбадривая насчет моего решения. Что ж, осталось написать письмо. *** Я перешёл в четвёртый класс начальной школы. В целом, хоть прошло немного времени, уже могу сказать, что учёба ничем отличаться не собирается. Одноклассники вдруг не поумнели, хулиганов не убавилось, новеньких не прибавилось. Мне всё ещё было скучно на уроках, в связи с чем я часто маялся на них максимально отвлеченными делами, например, читал, рисовал или размышлял о сущем бытия. Порой за это прилетело от учителей, но такие мелочи меня совсем не волновали. В прошлой жизни я действительно переживал насчет учёбы и оценок, вот только так было тогда, сейчас я не хотел вновь окунаться в былое напряжение. Но вообще, другая страна – не пустой звук, хоть я и закончил школу, было иногда интересно узнавать что-то новое или вспоминать хорошо забытое старое. Третий класс, кстати, был окончен неплохо, по рейтингу я стоял в середине, что тоже является показателем и поводом не париться об школьной программе. Конечно, с каждым годом будет сложнее, но это уже проблемы будущего. Жаль только, что учителям до моего мировоззрения далеко, для них дело было даже не в оценках и знаниях, а в дисциплине, которую я варварски попирал. На каникулах я виделся только с Рëхеем, и то лишь последние несколько дней. С новым семестром мне довелось встретиться с Киоко. Она сразу обрушила на меня шквал вопросов и упрёков: оказалось девочка волновалась обо мне и расстроилась, что я ни разу с ней не увиделся во время каникул. Я её очень обидел тем, что даже с Рëхеем до последнего не контактировал и полностью пропал с любых их радаров. Меня на месте заставили сообщить свой номер телефона и пообещали, что если я не буду отвечать на звонки и смс она каждый день станет караулить возле моего дома, адрес которого тоже выбила из меня. Ей его мог сообщить Рëхеей, но он, на моё удивление, как истинный партизан многого не раскрывал обо мне. О моём плохом состоянии девочка не упоминала, что наводило на мысль, что ей и не известно о нём. Также она пожаловалась, что брат избегал её, стоило начать слишком много спрашивать обо мне. Такое внимание к собственной персоне весьма удивило и вызвало смущение. Конечно, мы хорошо общались, но не настолько же, чтобы думать обо мне чуть ли не все каникулы. Я ответил на все вопросы Киоко, что был в порядке, просто возникло пару дел, и извинился за то, что заставил переживать. После этого у меня сразу мелькнула мысль, что нужно аккуратно отдалиться от неё, ведь общение со мной – плохая и проблемная затея, но все планы обрушила следующая новость. Киоко теперь моя одноклассница, и нет мне от неё спасенья. Последнее – дословная цитата самой девочки, что вызвала у меня нервный смех. Я тогда проклял тенденцию японских школ каждый год менять состав класса, но взглянув на список новых одноклассников, в итоге поблагодарил эту придумку. В списках не было Ямамото. Тут, что называется, из двух зол выбираем меньшее. Конечно, если учитывать совет шамана, вероятно мне стоит не избегать Такеши и попробовать наладить с ним отношения до нормального уровня. Но я не хотел никак связываться с дождливым мальчиком. Наше общение давило на слишком много болевых точек. Мы оба, а особенно я нарушали те границы, пересекать которые совсем не стоило. И к тому же само начало было неправильным – я заинтересовался этим ребёнком из-за того, что в будущем он тоже мог совершить суицид. То есть мне изначально было плевать на реального Такеши, я видел в нём только возможного. Я был виноват перед ним. Во многом, не только в том, за что просил прощения. Но за всё я никогда перед ним не извинюсь – это то, что не должно быть озвучено. Да и он просто напросто не поймет, а потому мы не сможем сформировать нормального общения. Значит, нам лучше не пересекаться. С Киоко у меня явно больше шансов что-то построить. И если думать об этом, то явно стоит что-то сделать со своей стороны. – Может погуляем вместе? – спрашиваю я у девочки, на что меня озаряют светлой-светлой улыбкой и радостно соглашаются. Так, я, Рëхей и Киоко идём после школы в магазин с кассетами. Прошло несколько месяцев с тех пор, когда Нана купила мне плеер и несколько кассет к нему. Музыка, записанная на них, вызывала наслаждение, поэтому слушал я её весьма часто. И казалось, я могу упиваться теми звуками вечность, но, какой бы прекрасной не была песня, в конце концов она приедается и ты ищешь что-то новое. Вот я и отправился за новыми кассетами, решив также использовать это как повод погулять с Сасагавами. Рëхей шёл впереди нас, то резко вырываясь вперёд, то, поняв, что мы отстаём, быстро возвращаясь к нам. Мальчик вовсю болтал о своих планах на среднюю школу. Этот год был для него последним в младшей школе, поэтому он планировал сделать весьма многое. Для начала, он собирался выиграть все предстоящие соревнования, а потом, уже в следующем году, стать главой боксёрского клуба. Мы с Киото слушали его наполеоновские планы и периодически переглядывались. Из нас двоих никто не планировал ничего масштабного, поэтому нам только и приходилось дивиться чужому энтузиазму. Как я успел заметить, в отличие от своего брата, девочка была более пассивной, поэтому в отношении активной деятельности я чувствовал с ней некое единство. В очередной раз мальчик вырвался вперёд и стоило ему оглянуться, как он понял, что мы снова далеко. – Во имя экстрима! Не медлим! Нам нужно успеть совершить много дел! – кричит Рëхей, и бежит к нам с воинственным воплем. – Много дел? Мы же идём только за кассетами… – вяло бормочу я, ощущая желания просто взять и лечь прямо на асфальт, лишь бы не двигаться. Меня слышит Киоко, и она сразу ойкает, из-за чего я бросаю на неё вопросительный взгляд. – Я забыла сказать, я ещё хотела бы зайти в кондитерскую, поэтому… Девочка не успевает закончить, так как на меня, подобно смерчу, налетает Рëхей, и, подхватив на руки и подняв над своей головой, он побежал вперёд. От шока я проглотил язык, а мальчик лишь восклицает: – Ты слишком медленный! Поэтому я понесу тебя! Заодно это будет хорошей тренировкой для меня! Я действительно из всех троих шёл медленнее всех, даже Киоко была быстрее, и отставала она от брата по большей части из-за нежелания бросать меня позади. Тем не менее, это не является поводом так нагло хватать и тащить меня на руках! – Братик! – доносится сзади, а после слышен лишь топот. – Р-рëхей, отпусти меня! – Экстремально нет! Хахаха! Он явно доволен своей шалостью, понимаю я, что выбивает из меня небольшой смешок. Рëхей, услышав его, притормаживает, а после разгоняется ещё больше. – Наконец-то ты взбодрился! Так держать! Экстри-и-им! Осознание, что этот ребенок так пытался согнать с меня уныние вызывает во мне сильное удивление, а после щемящее тепло в груди. У него это получилось, я чувствовал себя сейчас значительно лучше, уже не хотелось на месте падать на грязный асфальт без сил. – Притормози, обалдуй. Киоко же нас не догонит. – А, точно! – он значительно снижает темп бега и смотрит назад, проверяя сестру. Она, каким-то неведомым мне образом, умудряется не сильно отставать от нас. При этом её лицо выглядит весьма грозным, и даже телепатия не нужна, чтобы понять, что девочка обещает кару своему братцу за его выходку. Рëхей сглатывает и нарочито отворачивается, принимаясь бодро рассказывать мне про свою специальную мега-тренировку, словно и не ему может достаться. Я чувствую лишь веселье. *** После покупки кассет, мы уже куда более спокойно направились в кондитерскую. Киоко хотела купить там торт, а после у себя съесть его со мной и братом. От приглашения к ним в гости я не стал отказываться. И вот, пребывая в хорошем расположении духа, мы приближались к пункту назначения, как меня откликнулись: – Савада-кун! – знакомый голос заставляет зашевелиться волосы на моём затылке. Я бы непременно проигнорировал оклик и пошёл дальше, но Сасагавы остановились и оглянулись на звавшего. Таким образом остановиться пришлось и мне. Звал меня Такеши. Мальчик приветливо махал нам на другой стороне дороги. Дождавшись зелёного цвета светофора, он быстро оказался рядом с нами. – Не ожидал тебя встретить здесь! А это… – Сасагава Рëхей и Сасагава Киоко, – представил ему своих попутчиков. – Привет! – дружелюбно улыбается им. – А я Ямамото Такеши! Приятно познакомиться! Вы друзья Савады-куна, да? – Экстремально да! – отвечает Рëхей, – А ты тоже его друг? Такеши впадает в ступор на встречный вопрос, и я уже собираюсь сам ответить, что никак нет, боясь, что он ответит положительно и введёт в заблуждение тех, кто действительно могут приходиться мне друзьями. – О, нет, мы просто хорошие приятели, хаха. Ведь так, Савада-кун? Я киваю, недоверчиво глядя на него. Мои опасения оказались совершенно напрасны? – Если не секрет, куда вы направляетесь? – продолжает интересоваться Такеши. Киоко сразу отвечает ему и этот чёрт увязывается за нами! Видите ли, ему тоже как раз таки надо купить десерт! Ставлю на то, что изначально он точно не собирался в кондитерскую и пошел с нами только потому что туда надо и мне! Но зачем ему приставать ко мне? Всё ещё пытается подружиться? Нет, тогда бы он вел себя иначе, даже то, что он назвал себя моим приятелем довольно показательно. Каковы его мотивы? Никак не пойму. В кондитерской Такеши и правда приобретает пару пирожных, и я даже уже начинаю думать, что может все же он сам по себе независимо от меня собирался сюда, но полностью сомнения не исчезают. Киоко берёт небольшой шоколадный торт, который упаковывают в аккуратны белую коробку. Она берёт её за картонные ручки, и мы выходим. Такеши, несмотря на мои надежды, не оставляет нас. И к тому же, находит общие темы для разговора с Рëхеем. Я молча терплю это, стараясь не выражать своё недовольство. На горизонте завиднелась развилка. Дом Сасагав находился слева, в то время как Ямамото, если я правильно помнил, справа. Вот, сейчас то у маленького дождика не будет вариантов, кроме как свернуть в другую от нас сторону. Сердце моё быстро застучало в предвкушении. Я смотрел то на Такеши, то на развилку, и если дети были увлечены беседой и мало, что замечали вокруг, то я сразу смог углядеть как справа выходил ребенок возраста Рëхея. Я оцепенел. Мною завладела мысль, что я проклят, ведь как иначе можно было объяснить такое “везение”? Киоко заметила мою заминку и вопросила: – Ëши-кун? Мальчишки затормозили и посмотрели на меня, в то время как я всё также не отрывал взгляда от силуэта, от чего неудивительно, когда я встречаюсь с серыми глазами. В ответ сразу прищуриваются, а фигура вся напрягается, подобно хищнику, что притаился для прыжка на жертву. – … валим, – невнятно бормочу ребятам. – Что? – Травоядные, – четко и холодно говорит силуэт, являясь никем иным как Хибари Кеей. – Валим! – кричу я и срываюсь налево всей душой не желая получать незаслуженные побои от помешанного психа. Ребята бегут за мной, удивляюсь тому, что я убегаю от непонятного мальчика, который ещё и гонится за нами. – Савада-кун, кто это? – спрашивает Такеши. – Неужели это один из хулиганов, которые лезли к тебе? Тогда я экстремально наподдам ему! – Не надо! – уж чего-чего, а того, чтобы Рëхея избили мне совсем не хочется. – Он не хулиган, просто псих. И с ним лучше не связываться. – Хаха, даже так. Но обязательно убегать? Что он нам сделает? – не проникается серьёзностью ситуации Ямамото. – Эм… По-моему он достал какое-то оружие, – комментирует Киоко. Мы все смотрим на Хибари и видим в его руках тонфа. – Ха.. Ха… – неуверенно смеется Такеши. – Но он же примерно наш ровесник, не изобъет же он нас до смерти? – Изобъет, – уверено отвечаю ему, и тут же Рëхей останавливается. – Братик! – Во имя экстрима! Я вызываю тебя на бой! – Братик, ты же обещал! – Рëхей сразу занервничал. – Бой? Какой бой? – прикинулся дурачком он, судорожно бегая глазами туда-сюда, пока они не остановились на мне. Я вгляделся в его лицо и понял безмолвную просьбу. Тяжёлый вздох сорвался с моих губ. Ну с определённой стороны это в любом случае должно было случиться, всё же и в каноне у этих двоих… Можно сказать была своеобразная дружба, завязанная на спаррингах. Жаль, я ведь правда не хотел, чтобы Рëхея избили. – Бежим дальше, Киоко, – говорю я и схватив за рукав её рубашки, тяну на себя. – Но… – Это не драка, они просто пообщаются… На свой лад. Нам не понять, и делать тут нечего. Пойдем лучше, выпьем чай с тортиком. Не зря же ты его покупала. И мы пошли, хотя девочка постоянно оглядывалась на шум сзади. Поджав губы, она обиженно посмотрела на меня, из-за чего я нервно забегал глазами по округе. Ну что поделать? Не кидаться же самому на амбразуру? Это им развлечение, а не мне, и кто я такой, чтобы портить чужое, пусть и такое странное, веселье? Главное, чтобы до непричастных (меня) не докапывались. – Ха-ха, а с тобой очень весело, – беззаботно смеется Такеши. – Капец как, – едко комментирую я, на что мне всё также весело посмеиваются. Мы уже почти доходим до дома Сасагав, как моя интуиция начинает тихонько позвякивать. Я останавливаюсь, прислушиваясь к этому ощущению, чтобы понять в чем проблема. Мои спутники продолжают идти вперёд, а меня вдруг нагоняет осознание. И правда, стоит мне посмотреть назад, как я вижу в далее стремительно приближающегося Хибари. – О, чёрт… – вырывается у меня и не медля больше я вновь срываюсь на бег. – Киоко, похоже сегодня не получается вместе покушать торт! – кричу я и пробегаю мимо изумленной девочки. Надеюсь, она не решит побежать за мной. Конечно, можно было попробовать укрыться в доме Сасагав, вряд ли Хибари стал бы срываться в частную собственность. Вот только таким образом он мог бы запомнить это место и начать караулить меня здесь. Лучше уж я сейчас пробегусь по городу, чем потом буду бояться ходить этой дорогой. К счастью, между нами большой разрыв, который хоть и быстро сокращается, но даёт мне шанс оторваться и где-нибудь спрятаться. Если я правильно помню недалеко должна была быть детская площадка, на которой можно было укрыться в игровом домике. Добегаю до упомянутой площадки и согласно запланированному укрываюсь в одном домике-песочнице, без брезгливости садясь на голую землю, чтобы отдышаться и после притаиться тут. Не успеваю сделать хоть один глубокий вдох, как рядом со мной садиться Такеши. – Т-ты… – хотелось прошипеть “какого черта здесь делаешь”, но сбитое дыхание не давало на то возможности. – Фух, ну и хорошо мы пробежали, хаха, – не столь устав как я, сказал он, хлопнув по бедру ладонью. – Что, пока прячемся здесь? Я по наитию киваю, а потом встряхиваюсь и говорю. – Нет! То есть, я да, а вот ты чего за мной увязался? – А? Ну так мы же вместе от того мальчика убегали, разве нет? – Совсем нет, дубина! Он гнался только за мной, тебе тут делать нечего! – О, ну так если что вдвоём мы точно сможем дать ему отпор, хаха, так что не отгоняй меня! – Если уж, Рехей не смог… – посмотрев на лыбу сидящего передо мной барана, я решаю не продолжать спор. – Вот зачем тебе это? – А почему нет? – сказал, а после снова рассмеялся придуркрватым смехом. Я лишь молчал. Проходит немного времени и тишина между нами угнетает меня. В голову проскальзывает множество мыслей. Общение… Мне нужно научиться более хорошо общаться с людьми. Я признавал, что данный навык у меня плохо прокачан. Слишком сильна была во мне асоциальная сторона. Когда-то… В прошлой жизни я был уверен, что у меня всё в порядке в социальной сфере. У меня были друзья и приятели. Не то что бы много, но мне хватало. Вот только однажды наши дружеские отношения сошли на нет. Оказалось, им со мной некомфортно. Не могу сказать даже сейчас наверняка, что их не устраивало, то ли излишняя моя скупость на человеческое тепло, то ли закрытость, то ли ещё что. Но результат неизменен: я остался один, а если быть точнее осознал, что никогда никого не имел в качестве близкого человека. Попробовал ли я начать новые отношения с кем-то другим? Нет, мне хватило и сложившегося опыта. И похоже, поступая так я ошибся, лишил себя возможности встретить подходящих мне или просто замечательных людей. Например, кого-то вроде Рëхея. И также, таким образом, я лишил себя важных социальных навыков. Я мог поддерживать с кем-то беседу, но вот длительные отношения… С ними были значительные проблемы. Я поднял глаза на притихшего рядом мальчика. Он тоже о чем-то задумался и сейчас просто глядел в даль. Такеши в отличие от меня был неконфликтным и дружелюбным человеком. Он со многими общался, и общался хорошо, вот только все его друзья мне казались просто приятелями, просто ребятами, с которыми Такеши мог повеселиться, но не более. Они не были ему кем-то близким, а такие в конце концов уходят из твоей жизни, выбирают другую, противоположную твоей, дорогу. Выбирают других людей. Не тебя. Но может я ошибался? Может неправильно понимал суть общения, и такой популярный Такеши знал что-то, чего не знал я? Может мне стоит попробовать научиться у него общению? – Такеши, – позвал я мальчика, и он сразу выбрался из своих дум, повернувшись ко мне. – Я же правильно понимаю, что ты уже не пытаешься стать мне другом? Улыбка Ямамото слова тускнеет, и мальчик становится серьезней. – Да. – Есть ли причина почему ты продолжаешь быть дружелюбным со мной? – Ну… Ха-ха, на самом деле есть одна, но я бы не хотел её озвучивать. – Что ж, хорошо, я не против, – я действительно был не против, для меня сейчас важнее другое. – В таком случае, мы можем попробовать общаться друг с другом, извлекая выгоду из этого для обоих. – Выгоду? – изумление вопрошают, а я принимаю наставительный вид, для пущей убедительности выставив указательный палец вперёд. – Да, выгоду. Ты будешь общаться со мной, из-за этой своей загадочной причины, а я… – делаю нагнетающую паузу. – Буду общаться с тобой для того, чтобы ты научил меня как нужно правильно дружить!