Хан Джисон, который все испортил

      Звонок в дверь раздался, когда я заваривала свой утренний кофе. Ожидаемый, но в то же время внезапный, звук заставил меня вздрогнуть. Кипяток, по неосторожности попавший на кожу, поразительно быстро окрасил её в красный.       — Чёрт, — я поспешила подставить кисть под холодную воду.       Суа, уже почти доевшая завтрак, спрыгнула со стула и поспешила ко входу. Звонкий щелчок открывшегося замка разнёсся по общежитию. Спешно вытерев руку о полотенце, я развернулась к двери.        — Доброе утро, — мой поклон менеджеру вышел довольно нервным.       Я не могла ничего с собой поделать. Всю ночь мысли крутились вокруг того, что за разговор не дотерпит до вечера. Конечно, это могло быть, как что-то хорошее, так и нечто плохое. Вот только второе отчего-то казалось более вероятным.       — Доброе утро, где остальные?       — Хэри-онни собирается в своей комнате, Ынбёль-онни принимает душ. Позвать их?       — Нет, не стоит.       По лицу менеджера Ким не получалось понять её настрой. Беглым взглядом окинув кухню, она повесила пальто на спинку стула. Совершенно невозмутимо села на соседнее место и обратилась к младшей:       — Суа, нам с Миной нужно поговорить, не оставишь нас?       Будто у неё был выбор. Подруга согласно кивнула, и, только оказавшись за спиной менеджера, бросила в мою сторону непонимающий взгляд. Я тускло улыбнулась ей. Даже если бы знала, что ответить, всё равно бы не сделала этого. Чувствовалась какая-то неведомая причина оградить девочек, и я надеялась, что никто из них не услышит ничего лишнего.       — Будете кофе? — предложила я, вспомнив о своём недавнем занятии.       — Нет, спасибо. Присаживайся.       Без лишних вопросов я опустилась напротив. Наша менеджер поразительным образом совмещала в себе две роли: строгого руководителя и заботливого родителя. И она вряд ли приехала перед съёмками, чтобы узнать, как наши дела.       — Мина, ты наверняка не ожидала подобный вопрос столь ранним утром, но есть факторы, из-за которых я не могу откладывать его даже до вечера, — менеджер Ким вглядывалась в моё лицо, отслеживая эмоции на нём. — Каким ты видишь дальнейшее развитие Radiant?       От волнения сердце забилось быстрее. Что это за вопрос такой? Наш следующий камбэк планировался в новом стиле? Кто-то предложил нам сотрудничество? Я перебирала в голове всевозможные догадки, но едва ли могла добраться до сути.        Сейчас требовалось моё мнение, и, пожалуй, стоило просто озвучить его.       — Нам нужно выпускать свои песни. Стать настоящими профессионалами и самостоятельно заниматься продюсированием. — менеджер не спешила перебивать, внимательно слушая. — И я бы хотела поднять вопрос о продвижении нас не только в качестве группы. Вы же видели Суа на вчерашнем интервью, она отлично справится с ролью ведущей.       На этих словах я получила короткий кивок в свой адрес. Менеджер Ким была согласна со мной, и отчего-то показалось, словно продолжать дальше нет смысла. Она явно услышала достаточно.       — Да, всё так. Ты прекрасный лидер и чётко видишь перспективы развития, вот только… — менеджер сцепила руки в замок, и атмосфера вокруг ощутимо накалилась. — Знаешь, даже маленькая неосторожность способна разрушить то, чего ты так долго добивалась. Как, например, если рисовать картину, и рядом поставить стакан с водой. Из-за одного неловкого движения всё будет испорчено. Понимаешь, к чему я?       — Не совсем.       Глухие удары сердца отдавались где-то в ушах, когда я почувствовала, что разговор куда серьёзнее. Хотела скорее узнать причину, но в то же время боялась получить подтверждение своим самым большим опасениям. Менеджер Ким тем временем одарила меня подбадривающей улыбкой, однако, лицо её при этом не смягчилось ни на сотую.       — Ты ведь лучше меня знаешь, что айдол на то и айдол, что должен быть идеалом для фанатов. Конечно, твои старшие коллеги вольны заводить отношения и даже иногда публично рассказывать о них, но ты новичок. Самый нелепый слух, подкреплённый словами очевидцев или фотографиями папарацци, испортит не только твою карьеру, но и всех в Radiant. За свои ошибки придётся нести ответственность.       Она знала.        Разузнала всё возможное о моих отношениях с Хан Джисоном, но ходила вокруг да около. Словно не скажи она вслух об этом, происходящее не станет частью реальности. Останется где-то на заднем дворе гостевого домика в горах или в номере отеля.       — Вам не о чем переживать, — собственный голос прозвучал крайне отстранённо. — Группа для меня превыше всего.       — Славно. Я рада, что наши приоритеты сходятся.       Менеджера Ким немного расслабилась, тогда как я не на шутку занервничала. Мы перешли к обсуждению сегодняшней съёмки, когда из комнат показались подруги. Голоса не смолкали со всех сторон, пока всем, о чём я могла думать, была безграничная любовь к одному конкретному парню.       — О чём вы говорили? — шепнула Суа, садясь рядом.       — Ерунда, не забивай голову, — я ласково потрепала её по волосам.       Одно дело дружба или безответная влюблённость, но отношения… Почему-то я решила, будто могла позволить их себе. Я ошиблась, и мне дали ясно это понять.       

***

      Уже неделю на улице стояла невыносимая жара. Такая, что мозг плавился, и спасение можно было найти лишь в напитках со льдом и прохладных помещениях. Как назло, именно в студии Бан Чана кондиционер не работал весь день. Широко зевнув от недостатка кислорода, я подпёрла подбородок руками и облокотилась о стол. Уже битый час мы с Хан Джисоном подбирали мелодию для общего трека, толком не сдвинувшись с начальной точки. В том числе из-за меня, сдавшейся спустя пару провальных попыток.       Джисон-оппа сосредоточенно уставился на экран ноутбука, раз за разом прокручивая начало песни. Его волосы были снова окрашены в тёмный и небрежными волнами спадали прямо на глаза, загораживая обзор. И как только он оставался спокойным? Кое-что изменилось за эти несколько месяцев, но дело было не только в причёске Хан Джисона. Теперь мы боялись даже дышать в сторону друг друга при посторонних. Расслабиться получалось, только оставшись наедине в каком-нибудь отеле или в студии, как сейчас, заперевшись изнутри. Звукоизоляция здесь отличная, но выходить всё же придётся по одному.       Фактически мы ничего не нарушали. Если никто не увидит нас вместе, репутации обеих групп и самого агентства будут в безопасности. Менеджер Ким, наверняка, тлела надежду, что я и вовсе перестану общаться с Хан Джисоном. Этому, конечно же, не бывать. От одной мысли о нашем расставании внутри всё сжималось, а в носу начинало щипать. Нет, я была готова видеться как угодно редко, лишь бы потом целовать родинку на самой красивой и мягкой щеке.       Улыбнувшись, я постаралась выбросить всё плохое из своей дурной головы. Сейчас тот самый момент, когда мы вдвоём, и хотелось сполна насладиться каждой секундой. Я встала с места, приглаживая юбку, но только чтобы опуститься на колени Хан Джисона лицом к ноутбуку.       — Эй, — рассмеялся он, выглядывая сбоку, — мне же ничего не видно.       — А мне там ничего не видно, — бросила я, устраиваясь поудобнее.       По-доброму усмехнувшись, Джисон-оппа опустил подбородок мне на плечо. Горячее дыхание отозвалось щекоткой на тонкой коже, а когда сильная рука обняла меня за талию, по телу пронёсся табун мурашек. Я чувствовала себя крохотной и беззащитной, находясь в этих крепких объятиях. Наслаждаясь подаренным теплом и уютом, глупо заулыбалась и уставилась прямо на стол. Свободной рукой Джисон-оппа водил по сенсорной панели в поисках фоновых звуков.       — Что думаешь насчёт выстрелов? — его голос раздался у самого уха.       — В балладе о любви? Звучит трагично.       — И то верно.       Клавишные, струнные, духовые – пожалуй, мы переслушали всё, стараясь подобрать нужное. Вот только любой из найденных звуков казался не тем. Хотелось что-то эдакое, отличающее нашу песню от сотен других. Бездумно глядя на изящные пальцы Хан Джисона, достойные великого музыканта, к своему стыду я вспомнила, что ловко двигаться они могут не только на панели ноутбука.        Теперь мужская грудь, плотно прижатая к моей спине, ощущалась совсем иначе. Широкая и твёрдая она размеренно вздымалась, поднимая волну возбуждения внизу живота. Нервно сомкнув колени, я заёрзала на месте. В такой момент хотелось отдать всё, лишь бы оказаться наедине в какой-нибудь спальне.        Это был последний шанс, чтобы отсесть на своё место и продолжить работать, однако, пальцы Хан Джисона слишком уверенно переместились с моей талии на бедро к краю юбки. Они вырисовывали незамысловатые узоры, а я буквально чувствовала, как меня начинало бить мелкой дрожью, несмотря на стоявшую жару. И не только это, Джисон-оппа стал ощутимо твёрже в области паха.       — Оппа, — жалобно выдохнула я, не зная, хотелось мне всё прекратить или пойти дальше.       Зато Джисон-оппа был уверен в своих действиях. Скользнув рукой под юбку, он начал поглаживать мою ягодицу. Влажные губы коснулись шеи, и мне стало абсолютно всё равно, что мы сейчас не в отеле, а в студии. Дверь ведь закрыта. Уперевшись ладонями в поверхность стола, я вильнула бёдрами прямо по возбуждению Хан Джисона. От приятного трения изо рта вырвался сдавленный стон.       — А ты совсем не хочешь работать, — Джисон-оппа усмехнулся, вынуждая меня остановиться.       Чувствуя его напряжённый член, я обернулась и скептически приподняла одну бровь.       — То есть ты бы хотел поработать сейчас?       — Конечно, — он ослепительно улыбнулся, — правда, ты мне весь экран перегородила.       — О, прости, — ехидно хмыкнула я, успев придумать план мести. — Работай дальше, я не буду сильно мешать.       Я слезла с колен Хан Джисона до того, как он успел что-либо ответить. Вот только пересела не на своё место, как он мог подумать, а на пол прямо между его ног. Ничего не понимающий взгляд зацепился за моё лицо, чему я хитро улыбнулась.       — Работай, теперь тебе ничего не загораживает обзор.       Джисон-оппа медленно потянулся к ноутбуку, не представляя, какую игру я затеяла. Неуверенное нажатие по клавишам против моих пальцев, в два счёта расстегнувших пуговицу и ширинку на его джинсах. Я действовала смело, но внутри тряслась от страха сделать что-то не так. Коснувшись нижнего белья, провела ладонью по возбуждённому члену. Мне определённо нравилось создавать подобный эффект.        — Бейби, — Джисон-оппа уставился на меня огромными глазами, борясь с желанием.       — И это я не хочу работать?       Подразнив его, я потянула резинку боксеров вниз. Эрегированный член, прижатый к животу своего владельца, выглядел слишком сексуально, чтобы оставаться в стороне. Приблизившись, я обхватила его кольцом из пальцев и нежно коснулась губами. Джисон-оппа шумно втянул воздух сквозь сжатые зубы, но одного моего взгляда было достаточно, чтобы он принялся за работу. Клацанье по клавиатуре раздалось в тот момент, когда я языком провела по набухшим венкам.       Несмотря на свой упрёк, Джисон-оппа, очевидно, также находил занятие сексом более увлекательным, нежели написание музыки. Это было понятно по твёрдости его члена и тяжёлым вздохам, вырывающимся наружу вопреки взгляду, вперившемуся в монитор. Приоткрыв рот чуть шире, я обхватила головку губами и начала медленно посасывать.       — М-м-м, — погрузив её глубже, простонала, наслаждаясь возможностью доставить удовольствие своему парню.       Этот стон больше напоминал какое-то мычание, однако, Джисон-оппа оказался вовсе не против таких звуков. Он дёрнулся, протолкнувшись ещё сильнее, едва не вызывая тем самым кашель. Происходящее ощущалось настолько же пошло, насколько приятно.       — О, чёрт, — протяжный стон Хан Джисона разнёсся по всей студии.       Что бы ни говорил насчёт того, какая я громкая, сам был нисколько не тише. И я была благодарна богам за хорошую звукоизоляцию и возможность слышать, как приятно ощущались мои действия.       Джисон-оппа сдался. Он больше не старался делать вид, что занят работой. Собрав мои длинные волосы от лица, наслаждался открывшимся видом сильнее, чем бесконечными списками на экране. И кто я была такая, чтобы осуждать его. Мне действительно казалось, что я выглядела чертовски соблазнительно в этот момент. Вдобавок свободной рукой задрала футболку вместе с бюстгальтером, высвобождая грудь. Я представляла, как соблазнительно она будет покачиваться от моих ритмичных движений, но Джисон-оппа не дал случиться задуманному. Уперевшись ладонью о стол и отодвинувшись от него, вынудил отпустить член с громким хлюпающим звуком. Нить из слюны протянулась на несколько сантиметров, и крепкие руки обхватили меня за плечи, доставая из-под стола.       Дыхание Хан Джисона успело сбиться. Он нетерпеливо впился губами в мои, усаживая сверху на себя. Обхватил за талию, плотно сдавливая её пальцами, а членом упёрся прямо в мой клитор, отделяемый тонкой тканью насквозь мокрого белья. Я закусила губу, не без труда подавив тяжёлый вздох.       — А если, — сглотнула я, когда горячие поцелуи сместились мне на шею, — если кто-нибудь придёт? Будет… будет стучать. Мы не сможем открыть.       — Подождут, — коротко и ясно Джисон-оппа дал понять, что не намерен останавливаться.       Холодными ладонями аккуратно сжал горячую грудь, выбивая из моих лёгких протяжный стон. Контраст ощущений отрезвлял и опьянял одновременно, а тёмная пелена в глазах напротив завораживала. Джисон-оппа стянул свою футболку и кинул на пол, попутно взлохматив шевелюру. Запустив в неё пальцы, я сжала волосы, заставляя Хан Джисона откинуть голову назад. То, что я делала, ощущалось развратно и даже постыдно, и мне это нравилось. Вильнув бёдрами, я усилила трение между нашими телами. Жадно схватила ртом воздух, выпуская при этом не самые приличные звуки. Одарив меня довольным взглядом, Джисон-оппа выудил из рюкзака упаковку с презервативом и в два счёта надел его.       Неужели он всегда был наготове? Не успела я обдумать свой вопрос, как Джисон-оппа приподнял меня и пальцем отодвинул край белья. Я залилась краской и тут же почувствовала его у самого входа. Да, это не первый раз, не второй и не третий, но каждый раз ощущался по-новому, так что какая-то часть меня до сих пор жутко смущалась. Заметив это, Джисон-оппа потянулся ко мне и ласково поцеловал. Его губы были со вкусом недавно выпитой газировки, и мне вдруг показалось, что ничего нет вкуснее. Запустив язык в рот Хан Джисона, я взялась за его плечи и медленно опустилась на член.       Несдержанные стоны прокатились по помещению. В какой-то момент секс начал приносить намного больше удовольствия. Конечно, с полным отсутствием удовольствия в первые разы было сложно конкурировать, но всё же. Дав себе пару секунд, чтобы привыкнуть, я стала подниматься и опускаться, наращивая темп.       Джисон-оппа исследовал моё тело руками, а его губы давно сместились на шею. Бесстыдно мы не думали ни о чём, будто и не занималась сексом прямо в студии агентства. А ведь наше общение началось как раз отсюда. Когда я узнала о коллабе и увидела Хан Джисона в студии, он сидел на этом самом стуле. Возбуждение сильнее затянуло узел внизу живота, требуя получить желанную разрядку. Одной рукой продолжая держаться за Хан Джисона, другой я скользнула между своих ног. Надавила на клитор, вызывая новую волну наслаждения.       Поцелуи Хан Джисона перешли в покусывания. Он бессовестно оставлял их на моей нежной коже, вынуждая закатить глаза от острых ощущений. Моё тело скоро достигло максимального напряжения, и я начала двигать пальцами ещё быстрее, предвкушая скорый оргазм. Но Джисон-оппа хотел приложить к этому свою руку. В буквальном смысле. Придерживая меня под бёдра, он сам начал стимулировать клитор. Его прикосновения ощущались намного приятнее.       Изогнувшись в спине, я опёрлась ладонями о стол, с шумом отодвигая аппаратуру. Стоны наслаждения смешались с грохотом в безобразно-прекрасную смесь. Я крупно задрожала, крепко сдавив торс Хан Джисона своими коленями. Он тоже был близок к финалу. Напрягся из последних сил, продолжая размашисто двигаться внутри меня. И вот его стон разнёсся по студии. Хриплый, немного надломленный, в то же время он звучал так сладко, что довольная улыбка растянулась на моих губах.        Пытаясь восстановить дыхание, я откинула намокшие волосы с лица парня.       — Я даже в самых пошлых фантазиях не думал заняться сексом прямо в студии, — глухо рассмеялся Джисон-оппа, оставляя у меня на лбу лёгкий поцелуй. — Всё хорошо?       — Определённо.       Джисон-оппа взглянул так невинно, выходя из меня и приглаживая волосы, будто он здесь был вовсе не причём. Усмехнувшись, я оглянулась на стол. Ноутбук, наушники, портативное пианино и микрофон были неаккуратно сдвинуты к стене. Снова покраснев, я подумала о причине беспорядка, как вдруг чуть не лишилась дара речи. На экране короткие и длинные столбцы вырастали друг за другом. Всё это время шла запись звука.       — О, нет-нет-нет.       Я спрыгнула на пол, скорее останавливая её, пока Джисон-оппа пытался спрятать в мусорке использованный презерватив. Дрожащими пальцами я стукнула по сенсорной панели, включая последнюю запись. Наушники оказались выдернуты, и собственные стоны заполонили собой пространство.       — Что это? — непонимающе рассмеялся Джисон-оппа, придвигаясь ближе ко мне. — Микрофон был включен?       — Похоже на то, — в ужасе сглотнула я. — Нужно скорее удалить всё.       Два клика, и запись бесследно пропала. Хорошо, что Джисон-оппа соблюдал всевозможные меры конфиденциальности для сохранности своих треков. В противном случае мои стоны норовили осесть в каком-нибудь облачном хранилище.       — Могла и не удалять, — Джисон-оппа обнял меня со спины, оставляя поцелуй на шее, — это были бы отличные бэки для новой песни.       — Извращенец!       В пол-оборота взглянув на него, я ударила ладонью по плечу, которое минутами ранее покрывала поцелуями.       — Ай! — взмолился Джисон-оппа. — Это общение с тобой на меня так плохо влияет!       — Жить надоело?!       — Я пошутил, пошутил!       Джисон-оппа метнулся в другой конец студии, на ходу застёгивая ширинку. Он складывался пополам от смеха, явно довольный своей шуткой. Расправив одежду и взяв в руки сумку, я одарила его снисходительным взглядом.       — У нас ещё есть немного времени, хочу принять душ. Встретимся на парковке.       — Хорошо, — голос Хан Джисона стал серьёзнее, — будь аккуратна. Лучше пойти через левое крыло, там обычно меньше народу.       Согласно кивнув, я ослепительно улыбнулась. Разве что-то могло случиться? Все тайные ходы были давно исследованы нами, и сомневаться в их надёжности не приходилось. Даже если кто-то увидит меня в районе студий звукозаписи, вопросов возникнуть не должно. Все знали, кто я и чем занималась. В смысле, пробовала себя в продюсировании, конечно.       Хотелось скорее освежиться. Мы собирались на море с Минхо-сонбэнимом и Ёнми-онни. Было бы здорово выглядеть при этом не слишком потрёпано. До раздевалки я добралась без приключений. В одном из шкафчиков нашла свою футболку и светлые хлопковые брюки, в их кармане имелось и сменное бельё. За годы тренировок некоторая часть моего гардероба успела перекочевать сюда. В сегодняшнем случае это оказалось как никогда кстати.       Приняв душ, я расчесала волосы и переоделась. Открыла маленькое зеркальце, добавила красок на щёки и губы. Девушка, смотрящая на меня, сияла, несмотря на все сложности. Она выглядела иначе, не как раньше, и было сложно признаться, что она и есть я. Умудрённая жизненным опытом Мина, которая теперь сама могла раздавать советы подругам. Полгода в отношениях – это уже не шутки. Гордо улыбнувшись и взяв свои вещи, я неспешно отправилась на парковку.       Около лифта послышался звонкий смех. Кто бы это ни был, скрывать мне нечего. Имела полное право спуститься на парковку, чтобы поехать куда-нибудь. Однако, нажав кнопку вызова и не сумев остаться в стороне, я всё же опасливо выглянула из-за угла. Старшие из ITZY что-то активно обсуждали с Ынбёль-онни, но подробностей разобрать не получалось. Лица всех были радостные, и не удивительно, стажировались ведь вместе не один год. Они шли в мою сторону, когда лифт прибыл на этаж. Хоть бояться мне нечего, я всё же поспешила внутрь и быстрее нажала кнопку закрытия дверей.       На первый взгляд – на парковке не было ни души, но бордовую копну волос Минхо-сонбэнима я заметила издалека. Он вальяжно раскинулся на водительском сиденье, болтая с кем-то, сидящем сбоку от него. Этот кто-то оказался не Ан Ёнми.       Когда я прокралась к машине и заглянула в окно, то обнаружила прямо перед собой Хан Джисона. Он вздрогнул, словно вовсе не ждал меня, а после спешно указал на заднее сиденье. Я думала, Джисон-оппа пересядет вслед за мной, но когда сзади меня встретила Ан Ёнми, призрачная надежда обниматься со своим парнем всю дорогу из города попрощалась со мной.       — Привет, — я натянуто улыбнулась старшим, залезая в машину.       — Привет, Мина.       Ёнми-онни потрепала меня по волосам, а Минхо-сонбэним легко кивнул, глядя в зеркало заднего вида.       — Ехать не больше часа, — оповестил он, пристёгивая ремень безопасности, — довезу вас с ветерком.       — Мы никуда не спешим и будем очень рады остаться невредимыми, — Ёнми-онни одарила его серьёзным взглядом.       — Как скажешь, дорогая.       Улыбка на его губах, как у нашкодившего ребёнка, заставила Ан Ёнми недовольно фыркнуть. Скрестив руки на груди, она посмотрела на меня и одними губами пошептала: "он невыносим". Не сумев подавить улыбку, я согласно кивнула и пристегнула свой ремень. Спереди послышалось шуршание, после чего Джисон-оппа обернулся в нашу сторону:       — Будете чипсы?       Он протянул упаковку, уже успев зажевать пару штук, от чего его щёки забавно надулись.       — Хан-и, ты ведь взял их в дорогу, — усмехнулся Ли Минхо, — а мы ещё даже с парковки не выехали.       — Ничего, у меня есть ещё.       Машина наполнилась дружным хохотом. Запустив руку в блестящую упаковку, я выудила из неё чипсы. Но, не успела положить их себе в рот, как тут же раздался голос Минхо-сонбэнима:       — Если кто-то из вас накрошит на сиденье, назад пойдёт пешком.       Хорошо, что мы поехали всего лишь в Ансан. Будь это Пусан, идти назад пришлось бы несколько суток. Зато сколько чипсов можно съесть по пути.       Джисон-оппа начал подпевать какой-то американской песне по радио, а Ёнми-онни уткнулась в свой телефон, пока я лениво ловила взглядом мелькающие в окне дома. Каждый из них неминуемо оставался позади, как и любое событие в моей жизни. Не верилось, что всего год назад я готовилась к дебюту, а уже сейчас у меня был реальный шанс выпустить сольный мини-альбом. Конечно, не без определённых условий. И ужесточённый запрет на любые отношения был в их числе.       — Вот мы и приехали.       Потерявшись в своих мыслях, я не заметила, как многоэтажки сменились на крохотные коттеджи. Минхо-сонбэним припарковался около одного из них и выглянул в окно. Хозяйка, что мгновением ранее копошилась в земле у клумбы, уже вовсю спешила в нашу сторону.       — Здравствуйте, — кланяясь и попутно надевая маски, мы начали вылезать из машины.       — Здравствуйте-здравствуйте.       Ласковый морской ветер ударил в лицо, стоило оказаться на улице, и мне до боли в лёгких захотелось втянуть носом солоноватый воздух. Вечер опускался на город, солнце спешило скрыться за горизонтом. Госпожа приветливо улыбалась, рассказывая, что и как здесь устроено. Вслед за ней мы прошли в дом и получили связку ключей от ворот и дверей. Давно я таких не видела, привыкнув к кодовым замкам в Сеуле.       — Здесь очень мило, — когда мы остались одни, Ёнми-онни прошла в сторону кухни и огляделась, — скоро будем делать стейки?       — Онни, ты что, поесть приехала? — усмехнулась я.       — Ещё бы.       К удивлению, мою догадку подтвердил Минхо-сонбэним. Взяв пакет с продуктами, он миновал кухню и направился сразу на задний двор.       — Минхо отлично жарит мясо, пальчики оближешь, — рядом появился Джисон-оппа, мимолётно коснувшись моей руки.       — Не терпится попробовать.       Отойдя от него на пару шагов, я опасливо взглянула на Ан Ёнми. Старшая забрала волосы в низкий пучок и даже успела сменить офисную рубашку на свободную футболку. Она непринуждённо доставала напитки из сумки, искоса поглядывая на своего парня. И было в этом взгляде столько нежности, несмотря на его невыносимое поведение. Нет, Ёнми-онни бы ни за что не рассказала менеджеру о моих отношениях.       — Пойдём? — Ёнми-онни кивнула на задний двор. — Хочу скорее увидеть море.       — Конечно.       Подхватив со стола банки с пивом, мы поспешили наружу. Вид за домом открывался потрясающий. Метрах в двадцати от ограды играли тёмно-синие волны, искрясь в лучах солнца. Будь я художником, обязательно нарисовала бы развернувшуюся картину, но в текущих реалиях могла всего-то восхищённо присвистнуть. Ан Ёнми остановилась по правую руку от меня и сделала снимки на телефон.       — Красиво, — приблизившись, я взглянула на экран. — Жалко, не выложить никуда.       — Ну почему, я вполне могу опубликовать его в своём личном профиле, — она рассмеялась, глядя на моё кислое лицо. — Ты тоже могла бы. Знаешь, если не выкладывать своё лицо и стараться скрыть местоположение, никто не узнает автора. Но на это тебе следует получить разрешение менеджера.       В последнее время я была у неё не в почёте. Несмотря на это, я согласно кивнула старшей и сфотографировала открывшийся взгляду пейзаж. Может, однажды у меня и правда будет свой профиль с фотографиями заката и звёздного неба.       Минхо-сонбэним уже вовсю готовил мясо. Закатал рукава полосатого лонгслива и повернул кепку козырьком назад. Джисон-оппа тем временем вился вокруг, не то мешая, не то помогая. Наблюдая за ними, мы с Ёнми-онни сели за обеденный стол под навесом.       — Я слышала новости, — голос старшей стал серьёзнее, нежели когда мы смотрели на горизонт, — насчёт дела в суде по вопросу Хэри. Запрет на приближение – это хороший результат. Не каждому уроду получается его предъявить.       — Да, агентство неплохо постаралось, хотя сначала всё шло не очень.        — Как Хэри? Я не видела её с момента, как узнала о приговоре.       Поставив перед собой одну из банок пива, со звонким щелчком я открыла её. Поднесла ко рту и сделала большой глоток. Хмельная горечь осела на языке.       — Ей нужно время, — пожала плечами я. — Она и рада победе, и сожалеет о том, как всё закончилось. Хотя в этом нет её вины.       — Знаешь, время не всегда помогает. Лучший способ забыть прошлые отношения – это начать новые.       Я глухо рассмеялась, отчего-то сразу подумав про Бан Чана. Начни Хэри-онни отношения с ним, точно бы забыла обо всех проблемах. "И обзавелась бы новыми!" – строгий голос подруги прозвучал в моей голове. Это что, один глоток пива так на меня повлиял? Джисон-оппа тем временем уселся рядом и приобнял меня за талию.       — Стейки будут не скоро, — протянул он, обиженно взглянув на Ли Минхо.       — Проголодался? — улыбнулась я, сплетая наши пальцы.       — Не то слово!       Минхо-сонбэним поставил упаковку с сэндвичами на стол перед нами.       — Перекусите, ещё минут двадцать.       — Двадцать?! — от удивления глаза полезли на лоб. — Мой папа столько времени тратит на всё приготовление, а тут одно томление. Хотите, чтобы мы умерли с голоду? Сэндвичами не наесться.       Вопреки моим ожиданиям, Минхо-сонбэним отодвинул стул и сел возле своей девушки. Разместив руку у неё на бедре, насмешливо кивнул в сторону гриля:       — Хочешь заняться им? Прошу. С удовольствием попробую говядинку по рецепту твоего папы.       Не то, чтобы мне хотелось заняться готовкой, но отступать некуда.        — С удовольствием, — ослепительно улыбнувшись, я прошла в сторону гриля.       Мясо ещё казалось сырым, хотя стояло на огне довольно долго. Кажется, технология приготовления Ли Минхо включала в себя второе пришествие. Недовольно качнув головой, я наклонилась, чтобы прибавить жару. Иначе мы точно не поедим.       — Эй! — старший в два шага оказался около меня, сбавляя температуру назад. — Решила поужинать углями?       — Ничего с ним не будет, хоть поедим в этом столетии.       — Мясо должно быть нежным и сочным!       — Оно будет!       Я потянулась, чтобы снова прибавить огня, но Минхо-сонбэним упёрся ладонью в мой лоб, отодвигая и не позволяя приблизиться к грилю.        — М-да, — протяжно выдохнула Ёнми-онни.       Мы с Минхо-сонбэнимом обернулись в её сторону. Скрестив руки на груди, Ан Ёнми выглядела, словно мать, недовольная поведением своих детей. Джисон-оппа, едва скрывая улыбку, с напускной серьёзностью смерил нас взглядом.       — В следующий раз пойдём в ресторан.       — Ага, только не с корейской кухней. Эти двое наверняка разругаются и там.       Ли Минхо опустил руку, из-за чего я едва не клюнула носом прямо в огонь. Удержав равновесие, непонимающе уставилась на Ёнми-онни.       — Мы не ругались, — озвучил мои мысли Минхо-сонбэним.       — Вот именно. Просто выбирали рецепт, чтобы было вкусно и быстро.       — Конечно.       Вместе с Ли Минхо мы перекинулись понимающими улыбками.       — Прошу, Мина, ты можешь приготовить его, как посчитаешь нужным, — Минхо-сонбэним галантно указал мне на гриль.       — Нет, что вы! О вашем рецепте ходят легенды, мне не терпится попробовать.       — А ну брысь, сама приготовлю, — Ёнми-онни появилась из ниоткуда.       — Как скажешь, — я первой юркнула в сторону стола.       — Конечно, дорогая, — Минхо-сонбэним поклонился и поспешил за мной.       Мы сели по обе стороны от Хан Джисона, когда он уже доедал последний сэндвич. К счастью, мясо не заставило себя долго ждать. Спустя минут десять вокруг стоял такой соблазнительный аромат, что слюнки текли. И не успели мы дружно упасть в голодный обморок, как на столе появилась миска с дымящейся говядиной.       — Ура-а! — воскликнула я, накладывая себе еду.       — Очень вкусно! — пробубнил Джисон-оппа, уже успев набить щёки.       Минхо-сонбэним последним приступил к еде. Подцепил небольшой кусок и положил себе в рот, тут же удивлённо уставившись на Ан Ёнми.       — Когда ты научилась так хорошо готовить?        — Всегда умела, — непринуждённо пожала плечами она. — Просто ты выглядишь слишком сексуально на кухне, чтобы я лишала себя такого зрелища.       Ли Минхо довольно улыбнулся, словно сытый домашний кот, и поспешил оставить поцелуй на губах своей девушки. Переглянувшись с Хан Джисоном, мы уставились в свои тарелки. Эти двое не стеснялись своих чувств и использовали каждую отведённую им минуту в стороне от посторонних глаз. Не долго думая, я решила последовать их примеру.       Только с ужином было покончено, как я вытянула Хан Джисона за ограду поближе к морю. Он, намеревавшийся проваляться весь вечер на диване в гостиной, сначала долго возмущался, но по итогу всё же нашёл что-то для себя в звёздном небе и размеренном шуме волн.       — Когда мы впервые поцеловались, на небе тоже были звёзды, — протянул он, расстегнув свою толстовку и укутав меня в неё. — Помнишь?       — Конечно, — я улыбнулась, погружаясь в приятные воспоминания. — Говорят, если небо полно звёзд, завтра будет ясный день. И, кажется, дело тут не только в погоде. В тот день ты избавил меня от множества проблем.       — Они тебя пугали?       — Конечно! Только в аниме проблемы – это признак весёлой жизни, на самом деле так не работает. Ты места себе не находишь, надеясь скорее решить их и зажить мирной жизнью.       На лице Хан Джисона залегла тень. Впрочем, вероятнее всего, мне это просто показалось. Света уличного фонаря едва хватало, чтобы увидеть собственные руки. Крепко обняв меня со спины, Джисон-оппа оставил нежный поцелуй прямо за ухом. Его дыхание отозвалось приятной щекоткой, а затем он прошептал:       — Я подарю тебе множество ясных дней, обещаю.       Ночной ветер разгонял волны, а на моих губах сияла самая глупая улыбка.       — Мы вас ждём. — Минхо-сонбэним окликнул нас.       — Идём? — явно не желая выпускать меня из объятий, прошептал Джисон-оппа.       — Да.       Держась за руки, мы неторопливо пошли обратно к дому. Впереди нас действительно ожидало множество ясных дней, но также и немало трудностей. Тогда, на берегу моря, я ещё не знала, через что нам придётся пройти. И всё же это определённо была история со счастливым концом!       

конец первой части