Новогодние истории

      Играть с Хонджуном в карты на желание — себе дороже. Этот вывод сделал Сонхва, пока тот привязывал его руки к изголовью кровати.       Начиналось всё вполне невинно, если так можно выразиться. Ким Хонджун — мужчина занятой, и даже новогодние праздники не были поводом отлынивать от дел, тем более, когда их конкуренты в подпольном бизнесе начали тянуть свои руки к его владениям. Результат — злой Ким и не менее злой Пак, который вообще-то рассчитывал хорошенько трахнуть его на кухонном столе во время завтрака, но его планы рухнули вместе со звонком от личного помощника Хонджуна.       Тогда Сонхва решился на авантюру. Хонджун был расчётливым, но азартным, и не смог бы отказать в невинной просьбе научить играть в карты. Сонхва рассчитывал развести на игру на желания и загадать хотя бы один выходной день, который они могли бы провести вместе, но он никак не ожидал, что сам проиграет.       И, по сути, он желаемое получил, но с небольшим «но».       Сонхва дёрнул руками, убеждаясь, что вырваться не выйдет и опасливо зыркнул на Хонджуна. Тот откровенно разглядывал стройное тело под собой, не скрывая своего ликования.       — Ну что за взгляд, дорогой? Не ты ли ещё утром соблазнял меня на кухне? — Ким принялся неторопливо расстёгивать пуговички на мягком кардигане, и хмыкнул одобрительно, поняв, что под вещью ничего нет.       — Ну знаешь, не каждый день тебя связывают и лапают, — хотелось съязвить, но вышло на грани стона, когда кимовы руки начали свои танцы на его коже.       — О, это только начало, Сонхва, я намерен в полной мере насладиться своей победой, — в самые губы, прежде чем слиться в жарком поцелуе.       И кто Сонхва такой, чтобы отказать? Тем более он так сильно скучал по Хонджуну, что готов позволить ему что угодно. Ким был прекрасным любовником, чутким, в меру грубым и властным, когда надо, таким, каким Сонхва его любил. Хонджун оставил его на мгновение и вернулся с чёрной коробочкой, тогда Пак и понял, чего именно хотел Ким. Ещё несколько месяцев назад он заикнулся об игрушке, на что Сонхва дал категоричный отказ, но похоже Хонджун тогда не сдался.       — Вот же хитрый жук, — усмехнулся Пак, сдаваясь.       — А ты думал я так просто смирюсь с тем, что я тебе позволил вставлять в меня что-то помимо члена, а ты мне нет?       — Надеялся, что ты будешь умолять меня, — признался Сонхва.       — Это не мой стиль, — парировал Хонджун.       Но Сонхва не был согласен, по его мнению, Ким просто прекрасен, когда просит что-то, особенно позволить ему кончить, но сейчас Пак был с противоположной стороны, что одновременно пугало и интриговало.       Хонджун с особым усердием растягивал его, уделяя много внимания чувствительным местам. А когда понял, что Сонхва готов, он вставил в него небольшого размера игрушку, имеющую пульт с режимами вибрации. От первой скорости Сонхва поджал губы, а его дыхание участилось. Это было красиво, по мнению Хонджуна и он не скупился озвучивать комплименты. На второй скорости у Пака надломились брови, и он зажмурился, на третьей с его уст стали срываться тихие стоны. Хонджун получал невероятное эстетическое удовольствие, смотря на сгорающего от желания мужчину. Сам Ким ещё не разделся, но расстегнул несколько верхних пуговиц рубашки и ширинку, любуясь тем, как Сонхва потряхивало и выгибало от ощущений, он неторопливо поглаживал свой член сквозь ткань белья. На четвертой скорости Сонхва застонал в голос, и удержать тело на месте он уже не мог, демонстрируя всё изящество и гибкость, какую имел. Его член сочился и побаливал, и чтобы хоть как-то облегчить мучения, он поджал ноги, но Хонджуна это не устроило, и он с силой развёл острые колени и в качестве наказания включил последнюю пятую скорость. Сонхва захныкал и стал активнее пытаться выбраться, его глаза блестели от скопившихся слезинок, он был напряжен как струна. Поистине красивое зрелище, по мнению Кима.       — Хонджун, — надломлено, с отчаянием.       — Что такое, дорогой? — ласково и с любовью.       — Я не могу больше, дай мне кончить, — требовательно и жалобно.       Хонджун и сам держался еле-еле и решил, что на сегодня достаточно помучил своего любимого. Выключив вибрацию, от чего Сонхва облегчённо выдохнул, он выкинул игрушку и снял с себя остатки вещей. Когда он вернулся в прежнее положение — между стройных ног Пака, тот нетерпеливо заёрзал, и судорожно облизал губы. Хонджун прильнул к ним, сплетая языки, и одновременно толкнулся в жаркое нутро. Сонхва обнял его талию ногами и пятками прижал ближе, давая понять, что его терпение на исходе. Но и тут Киму торопиться не хотелось, он любил долгий и неторопливый секс, ему нравилось медленно доводить до края и не давать сорваться, удерживая в своих цепких руках. И он знал, что, несмотря на жадность, Сонхва тоже любил растянуть удовольствие.       И всё же слишком долго тянуть тоже не получалось, возбуждение било в голову и зудело под кожей, что вынуждало ускориться.       — М-м-м, да, вот так, — отозвался Сонхва на размашистые толчки, попадающие прямо в цель.       Он сжимал в себе Хонджуна, зная, как тому это нравится, и застонал ещё громче, когда кимова рука, наконец, сжала напряжённый член, прошлась кольцом по всей длине и задержалась на чувствительной головке. Сонхва хватило ненадолго, он с протяжным стоном излился, пачкая руку Хонджуна и свой живот. Закончив следом, Ким осторожно выскользнул из нутра и, тяжело дыша, чмокнул Сонхва в уголок губ, после чего трясущимися пальцами развязал его руки. Пак размял кисти, покрутив ими, и обнял Хонджуна, заваливая на себя.       — Задушишь, — проворчал Ким, прижатый носом к его шее, но тот не спешил отпускать, и он смиренно принял удобную позу, обнимая тоже.       Они наслаждались тишиной и спокойствием, чего с ними не случалось уже очень давно. Хонджун и забыл, какого это — вот так лежать и обниматься с Сонхва, вдыхать его запах и ощущать его тепло. Он был очень благодарен Паку за терпение и доверие. Но их идиллию нарушила трель звонка. Но не успел Хонджун взять телефон, как его выхватил Сонхва.       — Если ты ещё раз позвонишь сюда, я приеду и запихаю ёлочные шарики тебе в задницу! Хонджун недоступен на ближайшие дня три, решайте свои проблемы самостоятельно, — после чего он выключил телефон и откинул куда подальше.       — Ну ничего себе, так можно было? — Ким заливисто засмеялся, и гнев Сонхва сошёл на нет.       — Ну достали, — проворчал он.       — Ну-ну, злость тебе не к лицу. И спасибо, теперь у меня три дня выходных. Уже решил, как хочешь отметить праздники?       — Хочу много обниматься и есть вкусную еду, — заявил Сонхва.       Их губы встретились на полпути.       Хонджун был занятым человеком, а Сонхва жадным до внимания своего мужчины. Но это нисколько не мешало им, а наоборот, привносило в их быт вот такие приятные сюрпризы.