Другая кровь

-Голубевы не бесполезные, у них много хороших солдат! - Серафим обвел пальцем территорию Дома Голубевых на карте. -Я сказала - они бессильны, - поправила Демона Екатерина, устало опуская голову на спинку высокого стула. -Думаешь, они не встанут на нашу сторону? - Елизавета заерзала на стуле. -Этот Дом славится своей набожностью, любовью и добротой, - Катя закрыла глаза, массируя переносицу. -Это значит, что они согласятся нам помочь, потому что мир и спокойствие покачнулись из-за Князевых, - Серафим раздраженно расстегнул верхнюю пуговицу рубашки. На несколько секунд в кабинете повисла тишина. Каждый напряженно думал. Каждый, кроме меня. Я смотрел на карту России, отслеживая глазами границы территорий. -Себастьян, - маленькая госпожа чуть наклонила голову, пытаясь разглядеть мое лицо, - какие у тебя мысли? -Знаете ли Вы историю Томской области? - зачарованный тонкой ручной работой картежника, я не мог оторвать взгляд от листа. -Она принадлежит Воронцовым, - Катя не поняла вопроса, нахмурилась. - Зачем нам Томск? Вряд ли Глеб и Арсений не пришли к согласию. Мы не сможем убедить Воронцовых принять нашу сторону. Я отстраненно покачал головой, ловя за хвост еще одну очень неожиданную и странную идею. Мысль чуть сопротивлялась и ежилась от собственной бредовости, но отпускать я ее не стал. Лишь засунул подальше в запасные варианты. -Нет. Госпожа, - я наконец-то поднял на девочку глаза, отмечая, как она взросло выглядит в теплом платье, сидя на старом стуле, - я говорю о другой истории. Серафим шумно вдохнул, всем своим видом давая понять, что мои следующие слова для него уже понятны. -Вы правы о том, что Томская область - это владения Воронцовых, но гораздо раньше земли принадлежали Голубевым. -Что? - Лиза поддалась вперед, округляя глаза. - Я этого не знала. Катя хмуро потупила взгляд, прикладывая кулачок к подбородку. -Да, эта история настолько древняя и мутная, что сильнейшие дома ее аккуратно замяли, - я пожал плечами, окидывая взглядом стеллажи с книгами. На полках стояли огромные фолианты, описывающие истории Семей и территорий. Хоть в одном из них должна найтись правда о Томской области. Я бросился к томам черным дымом, цепляясь тьмой за полки, врезаясь в позолоченные буквы: “Перепись населения 990 год”. Я мраком вытащил книгу, мягко опуская ее на овальный стол. -Еще до крещения Руси Голубевы жили иными верами и правдами, - я встал рядом со своей госпожой, аккуратно открывая пыльный талмуд. - У них не было Демонов, только приличная по размерам территория, начинающаяся от края Хувсгела Монголии и кончающаяся у Ханты-Мансийского округа. Тогда, конечно, все звалось другими именами, но тут есть карты, смотрите. Я взял карандаш, легко обозначая границы владений Голубевых в те далекие годы. -Как они умудрялись управлять всем без Демонов? - Елизавета приподнялась на руках, разглядывая старые рисунки в Переписи. -Эта территория всегда была богата Изнаночниками невероятной силы, их ауры настолько мощные, что могут посоревноваться с натиском Демона.. -Только если Изнаночников будет много, - Сера цокнул языком. -И что случилось? - Лиза подняла на меня блестящие от заинтересованности глаза. -Воронцовы, - я завел руками, - в те времена у этого Дома в службе был самый сильный Демон всех времен и народов. Я полистал страницы, пытаясь выловить хоть одно упоминание о пугающем Белояре, но фолиант меня подвел. -Суть в том, что тогда у Демона Воронцовых родился сын, его, как тогда нужно было, крестили, - я дотронулся пальцами до брови, стараясь вспомнить все подробности. - Вот только Белояр был уверен, что его сын, из-за крещения, станет самым слабым и бесполезным Демоном. В этот же момент господа Воронцовы придумали план. Они выменяли младенца на Томскую область.. Пока я переводил дух, Екатерина долистала до описи мигрирующих Изнаночников из Томска в Новосибирск и Калугу. -Почему Голубевы так легко согласились? - Лиза, почесала затылок, с трудом читая сложные старинные имена, - На территории Томской области огромные залежи кристаллов! -Причины три, - я показал средний, безымянный и мизинец, - во-первых, у Голубевых не было Демона, а жажда Другой Крови повелевать выше любой другой. Во-вторых, Алтай, Тыву и Хакасию можно перерыть вдоль и поперек, и все равно останется в земле еще столько же кристаллов, сколько удалось бы вытащить со всего Томска. Я замолчал, отслеживая взглядом бесконечное количество имен на ветхих страницах. -Какая третья причина? - Елизавета подняла на меня свои зеленые глаза. -Это не стопроцентная информация, - Серафим угрюмо посмотрел на меня, стараясь взять ситуацию под контроль. -Да, это лишь старая байка, но если ей верить, все сходится.. -Если в единорогов верить, то и радуга - волшебство, - брат откинулся на спинку стула, чуть отворачивая голову. -Воронцовы наказали Голубевым следовать велению божьему.. - я не успел закончить фразу, как был оглушен ошарашенными вздохами девочек. -Чего-чего? - Лиза пару раз открыла и закрыла рот. -Якобы сын Белояра родился, чтобы принести в мир только часть Силы отца своего, и каждый последующий Демон будет сильнее предыдущего, - я показал движениями ладони лестницу идущую вверх. -Так они убивают своих Демонов, жаждая получить мощь Белояра? - Лиза почти выкрикнула эту фразу. -Да, - я уверенно кивнул, отмечая краем глаза искривленные губы брата, - Голубевы заставляют своих Демонов приносить в Дом сыновей, чтобы потом провести обряд.. э.. Передачи Силы следующему своему новому Демону.. -Но их Демоны самые слабые из всех существующих сейчас и ранее, - Катя охнула, не моргая. -Видимо, Белояр был прав насчет своего потомка, - я пожал плечами, - а Воронцовы хорошо запудрили мозги добродушным Голубевым. -И как часто Голубевы отправляют своих Демонов за сыновьями? - госпожа смотрела на меня помутневшими от историй глазами. -Как только мальчикам исполняется восемнадцать. -Серафим! - Лиза хлопнула в ладошки. - Когда был последний обряд? Брат неохотно повернулся к нам лицом, подсчитывая в уме даты. -В две тысячи шестнадцатом, на сколько я помню. -То есть, Демону Голубевых сейчас всего шесть лет? - Катя быстро загнула пару пальцев. -Получается, так, - я кивнул, садясь на свое место. -Совсем малыш, - Лиза скрестила руки на груди. - Он ничего не умеет, да и не научится никогда, Демонов-родителей, чтобы обучили его нет. А возить его к другим Семьям Голубевы не будут, слишком уж обособленно и закрыто живут.. -Для нас он бесполезен, - Екатерина махнула рукой. -Он да, но не Голубевы со своими Изнаночниками-лучшими воинами на свете, - глаза госпожи Серы загорелись игривым огоньком. -И как ты хочешь уговорить их встать на нашу сторону? - Катя дернула бровью. -Мы напомним им о том, как Воронцовы их обманули! -Ооо! - громко протянул Сера, прерывая свою госпожу. - Вот этого я и боялся! Лиза! Если вся эта история такова, как ее рассказал Себа, то поверьте! Голубевы свято верят в то, что делают! Они убеждены в том, что однажды получат Демона-Белояра.. В комнате зазвенела тишина, осыпаясь на тяжелые головы стопками шершавых мыслей. -В любом случае, - тихо начала Екатерина, - нам следует навестить Голубевых. Пускай не через правду о прошлом, но хотя бы правдой о настоящем, мы сможем их упросить нам помочь. На последних словах все закивали, без слов поддерживая друг друга. -После этого стоит сразу отправится к Тихоновым, - Лиза тяжело выдохнула, уже представляя бесконечную дорогу на крайний восток. -Верно, - Катя вздернула подбородок, - но знаете, о чем я подумала, нам стоит наведаться в Якутию.. -К Бердюгиным? - Лиза вскрикнула, хватаясь на подол платья. - Это еще зачем? -Мы, вряд ли, сможем убедить их встать на нашу сторону, но хотя бы узнаем, что им предлагает враг, - девочка развела руками и покачала ими на манер весов. - Вдруг найдется хоть что-то, что мы сможем им предложить или надавим на то, что Князевы больно дешево оценивают помощь Чертей.. Мало ли.. Хитростью возьмем? -Хитрость - это второе имя Бердюгиных, не стоит лезть в болото.. - Серафим скривился от воспоминаний. - Причем в прямом смысле. -У нас нет особых вариантов! - Катя разозлившись, ударила кулачком по столу. Все замолчали. Я видел, как девочка с трудом сдерживает цвета ауры, запирая эмоции на замок. -Нам рано или поздно придется встретиться со всеми Домами, - Лиза заговорила тихо, параллельно усердно размышляя, - лучше раньше, чем опоздать. Серафим нехотя кивнул. Самое сложное вовсе не прямое сражение на поле, а подготовка к нему. Приходится принимать неприятные, иногда нежелательные решения. Нужно просить, договариваться, а после, каков бы ни был исход, сдерживать обещания. Договоры, рукопожатия, клятвы, разговоры, споры.. Как я все это не люблю. Много думать, задаваться сложными вопросами и искать на них ответы - не моя область. Но. Но сейчас я смотрю на маленьких девочек, у которых ни опыта, ни конкретных знаний, ни даже связей нет. Вся их власть распространяется только на нас с братом и все. Катя и Лиза не могут услышать честные слова даже от Вельмисовых, что уж говорить о других Семьях. Вот это «но» заставляет меня шевелиться, размышлять, прикидывать, искать, бороться. -Хорошо, - Екатерина прервала мои мысли, - отдаем приказ собираться в длительную поездку. Лиз, займешься территориальными пропусками? Конечно, главенствующему Дому не нужны никакие официальные территориальные пропуска или разрешения на пересечение владений других Семей, но сейчас лучше уважить всех, по чьим землям проедут наши лошади. -Да, - Елизавета уверенно кивнула, вставая из-за стола, - Сера, пойдем, мне будет нужна твоя помощь. Эти двое вышли из кабинета. Уверен, Лиза знает про оформление официальных бумаг только в теории, поэтому, за написание нынешних писем, скорее будет отвечать мой брат, чем госпожа. Мысль о том, сколько Серафиму придется истратить чернил, меня позабавила. Никогда бы не подумал, что я действительно рад быть на своем месте, в роли запачканных по локоть рук, а не головы. -Почему улыбаешься? - моя госпожа выпрямилась, ставя локти на стол. -Подумал, что рад выполнять настоящую работу, вместо бумажной волокиты. Я хотел было улыбнуться еще раз, но вовремя остановился, ловя серьезный уставший зеленый взгляд. -Считаешь, что умственная деятельность тебя не достойна? - Катя говорила тихо, но очень жестко. - Или может быть, это ты не способен выполнить такие задачи? Ух ты.. Виски сдавило невидимой силой, словно чужие маленькие ладони приложились по обеим сторонам от головы и сжимали мозг. -Нет, - не знаю даже, на что я ответил, тихо давясь от боли. Екатерина еще немного держала на моем лице свой острый взгляд, но в итоге отвела глаза. Девочка начала искать что-то на полках, ее губы слегка шевелились, беззвучно произнося названия книг. -Я хотела обсудить с тобой Елену, -наконец произнесла Катя, поднимаясь из-за стола. -Зачем о ней говорить? - я следил за тем, как медленно и грациозно девочка прошла к стеллажу и вытащила с полки тоненькую книжонку. -Она врач Семьи Громовых, - книга беззвучно легла на стол. -Все так, - я не мог уловить мысль, которую госпожа пыталась мне показать. Я опустил взгляд на красную обложку, на которой белыми печатными буквами было выведено: «Кодекс медицины». Маленькая книга пугала меня своим внешним видом. Словно пережиток времен революции семнадцатого года, брошюрка зияла странной силой и страшной правдой. -Когда мы изучали раздел управления медициной, - начала Катя, открывая книжку, - кодекс был единственной литературой представленной нам с сестрой. Не смотря на то, что книга совсем небольшая, а свод правил и норм в ней крохотный, я изучала ее неохотно, не погружаясь в детали.. Девочка замолчала, опуская ладонь на одну из пожелтевших страниц. Ее пальцы легли на посеревшие слова, пряча буквы. Я не смог ничего рассмотреть, потому что на целой странице был всего один маленький абзац, грубо напечатанный посередине листа. -А знаешь, почему я с протестом отнеслась к этой дисциплине? - Катя посмотрела на меня, чуть сильнее впечатывается ладонь в книжку. Я лишь отрицательно покачал головой. -Причины было две, - девочка глубоко вздохнула. - Во-первых, у нас и медиков то не было никогда. Над кем власть держать? Госпожа права, последние лекари, служившие Громовым неизвестно сколько лет назад, скончались. -А во-вторых, - Екатерина, наконец-то, подняла руку, открывая моему взору надпись, - первое, что написано в этом древнем кодексе, это: «Любой лекарь, целитель, знахарь, повитуха, врач, находящийся под непосредственным покровительством Другой Крови считается неприкасаемым. Нанесение любого вреда медику расценивается, как самое серьезное преступление и карается высшей степенью наказания.» Госпожа замолчала, отталкивая книжку на центр стола. Я не понимал поведения Екатерины, в голову лезло только «и что?». -Да, - все таки выдавил я, - я знаю это. Кодекс медицины существует столько же, сколько существует Другая Кровь. Девочка развела руки в стороны, разочаровываясь тем, что я так и не угадал ее мысль. -Кто написал это? - тонкий пальчик уткнулся в книгу. -Насколько я понимаю, Другая Кровь и написали, - я тоже развел руками, копируя предыдущую позу девочки. -Так почему неприкосновенные у нас медики?! Почему нельзя было написать о неприкосновенности главенствующей Семьи или, хотя бы, младших детей? - Екатерина сложила руки на груди, повышая голос. -Госпожа, - осознание текло в мою голову медленной холодной струйкой, - Вы злитесь, что ваши же законы защищают врачей, а не Вас? -Я не злюсь, я в полном недоумении. Почему я должна бояться за свою жизнь, когда Лена, например.. Я мог бы поклясться, что слышал, как девочка запнулась перед именем нашего врача, выдавливая из себя звуки, словно яд. -..может спокойно разгуливать, где ей вздумается ничего не страшась и не опасаясь? - она закончила мысль, пытливо смотря мне в глаза. -Ну, - я потянул гласную, теряясь в блеске девчачьих эмоций, - потому что так было принято.. -В общем, - Катя резко подняла ладонь в останавливающем жесте на уровень моего лица, - я хотела сказать совсем не это. Елена едет с нами. Резкий выдох удивления я даже не пытался сдержать. Екатерина с вызовом вздернула подбородок, опуская руки на бедра. Взрослая поза выглядела немного странно в исполнении маленькой девочки. -Зачем? -Пусть познает мир, целительница наша, - девочка язвила, - познакомится поближе с Чертями и.. -Собралась использовать ее, как живой щит? - Мой голос лязгнул, обрубая мысль Кати. -Мы можем покарать всех, кого захотим, за одну лишь попытку навредить нашему медику, - она все не унималась, смотря на меня, как на глупца. -Никто в здравом уме не нарушит Кодекс, - зубы скрипнули от закипевшей злости. -Но почти никто не знает, кто Лена для нашего Дома.. -Ты что совсем? - я еле сдержался от оскорбления.- Эта девушка не инструмент для твоих интриг. Она теперь часть твоей Семьи, и ты за нее в ответе. Как ты можешь говорить.. даже просто думать о том, чтобы подставить своего же человека? Глотка пересохла, и я осознал, что говорю на очень повышенных тонах. Девочка под моим напором сжалась, и от былой напыщенной взрослости не осталось и следа. Ручки Катя сцепила замочком перед собой, ссутулившись и опустив голову. Я видел, как с каждым моим глубоким вдохом, ее щеки все сильнее и сильнее наливались краской стыда и унижения. -Сейчас ты решила подставить своего врача, а потом кого? Серафима? Может быть меня? То, о чем ты тут размышляешь, это тоже можно расценивать, как причинение вреда медику, и наказание будешь нести ты! Катя легонько шмыгнула, еще сильнее прижимая плечи к ушам. -Как ты думаешь, почему появился Кодекс? - я дернул бровью. - Все просто. Врач, как бы он не назывался раньше или будет зваться в будущем, единственный человек в Доме, знающий все про всех и делающий все, чтобы защитить каждого в Семье. Испокон веков целители были при правящих господах, помогая им советами и делами. Я притормозил, чтобы подышать, а девочка продолжала перебирать пальцы, с трудом, кажется, понимая, что я пытаюсь донести. -Ты пойми, врач при Доме - это не прислуга, не один из твоих помощников, это кто-то вроде.. - я искал слово пару секунд, но на ум пришло только одно, - вроде ангела хранителя для Семьи. Что будет, если возжелать избавиться от него? Какое наказание должен понести человек? Выдохся. Весь поучительный запал иссяк, и я решил закончить свою тираду. -Так что, Катя, не смей больше никогда думать, а уж тем более планировать смерть Елены. Ты должна ее принять и полюбить, как члена семьи. Тут девочка резко подняла голову. Лицо у нее было краснющее, в глазах стоял стыд и ненависть. Она смотрела прямо на меня, еле сдерживая поток слез. Катя надула щеки и нахмурилась, стараясь набрать больше воздуха, чтобы голос не дрогнул и показался мне жестким и приказным. -Я никому ничего не должна, тем более ей! -Тут ты вообще не права! - Я упер руки в боки, чуть наклоняясь к девочке. - Ты должна всем на своей земле. Изнаночникам, Демонам, теперь еще и Ведьмам. Знаешь ли, ты - госпожа Громова, а не просто Катя из обычной семьи. В твои обязанности входит в первую очередь думать о людях, которым ты покровительствуешь. Нельзя их делить на тех, кто тебе нравится, а кто нет. Назвался груздем - полезай в кузов! Слышала такое выражение? Малышка молчала, обнимая себя за плечи. Она смотрела куда-то в район пуговиц на моей рубашке. -Катя, - я смягчил голос, - ты понимаешь, что я тебе говорю? -Ты мне не отец, чтобы отчитывать и учить, как и с кем я должна себя вести! - она кричала. Кричала на меня изо всех сил, сжимая ладошками хрупкие предплечья. -Ты не думаешь, что чуть-чуть опоздал с воспитанием!? Я не видел ее глаз, только бешеную злобу и обиду в разбушевавшейся ауре. -Все, что ты говоришь не имеет никакого значения! Мне все равно! Мне будет все равно даже если.. Катя запнулась, но все равно сказала это. -Даже если ты снова уйдешь и больше никогда не вернешься! Слова вошли в мозг стальными шурупами, быстро вкручиваясь в сознание, закрепляясь на черепной коробке, словно вывеска “Мы открыты” на новеньком магазине. Госпожа пулей выбежала из кабинета, оставив за собой только распахнутую дверь и холодный воздух коридора.