Белый Консул

Маркус попал в отделение, которое доверили вести Корнелию, и сидел в плену страховочных ремней внутри Громового Ястреба рядом с братом, с командиром, испытывая смешанные чувства. С одной стороны ему хотелось сражаться вместе с ним, хотелось сражаться в принципе, но с другой что-то внутри, то, что он всегда старался в себе подавить, говорило о том, что Корнелий над ним насмехается, и нужно его проучить. Корнелий действительно усмехался, ведь именно его отметил капитан, а теперь именно ему доверили вести отряд скаутов, но взгляд его оставался серьёзным, так что и Маркус старался оставаться таким же. Все они ждали пока боевая баржа и окружавший её флот Белых Консулов со вспомогательными судами сблизится с орочьими кораблями, а затем двигатели транспорта взвыли и оторвали его от палубы "Нумидии", чтобы доставить на вражескую булыгу. Отделение сержанта Сондреда, вооруженное тяжелыми орудиями, взрывчаткой и другими приспособлениями обеспечило плацдарм на палубе, где они приземлились, а остальные разошлись в глубины судна на поиски критических систем вроде топливопроводов, электропитания и орудийных складов. Маркус старался не отставать от Корнелия, который сразу после высадки выбрал едва заметный коридор справа, и их команда, стреляя на ходу по всему, что выглядело зелёным, быстро добралась до входа. Даже через смрад горящего прометия слышался звериный запах зеленокожих, а их примитивная живопись кругом на стенах вызывала смесь отвращения и удивления тем, что такая грубая раса может строить космические корабли из чего попало и настолько опасна. Впрочем, увиденное вживую лишь на пару секунд отвлекло Маркуса, который знал об этих ксеносах довольно много из книг и внедрённых в него данных гипнообучения. Корнелий быстро вёл их через коридоры, выбирая самые узкие и низкие проходы, чтобы был ниже шанс столкнуться с крупными ксеносами, расстреливал каждого встречающегося грота, не заботясь о боеприпасах. Маркус же запоминал путь, чтобы они могли вернуться. Так их отряд вскоре достиг какой-то гудящей и потрескивающей от молний залы с массивными конденсаторами размером с хороший дом. Все конденсаторы были связанны между собой, словно мостиками, толстыми извивающимися кабелями, по которым скакали мелкие зеленокожие. Периодически кто-то из них падал с кабеля вниз и его тут же поджаривало высокое напряжение, пробивающееся из конденсаторов в решетки пола. - Взорвём кабели, - практически без размышлений решил Корнелий, указывая с балкона, на который они вышли, места, где заложить заряды. Никого крупнее гротов внутри видно не было, потому скауты быстро перемахнули через кривые явно наспех приколоченные перила и, убив мелочь, которая оказалась в пределах досягаемости дробовиков, оставила многокилограммовые мины в местах пересечения кабелей, чтобы урон был максимальным, а затем так же быстро вернулись назад и привели взрывные устройства в действие. Искры и прокатившиеся после взрывов разряды убили гротов больше, чем могли бы скауты, а гудение, наполнявшее зал, плавно стихло, оставив лишь неровный гул и треск оборванных кабелей. После того, как Корнелий убедился в успехе их диверсии, а так же оценил остатки взрывчатки, решение было принято быстро. - К следующей цели, - приказал он и снова повёл свой отряд в боковой коридор. Спрашивать уверен ли он в своём решении и не лучше ли подорвать еще сами конденсаторы Маркусу показалось преждевременным даже если бы они были наедине, а уж при остальных и подавно, так что они под содрогания всей безумной конструкции, которую орки называли космическим кораблём, нашли еще две подходящие цели, которые успешно и подорвали, после чего двинулись обратным путём. Каково же было их удивление, когда в зале с взорванными кабелями они обнаружили вновь гудящие катушки, а нанесённые ранее повреждения были залатаны и сварены наново, позволяя всей машинерии снова работать. По тому, как Корнелий сжал поручень, легко можно было сказать что он об этом думает. Вернуться назад и сказать, что они ничего толком не добились, означало признать поражение. Кроме того, именно скауты выполняли главную роль в лишении орочьих корыт возможности двигаться, пока ветераны разбирались с командирами орков, чтобы потом судно можно было безопасно расстрелять. Если отделение Корнелия провалило свою часть задачи, то успех остальных тоже ставился под сомнение. Любые жертвы, принесённые для успеха, обесценивались. Маркус должен был что-то придумать. - Где-то должен быть рубильник, - предложил он идею. - И тот, кто отвечает за ремонт, придёт, когда мы его вырубим. Во взгляде, которым одарил его Корнелий, было всё, что обычно тот говорил, но в этот раз насмешек не прозвучало. - У нас время на исходе, - напомнил Секстус, один из их команды, кто обычно волновался больше всех, но каким-то образом умудрялся собраться в последний момент. - Громовой Ястреб не будет ждать нас вечность. Уйти проигравшими или остаться и рискнуть жизнью ради победы, которая могла оказаться их последней? Маркус понимал, что решение сложное. В другой раз у них могло выйти лучше, а сейчас можно было проиграть даже оставшись. Если они не успеют до условленного времени эвакуации, транспорт улетит без них, а затем все на этом корыте погибнут под обстрелом. - Найдём рубильник, - решил Корнелий и перевёл взгляд на зал, чтобы понять куда идут кабели и где может быть искомое место.