Знак зодиака – соулмейт

      Нормальные парни в четырнадцать лет подсаживаются на порно, прячутся от родительских глаз в темноте своей комнаты и ведут эту продолжительную войну с гормонами, говоря сайтам, что да, конечно, мне уже есть восемнадцать. Что уж греха таить, Ёнджун тоже обманывал эту систему, с хитрой улыбкой утверждая, что он совершеннолетний. Но вот если его сверстники непотребщину смотрели, то Чхве ее читал. Позже — писал. И стоит сказать, что с самого начала все пошло куда-то не туда.       Не сказать, что это произошло намеренно, наоборот, до смешного спонтанно: прочитав и просмотрев все части Гарри Поттера, маленький Ёнджун пополз в интернет с вопросом о продолжении. И там он наткнулся на нечто, которое в фанатских кругах принято называть «постканон». И только к концу этого произведения до Чхве дошло, что это была фанатская писанина, а вовсе не авторская. И да, ему понравилось, поэтому ничего зазорного не было в том, что он полез искать подобное дальше. И так пролетела пара лет, когда он натурально «преисполнился», читая все, что попадётся ему на глаза. Дошло даже до того, что он пережил фазу отрицания канона.       В шестнадцать он решил, что больше не может сдерживать навязчивые мысли своей больной фантазии, потому, мысленно напялив на себя праздничную ленточку с гордой надписью «фикрайтер» пополз конвертировать свои абстрактные мысли в слова, предложения и абзацы. Текст лился с напором и скоростью струящейся горной реки. Однако, охватив труды своих мыслительных процессов трезвым взглядом на следующее утро, парень пришел к выводу, что все — дерьмо, нужно переделывать. И так, наверное, десятки страниц текста безжалостно съедала кнопочка «delete». И чего достиг Ёнджун? Нервного тика, тремора рук от бесчисленных чашек кофе и бессонных ночей, наполненных самоненавистью и разговорами с мягкой игрушечной лисой. К счастью, та ему пока что не отвечала.       «Я как овощ, мне нужна помощь», — пришел к умному заключению Чхве и пополз на задворки сайта искать анкеты Бет или Гамм. Он на самом деле не очень то в этих терминах разбирался (знал, что такие есть в омегаверсе), но установка в его голове твердила, что это те люди, которые помогут разложить все по полочкам. Он пролистал несколько десятков страниц с анкетами, но так никому и не написал. Ники по типу «непревзойдённый огурец» не вызывали у него особого доверия       — Стив? — приподнял бровь Ёнджун, затем произнес ещё раз, — вот это я понимаю, есть у человека вкус.       Собственно ником самого Ёнджуна было его английское имя — Даниэль. Видимо, этим и была вызвана эта симпатия. Лаконично, без лишних изъебов.       Этот момент был поворотным в его жизни, потому что Стив — тот человек, который стал его спутником на фикрайтерском поприще на долгие годы. Их долгое и плодотворное общение началось с объяснения сюжета фанфика, который хотел написать Ёнджун. На его огромное сообщения пришел тогда весьма…неожиданный ответ. Стив: Драмиона? Ты серьезно шипперишь драмиону? Ты больной что ли?       И да, они тогда, ну, поссорились. Точнее — пустились в дискуссию длиной в неделю по поводу обоснованности пейрингов, психологических типов персонажей и дальше в лес.       И да, драмиону он так и не написал. Стив оказался очень умным и начитанным парнем, который шарил за психологию и умел настоять на своей точке зрения. И собственно после этой недельной мозготрепки он был воздвигнут на ёнджунов Олимп авторитета. Если Стив говорит «переписывай», Ёнджун именно так и делал, невзирая на то, что это он автор, он бог и закон своих творений. Его напарнику не была характерна излишняя лесть и он всегда честно высказывал свое мнение. Со временем навык Даниэля значительно улучшился, а вот самооценка, наоборот, нажала на кнопку самоуничтожения, потому Стиву не раз приходилось убеждать Чхве, что нет, у него не слог пятилетнего ребенка и сюжет не фигня, и события все обоснованные, и нет, повествование тоже не сухое.       Говорить об этом можно бесконечно, но главное: пережили они много и, кажется, стали чем-то вроде лучших друзей в сети. Ёнджун не боялся пускать Стива в больноублюдочный мир своих фантазий, а тот в свою очередь нырял туда с готовностью опытного дайвера, усмиряя хаос его вдохновения и раскладывая всё по полочкам. Странность лишь в том, что никто из них не знал ни имени, ни внешности другого. Это было словно негласное правило, которое придавало какой-то особый шарм их общению.       Сейчас Ёнджун уже не шестнадцатилетний парнишка, впервые открывший себя в мире фанатского творчества, о нет, ему уже двадцать, он вполне уверенный в своих произведениях автор, который за пределами worda пытается ещё и жить свою жизнь. Получается из рук вон плохо, за что он потом получает ментального леща от Стива, которому периодически ноется о тяготах высшего образования. Тот умудряется как-то его строить и организовывать через интернет, хотя у самого был выпускной год, решающие экзамены и поступление. Даниэль в Стиве ни разу не сомневался, потому как был уверен в том, что судьба свела его с юным гением, который силой своего разума поступит куда угодно.       А Ёнджуну двадцать, он не то чтобы очень умный и не то чтобы любит учебу, но вроде как со своим журфаком вполне справляется, хотя и слывет раздолбаем, который тянет до последнего, пропускает пары, а потом каким-то чудом сдает.

***

      Начало нового учебного года тяжело осознать и морально, и физически. Ёнджун по-детски хныкал матери, что хочет остаться в родительском доме, где не нужно ничего делать, да и к тому же всегда вкусно кормят. Но мама бесчувственно отправила обратно в университетскую общагу, видимо, уставшая от шумного присутствия сына в её повседневности. Он вырос — значит её работа выполнена, всё, что он там делает дальше — ответственность государства.       Но к третьему курсу Чхве как-то совсем преисполнился, потому как приехал в родные общажные хоромы не до начала учебного года, как положено, а после, гадая, подселили к нему все-таки кого-то или ему повезло. На самом деле он был бы рад, если бы и в этом году делил комнату со своим хёном, но тот получать второе высшее отказался, да ещё и добавил, что не совсем понял, кто сожрал его энергии больше — Ёнджун или собственно само высшее образование.       Ну что ж, он хёна не винит. Если у него новый сосед, то так будет даже веселее — новая кровь, новые крепкие нервы.       Как дурак, Чхве прикладывается ухом к двери, прежде чем её открывать. Но чёрт, звукоизоляция здесь все-таки достаточно хорошая, чему он всегда удивлялся. Не в силах унять любопытство Ёнджун нервно открывает дверь. Ну, точнее, она открывается сама, чуть не шарахнув его по лбу. Он драматично потирает лоб, который на самом то деле ничуть не пострадал, и уже хочет капризно повозмущаться, но взгляд его натыкается только в чужую грудь.       Так, ну, Ёнджун и сам не то чтобы малышка, а тут…он что, баобаб?       — О…О! Привет… — смущённо поздоровался мистер два-метра-рост и улыбнулся очаровательной кроличьей улыбкой.       — Привет, — хитро улыбнулся Ёнджун, поняв, что это и есть та самая молодая кровь.       — А ты….мой руммейт, полагаю? — осторожно спрашивает первокурсник, отшагивая назад, чтобы открыть Чхве проход в комнату.       — Нет, это ты — мой, — не задумываясь, бросает Ёнджун, оставляя чемодан на пороге и бросаясь на свою родную кровать, но всё же спохватывается, — руммейт в смысле.       Он амбассадор двояких шуточек, но не в момент, когда они знакомы всего лишь…а, они ещё не знакомы…       — Чхве Ёнджун, 3 курс журфака и твой лучший сосед, — представляется он, салютируя застывшему у двери новенькому из кровати.       — Чхве Субин, 1 курс космологии и астрофизики, — вежливо кланяется младший, игнорируя зависающий взгляд старшего, который хотел пошутить про одинаковую фамилию, но улетел в реальные космические дали, когда услышал название факультета.       — Ты типа, — шестерёнки в мозгу Ёнджуна звонко скрипели, наверное, Субин тоже их слышал, — в конце обучения дашь ответ на вопрос о существовании жизни на Марсе?       — Эм, — Субин застенчиво почесал темную макушку, — я тебе и сейчас скажу, что её нет.       Ёнджун едва ли смог сдержать улыбку при виде этого парня. От предвкушения! Он уже представлял, как этот милый первокурсник к концу года перестанет быть рядом с ним таким робким и стеснительным.       Потому что Ёнджун его доведет. Как хёна.       Звучит, конечно, ужасно. Но на самом деле это безумно весело.       — Э, э, стой-ка, ты ещё недостаточно компетентен, чтобы отвечать на этот вопрос. Вот закончишь универ — поговорим.       Субин фыркает, оставляя его комментарий без ответа, и неловко подходит к своей кровати, садясь и залипая в телефон. Ёнджун вкладывает все свои ментальные силы во взгляд, смотря на соседа так пристально, что он поднял на него вопросительный взгляд.       — Ты похож на кролика, — внезапно выдает старший.       — Мгм, — понятливо кивает Субин, видимо, не зная, как на это реагировать.       — Мне нравятся кролики, — облизываясь и заправляя отросшую розовую прядь за ухо, добивает он.       — Мгм? — глаза младшего мило округлились, румянец слегка окрасил щёки.       Прелестно.       Субин больше не поднимал на него взгляд, лениво скролля ленту инстаграмма в своём телефоне. Ёнджун бы возмутился такому неуважительному отношению к старшим, если бы не умилялся с этой попытки скрыть смущение. Потому он быстро поднялся, шлёпая к своему чемодану.       Наверное, он даст младшему время чуть привыкнуть к его присутствию здесь. Всё же для первокурсников здесь в новинку. Стрессово переезжать из родительского дома в другой город и жить в одном маленьком пространстве с незнакомым человеком.       Да, Ёнджун поступит гуманно и не будет сильно настаивать на общении хотя бы ещё несколько часов. Это будет правильно. Но… — Субин-а, — задумчиво зовёт его старший, дуя губы и припоминая момент их встречи, — ты разве никуда не собирался?       Субин поднимает на него взгляд и выглядит очаровательно в попытке контролировать свою мимику и не выдавать своего смятения. Ёнджун и сам понимает, что тот был шокирован знакомством и забыл, куда собирался.       — Ам…я хотел сходить за продуктами, но.       Он хмыкает, ероша волосы. Ёнджуну больше и не надо. — Отлично, сходим вместе, — он радостно хлопает в ладоши, не спрашивая мнения нового знакомого.       Не будет настаивать на общении несколько часов, да? Ну, Ёнджун не виноват, что Субин такой милый.       — Что сидишь? — он тянет обомлевшего младшего за локоть к двери. — Это первая часть обряда инициации у соседей — совместный поход за продуктами.

***

      Субин не был наивным, потому, когда заселялся в комнату, в которой не обнаружил другой души, не особо-то надеялся на спокойное существование в одиночестве. Скорее всего его сосед просто не торопился начинать свой учебный год. В конце концов он переписывался с Даниэлем, который был ярким примером правдивости умозаключения Субина: сказал, что к третьему курсу преисполнился и ему пофиг, он ещё не успел отдохнуть.       Возможно, это феномен всех третьекурсников? Как узнал Субин, его сосед, Чхве Ёнджун, учится на третьем году и на учёбу не торопится. Что ж, он расценил это как возможность спокойно обустроиться. Потому что потом слово «спокойно» он вычеркнет из своего лексикона.       Так он подумал, когда в первую секунду увидел слегка взъерошенную розовую голову и озорную улыбку после.       Сначала выдохнул. Этот Ёнджун кажется весёлым и дружелюбным. Субин за эту неделю успел придумать себе несколько сценариев неудачного знакомства, которые, кстати, пересказал и Даниэлю. Самый пугающий из них — сосед окажется скандалистом и захочет во что бы то ни стало выселить его из комнаты. Хвала звёздам и космической пыли, что это было не так. По крайней мере, сейчас это так не выглядело.       Он открывает диалог с Даниэлем, как только они с Ёнджуном заканчивают разбирать покупки, которые магическим образом состояли больше из всякой гастрономической гадости, чем из нормальной еды. Он лёг поудобнее, надеясь, что друг сейчас достаточно свободен, чтобы поговорить о какой-то ерунде, но тут его прерывает сосед, который зачем-то информирует:       — Я в душ.       Субин пожимает плечами и зачем-то желает удачи. Но старший не уходит.       — А ты?       Он всё-таки отрывается от экрана телефона, не совсем понимая значение ожидания во взгляде напротив.       — После тебя схожу, — наконец, отвечает Бин после секундного лоадинга. Может быть, старший просто думал, что Субин тоже собирался и хотел пойти первым?       — Может, вместе? — будничным тоном спрашивает Ёнджун. Брови младшего сами по себе ползут вверх.       Окей, он больше не верит в доброту и учтивость старших, это сказки.       Ёнджун уходит, пожав плечами и разочарованно буркнув «мое дело — предложить». Стив: Ты сегодня молчишь Как непривычно Я познакомился с соседом Помнишь, боялся, что он будет меня ненавидеть? Кажется, это было меньшим из зол Потому что мои рецепторы ощущают двоякие сигналы Почему ты не в сети, когда я свободен Он слушает музыку в душе Ахаха Тебя напомнило       Субин пялится на открытый диалог ещё несколько минут, прежде чем открыть очередную игру по типу «три в ряд», которую использует как снотворное.       Вышедший из душа Ёнджун только удивлённо приподнимает брови, когда находит своего нового соседа уже спящим. Час ещё ранний. Но, может быть, он сегодня устал — учебный день как никак.       Он переключает большой свет на прикроватную лампочку и накрывает младшего одеялом, прекрасно зная, что с каждым днём ночи становятся холоднее.       Сам он спать ещё не собирался — хотел дописать то, что писал на каникулах и о чём ещё не говорил Стиву. Это сложно — писать что-то в тайне от него, но ему хотелось попробовать сделать что-то самостоятельно, хотя причину этого желания Даниэль понять не мог.       Подготавливался он к представлению этой идеи тщательнее, чем к защите курсача. То есть реально прописал все, что можно прописать, и даже составил список примерных вопросов, которые может задать Стив, и ответил на них. Все потому что это — омегаверс с соулмейтами. Зная, как редактор не любит эти жанры за их вечную «слитость» и «неправдоподобность», Ёнджун уже готовился получать «боньк» по своей розовой голове.       О, кстати о Стиве.       Ёнджун целый день был занят переездом обратно в общагу, а затем — увлёкся знакомством со своим очаровательным соседом. Да так, что забыл про лучшего друга. А вот тот про него — нет. Он быстро читает сообщения и беззвучно смеётся, стараясь своими копошениями не разбудить младшего. Даниэль: ооооооооо я чувствую что-то интересное в твоем соседе держи меня в курсе вдруг ты ему понравился?)))))) он слушает музыку в душе, он похож на меня, значит уже крутой чел конечно, жаль, что не я))))))))) НО будь это я, осёл, ты бы сдох то есть****** слушал бы музыку вместе со мной, пока мы мылись это экономия времени!       Стив был в сети около получаса назад, и шестое чувство подсказывало Чхве, что сегодня они уже не поболтают. Младший либо учится, либо спит. Ну, тогда это самое время, чтобы поработать над своим новым текстом.

***

      Ёнджун звонко жмёт на точку, заканчивая предложение, абзац и эту ебаную главу, которую перепрошил буквами уже миллион раз, вечно недовольный чем-то. Он устало смотрит на текст, но глаза уже болят просто от вида букв. Хочется хныкать, потому что ему нужно мнение со стороны, ему нужен человек, который либо ласково погладит его по голове (ментально, конечно), либо же толково объяснит, что и где не так. Но он сам лишил себя этого.       — Никогда не слышал, чтобы кто-то так агрессивно печатал, — раздается дьявольски хриплый низкий голос с соседней кровати. Ён вздрогнул. Он уже и забыл, что он здесь не один.       Субин потягивается на кровати, морщится от яркого экрана телефона, на котором, щурясь, смотрит время.       — Ты чего встал? — интересуется Ёнджун, откладывая ноутбук.       — Проголодался, — коротко отвечает младший, откидываясь на подушку и закрывая лицо ладонями.       Ёнджун невольно засматривается на большие ладони и изящные длинные пальцы, которые выглядят привлекательно в приглушённом свете. Ничего такого. Он с интересом художника наблюдает, если что.       Субин, кажется, так снова и засыпает. Старший не может его в этом винить. Просыпаться от пустого голодного желудка — отвратительно. Но хуже то, что тяжело решить, что ты хочешь больше: есть или спать. Но так как Ён на самом деле заботливый старший, он решил самостоятельно что-то быстро соорудить. И себе заодно — всё-таки он ел только перед отъездом.       Он присаживается на край кровати Субина с тарелкой сэндвичей и немного растерянно смотрит на него. А как…будить? Будь то хён, Ёнджун бы прыгнул на него и не парился. Да, с последующими пиздюлями. А с младшим они ещё не так знакомы.       Можно быть извергом и просто включить свет… Но старший просто трогает ладонью бок Субина, тихо повторяя его имя, пока он не отозвался с ленивым «Мгм?».       — Твой лучший сосед принёс покушать, просыпайся, — сквозь улыбку произносит он, умилённо наблюдая за тем, как Бин трёт сонные глаза и пытается сесть ровно на кровати.       — И правда, лучший, — сонно хрипит Субин, жуя сэндвич. Он выглядел очаровательно с взъерошенными волосами и закрытыми то ли от наслаждения, то ли от невыносимой сонливости глазами. Ёнджун же чувствует себя слишком довольным от этих слов. Но младший добавляет недовольно. — Ещё бы спал ночами.       — Доделывал…проект. Но теперь я свободен и могу лечь с тобой, да? – Ёнджун игриво подмигивает.       Субин давится, отмахиваясь от старшего, что вечно пытается его смутить. Они все ещё! знакомы всего несколько часов.        Ён читает эмоции соседа с такой же лёгкостью, как студент азбуку. Это тоже умиляло.       — Не дуйся, — няньчится Ёнджун, — ты просто очень милый, когда смущаешься.       — Ты только что чуть не убил меня! А орудием стала булка, — обвиняет его Бин. — Так и скажи, что хочешь жить в комнате один, не надо меня убивать.       Старший уже свой кусок дожевал, поэтому потянулся и разлёгся на ногах Субина, скрытых одеялом.       — Не хочу я один. Так скучно, — дует губы, развязывая пучок розовых волос.       — Со мной весело и не будет, — бурчит в ответ Субин.       Ёнджун коротко смеётся.       — Пытаешься меня в этом убедить с расчётом на то, что я отстану? Не-ет, я чувствую, что нам будет весело.       Субин допивает чай, оставляя кружку на прикроватной тумбочке и шевелит коленями, намекая соседу перебираться на свою кровать.       — Спасибо за поздний ужин, но вали уже к себе спать.       — Видимо, недостаточно хорош был ужин, раз я не заслужил делить одну постель. В следующий раз я буду стараться усерднее!       Субин не отвечает на это, но смеётся и выпинывает его с кровати под недовольный бубнёж. Уж слишком хочется спать.        И не хочется думать о том, что игривый Чхве Ёнджун кого-то ему напоминает.