Другая кровь

Слухи про необычных наследников Семьи Громовых разлетелись быстро. Стоило детям научиться ходить, в поместье начали поступать письма со всех концов страны от различных Изнаночников, которые, вдруг, захотели вернуться под руководство Другой Крови. Благодаря этому Громовым удалось получить в свое распоряжение еще несколько предприятий. Дела шли в гору. Когда близнецам исполнилось три года, вблизи родового поместья начали ошиваться дикие Демоны. Они не нападали, лишь вынюхивали информацию. Севариану удалось изловить одного из непрошенных гостей и допросить. Оказалось, что Галине удалось таки связаться с кем-то в Нижегородской области и уговорить их последить за поместьем, чтобы разузнать, что происходит в доме Громовых. После допроса Демону дали выбор: подчиниться Семье или быть уничтоженным. Лазутчик, рожденный на воле, не пожелал обретать себе хозяев. Перкунас и Паркона быстро росли, развивая свой собственный необычный дар. Близнецы, что свойственно братьям и сестрам, ссорились из-за всяких мелочей, однако все их перепалки происходили не на словах. Дети умели общаться между собой посредствам Голоса Сознания. Они буквально читали мысли друг друга и легко передавали между собой ауру. Когда детям было пять лет, произошло то, что заставило Севариана серьезно взяться за их тренировки. Малыши играли в гостиной комнате, собирая металлический конструктор. София сидела неподалеку за столом, читая очередной доклад о работе одного из заводов. Севариан же устроился на диване, потягивая кофе из чашки, скосил глаза, наблюдая за медленно плывущими серыми облаками за окном. Как вдруг, мирную атмосферу разорвал знатный заряд электричества. Яркий и холодный синий блеск искрами полетел во все стороны от мягкого ковра, на котором сидели близнецы. Дети не поделили какую-то детальку, одновременно вцепившись в нее пальчиками. Паркона раздраженно хмурила брови, чем очень напоминала свою мать, когда та была не в духе. Перкунас же скривился, посылая сестре разъяренную ухмылку. Его тонкие губы дернулись точно так же, как кривил их Севариан, стоило ему застать бездельничающих слуг. Однако дети не стали верещать, прося родителей вмешаться. Они молча прожигали друг друга идентичными изумрудными глазами, стреляя в воздух реальными, ощутимыми зарядами молний. В моменты, когда яркие жгучие вспышки сталкивались друг с другом, от них во все стороны разлетались искры, что горящими точками осыпались на ковер. Еще пара таких зарядов и мягкие ворсинки вспыхнут настоящим пламенем. В одно мгновение Сева пересек разделяющее его от детей пространство, ударяя тьмой по металлическому предмету спора. Малышня не ожидали резкого демонического выпада, железка отлетела в сторону, с тихим стуком ударяясь об пол. Отец встал над близнецами, а черная бурлящая тьма разъяренными комками поползла от него в разные стороны, словно мрачная жидкость, заполняя все пространство гостиной. Сын и дочь тут же перевели взгляд на грозного Севариана, и в изумрудных глазках мелькнуло раскаяние. Дети безумно любили своего отца и, как и положено маленьким, считали, что папа всегда прав. Перкунас быстро перевел взгляд в сторону сестры, передавая ей мысли об извинениях. Паркона также резко стрельнула в брата взглядом, отвечая Голосом Сознания. Близнецы переживали, когда отец злился, и изо всех сил старались не доводить его до такого состояния, поэтому тут же стушевались, и с угрызением совести поспешили синхронно опустить взгляды в пол. К такой скорости их совместной реакции Севариан уже давно привык, но в этот раз Демон не собирался так легко спускать им с рук то, что его чада чуть не устроили пожар своими глупыми разборками. С этого дня в ежедневное расписание занятий добавились уроки с отцом, который помогал им развивать и контролировать их Демоническую часть. Спустя еще пару лет Перкунас и Паркона облюбовали верхний балкон дома и умудрились устроить там подобие детской базы. Близнецы проводили наверху все свободное время, играясь и практикуясь со своими Силами. Чаще, конечно же, просто балуясь. С тех пор, как дети научились неплохо контролировать свою Демоническую суть, они поднимались наверх, чтобы призывать гром и молнии в небе над поместьем. Черные тучи и яркие вспышки стали таким привычным явлением, что даже София смирилась с выходками своих деток, мысленно попрощавшись с теплым солнышком, заставляя себя привыкнуть к вечному громыханию и затяжным ливням. Проделки молодых господ Громовых не остались незамеченными и у ближайших соседей. Ведьмы и Колдуны, что остались жить в поместье, которое некогда принадлежало Семье Вельмисовых, сами прислали письмо с просьбой прибыть в гости, чтобы познакомиться с юными правителями. Делегация из пяти представителей ведьмовского рода прибыла в дом Громовых поздней осенью. Севариану такое внимание совершенно не нравилось. Он брезгливо наблюдал за тем, как разношерстные колдуны со всех сторон осматривают его детей своими острыми, неприятными глазами. Сева старался не встречаться с гостями взглядами, потому что, хоть Ведьмы и сдали позиции, а он являлся самым сильным Демоном, в голове все равно покалывало, будто Колдуны своими длинными когтями пытались раскурочить его кожу, надавливая на болевые точки. София приняла Ведьм с высоко поднятой головой. Она все еще прекрасно помнила их письмо, которое пришло ей словно в другой жизни. Осадок от их отказа в помощи все еще елозил в груди, так и подбивая сказать что-нибудь едкое. Но благоразумие было сильнее, беря управление ситуацией под свой контроль. Правительница выслушивала удивленные вздохи, что относились исключительно к ее невероятным деткам. Колдуны жадно рассматривали близнецов, сверкая хищными глазами. Однако, не смотря на неприязнь, Софья понимала, что, пусть и на неком недоверии, но все таки союз с Ведьмами, может быть очень полезен для развития Дома. Да и Евгений прожужжал ей все уши о том, как сильно ему помогли бы знания Колдунов, их травы и настойки. Перкунас и Паркона все время, пока вокруг них, чуть ли не пританцовывая, расхаживали Колдуны, стояли с подчеркнуто вежливыми и чуть отстраненными выражениями лиц. Близнецам не было нужды говорить, лишь пару раз пришлось ответить на каверзные вопросики гостей. Брат и сестра обходились даже без переглядок между собой, им с самого рождения легко давалась ментальная связь, поэтому, пока взрослые играли друг перед другом свои роли, молодые господа мысленно обсуждали складывающуюся перед ними картину. Младшие правители получали прекрасное образование, поэтому, уже в таком юном возрасте, знали всю историю Семей, а сейчас спокойно перекидывались воспоминаниями о Ведьмах и Колдунах. Этот лесной народ никогда не вызывал у близнецов особой неприязни, какой сейчас сочился их отец, однако и теплых чувств к странным волшебным созданиям этого мира молодые господа не питали. Они прекрасно знали, что Ведьмы отказали маме в помощи, когда она только начинала свой путь госпожи Громовой, и сейчас Перкунас и Паркона спокойно прикидывали, как смогли бы поставить зазнавшихся Колдунов на место. В умных головах хаотично вспыхивали различные идеи и предложения, как приструнить лесной народ. Однако оба понимали, что хорошо бы не только напомнить Ведьмам, кто является главным во всей России, но и полностью подчинить всех существующих Колдунов. Впрочем, с этого и началось правление молодых господ. Через год юные Громовы смогли найти одного из самых древних Ведьмаков, что помимо этого являлся еще и одним из самых сильных, оставшихся в живых Колдунов. Родители не шибко поддерживали эту идею своих детей, но и мешать младшим правителям не стали. Колдун оказался на редкость вменяемым и бодрым, что было сложно определить, глядя на его внешний вид. Длинная грязная седая борода, мутные глаза, в которых то и дело переливался рыжий блеклый свет. Простая серая мантия, на которой были навешаны разные веточки и листики, будто щуплый дедок запрыгнул в кучу лесного мусора и хорошенько там повалялся. Но на голову Колдун гордо возложил необычный венок, который был собран из сухих веток, чудного красноватого дерева. Пожилого Ведьмака звали Данаид, в честь какой-то бабочки, которая была из того же семейства, из которого было выбрано имя мамы Колдуна. Данаиду было уже около девяносто лет, однако точную дату рождения Колдун называть отказался, ссылаясь на то, что его тайна рождения принадлежит не ему, а его покойной матери, которая, между прочим, уже давным-давно покинула наш мир. Про свою ближайшую родственницу он также вежливо отказался рассказывать. Близнецы долго беседовали с Данаидом, плавно склоняя Колдуна на их сторону. И какого было удивление молодых Громовых, когда они поняли, что Ведьмак не противится их уговорам, а с легкостью соглашается помочь и поддержать их задумку. Данаид неприкрыто рассматривал Перкунаса и Паркону, и с каждой минутой его глаза все ярче наливались оранжевыми горячими цветами, будто старик находил в сидящих перед ним детях ответы на долго мучавшие его вопросы. Все получилось именно так, как задумывали близнецы. Данаид имел очень большое влияние на Ведьм, его почитали и из-за чего-то побаивались. Всех тонкостей господам выяснить не удалось, однако они остались довольны результатом. Когда юным хозяевам поместья Громовых исполнилось десять, большая часть Ведьм и Колдунов была под полным руководством правящей Семьи. Были налажены постоянные поставки необходимых Дому колдовских отваров, и Софья отдала приказ новым подчиненным отправляться работать с простыми людьми в качестве целителей, медиков, да хоть гадалок. Таким образом Дом Громовых мощно укрепил свои позиции и начал получать постоянный доход не только от Изнаночников, но и от обычного населения. Правители смогли теперь дотягиваться до большинства живущих в России, держать под контролем ситуацию в стране. Конечно, это все еще была не полноценная власть над необъятной территорией. Правителям не хватало длины паутины на всю страну, к тому же, в России все еще жили дикие Демоны, которые нет-нет, да и приходили на территорию Громовых. Кто посмелее и понаглее додумывались подобраться совсем близко, однако быстро погибали от рук Севариана. Вскоре к своему отцу присоединились и близнецы. Дети бесстрашно защищали родной дом и своих людей, за которых были в ответе. Во время празднования пятнадцатилетия юных господ Громовых, в зал влетела молодая Егоня. Ее рыжие волосы чуть выбились из аккуратной прически, и служанка была больше похожа на счастливое пламя свечи, что летело к госпоже Софье, неся перед собой на вытянутых руках доклад от Изнаночников-стражей на границах территории Семьи. В тот день праздновали не только день рождения близнецов, но и еще одно событие. Вся немаленькая территория, что издавна принадлежала Громовым, а также территория, некогда находившаяся под властью Вельмисовых, были полностью очищены от всех диких Демонов. Вести о крепкой политической хватке правительницы Громовой разлетелись со скоростью шторма, снося собой всех желающих навредить Семье. Испугу Демонов способствовали и Ведьмы, которые неожиданно яро включились в игру, полностью поддерживая правящую Семью, обретая былую Силу и запал к сражениям. Не обошлось и без слухов про двух молодых господ, что могли призывать молнии и гром, сами становясь подобно Демонам неуловимыми и могущественными. Когда младшие господа Громовы достигли совершеннолетия, правительница Софья отправилась с Севарианом на северо-восток. Бывшие владения Воронцовых давно манили ее своими богатыми залежами кристаллов, а также хорошо развитой инфраструктурой. Помимо этого госпожа желала восстановить там предприятие, которое занималось выращиванием воронов. Правительница собиралась взять под контроль все почтовые перемещения и быть поставщиком новых воронов для всех Изнаночников в России, которые постепенно возвращались на заводы, отдавая управление Семье Громовых. Близнецы же, оставаясь в Доме за главных, получили полный доступ ко всем важным документам, принялись продумывать следующие шаги. Молодым господам не терпелось самостоятельно отправиться в приключения по стране. Больше всего их манил Красноярский край, в котором в панике, словно перепуганные крысы на тонущем корабле, мельтешили дикие Демоны. Эти свободные не имели возможности бежать со своего места на запад, потому что тут же их встретили бы Ведьмы Громовых, оставалось только распластаться по восточной части страны. Однако и этим шансом Демоны воспользоваться не спешили, наверняка считали, что смогут противостоять правящей Семье, если останутся вместе в одной точке. Наивные. Еще через два года Громовым принадлежала вся западная часть России, оставалось только двигаться на восток, и начать, в любом случае, пришлось бы с места скопления диких Демонов. К этому дню Перкунас и Паркона готовились основательно. Со дня своего совершеннолетия молодые господа всячески доказывали родителям свою готовность вступить в бой и, естественно, победить. Близнецы были отличной командой, умели грамотно распоряжаться своими Силами и полностью контролировать гром и молнии, которыми повелевали почти играючи. Помимо этого, молодые господа были хорошими стратегами, разработали план по окружению и нападению на диких Демонов. Даже смогли придумать, как выявить и выманить тех, кто решит скрыться от правящей Семьи. Благодаря их терпению и качественной работе, родители позволили близнецам заняться этим вопросом самостоятельно. Разумеется, поведение в тот момент мамы и отца было бы сложно описать парой строк. Севариан скрестил руки на груди, глубоко и шумно вздыхал, поочередно переводя взгляд с сына на дочь. Он давил на них своим авторитетом, проверяя, как далеко смогут зайти его дети, и хватит ли у них смелости продолжать настаивать на своем. Софья же сидела на своем излюбленном месте за длинным столом, сжав губы в тонкую побелевшую нить. Однако кроме того, что она просто беспокоится о своих единственных детях, ей было нечего сказать. Наследники правящей Семьи должны были получить от нее это дозволение, иначе быть не могло, и госпожа это понимала. Если бы Перкунаса и Паркону продолжали держать дома под замком, это сыграло бы плохую шутку с ними обоими. Правителей должны не только знать в лицо, но уважать и бояться, чтобы ни у кого не возникало желания выступить против. Очевидно, что молодым господам пора проявить себя и сделать это так эффектно и громко, чтобы все живущие в полу волшебном и загадочном мире Другой Крови, знали о подвиге правителей Громовых. Перкунаса и Паркону снарядили в дорогу и отправили с ними несколько человек. Среди делегации были две сильные Ведьмы, которые специализировались на лечении, три прислуги из дома. В этот поход напросился и рыжеволосый Гришка, который за столько лет стал широкоплечим и высоким Григорием. Молодой человек хорошо учился, превращаясь в грозного Изнаночника - защитника, которому доверили древний кристальный кинжал, что был способен впитать в себя Силу Демона. Также с господами отправились, уже давно известные на всю страну, демонические псы. В поместье Громовых построили большую псарню, в которой насчитывалось около двадцати охотничьих демонических собак. Перкунас закатил глаза, но, все таки, согласился взять с собой только двух особей. Паркона же была рада животным, уговорив брата взять с собой одну русскую гончую и одного харьера. Такой компанией они и отправились к древнему замку Шапиро. Путь на каретах занял чуть меньше месяца, поэтому Громовы прибыли на нужную территорию только к началу весны. Ведьмы были очень рады сложившимся временным рамкам, потому что именно в то время, как оживала земля, их Силы, подобно молодой траве, наливались мощью. Как и предполагали близнецы, свободные и шагу не сделали из замка, даже узнав о том, что к ним направляются правители Громовы. Первым из своей кареты вышел молодой господин Перкунас. Младший правитель был очень похож на своего отца. В его острых чертах лица хорошо узнавались точеный нос и тонкие губы, которые он, подражая Севариану, любил кривить в ехидной усмешке. Господин сделал шаг прочь от кареты, поправляя черный дорогой пиджак, на котором красовалась кристальная брошь с символом Семьи. Перкунас провел ладонью по челке, поправляя слегка отросшие темные волосы. На запястье сверкнули небольшие механические часы. Господин опустил одну руку в карман черных идеально выглаженных брюк, протягивая вторую ладонь к распахнутой дверце каретки. На его широкую руку легли тонкие светлые пальчики. Лишь делая вид, что опирается на брата, на улицу элегантно спустилась Паркона. Молодая госпожа была несколько ниже своего брата, и вообще, телосложением пошла в свою мать. Тонкие руки были обтянуты полупрозрачными кружевными рукавами, что перетекали в плотную темную ткань жесткого корсета, а на землю падал длинный подол черного платья, на котором легкими серебрящимися на солнце нитями были вышиты тучки с молниями. Паркона послала брату легкую улыбку, заправляя за ухо вьющуюся прядь темных волос. Светлое лицо, словно выточенное из драгоценного камня было точной копией брата, однако все же губы были чуть пухлее, а накрашенные черной тушью ресницы длиннее и слегка подкручивались к верху. Молодая госпожа аккуратным движением поправила тонкий галстук брата, попутно разглаживая черную рубашку. Со стороны они выглядели, как аристократы, прибывшие на светский вечер в дорогой элитный клуб. Громовы сделали несколько шагов в сторону парадного входа в замок, слушая, как следом за ними из своих карет выходят их подчиненные. Послышался восхищенный шепот Ведьм, которых впечатлил масштаб дворца Шапиро. Действительно, несмотря на разруху и запустение, строение внушало трепет. Огромные каменные стены, высокие башни, изысканные статуи. У, к сожалению, погибшей Семьи Шапиро явно был хороший вкус и достаточно средств на то, чтобы содержать такое внушительное поместье с огромным дворцом. Должно быть и количество слуг здесь было соответствующее. Один только сад, что раскинулся в стороне от замка, чего стоит. Сейчас, конечно, от ухоженных тропинок, кованых лавочек и палисадников остались только засохшие коряги и заросшие сорняком дорожки. “Как думаешь, много ли здесь осталось Изнаночников, что все еще способны выполнять свои прямые обязанности?” - мысленно спросила брата Паркона. Молодой господин лишь дернул бровями, не уверенный, что в таком запустении вообще остался хоть кто-то вменяемый и готовый служить. Громов не верил в удачу, что, даже если Демоны оставили кто-то из Изнаночников прислуживать себе, эти люди захотят обрести себе других хозяев. До широких ступеней оставалось несколько метров, но тут большие двери с жутким скрипом приоткрылись, и из образовавшейся щели на прохладный воздух вышел нелицеприятного вида Демон. Его лицо было покрыто сажей, а на рваной старой одежде виднелись грязные темные пятна. Единственное, что отличало его от обычного бездомного, это жуткие сверкающие глаза. Демонические радужки заблестели пренебрежением и отвращением, стоило ему увидеть идеальных господ Громовых, что спокойно взирали на Демона своими чистейшими изумрудными глазами. -Другая Кровь! - взвизгнул грязнуля, так и замирая в проеме. - Посмели заявиться сюда, зная, что здесь вас ждет только смерть?! Перкунас ошарашенно приподнял брови, наблюдая за потугами нервного лохматого Демона. Паркона же сохраняла невозмутимый вид, безразлично перевела взгляд со встречающего на блеклые пыльные окна. За мутными стеклами показалось суматошное движение. Кто-то нервно перебегал от окна к окну, выглядывая на улицу, силясь разглядеть тех, кто прибыл к поместью. -Как вы смеете молчать!? - продолжал верещать Демон. - Здесь живут свободные Демоны! Убирайтесь, пока мы не поубивали вас всех! -Сколько вас здесь? - спокойно произнес молодой правитель. Его голос звучал размеренным, почти ласковым басом, приятно перебивая этот высокий ломаный голос дерганного Демона. -Так много, что вам ни за что с нами не справиться! - взвизгнул чумазый. “Меня он начинаем утомлять.” - мысленно пожаловался сестре Перкунас, слегка закатывая глаза. -Послушайте, пожалуйста, - молодая госпожа взяла разговор в свои руки, - мы прибыли к вам с предложением.. -Да что ты говоришь! - крикнул противный голос. - Мы не ведем переговоров с Другой Кровью! Мы ее уничтожаем! И вас сожрем, можете не сомневаться! -Перестаньте раскидываться пустыми угрозами, - Паркона небрежно скривила губы, чем очень напомнила своего отца, и следующие слова произнесла с нажимом, чтобы все, кто затаился у грязных окон, могли ее слышать. - Либо вы сейчас выходите и подчиняетесь нам, становитесь Демонами правящей Семьи Громовых, либо.. - девушка чуть ухмыльнулась. - Либо нам с братом придется избавить землю от таких паразитов, что даже за местом, в котором они живут, не могут уследить. -Заткнись! - вновь крикнул чумазый Демон, от злости его лицо пошло красными пятнами, а в глазах заметалась нервная искорка. “Это он мне вякнул?” - молодая правительница широко распахнула ресницы, так что глаза ошарашенно округлились. Перкунаса раздражение сестры позабавило. Он прекрасно знал, как близняшка может быть страшна в гневе. Чаще всего младшие господа Громовы использовали свои Демонические Силы одновременно, заставляя электричество сверкать между ними, выбрасывали молнии в своих врагов, обоюдно контролируя мощь разряда. Однако молодые правители спокойно могли управляться с яростной стихией и по одиночке. Если Перкунас был более сдержанный, и его сложно было вывести из себя, чтобы электрический синий свет начал бить во все от него стороны, то вот Паркона была менее спокойно. Госпожу легко было спровоцировать на эмоции, заставляя ее швыряться молниями похлеще Зевса. Молодой господин почувствовал, как предплечье, где аккуратно покоилась тонкая ладошка его сестры, начало покалывать от Силы электричества. Еще бы мгновение, и Паркона перестала бы церемониться с наглым Демоном, но непутевого свободного грубо отодвинули в сторону от двери, и на крыльце показалась высокая тощая девушка. У появившейся перед Громовыми Демона были длинные волосы, в которых серебрились тонкие волоски, словно лесочки от множества удочек. Девушка смотрела на Другую Кровь уставшими серыми глазами. Все Демоны выглядят одинаково молодо, словно куклы, что никогда не постареют и не потеряют своей красоты. Однако выражение лица этой дамы тут же выдавало ее реальный возраст. Слишком глубокие морщины на лбу, от тяжелых дум, складки у рта, будто Демон никогда в жизни не улыбалась, а лишь корчилась от боли и разочарования. Ее посеревшая кожа, указывала на то, что дамочка долгое время и шагу не делала из дома, ведя затворнический образ жизни без солнца и свежего воздуха. -Добрый день, господа Громовы, - ее голос был тусклым и очень тихим, Демон низко поклонилась, приветствуя правителей. - Мое имя Галина, когда-то очень давно я служила при Семье Тихоновых. То, что эта дама некогда была при Доме, было видно невооруженным взглядом. Ее прямая осанка, правильно сложенные перед собой руки, даже чистое красивое платье указывали на ее хорошее происхождение. Серая качественная ткань прямыми ровными линиями спускалась от высокого ворота до самого пола, полностью скрывая бледную кожу Галины. -Здравствуйте, - Перкунас слегка склонил голову, миролюбиво улыбаясь, - Вы уже слышали предложение, что озвучила моя сестра. Мы готовы предоставить Демонам хорошие условия жизни, в обмен на верную пожизненную службу Семье Громовых. -Да, я знаю правила, - выдохнула Галина, смотря на господ из-под полуопущенных ресниц. - Однако спешу Вас расстроить, здесь Вы не найдете тех, кто захочет служить Другой Крови. -Не спешите с ответом, - размеренно произнес господин, кивая в сторону пыльных окон, - возможно другие Демоны захотят присоединиться к нам. Галина, словно пребывая в некой прострации, отрицательно покачала головой, тяжело выдыхая. -Вы, должно быть, знаете, кто я, господа, - почти шепотом произнесла Демон. - Уверена, что молодые правители получают достойное образование и разбираются в истории, что произошла с бывшими Домами. Однако я не уверена, насколько хорошо Вы знаете историю самих Демонов, некогда служивших Семьям. Моя же очень коротка и скучна, однако я все таки займу у вас несколько минут, чтобы объяснить свою позицию. Галина замолчала, переводя взгляд с одного молодого правителя на другую. Громовы кивнули, удивленные таким неожиданным желанием выговориться. Младшие господа и правда знали слишком мало о самих Демонах, что служили Семьям больше века назад. Все их познания заканчивались на записях дедушки Себастьяна, который оставил после себя талмуд в кожаной обложке, в котором рассказывал только о самых последних событиях перед бунтом Демонов. -Я - Демон, повелевающий металлом, - начала свой рассказ Галина, - моя Сила никогда не была достаточно велика, чтобы я могла назвать себя сильным или хотя бы способным Демоном. Все Дома из поколения в поколение сражались друг с другом за власть и строили козни, однако мои господа не могли похвастаться ни ресурсами, ни Изнаночниками, ни даже своим Демоном.. Поэтому Тихоновы никогда не вступали в открытые сражения, лишь жалко собирали информацию и делились ей за поддержку той или иной Семьи. Один из влиятельных тогда Домов - Воронцовы, хоть и были могущественными, но все же недостаточно для того, чтобы занять лидирующую позицию. Однажды им совсем осточертело выслуживаться перед самой богатой Семьей - Львовыми. Из-за этого их правитель прибыл к нам со своим Демоном Юдой, чтобы обменять информацию на необходимые нам для выживания средства. Уже тогда Юда был озлоблен на своего господина и жаждал возмездия. Но мне он показал лишь то, как сильно огорчен смертью своего отца могущественного Белояра. Я пожалела несчастного Юду, не подозревая, что он воспользовался мой для своего плана. Когда я забеременела, мои господа Тихоновы решили обменять моего ребенка на полноценную, пожизненную поддержку Воронцовых. Мне об этом стало известно гораздо позже. Когда я родила сына, мне сообщили, что малыш мертв, однако Тихоновы отдали его вороньей Семье. Никакой помощи Тихоновы не получили, потому что глава Воронцовых скончался, а мой сын пропал. На самом же деле, Юда бросил нашего малыша где-то, создавая тем самым первого дикого Демона. Прошло немало лет, перед тем, как я узнала всю правду и смогла повстречаться с сыном. Юда назвал его в честь своего отца - Белояром. Мой мальчик.. Я была с ним рядом слишком мало.. Не смогла ничего сделать.. И Юда опять его у меня забрал.. Двадцать лет назад они оба ушли проверять, правда ли Другая Кровь появилась в поместье Громовых.. И не вернулись.. Галина замолчала, с усилием сдерживая подступающие слезы. На ее лице отразилось столько отчаяния и боли, что было удивительно, как такая хрупкая фигурка может в одиночестве выдерживать такие страдания. Ее плечи задрожали, и Галина шумно втянула прохладный воздух через зубы. Серые глаза затянула мутная пелена печальных воспоминаний. Наконец, вновь послышался ее ломаный хрипящий от дрожи голос. -Я сама во всем виновата.. Не смогла защитить сына от влияния мстительного Юды.. Я никогда не хотела, чтобы мой малыш Белояр становился таким же гневным и ненавидящим весь мир, как и его отец. Демон обняла себя тонкими дрожащими руками и спустилась с широкого крыльца. Она сделала несколько уверенных шагов к правителям, смотря на молодых господ влажными от слез глазами. Несколько мгновений Галина стояла перед близнецами, а затем рухнула на землю, с силой ударяясь коленями о каменную кладку дорожки. -Пожалуйста, - одними лишь губами произнесла Галина, - я очень устала.. и больше не могу.. Перкунас смотрел на Демона глубоко сведя брови. Паркона же все время рассказа не отнимала взгляда от трясущихся губ, резко постаревшей девушки, и тяжело вздохнула. “Поможем ей?” - послышался в голове Парконы голос брата. “Раз она так сильно хочет к сыну, пожалуй, мы могли бы..” - довести мысль молодая правительница не решалась, но Перкунас ее понял. Громовы чуть приподняли руки, поднося ладони к вискам Галины. Демон облегченно выдохнула и закрыла глаза. От длинных пальцев пробежал тонкий разряд электричества. Это была не разящая молния, не жало, которое заставляет жертву сгорать в агонии. Словно тонюсенькая ниточка, что обернулась вокруг мозга, легкая паутинка, которая путала мысли. Галина не думала ни о чем, но в последний момент под веками появилось худощавое лицо сына, яркое воспоминание о том, когда он весело улыбнулся своей маме, задорно о чем-то рассказывая. Демон легонько дернула уголками губ вверх, словно посылала кому-то свою последнюю нежную улыбку. И тут же начала стремительно таять, превращаясь в бледный серебристый туман, который тут же пропал, смешиваясь с прохладным воздухом. -Они ее убили! Визг со стороны главного входа, заставил господ перевести взгляд туда, где недавно стоял потрепанный и чумазый Демон. На крыльце уже скопилось несколько фигур, у которых стремительно темнели от ярости глаза, наливаясь кровью. Все закончилось так же быстро и как и началось. Перкунас и Паркона метались по территории поместья, словно разящие сверкающие мечи, поражающие все на своем пути. В уничтожении взбесившихся свободных приняли участие и демонические псы. Изнаночники и Ведьмы скучающе ждали конца сражения в стороне. Ни одному из диких Демонов не удалось спастись от ярости правителей, которые избавились от всех непокорных. *** В течении следующих нескольких лет Перкунас и Паркона побывали во всех уголках страны, выискивая притаившихся Демонов. За время своих путешествий близнецы повстречали разных свободных. Среди них были те, кто пытался заверить господ в том, что давным-давно отказался от своих Сил, сопротивляясь подчинению и уничтожению. Были и те, кто встретили правителей со слабыми улыбками, рассказывая о своей, кажется бесконечной жизни, но даже эти Демоны выбрали смерть, вместо служения Другой Крови. С самыми удивительными Демонами Громовы встретились в Якутии. Там на защиту свободных вставали Черти, однако это не помогло Демонам спастись, только зря погибли многие рогатые. *** -Знаешь, - спокойно произнес Перкунас, сидя в кресле у камина, - мы столько лет потратили на зачистку территорий, что я уже сбился со счету, сколько же нам с тобой лет. -В этом году будет тридцать, - улыбнулась брату Паркона. Молодая госпожа сидела на диване, пролистывая тяжелый талмуд в кожаном переплете. Страницы были желтыми и очень хрупкими, а рукописные буквы выцвели, от чего становилось сложно рассмотреть написанные слова. Младшая Громова любовно погладила сухие страницы, мягко касаясь подушечками пальцев некогда черных чернил. -Похоже, что наша Демоническая половина сильнее, и времени мы все таки не подвластны, - продолжил мысль молодой правитель. -Думаю, это к лучшему. Нам еще многое предстоит сделать. Поместья Другой Крови так и стоят заброшенными. -Об этом я и хотел поговорить. Перкунас чуть повернулся на своем кресле, обращая к сестре внимательный взгляд. В изумрудных глазах светилась надежда, что переплеталась с нервным блеском. Паркона знала этот взгляд брата. Это могло означать лишь то, что близнец успел придумать что-то, чем она будет не особо довольна, однако и переубедить упрямого братца у нее, вряд ли, получится. Госпожа отложила книгу в сторону, кивнула, давая понять, что слушает. -Я собираюсь уехать в Якутию и занять бывшее поместье Бердюгиных, - с хитрой улыбкой произнес Перкунас. - Когда-то у них получилось подчинить Чертей, хочу разобраться в этом и так же призвать хвостатых на службу. -Точно ли твой переезд связан только с Чертями? - Паркона хитро улыбнулась. Госпожа знала, что в тех краях, во время их с братом странствий, Перкунас встретил девушку-Изнаночника, с которой до сих пор, как он считает, тайком, переписывается. Молодой господин заметил ехидный взгляд сестры, и ему не нужно было лезть к ней в голову, чтобы понять, о чем она думает. Сухо кашлянув в кулак, правитель заставил голос звучать ровно, продолжил. -К тому же, нам тяжело держать под контролем всю территорию страны, сидя только в Нижегородской области. Если я уеду, то смогу взять управление восточной частью России, оставив за тобой запад. Границей сделаем Красноярский край.. Собственно, на этом брат и сестра решили сойтись, разделив между собой территории. Перкунас уехал, а через полгода пригласил в замок сестру, мать и отца на свадьбу. Паркона вышла замуж через год. *** Несмотря на крепкие родственные связи, уйдя с головой в семейную жизнь и заботу о территориях страны, близнецы начали отдаляться друг от друга, теряясь в канители. дел.