Другая кровь

Близился конец декабря. Слуги закончили приводить дом в порядок и теперь занимались украшением комнат и залов к новому году. В поместье царила атмосфера веселья и предвкушения в связи с грядущим праздником. В большой обеденный зал принесли высокую ель, которую с трудом удалось очистить от промерзших шапок снега. В помещение запахло свежестью, широкие зеленые лапы дерева подсохли и теперь пушились, отражая свет большой люстры. София порхала вокруг, словно ребенок, раздавая указания о том, как лучше украсить елку. Девушка лично взялась развешивать большие фиолетовые шары, на которых белыми и черными красками были расписаны небольшие тучки с молниями. Слуги старались успеть за воодушевленной госпожой, суетясь рядом с правительницей. Кто-то приволок в столовую высокую лестницу, расставляя ее рядом с елкой. Соня не удостоверившись, что вертикальные ступеньки устойчивы, вспорхнула по ним вверх, вызывая перепуганные ахи прислуги. Кто-то схватился за основание лестницы, с усилием заставляя ту стоять ровно, не позволяя молодой правительнице полететь вниз головой. Больше всех поддерживали рвение госпожи Громовой украсить все как можно скорее, младшие слуги. Рыжеволосые Егоня и ее старший брат Гриша. Хотя дети скорее просто развлекались, перепрыгивали через коробки с мишурой, подхватывая пушистый декор, бегали вокруг елки, перекрикивая друг друга и смеясь. Шум и гам царил в доме последние несколько дней, но стоило в зале очутиться вечнозеленой красавице, создавалось ощущение, что в поместье бесконечно взрывают громкие хлопушки и петарды, насколько ярко и взбудоражено все восприняли приближение праздника. Малышка Егоня спряталась в зеленых лапах елки, а Гришка, заметив укрытие сестренки, решил ей подыграть. Мальчишка прошел мимо, громко причитая, зовя непослушную сестричку. Егоня звонко захихикала, тут же выдавая свое местонахождение всем окружающим. Взрослые переглядывались, умилительно наблюдая за теплой картиной. София в очередной раз спустилась с лестницы, бросила веселый взгляд на притаившеюся девочку, медленно к ней подкралась. Тонкие руки госпожи схватили Егоню, прижимая ее к себе. Девочка заверещала, не ожидая того, что ее так быстро поймают. Соня обнимала малышку, потираясь щекой об ее рыжие растрепавшиеся волосы. Егоня изловчилась и выскочила из теплого кольца рук, смеясь, побежала в другую сторону, заставляя Софию весело щуриться, делая пару шагов следом, намереваясь вновь схватить девочку. Севариан наблюдал за этой жизнерадостной картиной с своего места за столом. Он лениво откинулся на высокую спинку стула, крутил в руке чашку с горячим черным кофе. Демон с легкой улыбкой наблюдал за тем, как слуги громко общаются, перемещаясь по залу. Кто-то нес на кухню заготовки блюд, кто-то переставлял чистую посуду. Некоторые переговариваясь и шутили, украшали резными снежинками высокие окна. В зал летящей походкой вошел Евгений. Медик нес в руках очередную коробку с новогодними игрушками, которую тут же приняли из его рук, подоспевшие к нему молодые слуги. Ученый с облегчением отпустил свою ношу, оценивающе оглядывая помещение. Следом за врачом в зал влетели пять серых туманов. Севариан приподнял бровь, наблюдая, как демонические псы взметнулись к потолку, кружа под люстрой, рванули к елке, делая несколько оборотов вокруг дерева. Собаки приняли животный вид, задорно лая, начали выпрашивать угощения у прислуги, а стоило им учуять свою хозяйку, бросились к ней за поглаживаниями. Больше всех псам радовались дети. Егоня и Гришка тут же оседлали пару русских гончих, прикрикивая, изображали ковбоев на лошадях. Когда Евгений подошел к Севе ближе, медик облегченно выдохнул, опускаясь на место возле Демона. Ученый махнул одной из слуг, прося принести ему горячий шоколад. Женя всем телом повернулся к Севариану, задорно улыбаясь. В шоколадных радужках бурлил детский азарт и точно такое же предвкушение, которым сияли карие глаза маленькой Егони. -Давно ли мы пускаем собак в обеденный зал? - неторопливо произнес Сева, растягивая губы в ухмылке. -Да, ладно тебе! - махнул Женя. - Всего пару часов, пусть повеселятся. Ты посмотри, как их любит малышня! -Остальные тоже к ним слишком добры, - Сева проследил за тем, как харьер получил небольшой кусочек курицы от прислуги. - Я, значит, их дрессирую и воспитываю, а остальные балуют, холят и лелеют.. Разжиреют и обленятся, с такой любовью-то. Евгений улыбнулся, поставил локоть на стол и опустил голову на кулак. Он перевел взгляд на шумящую толпу, наслаждаясь теплотой дома. Медику подали его горячий шоколад, и тут же в воздухе запахло сладкими нотками. Он вдохнул поглубже, чувствуя, как по телу разливается тепло, а на языке запекло от предвкушения жидкого счастья. Севариан лишь дернул бровью, смирив напиток ученого небрежным взглядом. Он вдохнул приторный аромат, ощущая как рот сводит лишь от одного этого сладкого запаха шоколада. Демон поспешил отпить из своей кружки, чтобы перебить сахарные нотки терпким кофе. -Как думаешь, - очень тихо, так, чтобы даже Севариан еле смог различить слова, произнес Евгений. - Когда другие Демоны решатся явиться? -Пропажу Юды и Белояра точно должны были уже заметить, - так же шепотом произнес Демон. - Скорее всего, сейчас Галина, та, что была при Семье Тихоновых, убеждает оставшихся в замке Шапиро выступить в нашу сторону. Но что-то мне подсказывает, что нам нечего бояться. -Разве? - отхлебнув из своей кружки, удивленно сказал Женя. -Они же называют себя свободными, - Сева пожал плечами, продолжая наблюдать за суетой в зале, - уверен, что будет предельно сложно заставить их работать сообща. Будь это так просто, предатель Юда привел бы сюда всех, а не только своего сына. Медик ничего не ответил, мысленно соглашаясь с предположением Демона. Они сидели молча некоторое время, следя за тем, как елка постепенно наряжается в раскрашенные шары и мишуру. Дети продолжали носиться по всему залу весело хохоча, играясь с охотничьими собаками. Псы то бросались в рассыпную, то кидались в туман, с легкостью догоняя малышей. Егоня бежала за русской гончей, вытягивая ручки, хватала пальцами воздух прямо у тела собаки. Девочка звонко смеялась, силясь догнать пса, что игриво вилял ей хвостом, неторопливо убегал от раскрасневшейся рыжеволосой малышки. Как вдруг, все пятеро псов, как по команде, замерли, резко крутанув морды в сторону окна. Егоня всем телом влетела в гончую, обхватывая собаку ладошками. Девочка повисла на животном, не сразу сообразив, что игра закончилась. Севариан тут же скользнул черным туманом к окну, резко останавливаясь у стекла. На улице белой стеной сыпал снег. За этой пеленой с трудом угадывался темный лес. Зимой темнело очень быстро, и, уже сейчас, лишь легким вечером, за стеклом была видна лишь тонкая полоска света, что шла из высоких окон обеденного зала. -Фумо! На улицу! - скомандовал Сева, кинувшись на выход черным туманом. За ним такими же дымчатыми стрелами рванули псы. Они синхронно вырвались на улицу. Мороз обхватил со всех сторон, а ночная чернота сбилась так плотно, что было почти невозможно разглядеть что-либо дальше пары метров. Севариан обернулся человеком, делая несколько шагов вниз по ступенькам. Он сошел на заснеженную дорожку. На черной рубашке быстро оседали ледяные звездочки. Демон наклонил голову, смотря перед собой исподлобья. Он плавно двинул рукой, заставляя все мрачное пространство вокруг подчиниться его воле. Тени качнулись, отдаваясь на милость новому хозяину. Во мраке тут же нащупались шагающие к дому фигуры. Приближающихся было много, около двух десятков. Демон заставил тьму обтечь фигуры, выдавая ему каждый изгиб, каждую линию пришедших, и, вдруг, наткнулся на пять тяжело дышащих крупных животных. Мрак протек по длинным ногам, широким сильным телам, вытянутым мордам и заледеневшим гривам. Лошади! Тьма заструилась чуть дальше, очерчивая небольшие кареты и наваленный на них багаж. -Канис, - спокойно произнес Сева, заставляя псов принять животный вид. Наконец, из тени вышли разношерстные фигуры. У некоторых на головы были накинуты меховые капюшоны, у других же в волосах слегка блестели снежинки. К Севариану вышли Изнаночники, что потирали руки, с любопытством рассматривали Демона у входа в дом. -Добрый вечер! - произнес один из новоприбывших. - Мы слуги из поместья Голубевых! Нам пришло письмо от госпожи Громовой, поэтому мы тут же прибыли, чтобы вновь служить Другой Крови! -Меня зовут Севариан, - представился Демон. - Мы вас ждали, проходите. В обеденном зале все замерли, стоило Севариану и псам вылететь на улицу. Слуги затаили дыхание, медленно перевели взгляды в окна, однако ничего, кроме темного сгустившегося зимнего вечера видно не было. За стеклом валил снег, и было так тихо, что впору было услышать, как бьются сердца у всех, кто остался в теплой столовой. София первая прервала тишину, делая несколько широким шагов к большим дверям. Ее не пугала вероятность того, что к ее дому могли прибыть Демоны, желавшие отомстить за смерть сородичей. Для девушки было важно понять, что происходит. Госпожа уверенно двигалась на выход, но тут в коридоре послышался шум. Открылась главная входная дверь, и в дом зашли несколько фигур. Из полумрака показалось светлое лицо Севариана. На его волосах неровным строем лежали снежинки, а на расслабленных плечах сверкали капельки растаявшей воды. Стоило ему сделать шаг в обеденный зал, Соня облегченно выдохнула, останавливаясь. Из-за его спины в столовую вынырнули демонические псы, весело кидаясь к притихшим деткам. Одна из гончих пробежала мимо хозяйки, задевая ее виляющим хвостом. Русская желала поскорее вернуться в теплые объятья маленькой Егони. Другие псы также проскользнули около правительницы, обтирая влажными боками ее черную юбку. Севариан шел неторопливо, задумчиво смотря себе под ноги. На его лице невозможно было прочитать ни одной эмоции. Демон остановился, поворачиваясь боком к дверям, через которые только что вошел. Провел ладонью по волосам, переводя взгляд со своих туфель на мрак в проеме. -Пожалуйста, заходите, - произнес он спокойно. И тут же тьма в проходе зашевелилась, оживая. Из тени вышли люди. Их было так много, что у Сони на мгновении зарябило в глазах. Одеты они были в хорошие чистые одежды, разноцветные глаза смотрели прямо на правительницу, а на лицах отражалось смущение. Они медленно проходили в наполовину украшенный зал, шурша зимними пальто, задевая друг друга плечами. За спиной послышался короткий вздох. Это Егоня, присела на корточки, прячась за крепким телом русской гончей. Малышка таращила на людей свои карие глазки, не понимая нужно ей бояться или нет. -Добрый вечер, госпожа! - произнес один из вошедших Изнаночников, и все тепло одетые люди низко поклонились. - Мы прибыли из поместья Голубевых. Позвольте нам остаться с Вами, чтобы служить Другой Крови! Правительница слегка опешила, собираясь с мыслями. За всей этой праздничной суетой она совсем забыла о том, что к ней вот-вот должны были прибыть новые подданные. В голове зашумела сразу сотня мыслей. Начиная от того, почему же новых людей так много, и точно ли на всех найдутся комнаты, заканчивая тем, что нужно проверить запасы еды на зиму. -Добрый вечер, - чуть склонив голову произнесла госпожа. - Мы вас очень ждали. Спасибо, что решились прибыть в мой дом и остаться под моим руководством. Обещаю, что я позабочусь о вас. На новых лицах засияли улыбки, и Изнаночники принялись вразнобой кланяться. Тут же оживились и местные слуги. Несколько человек вышли вперед, протягивая руки, знакомясь с новыми коллегами. Жизнь постепенно возвращалась в затихший на несколько минут зал. София распорядилась, чтобы новым слугам помогли перебраться в их комнаты. Егоня тут же вызвалась показать поместье, а Гришка успел найти себе друга среди новых знакомых. Рыжеволосый мальчишка крутился вокруг юного скромного прислуги. Темноволосый мальчик смущенно улыбался, протягивая Грише ладонь. Кто-то напомнил о лошадях, и Соня радостно ахнула. Животных нужно было перевести в стойла и организовать быт в конюшне. Но и на эту задачу быстро нашлись крепкие руки. Другие несколько слуг суетливо отправились на кухню, чтобы перепроверить количество готовой еды и увеличить объемы готовки на сегодняшний вечер. Жизнь в доме закипела и забурлила. София уже не смогла вернуться к украшению полюбившейся всем елки, раздавая поручения. Евгений так же соскочил со своего места, отправляясь в свои подземные владения, приглашая новых Изнаночников пройти медосмотр. Демонических псов выгнали обратно на улицу в их будки, чтобы не мешались под ногами у бегающей туда-сюда толпы. Только Севариан оставался непробиваемо спокоен ко всей карусели дел, что закружила в доме. Он совершенно неторопливым шагом проходил от одного места к другому, проверяя работу слуг, интеллигентно отвечая на вопросы новой прислуги и по джентельменски помогая с редкими просьбами. Демон отказался от мысли успеть за госпожой Громовой, что изумрудным торнадо летала по этажам, стараясь держать под контролем все и сразу. В конце концов, к глубокой ночи все успокоилось. Севариан и София встретились на кухне. Удостоверившись, что на завтрак всем достанется каша, девушка облегченно выдохнула, похвалив всех за оперативную работу, отправилась на второй этаж. Демон коротко улыбнулся слугам, последовал за госпожой Громовой, что с каждым шагом, приближающей ее к теплому полумраку комнаты, начинала превращаться в уставшую, капризную Сонечку. Сева распахнул дверь в свои покои, пропуская девушку внутрь. Они уже давно ночевали вместе, и у Демона все реже получалось назвать эту комнату своей. Девушка хорошо здесь обжилась. Перетащила в его шкафы свои самые любимые наряды, заставила одну из прикроватных тумбочек флакончиками с кремами и мазями. В ванной на полке хранились ее дамские штучки, а на крючке висел легкий халатик. Свое любимое кресло Соня давным-давно развернула так, чтобы сидя в нем, она могла смотреть в окно, с легкостью дотягиваясь до рабочего стола, на котором, между прочим, также хаотично и безостановочно появлялись ее вещи. Теперь любимый широкий стол был больше похож на склад для всех невероятно нужных книжек и свитков, а стоило Севе начать убираться, слышался возмущенный голосок: “Не тронь! Мне это нужно!”. Демон глубоко вздохнул, и в легкие тут же проник легкий травянистый аромат. Даже запах Сони уже проник во все, что находилось в комнате, пропитывая собой каждую мелочь. Когда ее пребывание здесь стало таким очевидным? Как он не смог сразу это заметить? Не осталось, похоже, ничего, что принадлежало бы ему одному. Сева разделил все с этой, на первый взгляд, хрупкой девушкой. И от этой мысли ему захотелось смеяться. Улыбка растянулась на лице, а у глаз пролегли морщинки. София прошла в полумрак покоев, на ходу включая лампу у кровати. Девушка уверенным движением расстегнула молнию на платье, проходя к рабочему столу. Она нашла небольшой список дел, что составляла пару дней назад. Завтра придется скорректировать все, что девушка запланировала. Помимо людей, в доме прибавилось и количество животных. София шумно втянула в себя воздух, прикрывая глаза. В легкие тут же проник любимый аромат. Терпкие нотки дыма, запах холодной ночи с еле узнаваемыми чертами дорогих масел. Так пах Севариан. Она давно уже успела выучить его запах, наслаждаясь им каждую секунду, что он был рядом. Девушка обожала лежать с Севой в обнимку на черных простынях, умываясь его теплом, втягивая в себя его запах. Все в этой комнате пахло им, от постельного белья, до старых книг на полках. Никакой ветер не мог выветрить этот тяжелый мужской дух. Софья замерла, проникаясь тишиной спальни. Дверь с легким щелчком закрылась. Соня не слышала шагов, лишь спиной чувствуя, как Севариан приближается. Медленно, словно кот, он сокращал между ними расстояние. На спину легли прохладные руки. Севариан аккуратно провел ладонями по теплой спине, заставляя девушку чуть прогнуться, наслаждаясь его прикосновениями. Длинные пальцы надавили на уставшие мышцы, выводя круговыми движениями простенькие узоры на коже. Широкие ладони скользнули под расстегнутую ткань, плавно снимая платье с плеч. Соня чуть качнулась, упираясь макушкой в плечо высокого Демона. Непослушные каштановые пряди дрогнули от его теплого дыхания. Сева скользнул руками дальше, заставляя черное платье упасть с худенького тела. Его близость и его тепло заворачивали в животе горячую спираль, заставляя отдаваться на милость его рукам. Сева нежно обнимал девушку со спины, неторопливо массируя плечики, наклонился ближе, мягко целуя девушку в висок. Он обожал ощущать то, как она реагирует на его прикосновения, как прижимается всем телом, откидывая голову, позволяя целовать розовую щеку, спускаясь к острому подбородку. В груди плыло. Кости еле сдерживали трепещущее чувство, которому было мало места в его теле. Севариан никогда не смог бы описать всего, что происходило с ним, стоило ему ощутить ее прикосновения или самому коснуться тонкой кожи. В кольце рук расслаблялась любимая женщина, которая чудом справлялась со всеми трудностями, что снежным комом наваливались на ее прекрасные плечи. Сева аккуратно развернул девушку, поднимая ее на руки. Она плавно провела ладонями по его груди, заводя руки ему за голову, утопая пальчиками в черных мягких волосах. В изумрудных радужках переливалась нежность, Соня чуть прикрыла глаза, даря Севариану мягкий поцелуй. Красота, что была сконцентрирована в его руках, могла посоревноваться со всем миром, и Сева точно знал, кто победил бы в этом состязании. Соня почувствовала, как она плавно опускается на мягкий матрас, а кольцо из теплых рук сменяется пушистым одеялом. Тело было таким тяжелым, словно налилось свинцом, веки казались неподъемными, будто темные длинные ресницы превратились в металлические жгуты. В голове было пусто. Единственный источник света в покоях погас, и Соня провалилась в мягкий приятный сон. *** С прибытия в поместье новых слуг прошло два месяца. Жизнь текла своим чередом, все занимались своими делами, поддерживая в доме порядок и уют. София и Севариан большую часть времени занимались тем, что призывали Изнаноничков со всей области к работе на заводах. Госпоже удалось восстановить одно из производств, с большим трудом налаживая все дела. Правительница хотела отправиться на предприятия лично, но не могла позволить себе такую роскошь. Хоть диких Демонов не было ни видно, ни слышно, покидать родовое поместье было опасно. Оставить своих людей без защиты, в лице Севариана, она не могла, а отправляться в одиночестве было равносильно самоубийству. По крайней мере, так считал Сева. Последнее время Демон вел себя немного странно. Севариан порой задумывался о чем-то, глубоко сводя брови, кусал губы, утопая в своих мыслях так глубоко, что Соне приходилось касаться его руки, чтобы вернуть внимание Демона к насущным делам. Девушка списывала это на усталость. Она и сама чувствовала себя не в своей тарелке. Начала быстро уставать, с трудом досиживая “рабочее время” до конца. В голове порой начинало стучать с такой силой, что приходилось перекладывать работу на Севу, отправляясь поспать пару часов. Удивительным для Сони оставалось то, что Демон не отправлял к ней Евгения, будто не был уверен, в том, что она заболела. А стоило девушке задуматься о том, чтобы самой спуститься к медику в кабинет, находилась новая куча забот, что не оставляла времени для похода к врачу. В один день во время завтрака девушка изъявила желание выпить что-нибудь кислое, на что слуги вынесли на стол графин с морсом из смородины. София на одном дыхании осушила бокал, радостно улыбнувшись. Она поставила опустевший бокал на место, переводя взгляд на сидевшего рядом Севу. Демон смотрел на нее слишком пристально, так, что в черных глазах она смогла увидеть свое отражение. Он молча следил за ее дыханием, скользя черным взглядом по розовым щекам и пульсирующим венам на шее. Хоть Соня и привыкла к тому, что он порой рассматривал ее со всех сторон, давно уже перестала смущаться от его внимательного взгляда, в этот раз смолчать не смогла. В голове уколола неприятная иголочка, а в грудной клетке закружила жажда бросить Севе в лицо какое-нибудь ядовитое словцо, чтобы перестал так пялиться. -Ну, что? - выплюнула девушка, не ожидав, что ее голос, действительно, способен на такую грубую интонацию в отношении Севариана. Демона никак не задел ее всплеск, он лишь слегка наклонил голову, продолжая вглядываться в изумрудные глаза, пытаясь проникнуть в голову девушки. Сева втянул воздух сквозь зубы, издавая свистящий звук. -Как ты себя чувствуешь? - совершенно спокойно произнес он. -Утром я бодра и свежа, готова горы свернуть, - Соня гордо дернула подбородком вверх. -Совсем ничего за собой не замечаешь? - все тем же размеренным голосом произнес Севариан. -Что не так-то? - девушка нахмурилась, силясь понять, о чем ей говорит Демон. София не успела сформировать новый вопрос, в столовую вошел Евгений. Медик нес в руке свой излюбленный кожаный чемоданчик, в котором хранились всякие врачебные приборчики. Ученый уверенным шагом пересек зал, останавливаясь около своей госпожи. Евгений коротко поздоровался с Севарианом, переводя взгляд на ошарашенную девушку. Видеть Женю, она была рада, но не знать, почему он притащил с собой чемоданчик, было странно и.. тревожно. Ученый низко поклонился, желая правительнице доброго утра. Однако для девушки утро стремительно переставало быть таким уж добрый, как ей изначально казалось. Она-то наивно полагала, что сможет спокойно позавтракать и отправиться в зал для переговоров, возвращаясь к работе и насущным делам, но не тут то было. Медик и Демон заговорщически переглянулись, задумали что-то, не поставив ее в известность. И это начинало медленно, но верно выводить из себя. София недовольно цокнула языком, собираясь подняться со своего места, но врач опустил чемоданчик, слегка наклонился над ней, вынуждая замереть на месте. -Госпожа, - с легкой улыбкой произнес медик, - позвольте, я быстро проверю ваш пульс и давление. -Это еще зачем? - шикнула девушка, скривив губы. - С чего это ты решил проводить осмотр в столовой, мешая мне завтракать? -Именно для того, чтобы помешать Вам съесть вредности, что вы так любите, - Евгений улыбнулся еще шире, а в карих глазах блеснула озорная искорка. - Это не займет много времени, лишь короткая проверка здоровья. София бросила вопросительный взгляд на Севу, но тот не собирался ей ничем помогать, молча поддерживая рвение ученого. Пришлось согласиться. Девушка протянула левую руку, плавно опуская кисть на стол. Женя улыбнулся еще лучезарнее, быстро выхватывая из старенького чемоданчика механический тонометр. Врач молча принялся за измерение пульса госпожи, опуская глаза за стрелочку, что билась под стеклом в его руке. София ощутила, как неприятно сжимается предплечье, старалась дышать ровно, ничем не выдавая свой дискомфорт. Послышалось тонкое шипение воздуха, Евгений раскрутил винтик, выпуская тонкую руку госпожи из своих профессиональных оков. -Госпожа, - мягко произнес медик, - пожалуйста, встаньте на ноги. София бросила на врача очередной выразительный взгляд, но все таки поднялась со своего места. Евгений следил за ней с мягкой улыбкой, делая маленький шаг в сторону. Ученый наклонил голову вбок, скользя взглядом по фигуре девушки. От такого осмотра, у Сони брови поползли вверх. Она хотела было уже что-то сказать, что не успела, потому что Женя резко крутанулся всем телом к Севариану, а в его глазах сверкнули счастливые искры. -Я думаю, что ты все таки прав! - звонко произнес врач. Сева все это время следил за действиями Евгения исподлобья, чуть прикусив губу. В его черных глазах томилось ожидание. Демон поставил локти на стол и сцепил пальцы в замок с такой силой, что костяшки побелели. Когда же Севариан услышал радостную фразу врача, глаза с новой силой почернели, и в них, на самом дне, едва различимо мелькнула эмоция, которую Соня так и не смогла правильно интерпретировать. То ли это был испуг, то ли облегчение. Однако Демон ничего не сказал, замер на пару секунд, осмысливая услышанное. Девушка же стояла в полном замешательстве. Ее, о внезапном визите врача, никто не предупредил, а о чем шла речь, она и подавно не понимала. И это начинало серьезно так выводить из себя. София переводила взгляд с одного молодого человека на другого, ощущая, как в собственных глазах разгорается пламя. Губы изогнулись, а щеки покрылись румянцем, в груди заворачивался вихрь, и, будь ее воля, в воздухе тут же засверкали бы молнии, только бы разрядить то, что скапливалось внутри. Больше не в силах сдерживаться, иначе из ушей пошел бы пар, госпожа сжала ладошки в кулачки, резко дергая челюстью. -Может быть, - медленно, скрипуче выходил горячий воздух из ее легких, - кто-нибудь уже объяснит мне, что происходит? -Госпожа, - словно ничего и не было, спокойно произнес Евгений, - прошу Вас пройти в мой кабинет. Однако, вместо Сони, по указанию медика, шевельнулся Севариан. Он поднялся со своего места, делая несколько шагов на выход из обеденного зала. Ученый торопливо собрал свои пожитки в кожаный чемоданчик, развернулся и отправился следом за Демоном к дверям. Ах, вот значит как?! Будем играть в молчанку? Правительница собрала капли снисходительности в кулак, гордо вскинула носик, проследовала за медиком. В подземные помещения они спускались все в той же странной тишине. Только вот характер молчания у всех был разный. Севариан медленно плыл по коридорам, словно успел развоплотиться, превращаясь в свою черную тень. Он думал о чем-то очень сложном, и его мысли представлялись ему гигантскими цепями, на которых с каждой секундой появлялось все больше и больше тяжелых звеньев. Евгений же почти подпрыгивал от радости, которая бушевала внутри медика. Его поток мыслей был совершенно другого вида - счастливые, переплетающиеся с новыми идеями и задумками. Завершала эту процессию София, которая уже успела остыть, сменяя гнев на милость, покорно ожидая объяснений всей ситуации. Когда они зашли в кабинет, Евгений отправил чемоданчик на полку, попутно доставая из ящика рабочего стола латексные перчатки. Севариан парой широких шагов пересек комнатку, падая на мягкое кресло. Демон все еще находился в некой прострации, смотря в пол из-под опущенных ресниц. Одна только София осталась стоять посреди кабинета, не имея представления, что ей делать. -Мы здесь, - обреченно выдохнула она, скрещивая руки на груди. - Теперь-то я могу узнать, в чем, собственно, дело? -Разумеется, госпожа! - к ней почти вплотную подошел врач, цепляя медицинскую маску на лицо. - Вы, разве, сами за собой физических изменений не заметили? София могла видеть только его карие глаза, в которых полыхала сумасшедшая искорка, словно ученый стоит нос к носу с крышесносным открытием, которое перевернет весь мир с ног на голову. Девушка же подняла бровь, удивленно смотрела на врача, ожидая подсказки. Однако тот так просто сдаваться не собирался, поэтому Соня сделала полшага назад, опуская голову. Она медленно осмотрела себя, насколько это позволял угол обзора. Все те же ноги, руки.. Единственное, что изменило форму за все время, пока она живет в этом доме, это ее живот. Девушка, спасибо местным поварам, хорошо питалась и не в чем себе не отказывала, поэтому значительно поправилась. Но разве это повод тащить ее к медику на проверку здоровья? -Если вы оба намекаете на то, что мне пора похудеть, - с легкой усмешкой начала Соня, - то можно было просто сказать, а не устраивать из этого целое представление.. -Госпожа! - все тем же высоким голосом перебил ее Евгений. - Вы же беременны! Ей показалось, что она ослышалась. Какая еще беременность? Соня ошарашено моргнула, глупо пялясь в шоколадные радужки перед собой. Слова медика вращались вокруг головы, с большим трудом проникая внутрь. Когда же смысл его слов начал приобретать более-менее понятную форму, она моргнула еще раз. Затем еще раз, силясь понять, не снится ли ей все это. Но как бы плотно она не сжимала веки, кабинет Евгения никуда не исчезал, да и сам медик оставался на месте, постепенно выжигая дырку на ее резко побледневшей коже своими внимательными карими глазами. Ничего не оставалось, кроме как искать объяснения в другом лице. Соня перевела взгляд на Севариана, встречаясь с любимыми черными радужками. Демон сидел немного сгорбившись, опершись на подлокотник, опустил голову виском на кулак. Сева сжал губы в тонкую линию, затаив дыхание, следил за выражением лица девушки. Он ждал от нее реакции, хотя сам не совсем понимал, что именно хочет увидеть в изумрудных глазах. -Ты уверен, в том, что я беременна? - очень тихо выдохнула София, она обращалась с вопросом к медику, но не сводила глаз с Севариана. -Все признаки на лицо, - ответил теплый голос врача, - да и Сева сказал, что начал различать, исходящие от тебя другие голоса сознания. -Почему ты сразу мне не сказал? - одними лишь губами произнесла девушка. Сева не мог ее слышать, но он не сводил черного взгляда с шокированного бледного личика, поэтому смог разобрать ее вопрос, лишь по движениям розовых губ. Демон приоткрыл рот, тяжело и протяжно выдыхая. -Я не был уверен, - тихо заговорил Севариан. - Думал, может, мне мерещится, поэтому решил попросить Женю проверить.. -Ты сказал другие голоса, - девушка взяла себя в руки, возвращая силу в голос. Демон аккуратно кивнул, опуская взгляд на тело девушки. Он прислушался, слегка хмуря брови. -Помимо твоего, я слышу еще двоих. -Двоих? - взвизгнула Соня, прислоняя ладошки ко рту. - Во мне, что, двойня? -Вполне вероятно, что так оно и есть, - уверенно кивнул Евгений, вдруг встревая в разговор. - У Вас в роду уже не раз рождались близнецы. Так же и у Севариана. Не удивительно, если сейчас Вы, госпожа, носите сразу двоих. Перед глазами у Сони все поплыло, и мир резко качнулся. Куда ей двоих новорожденных? Она еле справляется с теми, кто сейчас живет под этой крышей! Как она сможет родить и воспитать новых наследников рода, когда сама только-только начала понимать, что к чему. Она совсем недавно смогла ощутить себя полноценной правительницей и признать в себе госпожу Громову. Севариан среагировал моментально. Он скользнул за спину Сонечки черным туманом, подхватывая ее под локти. Девушка чуть качнулась, прислонившись спиной к его груди. Хрупкое тело слегка потряхивало от напряжения, а изумрудные глаза заволокла дымка клокочущих мыслей. Демон медленно подвел Соню к креслу, помогая ей опуститься на мягкую подушку. Все это время он внимательно слушал. Пытался разобрать, о чем текут мысли растерявшейся госпожи. Как вдруг, в голову влетел другой звук. Это было похоже, на трепет дрожащих губ малыша. Словно, кто-то очень маленький и беззащитный вот-вот готов был разрыдаться. Ухватившись за этот звук, Сева с силой тянул его на себя, стараясь понять. И еще мгновение, другой голос сознания наложился поверх предыдущего. Этот был чуть сильнее, немного увереннее, плотно обтекая первый, связываясь с дрожащим испугом, настраивая его на свой лад. Оба звука сплелись воедино, приходя к общему решению - подождать. Севариан присел на корточки рядом с ногами Сони, завороженно смотря на живот девушки. Он протянул руку вперед, легонько касаясь пальцами плотной ткани темного платья. Под подушечками пальцев закололо, ощущалось идущее от девушки тепло. Сева полностью раскрыл ладонь, мягко поглаживая животик. Он концентрировал слух, стараясь дотянуться до нужных звуков. Соня смотрела на Демона зачарованными глазами. На его лице отразилось столько нежности и участия, сколько она еще не видела в нем раньше. Его рука медленно скользила по платью, испуская волны тепла. В черных глазах мелькнуло счастье, и тут же он поднял на девушку взгляд. Мрачные радужки бурлили, пузырились от эмоций, что переполняли сейчас Севу, на губах растянулась мягкая улыбка, и Демон тихо вздохнул. -Их двое, - послышался, как из-под толщи воды его голос. - Я слышу сына и дочку. -Королевская двойня? - ахнул Евгений, шагнув чуть ближе к креслу Софии. - Госпожа, вы превзошли саму себя! Соня не знала, что сказать. В голове все еще не уложилась мысль о том, что она ждет малыша, а тут еще и сразу двоих. Девушка медленно подняла ладонь, опуская ее поверх длинных пальцев Демона. Прислушалась, но делала это не с помощью Голоса Сознания, а просто, как человек, обратилась внутрь себя. И тоже, наконец, почувствовала их. Крохотные создания, что наслаждались безопасностью и теплом внутри ее тела. Теперь она мама. Не просто девушка с древней фамилией. Не только госпожа и правительница. София четко поняла, что она создает новые жизни, и главная ее задача - это оберегать тех, кто снизошел до нее. Маленькие чудеса, которые очень неторопливо росли внутри, прямо под ее горячим пульсирующим сердцем. Соня улыбнулась, мягко погладив живот. И перемену ее настроя тут же заметили. Она тоже услышала их. Это были не слова, но она поняла все, что хотели донести ее дети. Поток радости и благодарности, надежды и любви прошел сквозь все ее тело, насыщая каждую клеточку. Еще даже не до конца сформировавшиеся детки уже понимали, о чем думает их мама, и на что она будет готова ради их благополучия. *** Сырой грязный конец зимы сменился на теплую весну, затем на жаркое знойное лето. Стены дома раскалялись под воздействием горячих солнечных лучей. Не спасали и настежь открытые окна. В доме было жарко и дышать становилось с каждой минутой все сложнее. Не смотря на то, что день близился к своему завершению, и солнце клонилось к закату, температура и не думала падать. Рядом с госпожой Громовой суетились слуги, омывая ее лицо холодными влажными полотенцами. Вся ее одежда была сырой от пота, и волосы липли ко лбу, падая на глаза. Софье было тяжело дышать, приходилось заставлять себя втягивать ртом раскаленный воздух, ощущая, как он, жарким пустынным песком, осыпается в горло. Тело ломало с такой силой, будто каждую кость разбивало на тысячи осколков, что пронзали плоть изнутри. Ноги сводило судорогой. В животе была ужасная боль, будто в него раз за разом била молния, прожигая внутренности. Девушка вцепилась пальцами в ладонь Севариана, сжимая руку так, что костяшки натягивали кожу до бела. Другой ладонью Соня впечаталась в мокрые от ее пота простыни, комкая белую ткань в кулаке. Кровь стучала в голове с неистовой силой, желая вырваться из макушки красным фонтаном. Аура билась вокруг в истерике, ослепляя присутствующих всеми цветами радуги. Сева смотрел на то, как боль исказила красивое лицо его любимой, не в силах сдерживать свои эмоции. Ему было почти физически больно смотреть на то, как перед ним на кровати извивается и стонет Сонечка. Но и сделать хоть что-то, чтобы облегчить ее страдания, он не мог. Оставалось только крепко держать девушку за руку, надеясь, что она находится не в отчаянном бреду и хоть немного чувствует, как он пытается ее поддержать. Дверь в покои была открыта, и через нее туда-сюда шмыгали слуги, подготавливая все необходимое для родов. Наконец, в комнату вошел Евгений. Медик был упакован так плотно, что видны были только его карие серьезные глаза. Специальное облачение скрывало его тело полностью. Ладони, которые он держал поднятыми, как хирург перед операцией, были стянуты латексными перчатками. Все кудрявые темные волосы спрятаны под шапочкой, а нижнюю половину лица скрывала медицинская маска. -Зачем такая экипировка? - чтобы хоть как-то отвлечься, произнес Сева. -Мне нужно принять сразу двоих новорожденных, думаешь, стоит этим заниматься в джинсах и футболке? - послышался глухой голос врача. Евгений подошел к своей госпоже, всматриваясь в ее лицо. Его глаза были непривычного темного оттенка. Никогда еще медика не видели таким сосредоточенным. Врач принялся осматривать стонущую от боли девушку, аккуратно касаясь ее живота. Стоило ему опустить ладонь на тело Сони, в руку тут же ударил сильный разряд электричества, словно девушка была незаземленным проводом. Ученый нахмурился, вставая у ног госпожи. Он готовился к этому дню все те месяцы, после дня, когда они убедились, что правительница беременна. Евгений лично не только проверял состояние Софии, но и вслушивался в Голоса Сознания детей. Он четко различал мальчика и девочку, которые равномерно росли и набирались сил. Единственное, что настораживало медика, это то, что оба ребенка слишком спокойны, и их разум легко подстраивается друг под друга, словно дети мысленно общаются, передавая свои эмоции и чувства. В моменты, когда девочка начинала нервничать, вторя обеспокоенности мамы, мальчик силой воли успокаивал сестру, заставляя прислушаться к нему. На испуг или агрессию Софии же тут же реагировал сам сын, выдавая свою готовность выступить защитником, словно он мог на что-то повлиять, находясь у мамы в животе. Тут уже вступала девочка, призывая брата остыть и не горячиться понапрасну. Размышления врача прервал полу рык - полу выкрик госпожи Громовой. Из глаз Софьи брызнули слезы, и она тяжело и часто задышала. На короткое мгновение, изумрудные глаза открылись, выстреливая в воздух ярко-зелеными молниями. Измученные радужки встретились с карими глазами медика. Ученому показалось, что в этот момент он увидел облегчение. Правительница с трудом осознавала происходящее, но заметив, среди карусели бесконечных действий вокруг, врача, чуть успокоилась, тут же вновь зажмурившись от новой волны схваток. Женя обратился к Голосу Сознания, выхватывая кричащий и молящий о помощи голос госпожи. В нем билась боль, становясь сплошным месивом из переживаний и страданий. Врач потупил взгляд, следя за ураганом энергии, что не могла понять, как же сейчас себя ощущает девушка. Аура сверкала стробоскопом, выбрасывая то красные, то фиолетовые искры. Мелькал синий, тут же врывались зеленые и оранжевые искры. Цветные мушки бросались в рассыпную, мгновенно стягивались в сплошное покрывало, через которое было даже сложно разглядеть девушку. Врач качнулся с пятки на носок, вызывая в своей голове все самые теплые и приятные мысли, связанные с детьми. Начал он с малышей, что жили в доме. Медик плавно выталкивал свои светлые эмоции, заставляя Соню слушать новый поток мыслей. Одни радостные события, сменялись другими, заполняя голову звонким смехом Егони, улыбками Гошки. Затем врач начал передавать то, о чем он думал, когда узнал о беременности госпожи. Счастье текло комками в Голос Сознания девушки, заставляя ее ауру наполняться яркими добрыми цветами умиротворения. Евгений продолжал поддерживать мысленный контакт, подпитывая госпожу хорошими воспоминаниями, заставляя ее боль притупиться. Врач принялся за работу. Все это требовало немалой концентрации и самоотдачи. Девушка кричала и плакала, но не сопротивлялась его действиям, однако и помощи от нее ждать смысла не было. Соня самостоятельно не могла сконцентрироваться и продолжала лишь поглощать яркие мысли, которыми ее кормил врач. Севариан заметил то, что проворачивал ученый. Демон прикрыл глаза, коря себя за глупость и не сообразительность. Пока он нервничал и переживал, Женя был полностью сконцентрирован и знал, что и как нужно делать, помогая госпоже родить. Слуги быстро бегали по комнате, подавая врачу необходимые предметы. Их брови были сведены, а глаза сосредоточенно следили за каждый вздохом молодой госпожи, что в кровь кусала губы и жмурила глаза. Как вдруг, напряжение, что сгустилось в покоях, разорвал детский плач. Младенец в ладонях врача кричал, надрываясь изо всех сил, кривил перепачканное личико, хватал миниатюрными пальчиками горячий воздух комнаты. Медик аккуратно передал новорожденного в руки одной из прислуги, и та медленно опустила его на кровать, принялась обтирать малыша, проверяя его кожу со всех сторон. Врач же тут же вернулся к работе, безостановочно вливая в госпожу новую и новую радостную энергию. Севариан смотрел на маленького сына, что кряхтел и плакал под осторожными пальцами прислуги. Он почувствовал, как в груди защемило, во рту пересохло, и больше всего на свете он сейчас хотел поднять малыша на руки, обнять, успокоить. Но тут же в голове вспыхнула другая мысль, и Сева перевел взгляд обратно на напряженные плечи Жени. Где же дочка? Демон прикусил нижнюю губу, тонкая кожица порвалась, и из-под острого клыка зазмеилась маленькая дорожка крови. Но Севариан не чувствовал этого, его взгляд был прикован лишь ко врачу, который глубоко свел брови, что-то безостановочно говорил. Барабанные перепонки должны были разорваться изнутри, из-за колотящей в них крови. Сева не слышал даже собственного тяжелого быстрого дыхания, и не ощутил, как напряглось его тело, превращаясь в каменное изваяние. Но оцепенение соврало резким высоким плачем малышки, что появилась на руках медика. Дочка плакала гораздо тише своего брата и не размахивала ручками так яростно, как ее близнец, но крохотное личико идентично скривилось, выдавая полное недовольство ярким светом и жаром, что были в комнате. Соня ослабла, дыша очень медленно и глубоко. Она с трудом могла разглядеть потолок из-за застывших в глазах слез. Во всем теле резко стало слишком пусто и тихо, будто она в один момент лишилась большей части себя. Справа послышался судорожный всхлип. Девушка медленно повернула голову на деревянной шее, и от этого движения, на ее щеки сорвались соленые слезы. Рядом с ней на коленях сидел Севариан. Он и не заметил, когда успел сползти со стула на пол. Давая волю эмоциям. От прокушенной губы вниз по острому подбородку бежала кровь, и маленькие капельки срывались на белые мокрые простыни. Черные глаза замерли, изучая что-то на другом конце кровати. А по бледным щекам безостановочно лилась вода. Девушка лишь на мгновение испугалась его реакции, из последних сил обращаясь в слух. Она услышала недовольное кряхтение обоих малышей, и с губ сорвался облегченный выдох. Сева боковым зрением заметил, дрожащие красные губы Сонечки, перевел на нее взгляд. Он наклонился совсем низко, касаясь ее потного лба своим. Изумрудные глаза так привычно и так правильно оказались в непосредственной близости, что Демон мог в них нырнуть, утопая в зеленом море. Наконец-то, вернулась возможность дышать. И Сева улыбнулся. -Спасибо тебе, - он выдохнул прямо в ее губы, чуть прикрывая глаза. К молодым родителям плавно подошел врач, держа в руках два кулька. Его лицо все еще было наполовино скрыто маской, но по шоколадным радужкам легко было догадаться, что медик улыбается. От теплых глаз бежали веселые морщинки, словно Женя пытается сдержать задорный смех. Но врач оставался спокоен, держа все бушующие в нем эмоции под контролем. Евгений аккуратно опустил сначала одного малыша Софье на руки, затем второго, чуть поправляя тканевые кулечки, чтобы девушка могла рассмотреть личики. Невозможно подобрать слов, чтобы описать то счастье, которое окутало Соню с головы до ног, стоило ее детям, опуститься ей на грудь. Она могла чувствовать на себе их дыхание и слышать, как бьются маленькие сердечки. Мама мягко держала малышей, прижимая их к себе. Так, словно они были ее недостающими кусочками, пазлами, которые, наконец-то, вернулись на свои места. По телу пробежала дрожь, а в крови горячими волнами несся покой и наслаждение. Чистые и светлые детки, словно ангелочки, спустившиеся к ней на грудь, сияли, излучая добро и нежность. Соня чувствовала себя цветком, что мягко закрывает лепестками свою сердцевину. Ее дети - настоящее чудо и подарок этого мира, о котором она и мечтать не могла. Девушка прикрыла глаза, мысленно благодаря своих малышей за то, что они появились на свет и выбрали именно ее в качестве своей мамы. За окном неожиданно громыхнуло. Темные большие тучи, быстро заволокли небо, затмевая палящее солнце. Воздух за окном электризовался, сверкая яркими искрами. Молния блеснула внутри черного неба, озаряя пространство белоснежной вспышкой. Раздался очередной раскат грома. По крыше застучали тяжелые капли дождя, принося с собой желанную прохладу. Августовская гроза была для всех неожиданной, однако слуги, выглянув в распахнутые окна, вознесли глаза к налившимся огромный тучам, улыбались. В день рождения новых господ Громовых - это было счастливым предзнаменованием. *** Прошло несколько недель после рождения новых господина и госпожи Громовых. София окончательно пришла в себя и уже могла перемещаться по дому, чтобы проверить, как идут дела. Севариан почти не отходил от детей, нянчась с ними и лично укладывая спать. Евгений тоже часто приходил в покои госпожи и Демона, чтобы следить за состоянием молодой мамы и двойняшек. Маленького господина Громова назвали Перкунас, а его сестре двойняшке дали имя Паркона. Софья долго размышляла, перед тем, как назвать близнецов. Правительница перечитала все старые книги, ища в них подходящие имена для своих детей. Ей хотелось, чтобы имена напоминали о том, из какой Семьи двое молодых правителей. Однажды вечером, девушка сидела в своем любимом кресле, у открытого окна. Рядом стояли две дубовые кроватки, в которых мирно спали дети. Соня медленно листала старую книжку, наслаждаясь тающими за горизонтом лучами солнца. Как вдруг, ее сын проснулся, недовольно закряхтел, просясь на ручки. София улыбнулась, откладывая недочитанную книгу на стол. Она подняла сына и прижала к груди, и тут же глазки открыла дочка. Малышка, словно почувствовала движение мамы, задергала губками, требуя внимания. Пришлось поднять обоих на руки, медленно опускаясь обратно на мягкое место у окна. Детки хватали пальчиками прохладный воздух, цепляясь ручками то друг за друга, то за темную ткань платья Сони. Пока малыши игрались, девушка изучала их личики. Оба были очень похожи друг на друга, даже две пары ярких изумрудных глаз сверкали с одинаковым блеском. София рассматривала их маленькие тонкие носики, пухленькие розовые губки, ища сходство с собой и с Севарианом. Малыши на мгновение замерли, переводя слишком осмысленные взгляды на притихшую маму. Они смотрели внимательно, будто желали сквозь ее лицо пробраться в ее мысли, узнать, о чем думает их мама. Соня легко улыбнулась, прижимая деток чуть сильнее к себе. -Знаете, - спокойно произнесла она, - я никак не могу определиться с вашими именами. Хочу выбрать то, что будет правильно характеризовать вас. Но пока сложно сказать, какими талантами будет обладать каждый из вас. И стоило ей закончить говорить, детки синхронно моргнули, словно поняли ту мысль, что доносила им мама. И в то же мгновение девушка услышала мягкие Голоса Сознания. Конечно, слов в них не было, лишь общий размазанный смысл, но малыши явно пытались подать девушке какой-то сигнал. -Что вы хотите мне сказать? - Соня ахнула, чуть открывая от удивления рот. - Мне сложно сегодня разобрать, ваши мысли.. Девушка ждала, что дети повторят свои желания четче, однако вместо этого, они утихли, явно переводя свои Голоса Сознания в другой поток. Соня силилась ухватить хотя бы одного из двойняшек, но малыши словно специально прятали от нее свои мысли. Однако долго гадать девушке не пришлось. Из открытого окна на нее бросился резкий поток воздуха, что раскидал ее каштановые кудри в стороны. Небо тут же окрасилось в черный, а тучи начали бурлить, и у них внутри перекатывалась, наливаясь мрачная тяжелая масса. Тьму разрезало пополам. Яркая вспышка молнии перед самым лицом Софии осветила ее лицо, отражаясь в двух парах маленьких изумрудных глаз, что внимательно следили за происходящим с рук своей мамы. Грянул гром. От грохота мгновенно заложило уши, и сердце забилось быстрее, разгоняя горячую кровь по венам. Соня ахнула, недоуменно посмотрев на спокойных деток, что поочередно зевали в ее руках. Неужели.. Эти двое.. Как такое возможно..? Девушка перевела взгляд на книжку, что она читала несколько минут назад. Старые пожелтевшие страницы переворачивались от порывов ветра, и на одной из них София успела разглядеть полу выцветшую картинку древнего, почти забытого божества. Высокий мужчина с длинными черно-серебристыми, словно грозовая туча, волосами и бородой, что прямыми рыжими прядями спадала почти до его колен. Его пушистые густые брови почти закрывали яркие серьезные глаза. В одной руке он сжимал лилово-синие острые молнии, в другой же, молнии золотые, извивающиеся, словно живые. Его грозный образ дополняли кованые доспехи, и их предназначение было - защищать суровое божество в грядущих битвах. Именно в этот момент и появились имена для детей - Перкунас и Паркона. София рассказала о необычном вечере Севариану и Евгению. Так, как начала госпожа с объявления имен малышей, на лицах Демона и врача заиграли снисходительные улыбки, но после подробного рассказа о сверкающем и грохочущем громе, ухмылки сменились на озадаченные взгляды. Севариан взял детей на руки, рассматривая их ауры своими черными внимательными глазами. Малыши мягко светились спокойными оттенками голубого, и Демон, прислушавшись к ощущениям, точно знал, что на его руках спокойно спят два представителя Другой Крови. Евгений, в свою очередь, аккуратно взял кровь у детей на анализ и поспешил удалиться в свои лаборатории. Уже на следующий день, ученый бежал по коридорам к покоям госпожи и Севариана, сжимая в руке распечатки результатов анализов. Прислуга озадаченно оборачивалась в след медику, шарахаясь в сторону, стараясь не попасть под яркий фиолетовый вихрь, что бился вокруг молодого врача. Евгений коротко постучал, тут же распахивая черную деревянную дверь в покои, ввалился внутрь, еле дыша. Его лицо покрылось красными пятнами, а легкие отказывались втягивать воздух. Медик уперся ладонями в колени, откашливаясь, пытался перевести дух. Севариан и София наблюдали за дергающимися плечами ученого, который низко склонил голову, задыхаясь от быстрого бега. Госпожа сидела за рабочим столом, подписывая очередные документы, а Демон стоял рядом, подавая правительнице новую стопку бумаг. Однако он не успел положить кипу на столешницу, так и замер в неудобной позе, впиваясь черными глазами в согнувшуюся в три погибели фигуру в дверях. София не успела довести на бумаге свою подпись, тоже ошарашено замерла, пялясь на врача. Под кончиком специального пера, которым расписывались на особо важных документах, скапливалось некрасивое пятнышко чернил. Наконец, Женя чуть пришел в себя, пошатываясь, разогнулся, делая несколько шагов вперед. Он протянул руку, слегка потрясывая распечатками в воздухе. Из его рта все еще вырывались тяжелые хрипущие звуки, но взгляд сверкающих шоколадных глаз становился чуть более осмысленным. -Невероятно.. - проглатывая звуки выдавил врач. - Это просто невероятно.. Севариан бросил свою стопку бумаг на стол, одним резким шагом сокращая дистанцию между ним и ученым, схватился за результаты анализов, что принес Евгений. С трудом разбирая написанное, мрачные радужки метались из стороны в сторону, пытаясь выхватить смысл в тысячах цифр и медицинских терминах на листках. София тоже поднялась со своего места, быстро подбегая к Севе, она старалась заглянуть в бумаги, что превратились в мятые листы, однако различив там лишь сложные значки и триллиарды непонятных циферок, перевела взгляд на врача, затаив дыхание, ожидала его вердикта. Но Сева был быстрее с трудом дышащего ученого. Демон смог вычленить в медицинских исследованиях то, что нужно было понять. Он ахнул, резко опустил руку. Черные радужки впились в раскрасневшееся лицо перед собой. -Этого просто не может быть, - выдавил Севариан. -Я опять ничего не понимаю! - рыкнула Соня, дергая Демона за рукав рубашки. - Чего не может быть? -Наши дети, - медленно заговорил Сева, как в прострации, поворачиваясь всем телом к кроваткам. - Перкунас и Паркона.. Они унаследовали обе наши сущности. Они наполовину Другая Кровь, а на другую половину Демоны.. София хотела было что-то сказать, но слова застряли где-то в горле, слипаясь в шипастый комок. Разумеется, их отец Демон, как они могли не унаследовать его мощь и силу. Но ведь, Другая Кровь гораздо сильнее, лишь она должна была передаться малышам. -Все верно, - с трудом оклемавшись, произнес Евгений. - Они обладатели Власти Другой Крови, а также наследники Демонической Силы.. София, Севариан и Евгений медленно подошли к дубовым кроваткам, нависая над крохотными личиками, что весело им улыбались. Малыши брыкали ножками и вскидывали ручки в воздух. Молчание нарушил медик: -Это ведь уже.. какая-то совсем.. другая кровь..