Конец.
25 сентября 2024 г., 12:11
База Осириса встретила их привычным холодом. На фоне всеобщей вакханалии здесь было даже необычно тихо и спокойно, но кучу споров в голове Селины это не унимало.
Тем не менее они вернулись на ту самую базу, где Исход выросла, где тренировалась.
Где её вешали. Где над ней издевались.
Перед тем как отпустить Селину, Порча провёл тщательный обыск: все таблетки и прочее были изъяты, а это, как минимум, значило только то, что через пару дней она схватит тяжелейший синдром отмены. Будет хорошо, если это время удастся скоротать за сном, но, зная Астора… Нет, вряд ли.
В действительности всё оказалось ещё хуже: в самый разгар начавшегося спустя три дня прерывания приёма таблеток синдрома отмены Порча наказал приступить к тренировкам под его точным контролем. Мало того, что в голове и так было пусто, так ещё и…
Исход вышла на полигон — это была импровизированная арена с разным инвентарём, в самом конце которой было подобие трона для Астора, на котором он покорно сидел каждый раз, наблюдая за её тренировками. Она прокрутила обручальное кольцо на пальце, стягивая его.
Больно.
Обожгло где-то под рёбрами. Будет плохо, если Астор увидит. Селина спрятала украшение в один из карманов, прокусывая собственные губы практически до крови.
— Ну, чего ты? На тебе лица нет, моя дорогая. Что-то случилось?
Порча действительно покоился на троне — он сидел в вальяжной позе, подперев подбородок, и смотрел на Селину сквозь едва прикрытые веки. Ей пришлось приложить большое количество усилий, чтобы поднять к нему голову как минимум потому, что тело её не слушалось.
— Посмотри, какой долгий и большой путь мы прошли, — пролепетал он мечтательно, улыбаясь. — Да, мы многих потеряли, да, мы потерпели большие жертвы, но ведь каков путь! Тебе же понравилось, правда?
Селина почувствовала, как желудок скручивается в плотный узел от наступающей тошноты. На самом деле за эти несколько дней она осунулась: синяки под глазами почему-то проявились сильнее, скулы едва впали, а радужка глаз стала практически такой же бесцветной, как и у Порчи.
Исход покачнулась, падая. Пульс стучал где-то в висках, и она прикрыла глаза, слыша голос матери.
Начинается, подумалось ей. Самое тяжёлое в такие моменты — просто осознать галлюцинацию и принять её всецело. Селина отрицательно мотнула головой, стискивая зубы до играющих желваков, и ударила кулаком по поверхности арены, сильно зажмурившись. До бликов и взрывающихся галактик перед глазами.
— Они убедили тебя в том, что ты больна? Что за дрянь ты пила всё это время?
Но Селина продолжала слушать лепетание матери, а не возмущающегося Порчу.
— Может, мне стоит посадить тебя на цепь, пока ты не отойдёшь? Ну, как думаешь?
Потом возник её образ — повешенной, беспомощно бултыхающейся и пытающейся схватить руками воздух в надежде на спасение. Селина тихо всхлипнула.
Ненависть разъедала её лёгкие и голову саркомой, поедала каждый чёртов кусочек души и медленно добиралась к сердцу.
Наконец, Исход поднялась, но, не дойдя до трона около двух метров, обессиленно упала на колени и громко заплакала.
Порча, спрыгнувший и шедший ей навстречу, вдруг показался Гоустом — тогда Селина заплакала ещё громче.
— Они сделали тебе больно, Исход? — прошептал Астор, опустившийся перед ней, и взял её лицо в руки, едва сжимая. — Ты не нужна им. Никто не пришёл за тобой. Никто тебя не остановил. Ты же не привязалась к ним слишком сильно, правда?
Она всё никак не могла успокоиться — казалось, будто бы всё то, что накопилось за двадцать восемь лет её несчастной жизни, вдруг вырвалось наружу. Это была дыра, которую вряд ли удалось бы чем-то заткнуть, но теперь единственный человек, которому было это под силу, считал её предателем.
Селина не заметила, как в его руке сверкнул осколок какого-то зеркала — почти невесомо Порча провёл по ладони, распарывая кожу.
— Ты ведь моя, — его шёпот обжигал ухо. Мужчина запачкал в её крови пальцы, потом, поднимаясь к лицу, оставил на её скуле две багровые полосы. — Я всегда был рядом. И я единственный, кто тебе нужен. Единственный, кому нужна ты.
***
Спустя неделю после того, как Селина смыла с себя всю кровь и пот после тренировки, ей всё же удалось многое сокрыть и спрятать. Ввиду излишней взрослости и занятости у Астора всё-таки не слишком много времени было на то, чтобы следить за Селиной, а в его охране не было никого из тех, кто мог бы за ней поспеть. Потому приём таблеток она возобновила достаточно спешно, а ещё нашла способ, как можно выйти на связь с Браво. Послать связного было бы слишком глупо и неправдоподобно, а ещё… Ей так хотелось домой. Зонт около одного из столиков с плетённой мебелью удачно прятал её от солнца. Селина укрыла руки в карманах пальто, а нос спрятала в тёплый воротник, греясь. Всё-таки погода спешно портилась. Синоптики обещали холода. Когда она увидела выходящего из-за угла Мактавиша, а за ним — Саймона, сердце забилось быстрее. Оно бы вот-вот проломило рёбра и выбралось наружу, если бы Селина не приказала себе заткнуться и выдохнуть. Как только они оказались совсем рядом, Исход уложила руки на стол в знак собственной безоружности. Саймон скользнул взглядом к её безымянному пальцу без кольца — кольнуло. Неприятно так. — Мне казалось, ты теперь с Порчей. Селина отрицательно мотнула головой. — Порча обманул всех нас, а мы обманем его. Я проверила, за мной нет хвоста. Пройдёмся? Местная улочка встретила их спокойствием и полным отсутствием людей. В такой час на окраине города было слишком мало машин и посетителей всяких мелких магазинчиков и кафе. — Это, вообще-то, деловая встреча, — Селина одёрнула себя от улыбки, выпрямилась, стараясь шагать с военными в одну ногу. — У меня есть информация, которой заинтересуется Ласвелл и Управление. Я знаю, где будут Макаров и бойня. — Бойня? — Соуп вскинул брови. — В каком смысле? — Архипелаг, Занзибар, — девушка пожала плечами, избегая зрительного контакта с Гоустом. — С возвращением Порчи Осирис разделился на две части — на мою и на его. Моя пока что тщательно скрывается. В подземном бункере на одном из этажей скрывается Макаров, с которым у Порчи назначена встреча. Бойня будет как минимум потому, что Порчи не должно существовать. — Логично, — буркнул Мактавиш. — И что ты хочешь? — Что я хочу? — она вскинула брови от удивления. — Соуп, вообще-то ваше руководство хотело поймать Макарова, и именно этим мы занимались последние несколько месяцев. Я обеспечу вас координатами и помогу с осадой бункера. Моим условием будет Порча. — А если ты лжёшь? Селина остановилась близ переулка. — Если я лгу, то сдамся как военная преступница и не буду сопротивляться, — она опустила голову, потом вытащила из кармана небольшой свёрток и протянула его Соупу. — Это наш контракт. Я не нарушила его. Я всё ещё сотрудничаю с Браво и всё ещё иду навстречу. Передай его Прайсу, Джонни. Пусть примет решение. Около минуты они стояли в полной тишине. Потом, когда Селина шагнула в сторону переулка, Мактавиш поджал губы. — Я вас оставлю. Он удалился. Тогда, спустя ещё минуту молчаливых взглядов, Селина подалась вперёд и, когда руки сомкнулись на её талии, прижалась крепче. Она вновь тихо всхлипнула, мысленно ругая себя за излишнюю сентиментальность. Но ведь таковой Исход становилась только с этим мужчиной — и ни с кем больше. — Прости меня, я сняла кольцо, но это вовсе не значит, что я отказалась от тебя или что я тебя ненавижу… Он огладил её плечи, потом осторожно накрыл ладонью бьющееся в грудной клетке сердце. — Разве могу я о таком думать, пока оно бьётся? — тихо спросил Саймон, вынуждая Селину замученно улыбнуться. — То, что мы порознь, не значит, что я перестал тебя любить. Это временная трудность, после которой всё будет как раньше. Селина прикрыла глаза, чувствуя, как спокойствие заполняет её голову. — И мы сбежим? — И мы сбежим.***
— Боишься чего-то? — тихо спросил Матео, обнимая её под руку. Они только-только высадились на острове, в центре которого находился вход в бункер. — Я же рядом с тобой. Я тебя защищу. Селина подавила улыбку. — Я просто дожидаюсь наших друзей. Они должны прибыть с секунды на секунду. Я уверена, что Порча уже внутри, но по периметру куча охраны, так что одни мы пробраться туда так просто не сможем. Несмотря на всех тех людей, которым Селина давала клятву, подставлять их или жертвовать ими она не хотела, так что планировала действовать аккуратно. А ещё по прибытии Браво вся её армия уйдёт под их командование. Как минимум потому, что в бой она пойдёт первой. Шум вертолётов больше не глушил. Селина бросилась на шею Соупу, вооружённому по самые зубы, и крепко-крепко его обняла, а потом, опомнившись, выпрямилась, принимая серьёзное выражение лица. — Капитан Прайс, — девушка кивнула в знак приветствия. — Я передавала вам план бункера. Встреча должна пройти на минус втором этаже в приёмной. Скорее всего, на пути будет очень много охраны, так что тихо пробраться на получится. — Два отряда идут первыми, — капитан кивнул в ответ. — Мы за вами. Ты — после нас. — У меня три отряда. Я передаю их под ваше командование. Матео займёт позицию к севера от бункера, постарается убрать всех постовых. Он будет сопротивляться, но не посмеет ослушаться. Селина почувствовала, как по спине неприятно бегут мурашки. Не любила она такие большие бойни — казалось, что смерть стоит прямо за плечами. А ещё предчувствие было по-идиотски отвратительным. Пора начинать.***
Она вспомнила маму, пытающуюся сшить ей костюм на чужой день рождения. Женщина крутилась с мерной лентой вокруг непоседливой Селины, и только Джонатан, сидящий в кресле рядом, громко и заливисто смеялся. А потом приходил дядя Астор. Папа Астор. Это был первый и единственный раз, когда Селина видела его таким. Она качнула головой. — Селина! Очнулась. — Проходи внутрь, я убрал охрану, — передал Матео по рации, вынуждая её всё-таки выйти из укрытия. Бункер представлял собой многоэтажное и универсальное сооружение. В нём был бассейн, большая библиотека, центр управления ракетами и с десяток спален, домашнее казино, бильярд, полигон и стрельбище. Селине пришлось убрать пять охранников не самым чистым способом, и только двоих она обошла, пользуясь осторожностью. Когда был получен сигнал штурма, началась бойня. Неприятно пахло потом, порохом, серным веществом вышибленных пулями мозгов. Куча непонятной речи помеси арабского и испанского, а ещё полная путаница, из-за которой Исход позабыла о своей основной цели. Она пробиралась дальше и дальше достаточно быстро, пока, в конце концов, не добралась до нужного этажа и не столкнулась плечом к плечу с Соупом, чудом успевшим спасти её от пули. Селине тогда показалось, будто бы она слишком удачливая — ни один из стрелявших в неё так и не попал. Настоящее месиво было у Макарова: там смешалась кровь Осириса и армии — чёрт разберешь, кто в чём перепачкан и перемазан. С Соупом договор был прост — Селина отвлекает, а Мактавиш обезоруживает Макарова и его же забирает. Правда, оставалось ликвидировать выживших солдат, но это дело за малым, особенно если учесть, что армия за их спинами достаточно быстро наступала. Когда Селина оказалась внизу, преодолев лестницу, Порча всё же обратил на неё внимание — в его руках был один из автоматов. — О, привет! — он усмехнулся. — Всё-таки выбралась из клетки, птичка. Может быть, расскажешь, чего тебе так не хватало? Подойди ко мне, поговорим. Селина качнула головой. — Если я подойду, ты умрёшь. Ей не нужно было оборачиваться для того, чтобы понять, что Саймон занял позицию на лестнице и держал Астора под прицелом, не нужно было слышать команду, чтобы напасть. Он болезненно пнул её в живот, подходя ближе. Селина всё ещё была отвлекающим манёвром; она поднялась на колени, сплёвывая в сторону. Неприятно и больно. У Астора всегда были тяжёлые удары. — Я ведь воспитал тебя, — он опустился рядом, ухватывая её за волосы. — Я дал тебе всё, в чём ты так нуждалась. У нас были деньги, мы могли побывать в любой точке этого блядского земного шара. Но чего-то ты хотела больше всего, правда? Судя по треску рации, всё получилось. Она скользнула взглядом к Порче за спину — на расчищенном этаже стоял Мактавиш. Макаров был пойман. Контракт закончился. — Знаешь, что делают с ненужными животными? — он сжал её волосы сильнее, вынуждая тихо пискнуть. Селина прикрыла глаза. — Избавляются. Но ты-то сука живучая, тебя так просто не убьёшь. Не переживай, — он отошёл, снова взявшись за автомат. — В этот раз я точно убью тебя. Прозвучал выстрел со снайперской винтовки — Порча, которого поразила пуля, опустился на колени. Мактавиш толкнул его ногой в грудь, скидывая в противоположную сторону, и помог Селине подняться. Она сглотнула. Действительно — и чего это ей так везёт? — Победа? — спросила Селина, широко улыбаясь. — Поздравляю, Браво! Вы такие молодцы. Теперь, когда Макаров пойман, страна может спать спокойно, правда? — Вернёмся домой и отпразднуем после того, как сдадим его Ласвелл. Кольнуло в районе ребра и лёгкого. Селина не поняла, почему Мактавиш выхватил пистолет и ещё несколько раз выстрелил в Порчу до тех пор, пока не опустила голову. Она коснулась собственной груди — пальцы испачкала тёмная кровь. Исход всё ещё не успела понять, что произошло — Мактавиш подхватил её под плечи, не позволяя упасть, а потом рядом оказался и Саймон. — Надо поторопиться, Джонни, — тихо буркнула Селина, прикрывая глаза. Боль разрасталась в проекции: кажется, пуля пробила левое лёгкое и прошла навылет. Им нечем было остановить кровь, но Соуп, оторвавший от своей футболки край, спешно заткнул им рану, передавая Селину в руки Гоуста. Он быстро осмотрел её — кольцо было на пальце. Саймон опомнился. — Джонни, блять. В течение пятнадцати минут они покидали бункер и грузились в вертолёт. Там, внутри, Саймон уложил Селину себе на колени, всё ещё зажимая рану дурацким куском от футболки. Нет, так ведь не будет, правда? — Крови слишком много, лейтенант. — Да заткнись ты, блять, — нервно выпалил Райли, не желая слышать ничего подобного. — Селина. Селина! Она не отзывалась, но смотрела на него из-под прикрытых век. Больше не болело. Холод раскатывался по телу с неприятной силой. — Главное глаза не закрывай, договорились? Смотри на меня. Соуп всё понял первым. Он чувствовал запах смерти, повисший в кабине вертолёта. Ещё с минуту он смотрел на Саймона, пытающегося привести Селину в чувство, а затем осторожно подался вперёд и движением ладони закрыл её глаза. Мактавиш не знал, что говорят в таких случаях. — Нет, нет, нет, — Саймон качнул головой, а потом, поднимая её, прижал к себе изо всех сил. Так, будто бы это могло её воскресить. Так, будто бы это могло его успокоить.***
Селину похоронили на заднем дворе родного дома. Прошло… Сколько? Саймон не знал. Месяц, два или три? Мактавиш, положивший руку ему на плечо, отошёл в сторону, оставляя Гоуста одного. Ему оставалось только смотреть в одну точку. Он приезжал на её могилу раз в неделю и менял цветы на свежие. Обручальное кольцо теперь болталось у его груди вместе с военным жетоном. Её жетон похоронили вместе с ней.
