Новогодние истории

      В общаге Ateez суматоха. Долгие месяцы упорной работы и вот они, наконец, могут отправиться домой. Ещё вчера уехали самые старшие, поэтому сегодняшнее утро выдалось шумным.       Друг за другом они покидали общежитие. Только Ёсан отсиживался в своей комнате, стараясь не мешать младшим собираться. Да и опасаясь попасть под горячую руку кого-нибудь из усанов, что и секунды прожить в тишине не могут.       Когда всё стихло, Ёсан с любопытством выглянул в коридор. Убедившись, что все разошлись, он вышел на кухню.       — О, Ёсан, я думал, ты спишь, — голос Сана пугает Кана, и тот едва сдерживает вскрик.       — Сан! Ты почему здесь? Я думал все уже уехали, — темноволосый переводит дух и включает чайник.       — В последний момент планы поменялись. А что, не хочешь меня видеть? — Чхве хитро прищуривается, а Ёсан взгляд отводит.       — Я не против того, чтобы ты остался.       На самом деле Ёсан действительно рад, что не проведет эти выходные в одиночестве.       Они заказывают еду на вынос, ленясь готовить, и садятся на пол перед телевизором. Они говорят о всяких повседневных вещах и обсуждают новогоднее шоу, что как раз крутят на одном из главных каналов. Ёсан кидает короткие взгляды на Сана, мысленно отмечая все изменения, что происходят с парнем. Сан красивый, даже слишком. Им невозможно не любоваться. Кан понимает, что пялится, только когда ловит любопытный взгляд напротив.       Щеки Сана розовеют, и он кусает себя за губу, пока его взгляд мечется по лицу Ёсана. Неловкая пауза затягивается.       Неожиданно Кан резко подаётся вперёд и впивается зубами в саново предплечье. Тот вскрикивает и валится на спину, шипя, потирает место укуса.       — Ты что делаешь? — обиженно тянет он.       — Атмосфера стала слишком напряжённой. Давай уже признайся, что влюблен в меня второй год и поцелуй уже, — требует Ёсан.       Сан замирает, непонимающе хлопая глазами. Кан цокает языком и склоняется над парнем, соединяя их губы в поцелуе. Чхве отмирает и зарывается пальцами в есановы волосы. Их сердца гулко стучат, отдаваясь эхом в ушах. Они целуются долго, пока губы не начинает покалывать.       Младший делает рывок и меняет их местами, тут же припадая губами к шее и ключицам старшего. Он так долго скрывал чувства, боясь, лишний раз прикоснуться к Кану, что сейчас ему буквально сносит крышу. Ёсан шустро перебирает пальцами, расстёгивая пуговички домашней рубашки одну за другой, давая Сану больше пространства. Широкие ладони Чхве сжимают его талию и подбираются к груди, выбивая из уст старшего вздохи. Ёсан судорожно облизывает губы и притягивает Сана, снова целуя его, вместе с тем нетерпеливо сдёргивая с него одежду.       — Хён, пойдём в комнату, — Сан нехотя отрывается от его губ и помогает встать.       По пути они скидывают с себя остальную одежду, так что когда Ёсан укладывается на кровать младшего, тот замирает, разглядывая обнаженное тело Кана.       — Ну и долго пялиться будешь? Я не статуя, меня можно трогать, — Сан усмехается своим мыслям и припадает губами к разгоряченной коже старшего.       — У меня нет ничего, — вдруг вспоминает Чхве, грустно смотря в глаза Кану. Тот даже умиляется, ведь младший выглядит искренне расстроенным этим.       — Всё в порядке. У нас много времени, чтобы насладиться друг другом, — успокаивает он.       Сан заметно веселеет. Ещё раз проскользив взглядом по телу Ёсана, он лукаво улыбается.       — И правда, есть же так много способов доставить тебе удовольствие.       Он сжимает есановы бедра и разводит их в стороны, устраиваясь между ними. Кан даже не думает смущаться, только смотрит с вызовом, поэтому Сан резко прижимается губами к внутренней части бедра, слишком близко к уже возбуждённому члену старшего, и всасывает кожу. Напоследок он кусает его и, увлекшись, оставляет ещё несколько следов от зубов поблизости. Подняв взгляд, он замечает, что Кан прикрыл глаза и зажал рот рукой, сдерживая стоны. Решив, что так дело не пойдёт, он берет руки Ёсана в свои, снова склоняется и целует головку. Тихий стон старшего побуждает его действовать увереннее, так что он смело берет его член в рот, помогая себе рукой. Стоны Кана становятся громче, а дрожь в теле усиливается. Отстранившись с пошлым чмоком, Чхве самодовольно смотрит на потерянного парня.       — Не тяни кота за Фаберже, Сан, — даже в такой ситуации он успевает повозмущаться.       — Так я ж не тяну, я облизываю, — Чхве демонстративно проводит языком между губ, а затем целует старшего.       Кан приподнимается, не отрываясь от чужих губ, и находит руками санов член, прижимая его к собственному. Его руки мгновенно оказываются испачканными и мокрыми, что немного смущает. Он ласкает оба возбуждения, ловя стоны младшего губами. Шутить больше не хотелось, их головы затмило туманом похоти. Когда целоваться сил не осталось, Ёсан впивается зубами в тонкую шею Сана. Тот шипит и жмурится. Контраст удовольствия и лёгкой боли сводит с ума.       Ёсан ускоряет движения руками, пока не слышит протяжный стон Сана, и чувствует, как тот кончает, пачкая его руки сильнее. Это становится последней каплей для него самого.       Обессиленно они валятся на кровать, пытаясь отдышаться.       — Как ты понял, что я влюблен в тебя? — придя в себя, интересуется Чхве. Его глаза закрыты, ему лениво даже поднять руку с груди старшего.       — Ты слишком очевидный. Мемберы даже ставки делали, как скоро ты признаешься, — рассказывает Кан. Сан на это хихикает.       — Теперь понятно, почему они так поспешили уйти, когда я сказал, что останусь, — догадывается он. — Жаль, что я не признался раньше. Но почему ты молчал, раз знал?       — Я планировал сегодня сказать. Но вышло как-то так, — Ёсан улыбается, рукой указывая на их голые тела. Сан счастливо улыбается и прижимается ближе к Кану.       — Я так сильно люблю тебя, я невероятно счастлив сейчас.       — И я тебя, Сан-и.