Бывших бывает

И хорошо, что он не знает про такую, как я,
 И что в мечтах моих ванильные снежинки — зима,
 А под шагами босоногими метели и лед.
 Он больше никогда из мыслей моих не уйдет.

      После перевода из «Смерча» прошло уже больше года, а Мура так и не смогла забыть. Думала, что просто быть вдали от него будет достаточно, что забыть получится само собой. Расстояние, новая группа и всё такое. А нифига. Ничего из этого не помогло ни на йоту. Как не помогали ни кратковременные романы, ни алкоголь в ближайшем пабе, ни адреналин на операциях. Она всё ещё любила и отчаянно тосковала.       Это жутко бесило, ведь расстались они на ноте взаимной почти ненависти. Просто не смогли ужиться. И хотя любили и очень сильно, совместная жизнь оказалась сплошным кошмаром. Постоянные ссоры, споры, ругань сделали их почти врагами. И в один не прекрасный момент Мура не выдержала и просто сбежала, благо перевод Пригов организовал мгновенно.       Новая группа приняла её на удивление дружелюбно. Нет, обычное «Что эта Барби делает в спецназе?» промелькнуло в глазах всех, включая командира. Но только до первой тренировки. Тогда она, злая на весь мир, уложила всех скептически настроенных коллег на маты во время спаррингов и не дала ни единого шанса в тире, выбив десятки во всех раундах.

***

      — Пойдем в «Парадайз»? — спрашивает Каспер. Тишина в комнате отдыха начинала угнетать.       Сегодня они вернулись с учений, которые с треском провалили. Какая-то группа спецназа уделала их по всем фронтам. И ладно бы только это. Им наваляли так, что повезло отделаться лишь легкими травмами. А самое паршивое было в том, что по условиям учений все были в масках, названия групп не разглашались, и даже реванш в будущем взять было не у кого. Поэтому снять стресс было более чем необходимо.       — А что, у нас, кроме этого пивняка, больше некуда пойти? — ехидничает угрюмая Мура.       Она терпеть не могла этот мерзкий паб, куда они всей группой регулярно ходили. И хрен бы с тем, что там подавали дешёвое пойло и работали доступные официантки. Её парни, переступив порог этого заведения, из бойцов спецназа превращались в обычных похотливых самцов, думающих совсем не головным мозгом. А сколько раз ей самой приходилось отбиваться от намёков и бить по грязным ручонкам, что пытались облапать? Со счёта уже сбилась. Но делать нечего, ребята уже собираются. Придётся идти.

***

      Сегодня пятница, значит, паб заполнен по самое… под завязку. До тошноты сладкий запах вейпа мешается с вонью от обычных сигарет и пролитого пива. Музыка гремит, заставляя орать собеседнику в ухо. Хотя… здесь обычно мало разговаривают.       За стойкой царит Моника. Ну, на самом деле её зовут Маша, но она настаивает на Монике. У неё копна ярко-рыжих кудряшек и большие сиськи. Этого достаточно, чтобы всем вообще было всё равно, как её зовут.       — Любимая, — Каспер тянет к ней руки, перегибаясь через стойку, — ты сегодня, как всегда, прекрасна.       Моника привычно лупит его полотенцем и развязно улыбается. Это их обычная игра. Всем известно, что они любовники. Через минут двадцать она оставит вместо себя одного из младших барменов, а они скроются в небольшой комнатке за баром.       Но сегодня что-то идёт не так. Она манит Каспера пальцем, и тот послушно наклоняется. Моника что-то шепчет ему на ухо, и командир вдруг меняется в лице. Затем она с громким стуком ставит перед ним бокал тёмного пива, и он, злобно скалясь, возвращается за стол.       — Что случилось, командир? — озвучивает общий вопрос Хирург, взрывотехник группы.       — Я знаю, что за группа нас сегодня сделала.       — Да ладно! И кто же эти ниндзя? — это уже Сервер, аналитик и технарь.       — Специальное подразделение…       — «Смерч», — перебивает командира Мура, глядя на входящих в паб бывших коллег.       Хирург давится пивом и удивлённо смотрит на неё.       — А ты откуда знаешь?       — Она служила там до перехода в нашу группу, — отвечает за Муру командир, и теперь уже все ошарашенно пялятся на неё.       А как они ещё могут смотреть? За всё время пребывания в «Гамме» Мура ни полусловом не обмолвилась о прежнем месте службы. Не хотелось вспоминать. А теперь вот прошлое само появилось и нагло тычется прямо в лицо.       Женя не хочет смотреть на них, но взгляд сам так и тянется к бывшим коллегам, друзьям. К нему.       Она исподтишка рассматривает его, подмечая, что он немного изменился. Как-то неуловимо. Как будто скулы стали жестче выделяться на чуть осунувшемся лице, и глаза не сверкают прежним задором. Он повзрослел, что ли.       Постоянный столик их группы находится в самой глубине зала, поэтому Смерчи ещё не заметили их. А Жене хочется, чтобы они просто ушли. Но, конечно, кто бы исполнил её желание.       Первым её замечает Бизон и тут же толкает Ионова в плечо, кивком указывая в нужную сторону. Кот поворачивается, их взгляды встречаются, но ничего, кроме пылающей ненависти, Мура там не видит. Она даже вздрагивает, но глаз не отводит.       Их гляделки продолжаются, пока на них не обращают внимание Каспер с Хирургом.       — И на кого это мы смотрим?       — Да так, старые знакомые, — отмахивается Мура.       — А, кстати, как ты догадалась, что это был «Смерч»? — всё-таки туповат у нас Медведь. Щитовик одним словом. Сила есть — ума не надо.       Гаммы дружно смеются, глядя на обиженную физиономию сослуживца.       — Чего? Чего вы ржёте?       — Да ничего, — отсмеявшись, говорит командир. — Мура же несколько лет служила с ними. Естественно, она знает их стиль работы. Вот и вычислила. Только я не понял, почему мне не сказала? Почему я от посторонних это узнаю?       Женька легко выдерживает тяжёлый взгляд командира, не позволяя прогибать себя.       — А ты бы мне поверил? Сам же говорил, что догадки к делу не пришьешь, — она возвращает Касперу взгляд и с постоянной своей ехидностью добавляет: — А вот откуда у твоего источника такие сведения — это вопрос.       Каспер тут же прикусывает язык, так как знает, если кто-то пронюхает о том, что ему регулярно сливают секретную информацию, мало не покажется всем.       — Тьфу на тебя, — говорит он Муре, на что та только показывает средний палец, и возвращается к своему пиву.