Белый Консул

Найти контрольный зал и расправиться с занимавшими его орками оказалось довольно просто. Почти два десятка рядовых ксеносов в итоге заливали своей вонючей кровью стальные плиты пола рядом с вдвое большим количеством мелких гретчинов, а скауты, лишь некоторые из которых получили лёгкие ранения, подготовили засаду по всем правилам, которым учил сержант Сондред. Растяжка, чтобы если не убить, то серьёзно ранить или хотя бы замедлить врага, подготовленные направления перекрестного огня, чтобы гарантированно не попасть по своим и не дать врагу укрыться, страховка стрелков мастерами рукопашного боя на случай, если враг окажется для первого залпа слишком крепок. Они учли всё, кроме того, что случилось. Почти пятиметровый мекбосс со свитой из пары закованных в тяжелую броню нобов даже не почувствовал растяжку с гранатами, не более чем на укусы комаров обратил внимание на выстрелы дробовиков и с презрительной лёгкостью разделался с первыми двумя братьями, что на него ринулись, перекусив одного пополам силовой клешней, а второго распылив на атомы из странного орудия, напоминающего древнюю бронзовую пушку. О том, что было дальше, вспоминать даже по прошествии многих лет, было больно. Живыми из того боя вернулись только трое. Тела остальных остались вместе с грязными ксеносами, а их геносемя навсегда утрачено. Но, если бы не их самоотверженность, Маркус бы не смог засунуть связку гранат в щель между плитами брони монстра. Если бы не их самопожертвование, Корнелий не смог бы добить пошатнувшегося гиганта, ослепив того подаренным капитаном боевым ножом. Все и каждое действия погибших братьев имели значение, а их имена и лица навсегда впечатались в память Маркуса. Только вот была еще одна причина, по которой он не смог этого забыть. Именно он отвечал за их смерть из-за своего предложения идти искать рубильник, и даже то, что Корнелий принимал окончательное решение, не делало эту ношу легче. А кроме этого глодало сердце гестиодца еще и то, что брат отказался после боя забирать на себе ни единого тела, а тяжело раненого Секстуса Маркусу пришлось тянуть на себе. Сложно было сказать по какой причине Корнелий всё же ждал отстающего Маркуса с Секстусом на плече, но хотел верить, что что-то внутри не дало брату оставить их, раненых и едва бредущих. Возможно, это было то же, что и когда Корнелий защищал своих друзей от собаки в доме, который они хотели ограбить из-за голода по пути в Осеннюю Схолу. Как бы то ни было, они всё же дошли до точки эвакуации, опоздав конечно же, и, как и ожидалось, никто не ждал их. Громовой Ястреб уже улетел, оставив на посадочной палубе сотни трупов и десятки разъярённых орков. На этом история могла бы и закончиться, но волею Императора, выразившейся во внезапном желании сержанта Сондреда сделать еще один круг перед отлётом от вражеского корабля, они были спасены. На выходе из десантного транспорта, уже на борту Нумидии, когда Корнелий, спускаясь по рампе, протянул руку, чтобы помочь пошатнувшемуся Маркусу, всё еще поддерживающему Секстуса, гестиодец, к собственному удивлению, отбил его руку, сам решив помогать раненому брату до конца, хотя, по-хорошему, должен был помощь принять. Этот момент застал проходящий мимо капитан со свитой и, как оказалось, событию этому придал больше значения, чем можно было подумать. Через пару дней после сражения, длившегося в космосе еще много часов после того, как первый для скаутов абордаж закончился, Маркус получил разрешение от Фивоса покинуть апотекарион и вернуться к тренировкам. Чтобы проверить свои возможности после множества мелких ранений, а заодно отвлечься от дурных мыслей, Маркус сразу же направился к тренировочным залам, но по пути его перехватил Данакт, как всегда строгий и подтянутый, преградив скауту дорогу приподнятой рукой. Разговаривать с кем бы то ни было у Маркуса желания не было, но проигнорировать наставника он не мог, потому лишь нахмурил брови и остановился, прижав кулак к груди в приветственном жесте. - Брат-сержант Данакт, - сдержанно произнёс гестиодец, подняв взгляд на более высокого ветерана в прекрасной броне, уже отчищенной от следов боёв и заново отполированной. - Скаут Маркус, следуй за мной, - пригласил его сержант и развернулся, уводя того прочь с широкого центрального коридора, соединявшего блоки. Остановились они только у технических люков правого борта, где скудное освещение едва позволяло рассмотреть что-либо обычному человеку и где еще сохранились следы повреждений, нанесённых орками месяцы назад. Тишину здесь нарушали только периодические выбросы компрессионных газов и урчание заплечного реактора Данакта, который повернулся к Маркусу лицом и скрестил руки на груди так, будто оценивал его. Снова. - Капитан впечатлён тем, что вы сделали с мекбоссом и питанием пустотных щитов орков. Зеленокожие восстанавливали их куда быстрее, чем мы ожидали, и, если бы не вы, Райвель мог и не выбраться с судна, - поделился негромко сержант, явно испытывая гордость за ученика, но было в его позе и тоне что-то еще, хорошего не сулившее. - Но говоришь это ты так и в таком месте, чтобы было понятно, что награды нам за это не будет, - констатировал Маркус, пытаясь понять что именно ему хотят донести. - Верно. Капитан не признаёт ошибок и слабости. Тем более, когда его шкуру спасают фессалийцы, - кивнул согласно Данакт, которому нравилась догадливость молодого скаута. Сердце Маркуса забилось чуть быстрее. Возможно, он узнает теперь что не так в отношении фессалийцев и Райвеля Фабриция Флакка Нумидийского? Однако важно было и другое, что еще собеседник не сказал, потому Маркус промолчал, ожидая продолжения. - Потери среди скаутов велики, но без свежей крови в рядах полноценных боевых братьев рота вымрет, потому периодически он всё же отправляет подходящих кандидатов коадъюторами, чтобы они получили необходимый опыт управления людьми, а затем вернулись и служили ордену на поле боя как более эффективные единицы. Вы с Корнелием после показной ссоры на рампе в списке потенциальных кандидатов, - предупредил сержант, а затем нахмурил брови и скривил губы. - Если проживёте еще лет пять, конечно. - То есть, если бы я не отбил руку брата тогда, то меня бы в этом списке не было? - задал в общем-то риторический вопрос Маркус. Данакт кивнул. - И если хочешь в нём остаться, дальше играй эту роль, - сказал он жестко, чтобы было понятно две вещи. Первая - наставник хочет, чтобы его ученик выжил и стал полноценным боевым братом. Вторая - чтобы он именно играл, а не был, хотя это претило всему, что Маркус считал своим духовным стержнем. "Разве это достойно сына Жиллимана?" подумал было скаут, но ответ пришел в виде другого вопроса. "Разве примарх не использовал уловки там, где это было необходимо, чтобы создать выгодное для себя поле боя? Не ложь, а военная хитрость." Маркус глубоко вдохнул, подавляя негодование внутри, и сжал губы прежде чем ответить. - Понял тебя, брат-сержант.