Хан Джисон, который все испортил

      Однажды я слышала, что сон без сновидений самый крепкий. Если это действительно так, за сегодняшнюю ночь я должна была выспаться, как не могла уже долгое время. Перед тем, как мы уснули, Джисон-оппа поглаживал мои волосы и наматывал длинные локоны на пальцы, а я едва не мурлыкала от его нежных прикосновений. Калачиком свернувшись сбоку, опустила голову на тяжело вздымающуюся грудь и потеряла любую связь с реальностью.       Проснулась я, когда утреннее солнце вовсю прорывалось в наш номер. Требовательно касалось стен, кровати и нас, мирно сопевших на ней. Нехотя разлепив один глаз, я уставилась на край синего неба, видневшегося через окно. Ясная погода смеялась над нами, не оставив и следа от вчерашней грозы.       Но Хан Джисону на это было плевать. Он будто и на сантиметр не сдвинулся за всю ночь. Всё также лежал на спине, лишь иногда сладко причмокивая. Вид у него при этом был крайне безобидный: надутые губы, пухлые щёки, изредка трепещущие ресницы. Только следы усталости, залёгшие тяжким грузом под глазами, рушили созданную идиллию.       Выпутавшись из одеяла, я потянулась к маленькой родинке на щеке Хан Джисона и невесомо коснулась её подушечкой пальца. Кожа оказалась не мягкой, как я думала, а немного шершавой. Протерев глаза и приглядевшись чуть лучше, я заметила появившуюся щетину. Нравился мне этот брутальный образ или нет – судить сложно, но Джисон-оппа объективно выглядел мужественнее, чем обычно. И это казалось довольно сексуальным.       Приподнявшись на одном локте, я потянулась к нему. Закусив губу, разглядывая каждый сантиметр на таком прекрасном лице, и оставила скромный поцелуй около скулы. Джисон-оппа лениво поморщил нос. Не открывая глаз, в то же мгновение нащупал мою талию под одеялом и притянул ближе к себе.       — Ещё пять минут, — хриплым спросонья голосом попросил он.       — Сегодня хоть десять, — засмеялась я, устраиваясь поудобнее.       Джисон-оппа приоткрыл глаза и недоверчиво уставился на меня. Кажется, после сна он не особо ориентировался в пространстве и времени. Возникшее на его лице удивление резко сменилось блаженной улыбкой.        Я устало выдохнула. Мы переспали вчера, как себя вести после такого? Джисон-оппа теперь был не просто моим парнем, а тем, кто видел меня абсолютно голой во время всякого… Во время секса, чёрт возьми. И как я смотрелась в этот момент? Наверняка ужасно жалко, я ведь такая неумёха. Как же стыдно!       Пока мой парень одаривал меня взглядами в стиле "я весь твой", я проклинала свою неопытность. Смутившись, отвернулась спиной к Хан Джисону.       — Бейби, ты куда?       Его горячее дыхание опаляло моё ухо, вызывая мурашки по телу.       — Я… мне так удобнее. Хочу на другом боку полежать.       Не запнись я, ложь прозвучала бы увереннее. И только показалось, словно Джисон-оппа поверил мне, как его лицо снова учутилось напротив. В два счёта он перелез через меня и лёг на край кровати с другой стороны.       — А я хочу смотреть на тебя.       На его лице не было ни капли смущения. Всё такой же сонный, он был непоколебим в уверенности в себе. Пуховое одеяло едва прикрывало его бёдра, оставляя свободным для глаз всё, что выше. А смотреть там было на что. Мои щёки начали гореть от неприличных мыслей, и я пропищала что-то нечленораздельное, поспешив спрятать лицо в одну из подушек.       — Мина, — голос Хан Джисона всё ещё был непривычно низким, — что-то не так? Плохо себя чувствуешь или я тебя как-то обидел?       — Нет, всё хорошо, просто, — с сожалением оторвав голову от подушки, я встретилась с волнением в глазах Хан Джисона. — Мне немного стыдно из-за вчерашнего.       Одно дело признание в любви и совсем другое – секс. В первом я была уверена, выражать свои чувства никогда не казалось сложным, но второе… Мне было неловко даже просто смотреть на Хан Джисона. Я ведь просила его остановиться в самый важный момент, он наверняка посчитал меня за настоящую дуру.       — Ты была такой горячей вчера, словно пирожок из печи. Тут и правда есть чему постыдиться.       На пару мгновений повисла тишина, как вдруг мы громко рассмеялись.       — Ты главное не переживай, мы ведь можем практиковаться хоть каждую ночь.        С лёгкой ухмылкой он смотрел на меня так, будто шёл на благое дело. Ударив кулаком по мускулистому плечу, я нахмурилась.       — Пирожок? Серьёзно? Кто научил тебя делать такие комплименты? — стараясь выглядеть невозмутимо, я пригладила волосы. — Хотя о твоих способностях было понятно ещё со времён "WOW".       — Эй, — Джисон-оппа рассмеялся, садясь на месте, — что ты имеешь против "WOW"?       — Ничего.       Пряча улыбку, я встала с кровати и первой направилась в сторону ванной. Помятый после сна Джисон-оппа, словно растрёпанный бельчонок, поджал губы и внимательно наблюдал за каждым моим шагом. Бросив заговорщический взгляд на него, я не сдержалась:       — Простите, нуна, у вас есть парень?       — Не-ет! — Джисон-оппа сорвался вслед за мной, смеясь и протестуя.        — Что ты имеешь против "WOW"? — хохотала я, скорее залетая в ванную. — Нунам ведь нравятся упрямые парни? Хотя у меня могут быть проблемы.       — О, проблемы я тебе обещаю!       Джисон-оппа забежал внутрь, пока меня складывало пополам от смеха.       — Ты, мисс Любительница картошки, не в том положении, чтобы смеяться.       Он сгрёб меня в охапку, вынуждая остановиться, хотя на его лице при этом сияла одна из самых широких улыбок.       — Не сдерживайся, давай, — я хлопнула его пару раз по плечу. — Вау, она горяча.       Один короткий взгляд, и комнату наполнил голос Хан Джисона:       — Прекрасна с головы до ног,       Не могу оторвать от тебя взгляд.       Твои идеальные линии, лучшие из лучших.       Парни пытаются поймать тебя.       Джисон-оппа читал, а я импровизированно битбоксила в кулак. Пожалуй, стены этого отеля ещё никогда не видели подобного безобразия, но всё бывало в первый раз. И концерт двух айдолов, которым на публике даже дышать рядом нельзя, зато наедине вполне можно буквально в трусах танцевать, тому подтверждение.       

***

      Стоя перед камерой и глядя в пол, я протяжно выдохнула. Перекинула микрофон из одной руки в другую, собираясь с мыслями. Субботнее интервью и выступление на Music Core не обещало быть чем-то особенным. Повезло же выпустить альбом в одно время с Кай-сонбэнимом. Его песне "Rover" пророчили все награды на ближайших шоу, и тягаться с ним бесполезно.       Прерывая поток моих мыслей, режиссёр объявил о готовности к записи. Немногочисленные зрители напротив восторженно зашептались, и я вскинула голову. Улыбнулась самой ослепительной улыбкой, на какую только способна. Хоть первого места и не видать, следовало показать себя в лучшем свете. Впереди ещё сезон премий.       — Неужели ты нервничаешь? — послышался тихий голос ведущего сбоку.       Вместе с вопросом Минхо-сонбэним одарил меня коротким взглядом. Не привлекая лишнего внимания к нашему общению, сразу сделал вид, что и вовсе ничего не говорил. Глядя перед собой, я бросила невзначай:       — Было бы из-за чего.       На старшего не пришлось даже смотреть. Его усмешка была слышна, наверное, всем вокруг. Ну и пусть не верит. Очередное интервью, ничем не выделяющееся среди остальных. Где тут повод нервничать? Обычная работа. Выступлю и поеду в общежитие валяться в кровати и слушать музыку.       — Один, два, три, поехали!       — Здравствуйте, наши сегодняшние гости – Radiant, — интервью началось со слов Ким Чону, — рады вас поприветствовать.       — Здравствуйте, это Radiant.        Хор наших голосов прокатился по студии, заполняя каждый её уголок. Я искренне мечтала о том дне, когда имя "Radiant" вырвется за пределы Кореи и будет звучать уже по всему миру, в самых больших городах и странах.        — Мы очень соскучились по вам, RAY, — я слегка надула губы, на правах лидера первой произнося речь. — Сияние не может существовать без своих лучиков. Мы счастливы вновь объединиться с вами.       — Пожалуйста, расскажите нам о своей заглавной песне.       — Она называется "I have me". С помощью неё мы несём идею, что не стоит зависеть от мнения окружающих. Главное, что у тебя всегда есть ты сам.       Суа делилась мыслями о нашей песне, а Минхо-сонбэним слушал её так внимательно, будто и не знал обо всём от 3RACHA. И ладно Бан Чан или Со Чанбин, но Хан Джисон-то наверняка рассказывал, как приложил свою руку к нашему камбэку. Сейчас и вовсе это ни для кого не было секретом: авторство публично раскрыли в день релиза.       Разговор о нашей песне стремительно сменился на неё саму. Ведущие отошли в стороны, оставляя больше места, чтобы мы могли исполнить куплет. Позднее нам предстояло полное выступление, а также в планах было отснять несколько видео с другими айдолами для социальных сетей. Последним сегодня будут заниматься Суа и Ынбёль-онни, как основные танцоры в группе. И хоть определённых позиций у нас не было, всё было понятно без них.       — А мы неплохо справились, правда? — младшая приобняла меня за плечи, стоило нам выйти в коридор.       — Конечно, — я потрепала её по распущенным волосам, — Минхо-сонбэним и Чону-сонбэним так заинтересованно тебя слушали. Говорят, они в поисках третьей ведущей. Может, нам попросить менеджера предложить им тебя на эту роль?       Суа замерла на месте, вынуждая меня остановиться. Сощурившимися глазами она смотрела на меня так недоверчиво, словно я шутила. И только я собралась привести ей примеры ведущих из молодых групп, как она прервала повисшую тишину:       — Онни, я хочу, — возбуждённо протараторила младшая. — Хочу быть ведущей. Ты правда поговоришь с менеджером?       — Да, конечно, — согласно кивнула я. — Не настраивайся пока слишком сильно, но, мне кажется, у тебя есть все шансы.       Суа крепко стиснула меня в объятиях. Я и не подозревала, как сильно ей хотелось стать ведущей. Конечно, мы нередко смотрели разные шоу по вечерам, но лично меня больше привлекала роль гостя. Происходящее на шоу только казалось весёлым и увлекательным. Тяжело представить, как уставали ведущие, совмещая свои непосредственные обязанности айдола с работой на телевидении. И, кажется, здесь крылся главный плюс нашей Суа: её энергии сполна хватит на всё.       Ынбёль-онни и Хэри-онни шли чуть поодаль, но вдруг и вовсе остановились. Уставившись в телефон, старшая скорее поманила нас к себе:       — Менеджер отправила запись интервью, идите сюда.       Мы подбежали к ней и с предвкушением уставились на экран смартфона. Наши сегодняшние образы сочетали в себе плиссированные юбки в клетку, укороченные топы и жилетки. Мы выглядели, словно школьницы, и этот вид неожиданно был каждой к лицу. В то же время ведущие, одетые в бомберы, как те самые крутые старшеклассники из американского кино, отлично дополняли общую картину. Хэри-онни поставила паузу, внимательнее разглядывая себя. Вновь скользнув взглядом по ведущим и прикидывая, как бы с ними смотрелась Суа, я неожиданно громко рассмеялась.       — Ты чего? — непонимающе заморгала Хэри-онни.       Стоп-кадр вышел не самым удачным для Минхо-сонбэнима: один глаз закрыт, другой открыт, а губы в каком-то переходном состоянии от улыбки.        — Посмотрите на его лицо, — не переставая хохотать, я ткнула пальцем в экран. — Вот это перекосило!       Суа засмеялась вместе со мной, а Хэри-онни снисходительно улыбнулась. Конечно, мало кому стоп-кадр мог сыграть на руку, и смеяться над этим было глупо, но лицо старшего выглядело слишком забавно, чтобы сдержаться.       — Мина, — Ынбёль-онни коснулась моего плеча, поднимая голову от экрана и оборачиваясь.       — Да бросьте, Минхо-сонбэниму с таким лицом можно в фильме ужасов играть. Какой-то Франкенштейн, не иначе!       — Франкенштейн, значит? — из-за спины послышался мужской голос.       Не успела я и пискнуть от страха быть пойманной Ли Минхо, как он схватил меня за ворот жилетки и потянул на себя.       — Прошу прощения, мы ненадолго, — он слегка поклонился подругам, потащив меня за собой.       — Сонбэним, это не то, о чём вы подумали! — лепетала я, едва поспевая следом.       Гримёрная ведущих располагалась очень близко к съёмочной площадке. Намного ближе, чем комнаты для гостей. Ли Минхо наконец отпустил меня и, приоткрыв дверь, приглашающим жестом указал внутрь. Будто у меня был вариант не заходить туда. Готовясь получить приличный нагоняй за оскорбление старшего, на ватных ногах я переступила через порог.       — Мне очень жаль, что я смеялась над вами! Пожалуйста, простите глупую младшую! — взмолилась я, развернувшись лицом к Минхо-сонбэниму и упав на колени.       — С ума сошла? — рассмеялся он, закрывая за собой дверь. — Вставай.       Надежда отделаться простыми извинениями стремительно покинула меня. Сонбэним не собирался простить это так легко. Судя по его хищной улыбке, он вновь чувствовал себя, словно кот с мышкой. И от этого осознания я недовольно поморщила нос, вставая на ноги.       — Бейби, что случилось? — услышать Хан Джисона было последним, что я сейчас ожидала.       Широко разинув рот от удивления, я развернулась в центр комнаты и уставилась на своего парня. В спортивных штанах и объёмной толстовке он развалился на диване у стены, с улыбкой глядя на меня.       — Твоя девушка не уважает старших, Хан-и, — Ли Минхо привалился бедром к столу, едва не сдвинув его с места. — Тебе следует провести с ней воспитательную беседу.       Значит, моим наказанием за неподобающее поведение будет заниматься Джисон-оппа, а не Минхо-сонбэним. В таком случае я даже была готова подыграть, словно провинилась сильнее, чем то было на самом деле. Кровь прилила к лицу от подобных мыслей, и я начала стыдливо теребить край юбки пальцами. Образы моего парня с кожаным ремнём в руках, как по законам романтических манг, всё продолжали всплывать перед глазами.       Чёрт, я и правда извращенка.       — Это твой костюм для выступления? — вопреки неприличным мыслям в моей голове, Джисон-оппа думал совсем о другом.       — Что? — непонимающе заморгала я, встречаясь с ним взглядом. — А, да, нравится?       Отпустив край юбки, я расправила плечи и гордо вскинула подбородок. Стиль кокетливой школьницы – совсем не моё, но парни наверняка в восторге от такого.       — Твоя юбка, — задумчиво протянул Джисон-оппа, оглядывая мои бёдра, — она не слишком короткая? Разве тебе не холодно?       Мы с Минхо-сонбэнимом удивлённо переглянулись.        — О чём ты? Это ведь часть моего костюма.       — Но это даже одеждой тяжело назвать!       — Оставлю вас наедине, — старший прыснул со смеху и скрылся в коридоре.       Я растерялась, совсем не ожидая такой реакции от Хан Джисона. Он не первый день и не первый год в индустрии, короткие юбки здесь везде.       — Мне что, не идёт? — брови полезли на лоб от ужасного осознания.       — Совсем нет, просто, — он протестующе замахал руками, — это не выглядит удобно.       Конечно, именно на мне такая длина смотрелась довольно непривычно. Возможно, даже странно, но ведь под юбкой не только нижнее бельё. Защитные шорты как раз создавали необходимое удобство. Джисон-оппа напрягся, когда я подцепила пальцем край юбки. Немного подогнув её, показала белую ткань под ней.       — Тебе не стоит переживать за меня, всё схвачено, — улыбнулась я.       — А, шорты, — с облегчением выдохнул он.       В комнате повисла тишина. Ощутимо неловкая для Хан Джисона и вполне комфортная для меня. Джисон-оппа выглядел таким милым и смущённым, вставая с дивана и почёсывая затылок.       — Оппа, а что ты тут делаешь? — заканчивая с малоприятными темами, я поспешила перевести разговор в привычное русло.       — Два близких мне человека сейчас в одном месте, и я подумал, что тоже хочу быть здесь.       На последних словах он поджал губы, от чего его щёки очаровательно надулись. Приблизившись, я оставила поцелуй на одной из них быстрее, чем смогла совладать с нахлынувшей нежностью.       — Дождись меня после записи, — попросила его я, отодвигаясь. — Мы могли бы пройтись вместе перед сном.       — Договорились.       Одним уверенным движением он заправил выбившиеся волосы мне за ухо и кивнул на дверь.       — Поспеши, тебя там наверняка ждут.       Радостно улыбнувшись и бросив последний взгляд на Хан Джисона, я выбежала из гримёрной. Хотелось бы мне не прятать наши отношения, а рассказать о них всему миру. Ведь теперь у меня был человек, ради которого я готова на всё. Как и он ради меня, в этом я уверена. Но нужно подождать ещё года четыре. Участницам TWICE разрешили раскрыть свою личную жизнь через пять лет после дебюта. Оставалось надеяться, что эта практика войдёт в привычку в JYPE.       — Мина, — твёрдым шагом мне навстречу двигалась наша менеджер, — где пропадаешь? Десять минут до выступления, все тебя ждут.       — Извините, — впопыхах поклонившись ей, я поспешила к своей группе.       Подруги стояли у самого выхода на сцену, окружённые другими айдолами. Кто-то ждал свой черёд для выступления, кто-то для интервью. Дружелюбно приветствуя всех вокруг, я пробиралась вглубь, когда уха коснулись чьи-то несмелые переговоры. Тихие, не привлекающие слишком много внимания, при этом я отчётливо слышала каждое слово.       — Сначала они снимаются во влоге у Stray Kids, а сейчас и вовсе выступают с написанной ими песней. Они здесь только из-за успеха старших.        — Может, сонбэнимам ещё и станцевать за них?       Нахмурившись, я огляделась вокруг, но все то ли действительно ничего не слышали, то ли искусно делали вид. Кто-то приветственно кланялся мне, пока я тщетно пыталась найти говоривших.        — Онни, мы здесь! — замахала руками Суа, решив, что я потеряла их из виду.       Подруги выглядели невозмутимо, подтверждая мои мысли: никто из них не слышал того же, что и я. Они разминались перед выходом на сцену и лишь мельком взглянули на меня. Неужели все вокруг считали, что мы добиваемся успеха только благодаря Stray Kids? Что насчёт Ынбёль-онни, которая каждый раз тренировалась до дрожи в ногах, а после едва стояла прямо? Хэри-онни, чуть ли не ночевавшей изо дня в день в кабинете вокала? И Суа, знающей сольные части танцев каждой из нас, потому что отрабатывала их с нами чаще, чем повторяла свои?       Это несправедливо. Сгорая от злости, я первой вышла на съёмочную площадку. Они могли говорить, что у меня противный голос, что я лениво танцую, или что лидер из меня посредственный, но обижать моих девочек я никому не позволяла. Нужно как можно скорее выпустить мою сольную песню, чтобы доказать свой потенциал, а сейчас выступить так, чтобы больше никто не посмел усомниться в Radiant.       — Готовы? — тихо шепнула я, оглядывая подруг и готовясь попасть под прицел камер.       — Всегда готовы, — невозмутимо усмехнулась Ынбёль-онни, словно годы упорных тренировок ничего ей не стоили.       — Отлично.       Мы встали на позиции спиной к камере. Короткие аплодисменты, отсчёт режиссёра и вот медленная игра на клавишах зазвучала со всех сторон. Проведя руками по талии, я обернулась через плечо. Нарочито низким и сладким голосом вступила на английском:       — Привет. Кажется, мы начали не на той ноте,       Но я здесь, чтобы исправить это.       Кто я такая? О, я тебе сейчас расскажу.       Поехали!       Танцевальные биты не оставили места томному настроению. Я дополнила клин во время сольной партии Суа, присоединяясь ко всем. Два шага вперёд, в сторону, очертить голову кистью руки – помимо самого танца было важно подмигивать на камеру и ослепительно улыбаться.        — У меня много друзей, о я такая классная!       Но где они все, когда тревожные мысли съедают с головой?       Бит ускорялся, намереваясь достигнуть своего пика во время хука. Мы выстроились в шахматном порядке, когда Ынбёль-онни послала воздушный поцелуй, и вот быстрая музыка оборвалась по одному движению её руки. Тягучая, словно мёд, теперь она создавала совсем другую атмосферу. Обхватив себя рукам за плечи и поиграв пальцами, словно на пианино, я вышла на авансцену.       — Этот парень считает себя центром моей Вселенной,       Но как бы ему намекнуть, что это не так?       Подруги перешли к расстановке с прямой линией. Той самой, что обострила ряд проблем на одной из репетиций. Плечом к плечу они выстроились за моей спиной. Сложив пальцы в форме сердца и показав его на камеру, не оборачиваясь, я двинулась назад ко всем.       — Ты можешь быть чертовски крут, но какой в этом толк? Мой трофей уже выбран.       Часть припева, отведённая Хэри-онни, прозвучала, что надо. Чисто, но вкусно. По довольной улыбке на её лице стало понятно – она думала так же. Наматывая прядь волос на палец, Ынбёль-онни пропела:       — Говоришь, без тебя не справлюсь? Но зачем мне ты, если у меня есть я?       Мы выстроились в колонну. Младшая первая вышла из неё, сцепив руки в замок за спиной и сделав волну всем телом. Время подходило к моей рэп-партии. Пока подруги расходились в разные стороны, я набрала в лёгкие побольше воздуха.       — Эй, посмотри на меня!        Я та, кем хочу быть!       Говоришь, громко смеюсь? В чём твоя проблема?       Я живая, какой и хочу быть.       Предложение за предложением, я читала, вкладывая смысл в каждое слово. Тот самый, что стремились передать 3RACHA, когда работали над лирикой. И в этот момент я поняла причину желания других унизить мою группу – все остальные просто завидовали. Они не верили в наш успех, считая, что этот путь был хорошенько протоптан старшими, и мы будем счастливо следовать ему. Но они ошибались. Мы собирались перенять опыт у своих наставников и использовать его для достижения целей своими силами.       Оставшееся время записи пролетело в мгновение ока. Всё, о чём я могла думать – как поскорее выпустить собственную песню. И желательно не одну. Тогда ни у кого не останется сомнений в нашем праве нахождения в индустрии. Суа нужно обязательно определить на место ведущей. Может, Хэри-онни исполнит песню к дораме или фильму? А по Ынбёль-онни уже давно модные бренды плакали.       Стоило уточнить у Бан Чана, могла ли я не указывать его автором музыки своего сольного трека. Он ведь не написал её, а лишь модернизировал. Тем самым сделал бо́льшую часть работы, по правде говоря, но идея точно принадлежала мне. Я погрузилась в мысли об этом настолько, что даже случайный парень в коридоре показался слишком похожим на лидера Stray Kids. Чёрная толстовка, шапка и маска – он мельком повернулся в мою сторону, разрушив все сомнения. Это действительно Бан Чан, но что он забыл здесь?       Часть с награждением уже закончилась, и все разбредались по своим делам. Как ожидалось, победное место забрал "Rover". Мы оказались вторыми, что тоже неплохо, конечно. Суа и Ынбёль-онни записывали видео с нашим танцем вместе с другими айдолами, а мы с Хэри-онни устало подпирали стену поодаль, уже переодевшись в повседневную одежду. Но даже находясь на приличном расстоянии от входа в гримёрную ведущих, я без труда узнала Бан Чана, прошмыгнувшего в неё. Для Хэри-онни это также не осталось незамеченным.       — Вы ещё общаетесь?        Мне не требовалось уточнять, о ком шла речь. Подруга прекрасно поняла меня. Их с Бан Чаном общение было, как бы это назвать… странным? Или так казалось только мне, ведь я практически не знала подробностей. Они сблизились после нашего двойного свидания, это заметно даже слепому, как бы Хэри-онни не отнекивалась. Но в последнее время я почти не видела их вместе. Предчувствуя ответ, мол здесь нечего обсуждать, я удивилась, услышав:       — Это довольно сложный вопрос, — подруга тяжело вздохнула, переводя взгляд с закрытой двери на меня. — Если ты хочешь узнать, связывает ли нас романтическое общение, то это не так. Я не могла и подумать о парне, в которого ты была влюблена.       — Если дело во мне, тебе не стоит переживать. По понятным причинам.       Навряд ли я отреагировала бы так, не будь Хан Джисона в моей жизни. Видеть, как человек, в которого ты влюблена, счастлив с твоей подругой, паршиво. Но это только при условии, что твои чувства ещё не потухли. Мои же были закопаны настолько глубоко, что я при всём желании не смогла бы сейчас вспомнить, каково это – быть влюблённой в Бан Чана.       — Не только, — качнула головой Хэри-онни. — Может, вы с ним на одной волне, и ты не замечаешь подобного, но для меня он очень тяжёлый человек. Не требующий компромиссов, понимаешь? Стоит столкнуться с ним мнениями по вопросу, который он считает важным, и всё – ты ничего ему не докажешь. Думаю, это совсем не то, что мне сейчас нужно.       — Он хороший, — аргумент в пользу Бан Чана прозвучал немного жалко, но это была правда, — не без изъянов, как и мы с тобой, но он правда неплохой человек.       — Я знаю, — еле слышно ответила Хэри-онни.       Дверь гримёрной открылась, и трое старших показались на её пороге. Стоило Хан Джисону лишь улыбнуться мне, как все разумные мысли упаковали свои вещи и смылись куда подальше. Я поспешила в его сторону.       — Привет, — наспех поклонилась Бан Чану и получила улыбку с ямочками в ответ.       — Мина, — голос моего парня звучал не так радостно, как хотелось, — мы поедем в студию, срочно нужно закончить одно дело.        — А, понятно.       Чтобы не выдать своё разочарование, я отвела взгляд. С самого начала было понятно, на что я шла, но меня из раза в раз расстраивал выбор не в мою пользу. Да, Джисон-оппа приехал на съёмки Music Core из-за меня, но пять минут в гримёрной Минхо-сонбэнима едва ли сошли бы за нормальную встречу. В руках Бан Чана блестели ключи от машины, и в этот момент мне пришла гениальная идея.       — Вы поедете сейчас? Отвезёте меня в общежитие? Это по пути. У остальных пока съёмки, надоело ждать.       Если я могла ещё хоть немного побыть с Хан Джисоном, этим нужно было воспользоваться. К тому же поездка по ночному городу казалась весьма романтичным занятием. Обведя взглядом старших, я улыбнулась в ожидании положительного ответа.       — Поезжайте без меня, — усмехнулся Минхо-сонбэним, — я тоже должен снять ещё одно видео, доберусь потом сам.       — В общежитие? — насмешливо уточнил Бан Чан.       — Не обещаю, — хитрое выражение лица Ли Минхо не оставляло сомнений в его планах на вечер.       — Тогда поехали.       — Я с вами, — из-за спины раздался голос Хэри-онни.       Было это желанием наладить общение с Бан Чаном или нежеланием подпирать стену и дальше, по лицу подруги не удалось понять.        — Отлично, едем, — Бан Чан хлопнул в ладоши и подбородком указал на выход.       До парковки мы шли молча. Всем вниманием Хэри-онни завладел смартфон в её руке, а мы с Хан Джисоном, словно школьники, украдкой поглядывали друг на друга и улыбались. Он был явно рад провести больше времени вместе, как и я.       Сигнализация автомобиля пропищала, предлагая забраться внутрь. Не успела я подумать, что было бы правильно сесть с подругой на заднее сиденье, как Хэри-онни залезла вперёд. Благодаря ей весь обратный путь до общежития я могла нежиться в объятиях своего парня.       — Мы вновь собрались этой компанией, — улыбнулся Бан Чан, поправляя зеркало заднего вида. — Может, нам ещё раз сходить в караоке? Было весело.       — Ты весь вечер провёл в телефоне, — усмехнулась я, склонив голову набок, — безудержное веселье.       — Моя ошибка, — смех Бан Чана наполнил собой машину, — но было классно выбраться из студии.       — Что я слышу! Ты не заболел? — вслед за старшим рассмеялся Джисон-оппа.       Бан Чан театрально закатил глаза, оставляя наши комментарии без ответа. Разместив одну руку на руле, он крутил его так, словно мог делать это с закрытыми глазами – подобное зрелище завораживало. Уютнее устроившись рядом с Хан Джисоном, я опустила голову ему на плечо. Холодным носом уткнулась в оголённую шею, наверняка вызывая по ней табун мурашек.        — Ты не опоздала на выступление? — поглаживая меня по волосам, шёпотом спросил он. — Видел вашего менеджера, она была чем-то взволнована.       — Я? Нет. — вдохнув полной грудью цитрусовый аромат мужского парфюма, я позволила себе оставить лёгкий поцелуй на смуглой коже.       — Нам следует быть аккуратнее.       Спорить с очевидным фактом не было никакого смысла, но так не хотелось мириться с этим. Всеми силами я старалась делать вид, что у нас с Хан Джисоном нормальные отношения. Настолько, насколько это вообще возможно. Достав свой телефон из рюкзака и разблокировав экран, я включила фронтальную камеру.       — Оппа, давай сфотографируемся, — попросила Хан Джисона, начиная позировать.       Уголки его губ растянулись в слабой улыбке. С таким унылым лицом красивых снимков не видать.        — Ты что такой грустный? Улыбнись пошире.       Перехватив смартфон в свою руку, Джисон-оппа заблокировал экран. Нахмурившись, я уставилась на него, требуя пояснений:       — Давай в другой раз. У меня совсем нет сил, чтобы строить из себя что-то.       — Ну, ладно, — я выдохнула немного расстроенно, но соглашаясь с его желанием. — Ты хорошо сегодня кушал?       — Не переживай, — ободряюще кивнул Джисон-оппа, — я забочусь, чтобы твой оппа был сильным и здоровым.       Он коснулся губами моего лба, пока высотные здания за окном неустанно сменяли друг друга. Чувствуя тепло его тела, я расслабилась и загляделась на цветные огни. Из-за скорости, с которой ехал Бан Чан, они сливались в одну сплошную линию. Я даже могла задремать в столь приятной обстановке, если бы не чей-то телефон. Он пищал, оповещая о входящих сообщениях, пока Бан Чана не начало это нервировать.       — Кто-то очень хочет, чтобы ты ответила, — не отрывая взгляд от дороги, бросил он Хэри-онни.       — Прости, сейчас выключу звук.       Разглядеть выражение её лица я не могла, но уведомлений больше и правда не было слышно.       — От кого они?       Вопрос Бан Чана прозвучал незаинтересованно. Однако, не интересуй его ответ, он бы и вовсе не спросил.       — Неважно, — безразлично бросила подруга.       — Понятно.       На горизонте показалось наше общежитие. Надув губы, я разочарованно уставилась на Хан Джисона. Он поспешил оставить ещё один поцелуй на кончике моего носа. Приподняв брови, подбадривающе улыбнулся мне, а у меня чуть слёзы на глазах не навернулись. Как же сильно хотелось оттянуть момент расставания, но машина неминуемо остановилась недалеко от ворот.       — Спасибо, — попрощавшись, Хэри-онни первая вышла из машины.       — Остаёшься? — улыбка Хан Джисона сияла при свете уличных фонарей.       Я бы всё отдала, чтобы согласно кивнуть и уехать к нему в общежитие. Вот только съёмки завтра начинались неприлично рано. Обхватив торс Хан Джисона обеими руками и сильнее прижавшись к нему, я шумно выдохнула. Делать нечего, надо идти.       — Может, съездим куда-нибудь? — раздался голос Хан Джисона над самым ухом.       — Куда? — отодвинувшись, я заглянула ему в лицо.       — Не знаю, как насчёт моря?       Кажется, моё лицо просияло настолько, что не требовалось ответа. Поехать вдвоём на пляж превосходило все мои желания. Мы бы вкусно ели, много гуляли и наслаждались компанией друг друга. Только сейчас вспомнив, что, кроме нас, в машине был Бан Чан, я бросила короткий взгляд в его сторону.        Несмотря на то, что теперь мы никуда не ехали, обе руки старшего плотно сжимали руль. Челюсти сомкнулись до гуляющих желваков, а взгляд устремился в одну точку. Я проследила за ним, буквально почувствовав холод от одного вида Бан Чана. Перед воротами Хэри-онни общалась с каким-то парнем в капюшоне. Не успела я задаться вопросом, кто он, как его рука коснулась плеча подруги. Она дёрнулась в сторону, как раз когда дверь автомобиля открылась. Бан Чан вышел на улицу, громко захлопнув её за собой.       Я пулей вылетела следом.       — Какие-то проблемы? — голос Бан Чана, словно ледяной ветер, пронёсся по безлюдной улице.       И пусть мне оставалось ещё несколько метров до ворот, хватило пары секунд, чтобы узнать незнакомца – это был бывший парень Хэри-онни. По закрытой позе подруги читалось, что их разговор не из приятных. Однако, стоило ей только увидеть мчащегося на всех парах Бан Чана, как брешь невозмутимости была пробита.        — Не вмешивайся, — она смотрела на старшего так, что кровь в жилах стыла.       — Кто это? Твой новый парень? — бывший Хэри-онни усмехнулся, переводя взгляд с неё на вставшего рядом Бан Чана.        Узнать в нём одного из самых влиятельных лидеров четвёртого поколения едва ли представлялось возможным. Тусклый свет, шапка и наспех надетая маска делали своё дело, но мне всё равно стало страшно. Всем будет лучше, если я уведу Хэри-онни в дом. Пальцы Хан Джисона плотным кольцом сомкнулись на моём запястье, не позволяя сдвинуться с места.       — Не лезь, — тихо шикнул он.       — Это мой друг, — раздражённо бросила Хэри-онни.       Её бывший не отрывал взгляд от Бан Чана, рассматривая каждую деталь его внешности. И только мне показалось, будто он узнал его, как в слух раздалось:       — Гуляй, друг, тебе здесь делать нечего.       Парень схватил Хэри-онни за талию, намереваясь увести подальше от чужих глаз. Проверять догадки о том, что он хотел сделать дальше, я не собиралась. Выдернула свою руку у Хан Джисона, но он этому совсем не сопротивлялся. Опередив меня, сам ринулся ко входу в общежитие.        — Отпусти её, — Бан Чан звучал серьёзнее некуда. — Она не хочет с тобой никуда идти.       Я поспешила за Хан Джисоном. Вынырнув из-за его плеча, наконец смогла разглядеть развернувшуюся картину вблизи. Моя смелая, отважная Хэри-онни стояла, вжав голову в плечи. Парень продолжал удерживать её, на что Бан Чан грубо рявкнул:       — Плохо слышишь? Руку убери.       — А то что?       Едкая усмешка. Такая, что мне захотелось врезать этому мудаку. И не только мне. Бан Чан в два счёта вывернул ему руку за спину. Раздался громкий крик.       — Придурок! Отпусти! Я вызову полицию!        — Думаешь, это пойдёт на пользу твоему делу в суде? — теперь настала очередь Бан Чана усмехаться. — Валяй, здесь по меньшей мере три свидетеля.        Парень смолк, осознав своё положение. На этом конфликт мог быть улажен, как в него вмешалась Хэри-онни. Уперевшись одной ладонью в грудь Бан Чана, заглянула ему в глаза. И не было в этом взгляде ничего хорошего.       — Отпусти его, — её слова, словно пощёчина, хлестнули старшего, — он просто хотел поговорить.       — Поговорить? — рассмеялся Бан Чан. — Его рука на твоей талии – это часть разговора?        Джисон-оппа повернулся ко мне и сказал так тихо, чтобы слышала только я:       — Уведи её в общежитие, и не вздумайте выходить без охраны.       Повторять дважды не было нужды. Проскользнув сбоку от парней, я взяла подругу за руку и потянула ко входу. С места она не сдвинулась, но мои пальцы сжала сильнее.       — Ты слишком много на себя берёшь. Думаешь, лучше него? Да ты точно такой же! Никто из вас не смеет контролировать мою жизнь!       Толкнув Бан Чана в грудь, Хэри-онни развернулась на пятках и уверенным движением открыла ворота. Я едва поспевала за ней. Обернувшись прежде, чем скрыться за тяжёлой дверью дома, увидела один удаляющийся силуэт и два других, стоящих на месте.       — Как же они мне надоели! — взмолилась Хэри-онни, скидывая ботинки в прихожей.       — И Бан Чан тоже? — неосторожно уточнила я, норовя стать третьей в списке раздражителей.       — Конечно! Я взрослая девочка и могу сама решить свои проблемы, тем более с поддержкой агентства. Что он везде лезет? Думал бы лучше о себе. Бесит!       Я впервые слышала, чтобы Хэри-онни так яро возмущалась. Она ходила по гостиной, скидывая одежду прямо на пол и разнося своего бывшего, а с ним и Бан Чана, в пух и прах. Только оставшись в одном белье и достав бутылку вина из шкафа, она устало плюхнулась на диван. Постаралась откупорить её с помощью штопора, но сдалась где-то на середине и выдернула пробку зубами. Припав губами к горлышку, сделала несколько больших глотков.       — Пришёл ведь извиниться. Так извинялся бы и проваливал, — тыльной стороной ладони она размазала красные капли по щеке. — Нет же, надо было приревновать к Бан Чану! А он что? Руки распускает! Я уже по горло сыта его советами, как проживать собственную жизнь.       Забрав бутылку у подруги, я отпила немного вина. Горячая жидкость обожгла горло, а всё тело передёрнуло от внезапной крепости.       — Мина, подумай хорошенько, прежде чем спать с Хан Джисоном. Пока ваши отношения такие милые и невинные, но стоит позволить ему большее, как он начнёт распоряжаться твоей жизнью вместо тебя.       От внезапной мысли я поперхнулась, скорее прикрывая рот ладонью. Они что, переспали с Бан Чаном? Но ведь Хэри-онни говорила, что между ними ничего нет. Подруга, развалившаяся на подушках, нахмурилась, глядя на меня. Розовое кружевное бельё и светлые волнистые волосы шли вразрез с серьёзным выражением лица.       — Вы что, уже сделали это? — понизив тон голоса, уточнила она.       Я почувствовала, как стремительно краснела. Неужели у меня на лбу всё написано?       — Да, но я не думаю, что Джисон-оппа из таких парней.       — О, конечно, — лицо Хэри-онни вдруг смягчилось. — Не самый удачный момент я выбрала, прости, пожалуйста.       — Ничего, — я поджала губы, прекрасно понимая настроение подруги, — а вы с Бан Чаном…       — Нет, конечно нет! С ним и спать не обязательно, чтобы он начал лезть не в своё дело. Может, это какой-то извращённый способ заботы, но меня такое не интересует. Потому мы и перестали общаться, его стало слишком много.       Комната погрузилась в молчание. Мы пили вино, передавая друг другу бутылку и думая о своём. Бан Чан правда был очень заботливым и внимательным другом, а его методы… Он поступал, как умел. Трудно осуждать человека, который с раннего возраста заботился не только о себе, но и ещё о семи парнях. Даже восьми, если вдаваться в историю. В то же время Хэри-онни была вольна жить, как ей хотелось. Хватка старшего оказалась крепче, чем следовало, но винить в этом мне было некого.       — И как он? — подруга нарушила тишину в общежитии. — Твой первый раз.       Она не хотела омрачать мой опыт своим, я видела это по волнению в глазах напротив. Честно говоря, Хэри-онни не смогла бы сделать это при всём желании. Джисон-оппа ведь не такой. Он ни за что не будет принимать важные решения за меня – в этом я уверена.       — Ну, знаешь, — засмущалась я, погружаясь в воспоминания, — это была наша вторая попытка. В первую я дала по тормозам, хотя начиналось всё, как надо. Я хотела воспользоваться советом Ынбёль-онни и начать с минета…       — Ты что?! — не сдержавшись, Хэри-онни перебила меня своим смехом. — С ума сошла? Зачем слушаешь её?       Нахмурившись, я скрестила руки на груди.       — Как же? Она ведь старше, у неё столько опыта.       Подруга закинула ногу на ногу и откинулась на спинку дивана. Снисходительная улыбка на её губах не предвещала ничего хорошего.       — Ынбёль девственница, — наконец, выдала она. — Да, у неё было множество отношений, но все её познания в сексе ограничиваются рассказами старшей сестры и статьями в интернете. Надеюсь, Джисон-сонбэним дара речи не лишился из-за тебя?       Вот оно что. Я устало потёрла переносицу, обхватив её двумя пальцами. Пыталась Ынбёль-онни выглядеть круче, делясь своими познаниями в мужчинах, или у неё были какие-то свои цели, я не знала. Мне теперь вообще казалось, что я не знала ничего в этой жизни. Вновь пригубив вино, позволила пьянящей жидкости забрать все лишние мысли. Однако у того, кто отправил мне сообщение в этот момент, были свои планы.       Недовольно поморщив нос, я разблокировала телефон и прошлась взглядом по написанному. Моргнула пару раз, сфокусировавшись получше, и перечитала сообщение от менеджера заново:       — Мина, я заеду за вами раньше положенного. Есть разговор, который не требует отлагательств.       Плохое предчувствие отозвалось морозом по коже. Мы ведь ничего не натворили?