Кукла с разбитым сердцем

Мона сидела за столом на своей кухне, попивая черный чай с лимоном, постоянно поглядывая на парня напротив. Скарамучча, поглощенный чем-то в телефоне, выглядел спокойным и через чур расслабленным, будто он у себя дома. — Долго еще будешь на меня пялиться? — Сказитель исподлобья взглянул на астролога. — Ничего я на тебя не пялюсь! Просто.. я вообще в окно за тобой смотрела! — Мона нахмурилась, но покраснела. Да, она правда пялилась на него, думая только: «как можно быть настолько красивым?!» — Ага, конечно, — самолюбиво и с сарказмом выбросил Скарамучча. Мегистус резко поднялась из-за стола, чем напугала гостя своей спонтанностью. Взяв свою кружку в руку, она выпила остатки горячего напитка, отчего обожгло язык, и поставила посуду в раковину, не подавая виду, что ей больно. Оставив Скару на кухне наедине со своим одиночеством, девушка покинула комнату. Плюхнувшись на кровать, Мона уткнулась лицом в белого игрушечного гуся и застучала кулаками по кровати, дополняя это хаотичными движениями ног, рассекающими воздух. — У тебя с психикой не в порядке? — в спальню вошел Скарамучча собственной персоной. Мона успокоила свое тело и принялась молча лежать. Надолго ее не хватило, воздух перестал поступать из-за преграды в виде мягкого гуся, и астролог повернула голову на бок. Перед ее глазами появился Сказитель, стоящий в дверях. В руках он держал мороженое. — Ты и до морозилки добрался??? — возмущено гавкнула Мегистус. — Я вообще-то для тебя взял, ты же чаем язык обожгла, могла бы и поблагодарить. — Мона застыла: «Как он понял, что я обожглась?» — Слушай, догадаться было не сложно. — будто прочитав мысли, начал трактовку Скарамучча, — видела бы ты своё выражение лица, после того, как залпом опустошила кружку, в которую пять минут назад налила кипяток. Затем он сел на край кровати рядом с девушкой и положил рядом с ней мороженое. Астролог взглянула на обертку: её любимое. Конечно, он взял вкусняшку из её холодильника! — Спасибо. — промямлила Мегистус и села, облокотившись на спинку кровати. Она взглянула на парня, которой сидел совсем близко. Это был первый раз, когда девушка смогла разглядеть его лицо внимательней. Темно-фиолетовые с синевой волосы были аккуратно уложены, несколько локонов чуть закрывали такого же цвета глаза. Они были глубокими как океан, что завораживало, но в то же время и наводили тревогу. В них не было ни единого блика, он словно смотрел куда-то в пустоту. Улыбка же казалось совсем неестественной, казалось, он выдавливал ее через силу. — Снова пялишься на меня, — парень ухмыльнулся и наклонил голову чуть в бок, отчего чуть стал похож на пёсика. — Ничего подобного. — отрицала всё Мона, нагло врав. Легкий румянец проступил на щеках Мегистус. — Снова врешь. — всё та же глупая и, может даже немного детская, ухмылка. Ничего не ответив, астролог раскрыла мороженое, про которое успела позабыть. Растаявшее, оно начало стекать по пальцам девушки. Та быстренько всё слизала, но это не сильно помогло. Скарамуччу явно забавила ситуация. Не успев совладать со своими мыслями, он потянулся к руке Моны и слизал шоколад с пальца. Та стала красной как вареный рак, а сам парень нахмурился и глаза его помутнели. Такого он точно от себя не ожидал. — Извини, мне надо идти. — Скарамучча поспешно встал и направился в прихожую. Мегистус не успела попрощаться, как хлопнула дверь, и за ней послышались быстрые удаляющиеся шаги. — Вот чёрт. — сказали одновременно оба в разных частях дома, не зная, что сделали это синхронно.

***

Наступил новый день. В институте не происходило ничего необычного, свежих убийств также не наблюдалось.. Либо маньяк начал избавляться от тел, что вряд ли. Он имел собственный стиль. Когда он убивал, оставлял кровавый крест между ключицами ножом. Причём оставлял его еще при жизни убитого. Это было его меткой. Меткой того, что именно ему выпала честь привести смертный приговор жертвы в действие. От тела маньяк не избавлялся. Может, он считал это грязной работой. Но не думает ли он, что когда-то это обернётся против него? Когда-нибудь он оставит зацепку рядом с телом или на нём, не замечая своей оплошности. Но не обязательно, что тем, кто обнаружит ошибку, будут полицейские или детектив, разбирающийся в деле. Это может оказаться посторонний человек. Но будет ли этот человек помощником убийцы, или, наоборот, — помощником детектива? А может и вовсе, это будет его личная игра, в которой он играет против обеих сторон… Мона плелась на подработку, прокручивая сотни мыслей в голове. Дело о серийном убийце очень ее интересовало. Особенно после того, как она встретилась с ним лицом к лицу и осталась жива. Её не интересовал проигрыш маньяка, она просто хотела узнать, кто это. Хотела узнать, почему он так поступает, что им движет, и как он выбирает жертву. Погрузившись в размышления, она и не заметила, как уже давно дошла до кафе, где работала.

***

— Эм, извините.. Мне кажется, вы немного перелили кофе… — посетитель прервал поток мыслей Моны. Девушка взглянула на свои руки и резко отдернула их, почувствовав сильную боль. И вправду, коричневая жидкость вылилась из-за краёв стаканчика и растеклась по столу, некоторые капли упали на пол. Боль на руке была от ожога. Надо же, она настолько сильно увлеклась убийцей в своей голове, что и не заметила, как вылила на себя горячий кофе. Даже боли не почувствовала. Тут вспомнился вчерашний ожог языка. С ним в голову залез Скарамучча, отчего Мегистус невольно смутилась. — Извините, у вас всё хорошо? — тот же посетитель смотрел с недоумением на девушку, ожидая свой кофе. — Ох, простите, я сейчас же переделаю. — астролог засуетилась и, прогнав все мысли прочь, занялась делом. «Чёрт, Мегистус, не отвлекайся. Ты на работе, делай, что должна.» — проклинала себя в голове Мона, переделывая напиток.

***

Обычные серые будни. Всю неделю ничего не происходило, будто затишье перед бурей. Ни убийств, ни скандалов в институте. На подработке всё тоже было спокойно. Со Скарамуччей Мона переглядывалась в институте, но не подходила, тот тоже держал дистанцию. Отчего-го Мегистус казалось, что никому не стоит видеть девушку со Сказителем вместе. То ли прячась от возможных слухов, то ли по собственной интуиции, она лишь кивала Скарамучче, проходя мимо. Их переглядывания заметила Люмин, но на её вопросы Мона ответила, что ничего такого нет, блондинке только кажется. Так всё и шло своим чередом. Пока не произошло очередное убийство. Холодный труп лежал в холле института. Пары были отменены, и студенты собрались на втором этаже у перил, с которых был виден холм, где лежал мёртвый второкурсник. Всё было огорожено, всех приглашали по одному на допрос. На камерах ничего не было, во время убийства электричество в здании было отключено. Когда в кабинетах погас свет, все испугались, но был приказ сидеть в классах и не паниковать, так что холл и лестницы пустовали. Только одна живая душа находилась в этих местах. Тот, кто оставил кровавый крест на груди жертвы. Серийный убийца, известный во всём городе. Вернёмся к настоящему. Мона стояла за всей толпой, не желая видеть труп. Она знала, кто был убит, отчего её руки тряслись. Этот парень приставал к ней на днях. Сначала предложил погулять, затем попросил номер телефона, а потом его милое выражение лица куда-то исчезло, второкурсник прижал девушку к стене и запустил свою руку ей под футболку. Тогда Мегистус оттолкнула его и послала, вскоре забыла о произошедшем. Но теперь те события не давали ей покоя. Человек, которого она грубо оттолкнула теперь мертв. Его просто больше нет и никогда не будет. Подступила тошнота, Мона, желая скрыться, побежала в туалет. Но по дороге кто-то схватил ее за руку и потянул на себя. Девушка оказалась в маленьком помещении, где находились различные тряпки, швабры, ведра и средства для уборки. Астролог уже хотела закричать, но державший отпустил студентку, и она обернулась, замахнувшись. — Эй, спокойно. — Скарамучча вовремя остановил руку девушки. — Боже, прости, пожалуйста. — Мона выдохнула, — что такое? — Как-то сильно ты переживаешь из-за смерти незнакомца. — Как ты можешь такое говорить? Он учился в нашем институте, мы ели в одной столовой, учились в одних кабинетах… — И? Ты ж не знаешь, что он был за человек. — Ну… — Ты его знала?? — Не совсем, — девушка помрачнела, вспомнив домогательства со стороны того парня. — Так, рассказывай, пахнет жареным. — Ничего особенного, правда. — начала отговариваться Мегистус, но потом подняла голову и посмотрела собеседнику в глаза, — а ты что, волнуешься?! Скарамучча встал в ступор. — Не знаю.. Может и так. — Мы же даже не друзья, всего-то учимся в одном месте. — Всего-то? — парень приподнял бровь, — ну, если для тебя то, что я был у тебя дома, слизывал с твоих пальцев мороженое и мы целовались — это всего "учимся в одном месте"…. — Целовались?! — Мона перебила парня и покраснела, прокручивая все воспоминания в голове, ничего такого в голову не приходило, — зачем придумываешь?! — А. Точно. Ты же не помнишь ту ночь. Виноват. — Скарамучча ухмыльнулся и развел руками, казалось, будто он специально добивался именно такой реакции. Мегистус еще больше покраснела. Она не помнила ничего о "той ночи". Действительно ли они только целовались, или было что-то еще?.. — Тебе освежить память? — хитро бросил Скар, намекая на еще один поцелуй. Мона замотала головой в разные стороны и выставила перед собой руки, не подпуская парня ближе. — Ну, как знаешь, — игриво протянул Сказитель и направился в сторону выхода из подсобки. Проходя мимо астролога, он нагнулся и поцеловал ту в лоб. Затем самодовольно вышел за дверь, оставляя раскрасневшуюся девушку наедине с собой. Вспомнив про труп, лежащий в холле здания, в котором она находится, Мона поспешила выйти и отправиться в кабинет к остальным, откуда забирали на допрос.