Не дай мне утонуть

      Яркие лучи сентябрьского солнца украдкой проникали через плотно задёрнутые занавески. Находясь в скверном настроении, на кухню спустилась Амелия, собрав непослушные волосы в небрежный пучок. На автомате поставила чайник и на секунду остановилась, опёршись на стол. Сонно потёрла глаза и посмотрела на настенные часы, показывающие полдевятого утра. Она обречённо вздохнула и достала из шкафчика муку.       Оглядевшись по сторонам, Амелия поняла, в чём причина её сонливости. Она подошла к занавескам и резко раздвинула их в стороны, запуская в комнату солнечный свет. Беглые лучи обволакивали привычные предметы кухни: огромный холодильник с двумя дверцами, мраморную столешницу с накладной раковиной, навесные шкафы, стеклянный обеденный стол. — М-да, негусто, — она упёрлась рукой в бок.       Два несчастных помидора, огурец, какие-то залежавшиеся консервы, кусочек сыра и мясная нарезка никак не вдохновляли Амелию на готовку. На несколько секунд её озарила скромная мысль заказать доставку, но улетучилась так же быстро, как и пришла.       Достав несколько яиц, она закрыла холодильник и вновь посмотрела на время. В спешке сделав тесто, Амелия поставила сковороду на плиту. Между тем сложила валяющийся на диване плед, убрала ненужные провода в шкаф и сполоснула пару кружек, стоящих в раковине.       Решив, что помидоры и огурцы нужно спасать, она сделала себе овощной салат, попутно пополняя тарелку свежеиспечёнными блинчиками. Ныне покойная тётушка с самого детства Амелии предлагала ей принимать участие в готовке, но на тот момент девочка ещё не понимала, что в будущем пожалеет о том, что так и не научилась готовить по её рецептам.       Через полчаса на столе уже стоял его любимый капучино, целая тарелка блинов, мясная нарезка, овощной салат и зелёный чай без сахара. Посмотрев на лестницу, Амелия быстро взяла один блин и положила туда кусок колбасы. Съела его, почти не жуя, запив всё несладким чаем. — Ну вот, — прошептала девушка сама себе, увидев на лестнице Дрю. — А сейчас улыбочку натянула и сделала вид, что ничего и не ела. — Доброе утро, — она улыбнулась и села за стол. — Как спалось? — Обычно спалось. К чему такие глупые вопросы, Амелия? — раздражённость вперемешку с сонливостью звучали в голосе Дрю.       Амелия поняла, что сейчас его лучше не трогать, поэтому молча взяла свой овощной салат и вздохнула, ковыряясь вилкой в тарелке.       Дрю окинул её взглядом и незамысловато качнул головой, открыв ноутбук. Сделал несколько глотков кофе и перевёл всё своё внимание на новостную ленту. Амелия шумно вздохнула и начала буквально впихивать в себя овощи. — Дрю, — Амелия отставила кружку в сторону и посмотрела ему прямо в глаза. — Давай поговорим? — Ну ты серьёзно? — Дрю лишь на секунду посмотрел на неё и вновь увёл взгляд в экран ноутбука. Недолгое молчание и пристальный взгляд жены заставили его всё же отвлечься и отставить ноутбук в сторону. — Говори, я тебя слушаю. — Заметно, — пробубнила себе под нос Амелия, продолжив есть. — Ничего, ты занят, я не отвлекаю тебя. Просто…       Она замолчала на полуслове, решив не говорить всяких провокационных фраз.       Желудок продолжал урчать. Она не хотела ни салат, ни этот безвкусный чай. Амелия взяла блин и посмотрела на Дрю, продолжавшего смотреть новости. Не заметив агрессии с его стороны, она продолжила есть, но только теперь уже не салат. — Очень рад, что мы поняли друг друга, — Дрю улыбнулся и взял блинчик из рук Амелии. — Не налегай на такое. Глазом моргнуть не успеешь, как не влезешь в свои джинсы от такой еды.       Он рассмеялся, слегка поморщился и сказал: — Кстати, блины какие-то безвкусные. — Не знаю, я даже не успела толком попробовать, — Амелия выдохнула и подпёрла щеку ладонью.       Она перестала смотреть на него, разочарованно уставив взгляд на тарелку с блинчиками: — Дрю, я встала с утра пораньше, специально пекла их для тебя. Ты мог хотя бы промолчать, если тебе не понравилось, — в её голосе не было злости. Она не огрызалась и не злилась. — Ты бы знал, как я устала. — А я тебе сказал об этом для того, чтобы ты в следующий раз постаралась и приготовила лучше, — он пожал плечами и посмотрел на Амелию. — Отчего ты устаёшь? Сидеть дома и ничего не делать?       Получив в ответ на свои слова взгляд, полный непонимания, Дрю вздохнул и потёр переносицу. — Вот смотри, — он посмотрел прямо в её глаза. — Я тебе говорю, а твоя задача — меня слушать и принимать всё к сведению. Поняла? — Но… — Амелия пристально уставилась на него, не зная, что ответить. Перебирала в голове множество фраз в попытке составить хоть одно предложение, но всё было тщетно. — Ты… — Это не моя обязанность, Амелия, — он перебил её на полуслове, не дав возможности возразить. — Моя обязанность — работа, а твоя обязанность — это кухня и весь дом, в принципе. И если я тебе говорю, что это мне не нравится, то значит ты должна стараться лучше и сделать так, чтобы я был доволен.       Дрю повысил голос, а Амелия содрогнулась, отодвинувшись от стола подальше.       Она молча смотрела ему в глаза, жуя щеку. Спрятала руки под стол и сжала пальцы до такой степени, что на ладонях остались вмятины. Амелия тяжело дышала, сдерживая слёзы. В голове были тысячи мыслей о том, как ей обидно, но ни одну из них она не решилась сказать. Просто промолчала, кусая губы. — Ладно, не будем больше об очевидных вещах. Ты хотела мне что-то сказать, ведь так? — Амелия кивнула в ответ на его вопрос. — Если так, то говори сейчас, пока я не начал работать. — Я подала свое резюме в несколько фирм и прикрепила к нему фото своих чертежей, — она вздохнула и сделала вид, будто никакой перепалки между ними и не было. — Надеюсь, что меня пригласят на собеседование. Надоело уже дома сидеть. — Даже меня не спросила? — Дрю в удивлении выгнул одну бровь и заставил Амелию замолчать. Он недовольно вздохнул и закатил глаза, захлопнув крышку ноутбука. — Мы же с тобой это уже проходили. Почему приходится вновь и вновь возвращаться к этому разговору, м?       Амелия запаниковала. Мимолётная уверенность в себе испарилась за считанные секунды, пока она чувствовала, как он мысленно убивает её. Но раз начала разговор — надо его закончить. Она посмотрела ему в глаза, отчего испугалась ещё больше, увидев испепеляющий взгляд Дрю. — Да, но ты же знаешь, как для меня важны моя профессия и хоть какая-то возможность стать самостоятельнее, — голос подводил её. Слышалась дрожь и лёгкая хрипотца. — Почему ты лишаешь меня всего?       Амелия начала волноваться, бегая глазами от одного предмета к другому. Ей казалось, что между ними сейчас огромная пропасть, которой просто нет конца и края. А она стояла на самом её краю, в надежде, что Дрю не столкнёт её вниз. — Это как некий толчок вперёд: я смогу сама зарабатывать, перестану сидеть на твоей шее, — привела аргумент девушка. — Ты при ссорах часто говоришь об этом.       Амелия вспоминала прошлое, так крепко засевшее внутри. Каждая его колкая фраза оставляла след в её памяти. Но Амелия всегда молчала. — И что? Ты теперь будешь каждый час мне припоминать о том, что я говорил, а что нет? И вообще, я не понимаю твоего стремления. Ты собралась уходить от меня? — Нет, но… — Не оправдывайся. Раз подала, то так тому и быть. Только сомневаюсь, что действительно хорошие дизайнеры обратят внимание на твои чертежи, — Дрю пожал плечами. — Мягко говоря, они не очень, ты и сама это знаешь. У тебя опять ничего не получится, ты начнёшь реветь, психовать. А я так не люблю это.       Дрю нахмурился, пока Амелия поджала губы, сдерживая слёзы. Она знала, что ему нравилась эта ситуация: нравилось держать эмоции и чувства Амелии под контролем.       Она старалась не показывать виду: Дрю прав. Она слабачка, которая не способна себя контролировать. — Вот видишь, даже сейчас ты едва держишься, чтобы не заплакать.       Он подошел к Амелии со спины, а та задержала дыхание. Дрю положил свои ладони на её плечи и склонился к уху, ласково заправив прядь волос. Табун мурашек пробежался по спине Амелии, только вот она понятия не имела: это от страха или от внезапного приступа её, скрытой за улыбкой, агрессии к нему. — Милая, я переживаю за тебя и твои нервы. Я работаю, чтобы ты ни в чем не нуждалась. Я очень устаю и хочу приходить домой с работы, зная, что на столе уже стоит готовая еда, пусть и не всегда вкусная, а дома чисто, — он поцеловал Амелию в щёку и отстранился. — Выкинь из своей головы такие дурные мысли и занимайся домом. — Ладно, я уберу со стола и пойду наверх, чтобы тебе не мешать, — Амелия решила не продолжать этот бессмысленный, ни к чему не приводящий, разговор.       Для Дрю он закончен, а для неё остался незавершённым.       Сполоснув тарелки и убрав со стола, Амелия постоянно оглядывалась на Дрю в надежде, что он скажет что-то ещё, но он не проявлял никаких знаков внимания. Пустое безразличие к этой ссоре так и вынуждало её задуматься. В её голове снова и снова проскакивала мысль:

«Когда всё это закончится?»

      Амелия поднялась в комнату и закрыла за собой дверь очень тихо, хотя мысленно хотелось разнести всё к чёртовой матери. Неприятный осадок после утреннего разговора ввёл её в ступор.       Девушка села на кровать и обречённо выдохнула, проведя ладонями по лицу. Ощущение неполноценности заполняло её изнутри.       Она не понимала, чем хуже Дрю или его друзей.       Не понимала, почему она не заслуживает построить свою карьеру и иметь столько же полезных знакомств, как у Дрю.       Но Амелия благополучно продолжала каждый раз соглашаться с ним. — Нет, — прошептала сама себе Амелия, пытаясь не зареветь. — Терпи.       Она отлично знала, какой вихрь мыслей, причём не самых хороших, вызвал у неё этот разговор. Какие-то обрывки, которые не складывались в полноценную картину. Амелии казалось, что она не могла собрать саму себя по маленьким кусочкам, поэтому медленно продолжала тонуть в собственном замешательстве.       Однако она понимала, что не пойдёт наперекор ему.       Амелия не станет спорить и ругаться, потому что этот разговор не будет иметь никакого смысла, если у неё нет на руках никаких весомых аргументов в свою пользу.       Она слаба перед ним.       От былой любви не осталось ни следа. Только страх и желание уйти от него.       К сожалению, одного желания мало.       Чертовски мало.       Едва сдерживая слезы, Амелия ворочалась на кровати из стороны в сторону. Находясь наедине с собой, она ещё больше погружалась в свои мысли, от которых можно было сойти с ума. Накрывала голову подушкой, словно старалась защитить себя от всего этого. Укутывалась в одеяло, пытаясь заснуть; но желание биться головой об стену было сильнее, чем сон. Она думала, что сходит с ума от навязчивых слов Дрю, монотонным голосом звенящих в её голове.       Успокоившись, Амелия взяла в руки ноутбук и тихо всхлипнула, решив отвлечься. Но в потоке бессмысленных уведомлений и спама на почте её внимание привлекло ответное сообщение от одной из фирм, куда она отправляла своё резюме. Сердце бешено заколотилось, а к горлу подступил ком. Она, затаив дыхание, полная волнения и страха, открыла его. Бегло прошлась глазами, а потом и вовсе не смогла поверить в то, что прочитала секунду назад. — Не может быть, — пробормотала себе под нос Амелия, прикрыв рот рукой. — Меня… Меня пригласили!       Она взвизгнула и ещё раз перечитала письмо: — Не может быть!       Соскочив с кровати, Амелия начала ходить из одного угла комнаты в другой. Ей нужно было дать ответ, сможет ли она подойти на собеседование через несколько дней. Но прежде, чем ответить, Амелия прекрасно знала: сначала нужно добиться разрешения Дрю. А, как ей известно, такие разговоры с ним проходят в достаточно сложной обстановке.       Минута за минутой. Она не решалась выйти из комнаты, проговаривая в голове подготовленный текст, который скажет ему, чтобы не выглядеть глупо. Но примерный текст-то готов, а вот уверенность у Амелии так и не появилась. Смирившись с неизбежным, она всё-таки спустилась вниз, настроенная на разговор.       Дрю сидел за столом в гостиной, что-то печатая в ноутбуке. Он кусал губы и постоянно отводил взгляд в сторону, слегка морщась. Сначала Амелия стояла на месте. Видя, что он не на шутку раздражён, у неё в груди неприятно закололо. Она прижала свой ноутбук ближе к себе, оставляя следы влажных ладоней на корпусе, и мысленно говорила себе успокоиться. Казалось, что все слова улетучились, а ноги не слушались её.       В себя Амелия пришла, когда Дрю обратил на неё внимание, окинув её недовольным взглядом с головы до ног. — Что хотела? — на удивление, с ней он вёл себя спокойно. — Дрю, нужно поговорить, — на выдохе произнесла Амелия, переминаясь с ноги на ногу. Чтобы не злить его, она всё-таки подошла к столу и поставила на него ноутбук, открыв ответ на её резюме. — Мне… Меня пригласили на собеседование.       Каждое слово давалось Амелии очень тяжело. — Я хотела спросить… Может, мне попробовать? — Попробовать что? — Дрю задал вопрос отрешённо, отведя взгляд в свои бумаги.       Наступило неловкое молчание. Амелия не знала, что говорить дальше. Все слова исчезли из её головы, будто она не готовила речь заранее, зная наперёд всё, что ей скажет Дрю. Вся смелость будто бы разом покинула её. Она могла лишь бессильно сжимать кулаки, безотчётно сминая край своей футболки. — Хватит молчать. Либо говори, либо не отвлекай меня своими глупыми разговорами, когда я работаю. — Ну… Попробовать мне сходить на собеседование. Что думаешь по этому поводу? — Амелия сделала несколько неуверенных шагов в сторону Дрю, набрав побольше воздуха в лёгкие. — У меня есть шанс самореализоваться.       Последнее предложение она пробормотала себе под нос, будто надеялась, что Дрю не услышит; но в такой мёртвой тишине был слышен каждый её вздох.       Сначала Дрю молчал, всё продолжая игнорировать Амелию. Ей казалось, что он нарочно выдерживал паузу, словно издеваясь над ней. Амелия же терпеливо ждала, смотря на него с тлеющей надеждой. — Ты? На собеседование? — Дрю повернулся в её сторону, но Амелия увидела в его глазах издёвку и даже какое-то презрение. — Да. Работодателю понравились мои чертежи, и я подумала, что стоит попробовать.       Она увела взгляд в сторону и заметила, что вокруг Дрю царил полный бардак: бумаги валялись в хаотичном порядке, а пепельница с двумя выкуренными наполовину сигарами стояла почти на самом краю стола. Амелия подметила для себя, что Дрю не просто раздражён, а в бешенстве, потому что беспорядок на его рабочем месте и курение в гостиной были абсолютно несвойственными для него вещами. — Видимо, у того работодателя нет вкуса, — едкий смех Дрю заставил Амелию понять, что конструктивного диалога не получится.       Он встал со стула и, сложив руки в замок, подошёл к ней. Амелия затаила дыхание, посмотрев ему в глаза. В них она видела злость и презрение. — Почему? — она прикусила щеку, непроизвольно сделав шаг назад.       Её взгляд бегал от глаз Дрю к его рукам.       Амелия боялась его в гневе. — Амелия, дорогая, ты действительно думаешь, что способна на серьёзную работу? — Дрю окинул её оценивающим взглядом и увидел страх.       Он знал свою жену.       Он изучил её поведение и жесты, поэтому сейчас точно был уверен в том, что имеет над ней власть. — Для того, чтобы работать, нужно иметь одну важную вещь — мозг, — небывалое спокойствие в его голосе пугало Амелию ещё больше, чем крик. — Боюсь, что это не твой случай.       Эту сцену можно было отнести к фразе «затишье перед бурей». Она знала, что скрывалось за этим наигранным спокойствием. И от этого Амелии становилось ещё страшнее. В горле пересохло, а слова кончились. Она просто смотрела ему в глаза в надежде, что всё обойдётся. Он обошёл её и коснулся рукой плеча. Амелия почти не дышала. Она чувствовала себя маленькой мышкой, готовой пискнуть от любого его слова и движения. — Ты, видимо, забыла, что я для тебя сделал? — спустя длительную паузу, Дрю задал один вопрос, не требующего ответа.       Он скривил губы в едкой усмешке и склонил голову набок, посмотрев на Амелию свысока: — Амелия Мэйсон, я дал тебе другую жизнь. Я дал тебе всё, о чём ты могла только мечтать. Без меня ты и шагу бы сделать не смогла, потому что твоя красивая головушка не способна даже 2+2 сложить. Какая работа? — Я хочу хоть что-то попробовать в этой жизни сама… — прошептала Амелия, опустив взгляд в пол.       Её губы дрожали, предвещая нарастающую истерику. Ноги становились ватными, а мутная пелена из слёз перед глазами не давала ей видеть наглое лицо своего мужа. — Я хочу хоть что-то сделать сама… — она прикрыла глаза и быстро смахнула слезу, скатившуюся по щеке. — Тогда даже не рассчитывай на мою поддержку и на приличную карьеру, — Дрю настойчиво шёл в её сторону, заставляя Амелию сделать несколько шагов назад. — Я тебя выгоню из дома и сделаю так, что кроме уборщицы во вшивой забегаловке ты никуда больше не устроишься.       Когда идти было некуда, она прижалась к стене. Закрыла глаза и отвернула голову в сторону, почувствовав тяжёлое дыхание мужа. Внезапно ей захотелось просто убежать. Эти унижения убивали в ней последнюю надежду на то, что она сможет встать на ноги без чьей-либо помощи. Амелии казалось, что каждое слово Дрю сеяло в ней новое зёрнышко неуверенности, усугубляя ситуацию. — Почему молчишь? А хочешь знать, что будет дальше?       Дрю заметил, что она даже не смотрит ему в глаза. Это разозлило его ещё больше: — На меня смотри!       Он взял Амелию за плечи и знатно встряхнул. От злости сжал челюсти до такой степени, что на лбу начали выпирать вены. Амелия зажмурилась и вскрикнула, прижав запястья к груди. Её дыхание было прерывистым. Ощущение такое, будто кровь перемешалась со страхом. — А я тебе скажу, что будет дальше, — Дрю резко отпустил её, толкнув назад. — Ты не сможешь себя обеспечить. От горя ты сопьёшься или подсядешь на наркотики. И в итоге просто подохнешь около какой-нибудь помойки, как твой ничтожный отец. — Не говори так, — Амелии хотелось кричать на весь мир о том, как он несправедлив; но Дрю был слишком занят своей злобой, чтобы хоть попытаться понять её. — Ты прекрасно знаешь, что меня ранят такие слова… — На правду не обижаются, — Дрю едко усмехнулся, подойдя к столу.       В каждом его движении ощущалась злоба. Документы он складывал как попало, лишь бы поскорее всё убрать. Хлопнул крышкой ноутбука так громко, что Амелия дрогнула, прикрыв глаза. Он взвалил гору бумаг на ноутбук и прижал к груди. Подошёл к Амелии и посмотрел ей прямо в глаза, прищурившись. — Я повторюсь, — Дрю сделал небольшую паузу, осматривая Амелию с головы до ног. — Ты получила хорошую жизнь благодаря мне. Если я захочу, то лишу тебя всего, и ты окажешься на улице, скитаясь по помойкам, чтобы добыть себе еды. А сейчас ты испортила мне весь рабочий настрой, идиотка.       Дрю, толкнув Амелию плечом, ушёл наверх, а она присела на стул, начиная глотать подступающие к горлу слёзы. — Но… — она запнулась, посмотрев на лестницу, ведущую на второй этаж.       В гостиной стало предательски тихо. Амелия осталась один на один с разочарованием и болью, окутавшими её тело. Раньше ей казалось, что именно Дрю сможет поддержать во всех начинаниях и помочь понять, в какую сторону нужно двигаться, как правильно начать карьеру; но за долгие годы отношений он показал лишь своё превосходство над ней и указал, что Амелия недостойна заниматься своим делом. — Как же меня всё задрало, — тяжёло простонала Амелия, крепко зажмурившись так, что за закрытыми веками замелькали разноцветные точки.       Она обессиленно запустила напряжённые пальцы в волосы и облокотилась на стол. Невыносимо тяжёлая тишина давила на неё, мешая сосредоточиться на одной и той же мысли, тупой болью бившейся ей в виски.       Тревога затопила с головой.       Слёзы уже давно лились по бледным щекам, а пересохшие губы беззвучно бормотали что-то невнятное. От страха перед неизвестностью её сердце забилось, как сумасшедшее. Мысли сменялись одна на другую, как в калейдоскопе.       Но одно Амелия знала точно: она никогда не поднимется к нему, чтобы помириться и предложить найти компромисс.       Никогда первой не сделает шаг навстречу.       Никогда не станет хоронить себя заживо, умоляя его о прощении.       Как оказалось, долго Амелии сидеть в одиночестве не пришлось: быстрые шаги Дрю заставили её обратить внимание на лестницу.       Всё стало понятно без лишних слов.       Амелия встала со стула и направилась к выходу, дрожащими руками обнимая себя за плечи. Он не произнёс ни слова, надевая кроссовки. Она опёрлась плечом о стену и сложила руки на груди, быстро смахнув с щёк слезы. — Опять уходишь? — спокойствие её голоса удивило даже саму Амелию. — Не попытаешься меня остановить? — Дрю явно ожидал другой реакции, поэтому слегка опешил, замерев на месте. Поднял на неё удивлённый взгляд и усмехнулся. — Опять вся опухшая и зарёванная. Ничего нового. — Других слов я не ждала. Нет, я не собираюсь тебя останавливать, — Амелия пожала плечами, шумно выдохнув. — Я знаю, что на любой свой вопрос всё равно не получу ответа, а на мои просьбы ты не обращаешь внимания.       Она устала.       В её словах не было злости.       В её словах не было обиды.       Пустота и равнодушие. — Просто ещё один вечер в одиночестве, мне не привыкать, — Амелия скривила губы в жалком подобии улыбки. — Не обижайся, дорогая, — Дрю улыбнулся и подошёл к ней, ласково провёл ладонью по её щеке и наклонился к губам. — Тебе не идёт быть сильной. Вы с рождения созданы для того, чтобы хранить домашний очаг и ублажать мужчин. У вас, женщин, это основные жизненные цели. Вот и занимайся тем, чем тебе положено.       От его слов Амелии стало тошно.       Она невольно вспомнила свою успешную тётушку, которая прожила недолгую, но счастливую, жизнь, наполненную уважением и любовью со стороны окружающих её людей. Но перечить Дрю сейчас — это сплошная провокация. Амелия не рискнула сделать этого. — Чем от тебя пахнет?       Почувствовав его парфюм, Амелия сделала шаг назад, едва пошатнувшись. Как бы она ни старалась не устраивать пустых истерик, они не раз уже проходили это. — Ты… Ты душишься этим одеколоном в самых редких случаях, — она заикнулась, с болью посмотрев в его глаза. — Я не заслуживаю того, что ты собираешься опять сделать.       Голос Амелии дрогнул, когда в голове всплыли не самые приятные воспоминания. Она обняла себя руками, прикусив нижнюю губу. — Ты опять начала? — Дрю почесал затылок и недовольно цокнул, отойдя от Амелии. — Мы уже обсуждали это. Ты простила и забыла, не так ли?       Он перестал смотреть на неё. В спешке собрал в сумку телефон и ключи от машины, пока девушка пыталась подобрать нужные слова, чтобы не усугубить ситуацию. — Нет, я… — она отвела взгляд в сторону и поджала губы, дрожавшие от обиды и негодования. Дрю никогда не узнает правды, потому что для неё дороже человека больше не существует. — Да, простила, но… — Подумай над своим поведением. Вернусь поздно, ложись без меня, — Дрю оборвал её на полуслове и ушёл, даже не попрощавшись.       Амелия смотрела на дверь ещё около минуты, ощутив себя самым большим ничтожеством на этой планете. Она тяжело дышала, присев на край тумбы, стоящей в прихожей. Мысли путались, затуманивая её мозг. Она смотрела в одну точку и впивалась острыми ногтями в свои ладони, проживая всё негодование через физическую боль. Ей казалось, что эта ссора была чем-то большим, чем просто ссора. Вроде всё такая же, как и другие, но Амелия устала молчать и корить себя за все грехи, которых даже не совершала. — Но я не смогла забыть, Дрю, — подвела итог она, произнеся эти слова в пустоту. — Я не смогла простить твоей измены. Я не смогла простить тебя. И забыть я тоже не смогла. Я просто промолчала, чтобы не потерять тебя.       Она рассказывала все свои печали стенам этого дома, похожего на огромную золотую клетку. — Я больше не люблю тебя: только издеваюсь над собой, боясь уйти от тебя.       Она усмехнулась, покачав головой. Посмотрела на настенные часы, стрелки которых близились к шести вечера. В её распоряжении целый дом, но в большинство комнат вход Амелии запрещён. Скитаясь по пустым коридорам, она надеялась, что у неё получится отвлечься и скоротать время, ставшее для нее тяжёлым грузом.       Пара фильмов с самым счастливым концом, несколько съеденных пачек мармеладок, пока он не видит, нескончаемый поток слёз вперемешку с разочарованием.       Амелия коротала время как могла.       Уже остыла, уже не хотелось вспоминать никаких ссор, которые были между ними.       Она мечтала просто забыть обо всём.       Забыть об этой жизни, где каждый новый день как прошедший. Напитанный болью, унижениями, страхом. Отчаяние стало лучшим другом, а каждый вздох был терзающим изнутри.       Амелия накручивала себя.       Мысль за мыслью нарастала в снежный ком переживаний и обид.       Плакала, потом успокаивалась.       Опять плакала, потом смотрела в одну точку. Согревала себя тёплыми воспоминаниями их совместной жизни, но это было маленькой каплей чистой воды в грязном море.       Она вязла в болоте, в которое сама же зашла. — Да и чёрт с тобой, — Амелия шмыгнула носом и открыла письмо. Ещё раз перечитала его и прикусила губу. Страх овладевал, но возможность встать на ноги одерживала победу в этой сложной битве между ними.       Она согласилась на собеседование и закрыла ноутбук. Достала свои чертежи и начала перебирать от самых плохих до самых хороших. Хоть для Дрю они и были все до последнего отвратительными, Амелия видела в них свой талант и тлеющую внутри надежду, что из неё мог бы получиться хороший дизайнер. — Вот здесь не подходит, — она взяла ластик и стёрла часть рисунка, заменив деталь. — Отлично.       Минута за минутой, Амелия коротала время за чертежами, усиленно пытаясь отвлечься от плохих мыслей. На часах время близилось к полуночи, но её телефон предательски молчал. Ни одного сообщения, ни одного звонка. — Абонент временно недоступен, — холодным голосом говорила девушка на том проводе. — Перезвоните позже.       Она откинула телефон в сторону и отложила на стол все чертежи. Укуталась в плед и подошла к окну, увидев свет фар. За рулём машины сидела незнакомая ей блондинка. Она остановилась прямо около входа, а сердце Амелии дрогнуло. Поджав губы, она вдохнула полной грудью. Пальцы немели, в горле пересыхало, а ноги подкашивались, когда из машины буквально вывалился едва стоящий на ногах Дрю.       Незнакомка уехала, а он остался стоять на месте, ища что-то в карманах. Амелия открыла дверь и встала на пороге, сложив руки на груди. — Потерял ключи в машине той шикарной блондинки? — с сарказмом спросила она. — Зачем опять выносишь мозги, а? — поморщился Дрю. — Пропусти меня домой.       Амелия отступила и открыла ему дорогу, запуская его в гостиную. Внутри всё болело. Она знала, что за обычной поездкой явно есть что-то большее. Но спрашивать не хотелось. Амелия боялась вновь сделать себе больно такими расспросами. Она прошла вслед за Дрю и увидела его, валяющегося на диване прямо в обуви и порванной рубашке. На его щеке красовался смазанный след от помады, а нескольких пуговиц просто не хватало.       Стало ещё больнее. Амелия тяжело дышала, стоя рядом с ним. Сил хватило лишь на то, чтобы взять его телефон. Она стояла с ним в руках, смотря на невнятно разговаривающего мужа. Ей не хватило воли залезть и посмотреть переписки. Она знала, что обязательно найдёт то, от чего сердце вновь разобьётся на мелкие кусочки.       Предательство страшнее любой пытки.       Зачем он с ней, если Дрю ищет развлечений на стороне? — Поспи сегодня на диване, — пробормотала она, смахнув слезы. — Да с удовольствием, — рассмеялся Дрю. — С тобой всё равно даже не развлечёшься: ты в последнее время как бревно.       Она ничего не ответила. Развернулась и ушла на второй этаж, забрав с собой ноутбук и чертежи. Закрылась в ванной комнате и схватилась за лезвие. Дала волю слезам, пропуская через себя всю боль и отчаяние.       Амелия сдавалась.       Вновь опускала руки.       Как она простит третью измену?       Как будет смотреть ему в глаза, зная, что он целовал другую? — Только ты меня поймёшь, — прошептала она, посмотрев на лезвие. — Поможешь разделить всю печаль на двоих?       Надрез.       Облегчение.       Слёзы, смешанные с кровью.       Ещё одна болезненная ночь и она, сдавшаяся своей слабости.