Сильная и ещё сильнее

— Я принадлежу только себе, генерал Эсдэс.       Вот уж нет. Ты принадлежишь мне и только мне. Разве может кому-то ещё принадлежать это мускулистое тело, годами закалённое тренировками и выживанием в битвах? Или же эта обаятельная улыбка, излучающая чистоту и свет? Ты и твои воинские навыки должны достаться исключительно мне.И твоя непокорность лишь усиляет моё желание завоевать тебя.       Это хотелось сказать мне Даниилу. Кем бы он ни был, он был тем, кого я искала. Он был моим. Я улыбнулась ему, и мелькнувшее в его глазах смущение покорило моё сердце. — Обойдёмся без кандалов? — предложил Даниил уверенным тембром. — Только если обещаешь никуда не сбегать, — ухмыльнулась я. — Не могу я такого обещать. — И почему же? — А если мне понадобится в сортир? — вскинул бровь Даниил. — Ты же со мной не побежишь? У меня должно быть личное пространство.       Он был таким милым. Непосредственным… Но, похоже, не испытывал ко мне того же, что и я. Мне понадобится время, чтобы завоевать его любовь. — Ты его получишь. Если пойдёшь со мной во дворец, — говорила я, любуясь его пышными бакенбардами.       Даниил застыл в неожиданности, взирая на меня в недоумении. Краем глаза я заметила Вэйва, потерявшего всякий контроль над эмоциями и борющегося с тем, чтобы не заорать вслух. Юноша и вправду бывал иногда чрезмерно чувствителен. На арене по-прежнему стояла гробовая тишина. Такая, которая стоит, когда высекают начисто поле битвы…       Только я и мой любимый. — С этого свидания не начинают, — наконец сказал мне он, чем и застигнул врасплох.       Я почувствовала, как мои щёки полыхают румянцем. Отведя глаза в сторону, я прошептала: — С-свидание?..       Однако. Тут же я подобралась. — Тогда начнём его где-нибудь в другом месте, — мягко проговорила я. — Например, в кафе?       Как заманчиво звучало его предложение. Я и в мыслях представить не могла, что смогу остаться с моим возлюбленным в городском кафе. Как самая обычная девушка, поедая лаковые кусочки фруктов и сахарные пирожные…       Вдвоём их есть гораздо вкуснее, чем в одиночестве.       Я приблизилась и смело взяла Даниила за руку. Этот жест был мне непривычным. Прикосновение горячей мужской ладони вызвало трепет где-то в груди, а когда он в ответ сжал мои пальцы, я вздрогнула.       Мы покинули арену вдвоём, как я и планировала. Мне было глубоко всё равно, как Вэйв будет решать ситуацию с победителем, призом и проигравшими. Сейчас не до того. Ощущение, что овладело мной, слишком отличалось от того, чем я привыкла наслаждаться в своей камере пыток. Это было похоже на дуновение облака. Поцелуй ветерка. Лёгкий весенний бриз и сладость тысячи ягод на губах. Поразительное чувство полёта в небесах.       Но он молчал. И ни сказал ни слова, покуда вместе мы шли к намеченной цели. Впервые в жизни я робела и сама не представляла, с его начать разговор. Ничего. Самое главное, что он был рядом. Узнать его поближе — вторая задача.       Я выбрала первое попавшееся кафе. Его администратор, примчавшийся, как только завидел нас из окна, был со мной знаком уже несколько лет. И сейчас по одному выражению лица ему не составила труда понять, что следует немедленно очистить помещение от всех помех. Он сделал это быстро, при помощи торопливых официантов.       И правильно. Всё должно быть идеально.       Я выбрала столик у окна и пригласила Даниила присесть напротив. В пустом помещении мы остались совсем одни. Но… почему-то мой любимый вопросительно оглядывался по сторонам. В поисках чего-то. — Зачем ты всех выгнала? — спросил он у меня, но без упрёка. — Я хочу, чтобы мы побыли одни, — просто ответила я. — Разве ты не хотел свидания в кафе? — Да, это так… Но обычно в кафе сидят люди. И мне привычная обстановка людности, а не мёртвой молчанки. — Хочешь, чтобы я всех вернула обратно? — Что будете заказывать?       Не вовремя!       Я осадила официанта взглядом, чтобы больше не смел вмешиваться в чужие разговоры! Если бы я не пребывала в таком хорошем настроении, занялась бы им в другом месте. — Что тебе заказать?       Его мягкий, спокойный взгляд — и мой гнев отступает, как слетает пыль от порыва ветра. — Я буду клубничное мороженое, — улыбнулась я. — Круто. Тогда я буду апельсиновый щербет и… — Мой любимый замер, словно бы хотел договорить что-то. Но, вероятно, при виде меня передумал: — И мохито со льдом. Два. Один для тебя.       Один для меня.       И вновь мне стало не по себе от краски, залившей лицо. Он потрясающий.       Официант исчез с заказом. И я готова была поспорить, что он вернётся меньше, чем через минуту. — Мы не представились друг другу нормально, — заговорил Даниил, вальяжно откинувшись на своём кресле. — Меня зовут Даниил. Но ты можешь звать меня Данила. Или Даня. Как тебе угодно. — Даня, — протянула я, распробовав на вкус его имя. — Я Эсдэс, Даня. — А как-то покороче? — Нет. — Эс, например?       Я вскинула брови, услышав новое непривычное обращение. Но моё удивление продлилось всего секунду. — Для тебя я могу быть кем угодно, — прищурилась я ему томно. — Но всё же я предпочитаю, чтобы меня называли Эсдэс.       Как я и предсказывала, к официант появился через минуту. Весь замыленный, он держал в руках поднос с нашим заказом. Вазочку с клубничным мороженным и два переливающихся малахитом мохито со льдом. Он водрузил их на cтол дрожащими руками и, пробормотав что-то насчёт приятного аппетита, удалился.       Даниил притронулся к своему напитку и с большой охотой отхлебнул глоток. — Скажи, Даниил… — Просто Даня. — Скажи, Даня, — продолжила я, — ты не из столицы, ведь так? — Он кивнул. — Тогда откуда же? — Э… из села. Нижино, да, Нижино.       Возможно, мне могло показаться, но он словно сомневался в своих словах?..       Должно быть, он давно не был на родине. Это село и в самом деле похоже на помойку. Неудивительно, что он оттуда сбежал.       Я зачерпнула ложкой клубничное мороженое, ледяное, как ледышка, и слизнула его. — Давно перебрался в столицу? Это здесь тебя научили боевым искусствам? — А давно мы устраиваем допрос с пристрастиями? — вдруг парировал мой любимый. — Хорошо, — снова взяла мороженого я, — ты можешь задать вопрос мне. Я хочу знать о тебе всё. Ты тоже имеешь такое право.       Даниил стушевался. Я узнавала этот подозрительный взгляд: «Не обман ли?» Но я не собиралась лгать. Если он захочет узнать что-то обо мне, я с радостью расскажу ему. И я готова была доказать ему это прямо сейчас.       Наконец он решился. Кивнув самому себе, он уверенно заговорил, глаза в глаза: — На арене был парень, Вэйв. Синие волосы, рыбацкая куртка. Ведущий. — Да, — согласилась я. — Но почему тебя интересует сейчас он? — Он мой друг. Мы работали вместе. И я хочу знать, что с ним и в порядке ли он… Ты насильно его удерживаешь?       Его прямолинейность поразительна и откровенно восхитительна. Даниил, ты получишь ответ на свой вопрос. — Твой друг служит мне в спецотряде и помогает бороться против революционеров, — отчеканила я чуть серьёзнее.       Вэйв, ты мог бы познакомить меня со своим другом. Удивительно, как тесен мир. Тень облегчения, промелькнувшая на его лице, была так искренна, что я протянула руку через стол, чтобы коснуться любимого. Моя рука накрыла его ладонь, и Даниил оживлённо выдохнул: — Ну, по крайней мере, он в порядке, это главное. Мог бы письмо написать. — Нет, не мог, — покачала головой я. — Это запрещено… Но возможно, когда-нибудь вы встретитесь… Если ты пойдёшь со мной. — Опять, Эсдэс?