Кукольный театр

Шум в трактире стоял невообразимый: хохот, стук, звон посуды были настолько громкими, что болела голова. Где-то в углу за дальним столиком сидел человек и грустным взглядом пялился на стакан, стоявший перед ним. Были у человека этого голубые глаза, бледные веснушки на одной из щек, светлые кудрявые волосы до плеч; одет он был в темные серо-зеленые брюки, коричневого цвета клетчатый жилет и бледно-лиловую рубашку, порванную на рукаве. На ногах его были коричневые ботинки. Казалось, он был бы рад уйти отсюда, да что-то ему не давало. Дверь в трактир распахнулась и в помещение вошел новый посетитель. На минуту он остановился у порога и огляделся, словно выискивая кого-то взглядом. Вскоре, видимо, он нашел того, кого искал: лицо его приобрело странное выражение и он направился через толпу к столику, за которым сидел уже знакомый нам господин. — Я везде тебя ищу! — Тихим голосом с возмущением сказал он, подойдя ближе. Тот, к кому обращались, усмехнулся. — Ты ужасный человек, Иллюзии. — Вздохнул он, наконец оторвав взгляд от стакана и изволив взглянуть в глаза собеседнику. — То есть, эльф. Ты отрываешь меня от весьма и весьма важного дела… — Это от чего же? — Перебили его. — Это от самокопания, мой дорогой друг. От самокопания и пьянства, как видишь. — Он снова вздохнул и недовольно отодвинул стакан в сторону. — Вставай, пойдем. — Собеседник схватил его за руку. — Куда? — В ответ последовал взгляд, выражавший крайнюю степень удивления и недоумения. — На кладбище. — Иллюзии раздраженно мотнул головой в сторону. На него странно посмотрели и рассмеялись: — Нет уж, туда изволь без меня! — Да погоди ты со своими шуточками! — Снова перебили его. — Дело важное! — Не припомню такого важного дела, чтобы и меня туда тащили. — Да пойдем же! — Да не хочу я. — Он поморщился и выхватил свою руку. — Там этот будет, который… Сам знаешь. — Он покрутил пальцем у виска. — Неадекватный. — Кто бы говорил… — Тихо шепнул Иллюзии себе под нос. — Не валяй дурака, поднимайся, да пойдем уж. — Я не могу, — его собеседник развел руками. — Рад бы, да вот беда: видишь ли, у меня нет денег заплатить трактирщику. Стой, куда? — Возмутился он, когда его подхватили под руку и вытащили из-за стола. — По-хорошему с тобой никогда не договоришься. — Сказал Иллюзии, тяжело дыша, когда они уже оказались за дверью трактира. Собеседник его обиженно молчал. — Хватит дуться, пошли. Как дите малое, честное слово. И они направились в темноту.