Сердце снегов (часть 1)

Возбуждение, так внезапно посетившее Босу-вана, было до одури приятным. Он с трудом сдерживал себя, и чтобы не наброситься на Нои-ди в порыве страсти, о-ми извинился и быстро выскочил из комнаты. Прыгая через ступеньки эскалатора, Босу-ван миновал несколько пролётов, но когда до дверей его покоев оставалось всего несколько пасанов, крепкая рука матери схватила его за локоть и остановила бег. – Ты снова был у дикаря, и он ещё жив? – строго спросила Даури-ри. – Во всём виноват Су-лан, – выпалил Босу-ван, задохнувшись от бега. – Он напоил дикаря сунджиной и мне придётся подождать, пока вредные вещества покинут его кровь. – Сунджина выходит из организма за четыре лунных цикла, – сказала мать, – так что осталось всего два. – Если ты думаешь, что я просто пожалел дикаря, то ты ошибаешься, – нахмурился Босу-ван. – Мне вообще не была нужна его кровь. Я и без неё могу довести любого о-ги до семяизвержения. – Да неужели? – усмехнулась мать. – Так и есть, – тряхнул головой Босу-ван. – И… обещай, что если я докажу это, то ты отпустишь дикаря на свободу. – Хм… – задумалась о-ли, – он стоил немало оканов, но… я даю тебе слово, что если ты будешь настолько искусен в сексе и о-ги под тобой кончит, я отпущу дикаря. На самом деле Босу-ван просто попытался тянуть время, чтобы понять, что он чувствует. Но мать оказалась умнее – уже на следующий вечер она вызвала к себе сына и приказала ему собираться в дорогу. Поднявшись на верхний этаж, где располагался гараж, Даури-ри села в приготовленный к полету аэромобус и пригласила в салон Босу-вана. Машина бесшумно поднялась в воздух и вылетела в открывшийся в потолке люк. «Мы летим на аэромобусе, а не на звездолёте, – мысленно рассуждал Босу-ван, глядя на заснеженные просторы под полозьями машины, – значит место, куда везёт меня мать, находится на этой планете. Но что она задумала и куда именно мы летим?» И только когда аэромобус мягко сел на широкую крышу высотного здания, Босу-ван всё понял. – Дом удовольствий? – поморщился он, глядя на вывеску, которая горела неоновыми огнями по всему периметру крыши. – Это мерзко и унизительно. – Ничего унизительного и мерзкого в сексе нет, – пожала плечами Даури-ри, – и ты сам говорил, что для тебя о-ги все одинаковые. Тут собраны о-ги любых видов и комплекций, ты без труда сможешь выбрать на свой вкус. А я смогу убедиться в том, что ты выполнил условия нашей сделки, не так ли? – о-ли хитро улыбнулась. Скрипнув от обиды зубами, Босу-ван пошёл за матерью и, спустившись на прозрачном лифте внутрь здания, они оказались в скромном зале, который выполнял в доме удовольствий роль гостиной. Из-за высокого стола ресепшен к ним навстречу вышел распорядитель, молодой о-ги, который поклонился гостям и предложил присесть. Он удалился в дверной проём, завешенный полупрозрачной тканью, а через минуту вышел в сопровождении ещё нескольких о-ги. – Прошу вас выбрать себе партнёров, – поклонился распорядитель Даури-ри. – О нет! – махнула рукой о-ли. – Партнёр нужен только этому юному о-ми. – Надеюсь, он уже достиг своего второго совершеннолетия? – уточнил о-ги. Даури-ри показала ему документы и, кивнув сыну, тихо сказала: – Выбирай! Босу-ван даже не взглянул на предложенных о-ги. Он наобум ткнул пальцем в ближайшего и ответил: – Этот. – Хороший выбор, – улыбнулся распорядитель и пригласил Босу-вана следовать за ним. Они прошли по коридору с множеством дверей и, дойдя до самого конца, распорядитель толкнул последнюю из них. – Приятно провести время, – снова улыбнулся Босу-вану распорядитель и, поклонившись, удалился, оставив его наедине с выбранным о-ги. Комната была небольшой и уютной. В ней не было ничего лишнего: кровать, прикроватная тумба с разноцветными флаконами поперсов и лубрикантов. На низком комоде с полотенцами и салфетками стояли коробки с различными секс-игрушками. – Предпочитаешь, чтобы я надел что-то на твой вкус? – подал голос о-ги, подходя к шкафу в стене. Только сейчас Босу-ван удостоил его взглядом. О-ги был совсем юн. Его хрупкое тело было облачено в платье из полупрозрачной ткани, под которым ничего не было. Лицо о-ги было бледным и больше походило на женское, а на острых худеньких плечах лежали длинные светлые волосы. – Как ты попал сюда? – зачем-то спросил Босу-ван, скидывая с себя кожаную куртку. – Ты действительно хочешь это знать? – удивился о-ги, забираясь на широкую кровать. – Это довольно суровое наказание, – ответил Босу-ван, расстёгивая на груди рубашку. – Я не совершал преступления, – ответил о-ги, опустив глаза, – и виновен лишь в том, что рожден о-ги. – Я знаю, что ты всей душой презираешь и ненавидишь меня, но я должен это сделать, – сказал Босу-ван, забираясь на кровать. – От этого зависит жизнь одного… – о-ми замолчал и резким движением задрал подол платья о-ги. Гениталии о-ги выглядели странно. Женские половые губы были хорошо развиты, а вот член был совсем маленьким и его можно было бы принять за слишком большой бугорок удовольствия о-ли. Босу-ван не стал долго рассматривать эту странную аномалию и, улегшись на о-ги, вошёл в него на всю длину своего члена. После нескольких минут достаточно активных фрикций Босу-ван понял, что возбуждение так и не наступает. Внутри о-ги было тепло, но довольно сухо, поэтому кожа члена неприятно тёрлась о стенки его влагалища. Самому о-ги тоже было от этого некомфортно, и на его лице периодически появлялась болезненная гримаса. И тогда Босу-ван решил прибегнуть к помощи своей фантазии. Она никогда не подводила его, и в виртуальном сексе ему не было равных. Он закрыл глаза, но вместо сексуального и страстного партнера перед ним всплыло лицо Нои-ди. Он игриво улыбнулся Босу-вану и, положив на свой голый живот пластмассовый кругляш от тарталетки, начал гонять его вверх и вниз. От этой картинки у Босу-вана перехватило дыхание. Железы пояса удовольствия тут же выбросили тонкие струи смазки, и возбуждение горячей волной накрыло тело о-ми. Процесс оказался очень быстрым, и уже через минуту острый конец члена о-ми проник в отверстие матки о-ги и резкими толчками выплеснул в её недра заряд спермы. О-ги тихо простонал в ответ, и его тонкая рука легла на мокрую от пота спину Босу-вана.