Избавиться от прошлого

Чайльд чувствовал себя так, будто на спине прорезались крылья. В аудиторию он пошел сам — Чжун Ли отправил его вперед, а сам побежал возвращать Аль-Хайтаму ключи, предварительно расспросив, где его искать. И Тарталья смирно поплелся к кабинету, все еще витая в облаках. Он успел выслушать историю от друзей о том, как утром Чжун Ли унесло в неизвестном направлении от рассказа Люмин, проигнорировать кучу вопросов от нее и еще больше подколов от Кэйи. Не то чтобы он не злился — просто сонная голова была занята совершенно другим. Его мысли, которые и без того сутками были полны размышлений о Чжун Ли, теперь десятикратно умножились и все не затихали, пока их виновник не был рядом. Потому он, наконец отбившись от расспросов, сидел, опустив голову на парту, и в полусне ожидал соседа. Как только глаза смыкались, в голове возникала та же сцена в комнате, и он не мог ничего с собой поделать. Оставалось лишь вспоминать мягкость чужих губ, бессильно сжимать руки в кулаки и глушить волны возбуждения, которые были единственной вещью, что не давала ему отключиться в плену фантазий. До второй пары оставались считанные минуты, и он не был уверен, что продержится в сознании до конца дня. Внезапно на спину легла рука. Она обвилась вокруг талии, пальцы прошлись по животу, считая ребра, и скользнули под рубашку. — Чжун Ли, — пробормотал он, прогибаясь под рукой, — убери — увидит кто… Он поднял голову будто в замедленной съемке и с опозданием осознал, что пальцы, скользящие по коже, слишком шероховатые и не такие длинные, чтобы принадлежать тому, о ком он подумал. Сердце пропустило удар. Рядом сидел и таращился на него глазами-блюдцами Кэйа. — Какого черта? — Чайльд отшатнулся, хотя тот и сам уже убрал руку. — Я конечно предполагал, что в шутке Люмин есть доля правды, — наконец отошел от шока Кэйа. — Но вы двое реально… Чайльд быстро закрыл ему рот рукой. — Ты головой ударился так к людям лезть?! Кэйа засмеялся под его ладонью, отпрянув назад. — Я просто хотел проверить! — Я тебе сейчас количество зубов проверю! — Чайльд толкнул в плечо хохочущего парня. — Вали отсюда. — Эй, чего надулся? — он вновь приблизился и снизил тон. — Я никому не скажу. — Давай, шуруй на свое место, извращенец, — Чайльд оттолкнул его вновь.        — Ну прости, слышишь? — он примирительно улыбнулся, пытаясь заглянуть в лицо Тарталье, который отвернулся к окну со сложенными на груди руками. Внезапно над ними выросла тень. — Все хорошо? Как вовремя. Чжун Ли стоял перед партой и озадаченно на них смотрел. И как много он видел? — О, а вот и вторая пропажа. Прошу-с, — Кэйа освободил ему место, комично поклонился и лениво поплелся к парте, за которой залипал в телефоне Дилюк. Чжун Ли приземлился рядом в момент когда прозвенел звонок. — Чего это он? — Лучше тебе не знать, — Чайльд опять опустил голову на парту, чувствуя раздражение. — Он догадался о чем-то? — Угу, о цвете твоих трусов, — фыркнул Тарталья. Теперь, когда Чжун Ли был рядом, его, вместо долгожданного умиротворения, накрыло волной недовольства от глупой выходки такого же глупого Кэйи. И даже присутствие Чжун Ли не могло полностью усмирить бури его эмоций. — Хэй, ты чего такой мрачный? — он шутливо его толкнул. — Давай писать конспект. Ох, действительно — лекция уже началась. Преподаватель в другом конце аудитории уже активно рисовал на доске что-то отдаленно напоминающее Тарталье пентаграмму. Он начал сердито листать тетрадь. Глупая страница семь, глупая страница восемь, глупая рожа справа, глупая страница десять… Стоп, чего? Он скосил взгляд на наблюдателя, который неотрывно следил за выражением его лица. — Ты чего так смотришь? — Чайльд все еще пропускал мимо ушей слова лектора. И Чжун Ли, судя по всему, тоже. — А у кого я конспект перепишу? Он уставился на его закрытую тетрадь. — Я хочу знать что тебе сделал Кэйа. — Эта твоя непоколебимая манера поведения меня когда-нибудь доведет, — вздохнул Тарталья. — Так что случилось? — Ты случился. Он понял, что мы в комнате не просто на пары собирались. Чжун Ли не смог сдержать улыбки. Он в последний раз скосил на Чайльда хитрый взгляд и начал листать тетрадь в поиске свободной страницы. — Если тебя это успокоит, то и у него с Дилюком есть свои секреты. И он привычным жестом подвинул тетрадь к ошеломленному в третий раз за это утро Тарталье.

***

Чайльд никогда бы не подумал, что такая вещь как последняя пара, может стать худшей пыткой его жизни. И все же, лекция у старого философа одновременно вгоняла его в состояние транса и не давала отключиться под этот монотонный бубнеж на чертовски твердом для него столе. После обеда его еще больше клонило в сон и терпеть полтора часа информации о направлениях и школах античной философии было вдвойне невыносимее обычного. Чжун Ли, который и предложил ему поспать, спокойно делал заметки в тетради сам. Он обещал дать ему переписать конспект позже, но теперь встревожено поглядывал на вертящегося Тарталью. Философия проходила в большом лекционном зале, предназначенном на несколько групп. Они сидели в одном из последних рядов, которые возвышались друг над другом. На ряд ниже разместились Сян Лин и Люмин, а остальные сели еще ближе к доске. В правой стороне от прохода сидели незнакомые им студенты с параллели. В целом, тому кто поспал лишь пару часов за ночь, представлялось возможным отрубиться в таком месте. — Не можешь уснуть? — Чжун Ли обеспокоено взглянул на откинувшегося на скамье Чайльда. — Только подушки не хватает, — с иронией протянул он. Чжун Ли неожиданно сильно дернул его за плечи. — Эй! — он вскрикнул уже в падении. Чжун Ли невозмутимо помахал рукой Люмин, которая повернулась на звук. Она недоуменно уставилась на него. — А где Тарталья? Тарталья же замер, лежа головой на чужих коленях, и лишь тихо наблюдал снизу, как Чжун Ли невозмутимо разводит руками. — Разве он не сидит с ребятами? — Что-о? — она резко обернулась и начала искать среди студентов рыжую шевелюру. Чайльд тем временем растянулся на скамье, вытянул ноги, и превозмогая неловкость, удобнее устроился на его коленях. — Его там нет! — опять обернулась к нему Люмин. — И мне казалось, я его только что слышала. — Креститься надо когда кажется, — тихо пробормотал Тарталья, так, что услышал лишь Чжун Ли. Тот, сдерживая улыбку, изобразил полное недоумение. — Может, отошел в уборную. — Люмин, пиши давай, а не ворон считай! — сбоку ее дернула Сян Лин. Чжун Ли тоже вернулся к конспекту. Чайльд же теперь не мог спать от ощущения упругих ног под головой. Он рассматривал точеные черты лица, сдерживая желание провести пальцем по идеальной линии челюсти. Чжун Ли уставился на него в ответ, пользуясь молчанием лектора. — Так сможешь уснуть? Никак. Он отвернулся лицом к парте и закрыл глаза, представляя, что лежит на подушке, а не на лучших бедрах универа. — Спи, моя радость, — щеку осторожно накрыла теплая ладонь, окатывая самого Чайльда приятными утренними воспоминаниями. И он самозабвенно в них утонул.

***

Высокая темноволосая девушка с каре стояла перед Чжун Ли, пока он подписывался на листке, который она ему дала. Пара закончилась, но он все еще сидел со спящим Чайльдом на коленях и лишь надеялся, что никто не станет ломиться в его ряд. Она опиралась на парту там, где до этого сидела Люмин, и не отрывала взгляда от бумажки. Ее палец указывал ровно на строку, где нужно было оставить подпись, и шанса поставить подпись и за Чайльда, который все еще мирно спал, у него не было. И он тянул время как мог. — А когда мы поедем? — Спросишь у остальных. Подписывай или нет — я забираю. Мне надо было отнести список еще час назад. За спиной у старосты замаячил Дилюк. Он встретился глазами с Чжун Ли и последний просящим взглядом указал на нее. Дилюк нахмурился, но понял намек. Он склонился и прошептал что-то на ухо подошедшему Кэйе. Тот с царской ухмылкой глянул на Чжун Ли и поднял большой палец вверх, прежде чем направиться к ним пританцовывающими движениями. — Эх, Сара моя, миленькая Сара, — нараспев протянул он, приближаясь, — причина моего сердечного пожара… — ее серьезные глаза немедленно уставились на него. — У тебя сейчас еще кое-что загорится, — она убрала руку с листка, но все еще не отходила. — Кстати, об этом. Я говорил, что давно горю желанием пойти с тобой на свидание? — продолжал наступление Кэйа. Все знали, что староста предпочитает девушек. Он сел прямо на стол еще на ряд ниже и приглашающее поманил ее жестом. — А ты, я смотрю, совсем бесстрашный… — и она все же поддалась на провокацию, спускаясь к нему. Чжун Ли, который только этого и ждал, быстро нашел в списке Чайльда и нарисовал напротив его имени каракулю более-менее напоминающую его подпись. Вот и все — теперь они поедут вместе. Он отыскал глазами Дилюка, который издали наблюдал за ним, кивнул ему, и тот сразу же поспешил оттаскивать Сару, которая уже готова была закатывать Кэйю в бетон. Чжун Ли увидел ее уже на ряд ниже, держащую бедного Кэйю за шиворот. Она игнорировала Дилюка, который осторожно разжимал ее пальцы на чужой рубашке и пытался объяснить, что это всего лишь глупая шутка. Кэйа же вошел во вкус и зарабатывал себе еще одно очко в пользу будущих похорон. — Оставь нас, Дилюк, у нас все взаимно, — сдавленно смеялся он. — Сара, листок! — окликнул ее Чжун Ли. Она оглянулась. — Ты же спешила. Кэйа мгновенно перестал для нее существовать. Чжун Ли протянул его кончиками пальцев и она потянулась навстречу через парту. — Спасибо, — сверкнула она глазами и вернулась к Кэйе. — Повезло тебе, что у меня мало времени, — она ткнула его длинным ногтем в грудь и развернувшись на каблуках, направилась к выходу. — Позвольте поинтересоваться, для чего я нарывался на такую опасность? — поправлял на себе рубашку Кэйа. В аудитории они остались втроем, не считая спящего Тартальи, о котором никто кроме Чжун Ли не знал. — Чтобы я вписал Чайльда список тех, кто едет в поездку, — он положил руку на сердце и с облегченной улыбкой кивнул в знак благодарности. — Спасибо, я перед тобой в долгу. — А где он, кстати? — Кэйа вспомнил о Тарталье. — Наверное, опять сбежал от Люмин, — Дилюк уже направился к выходу. — Вы идете? — Идите-идите, я еще допишу, — помахал им Чжун Ли. Дилюк как будто что-то понял, поэтому кинул на него последний пристальный взгляд и потащил за собой Кэйю, собирающегося еще о чем-то разглагольствовать. — Пока-пока! — он помахал на прощание, прежде чем Дилюк захлопнул за ними дверь. Чжун Ли наконец остался с Тартальей наедине. Он так же сладко спал, положив ладонь ему на колено. Измученное бессонной ночью лицо было бледнее обычного. Чжун Ли осторожно поправил ему волосы. Мягкие. Парень и не думал просыпаться. А Чжун Ли не собирался ему мешать. Он выдохнул и пододвинул к себе его тетрадь. Раз уж он обещал ему конспект…

***

— А ты не думаешь, что Люмин говорила правду? — Кэйа вполоборота шел рядом с Дилюком, наблюдая за чем-то за их спиной. — Насчет того, что Чайльд запал на Чжун Ли? — скосился Дилюк. — Этого только тупой не…       — Да нет, — оборвал его Кэйа. — Что тот сталкер, который к ней подходил, реально имеет что-то к Тарталье. Он остановился посреди коридора, заставляя Дилюка притормозить следом. — Чего? — он нахмурился. — Даже если так, то что? Хотя, я даже не удивлюсь, если это правда. Пусть и не мне такое говорить, но рожей он получился не хуже тебя. Кэйа никак не отреагировал на это подобие комплимента, хоть для Дилюка это было большим подвигом в его глазах. Он все продолжал таращиться на что-то за его спиной. — Да что там? — он тоже обернулся. — Просто он стоял под дверью когда мы вышли. И только что зашел… в кабинет к Чжун Ли, — они встретились глазами.