Солнечный мальчик Ким Тэхен

Отношения с Чонгуком вышли на новый уровень. Они больше не избегали друг друга дома, Тэхен не испытывал чувства вины, живя с ним, и вообще ощущал себя на своем месте, словно все так, как и должно быть. Но у него все еще была проблема, имя которой — Пак Чимин. И если раньше он тихо переживал бурю эмоций, которая выливалась в касания до Чонгука, то сейчас совершенно не мог смотреть на то, как друг кошкой льнет, практически садится на колени его мужчины. Да, Тэхен считал его своим, несмотря на то, что они не были в отношениях, он ревновал и затаскивал препода в туалет, целуя, помечая территорию. В универе они были посторонними людьми, и он продолжал обсуждать Чонгука с друзьями, засирая по полной, а потом, вечерами, превращался в лужицу, млея от чужих объятий. Они любили смотреть вместе фильмы, слать смс в лайн, обсуждая всякую ерунду в учебное время, и вообще, мужчина медленно, но верно открывал себя для него, дарил все больше чувств и нежности, впускал в свое сердце, и сам не понимал, почему так окрылен. — Мы должны поужинать вместе! — Чимин висел на нем, обнимая за шею, целовал в щеки и улыбался. Недалеко стоял Чонгук, переглядываясь с парнями, что-то обсуждая с преподавателями. — Давай в другой раз? — Он пытался был вежливее, но отказывать Чимину не умел. — мне надо готовиться… Ммм… К занятиям. «Готовиться к занятиям» значило «я хочу провести вечер с человеком, который мне нравится», но то ли Тэхен не умел намекать, то ли Пак не понимал этих самых намеков, но отставать он не хотел: — У меня для тебя сюрприз! Тебе понравится, правда, Тэ, пошли сегодня в кафе около универа! — Какой еще сюрприз? — Я нашел, где ты будешь жить! Ему словно дали пощечину. Ну да, это ведь должно было когда нибудь случится, верно? Ему ведь не всегда жить в квартире Чонгука, пользуясь всеми привилегиями быть рядом с ним. Он выдавил улыбку, и кивнул. Они договорились о времени, и еще договорились позвать Чонгука (что неимоверно обрадовало Тэхена), и разошлись по аудиториям. Время проходило быстро. Ким не хотел, чтобы наступал вечер, но уже придумывал 1000 и 1 причину о том, как откажется от переезда, почему ему не подходит вариант, подготовленный Чимином. Вскоре лекции закончились, и подхватив Тэхена под ручку, они направились в кафе. Заняли самый уютный по мнению друга столик и стали ждать Чонгука, и еще кого-то, о ком Пак почему-то умолчал. Когда в дверях кафе замаячила знакомая фигура, а потом еще одна, но уже чужая, он слегка напрягся, выгибаясь по струнке и отпихивая от себя Чимина. Мужчины, переглянувшись, сели напротив. Незнакомец был чуть ниже Чонгука, но выше Тэхена. Каштановые волосы уложены идеально — волосинка к волосинке, классической пиджак выглажен, ботинки начищены, на вид ему не больше тридцати. Чимин без всякого стеснения пожал ему руку, представляя друзьям: — Ли Минхо, мой хороший знакомый. — Он пихнул Тэхена, мол, смотри какая секс бомба! — Он любезно согласился забрать к себе тебя, если ты понимаешь о чем я. Брови парня поползли вверх. Он растерялся, глядя то на нахмурившегося препода, то на друга, что улыбался своим мыслям, видимо, довольный собственными способностями свахи. Все здесь понимали, чего он хотел, и что делал он это из самых светлых намерений, но вот лицо Чонгука выражало такое напряжение, что вопрос о понимании становился сам собой. Желваки на его острых скулах играли, выдавая ярость. — Я всего лишь хочу помочь. Сниму тебе квартиру, буду помогать время от времени, пока ты сам не заработаешь денег на жизнь. То есть, папик. Тэхен красив, чертовски привлекателен и умен, конечно же, на него клюнул богатенький мужчина, и явно не из светских побуждений. Он просто хочет трахать его, вот и все, и всем это ясно, кроме самого сводника. — Эм… Чимин, нам надо поговорить, желательно, нае- — Он живет у меня, ни к чему стеснять вас, уважаемый мистер Ли. — Перебил Тихий шепот Тэхена Чонгук, улыбнувшись так крипово, что волосы на руках стали дыбом. Да, он умеет быть устрашающим. — Позвольте Ему самому решать, с кем он хочет жить. Все таки, я довольно богат и могу обеспечить хорошую жизнь, вряд ли вы имеете связи сильнее моих. Тем более, — он делает паузу, оглядывая парня, вцепившегося за наблюдающим за всем действом Пака, — Тэхен мне симпатизирует. Кто знает, может, наше общение перерастет в нечто… Большее? Интонация у него более чем красноречивая, и нервно хихикнув, Тэхен снова выпрямляется, кладя ладони на стол, смотрит на Чонгука, чьи глаза метают молнии и ярость, кажется, вот вот вырвется наружу. — Тэ, соглашайся, я его еле уговорил! — Шепчет Чимин, чем еще сильнее злит мужчину. А Минхо, глядишь, суицидник в чистом виде. Он будто намеренно будит в мужчине, сидящем рядом, зверя. Нарывается на конфликт, а с начала показался спокойным, уравновешенным и адекватным человеком. Протянув руки, он накрывает ладони Кима своими, сжимает их, А Чонгук подскакивает с места, хватая того за плечо, больно сжимая, до самого хруста: — Руки убрал. Он не хочет быть твоей шлюшкой, а ты, судя по всему, носишь запасную почку в кармане. — Что… Какой шлюхой? Чонгук, что ты несешь? — Просыпается Чимин, когда следом подскакивает его знакомый, хватая Чона за грудки. — Не лезь, ты Думаешь, он будет содержать Тэхена из добрых побуждений? — Рычит преподаватель, но даже в такой ситуации, взгляд Тэхена восхищен, полон уважения. Чимин захлопывается, краснея. Он не думал о таком, даже не предполагал! Наивный. — Ладно, я понял, он твой. Ухожу. — Он разворачивается и покидает Кафе, а Чонгук, крепко сжав запястье Тэхена, дергает его со стула на себя, поднимая. Кидает извиняющийся взгляд на Чимина, и уводит следом, широко шагая. По пути в машину Тэхен телепается немного сзади, не сопротивляясь порыву, запрыгивает на заднее сиденье, следом садится и брюнет. Как только дверь захлопывается, он притягивает парня к себе, крепко обнимая, трясется от злости, сжимает в кулаках его рубашку, отрывисто дышит в самое ухо, вызывая волну мурашек. — Что с тобой? — интересуется Тэхен, обнимая сильную спину. — Ты не должен уезжать, ты не мешаешь мне, Тэхен. — Шепчет он в ответ, обжигая дыханием нежную шею, целует под скулой, слегка опустив голову. Тэхен будто взлетает на 7 небо. — Я не уеду. Он трепетно ерошит черные волосы: — ты так меня бесишь, Чонгуки. Возможно, ты обломал мою счастливую жизнь. «Ты мой» шепчет одними губами мужчина, но Ким все равно слышит и улыбается, как дурачок.

***

С головы Джина наконец снимают пыльный грязный мешок. Зрение возвращается медленно, голова отдается пульсацией, и он начинает рвано дышать, глядя на пока что размытый силуэт мужчины перед собой. Вскоре он складывается в Высокого, статного человека, чья аура источает власть и жестокость. Он недоволен тем, что видит перед собой — взгляд хищных глаз выдает, что здесь должен быть не совсем Джин. — Кого вы притащили, идиоты? — кричит он на кого-то, и уши закладывает. — Это НЕ ТЭХЕН! У вас все с головой в порядке, в глаза долбитесь? Идите вон, мне еще ваши проебы разгребать! Становится тихо, Джин провалится в темноту, чувствуя, как кровь в висках отбивает дробь, стекает по лбу горячей струей. Он не знает, сколько времени был без сознания. Медленно открывает глаза, когда змейка воды попадает в рот. — Очнулся? — Ким приподнимается на локтях, и наконец может разглядеть лицо того самого мужчины. Оно сосредоточено, серьезно. Орлиные глаза подмечают все мелочи, а сжатые губы говорят о закрытости и, возможно, жестокости. Человек наклоняется ближе, так, что Джин цепляется взглядом за шрамы на скуле, родинки на шее, и снова возвращается к глазам, сглатывая слюну с примесью крови. Слушай, вставай и съебывай, а. Не того мои ребята взяли, извиняй. Он садится на кровати, оглядывает маленькую, аккуратную комнату, и мужчину, сидящего перед ним на корточках. Он, прочистив горло, поднимается, и повторяет еще раз, но уже намного грубей и напористей: — Вставай и уходи, иначе мы тебя по стенке размажем. Джин вздыхает. Ну да, размажет, как же, будь он таким, каким пытается показаться, убил бы сразу же, как только понял, что он не тот, кто нужен был. Он поднимается, и прихрамывая, доходит до двери. Нога болит, да так, будто ее несколько раз камазом переехали, возможно, растяжение или что-то похуже. Он берется за дверную ручку, и руки его трясутся, сжимаясь на холодной глади. Желудок Намджуна урчит. Джин отмечает, что тот действительно очень худой — об этом говорят тонкие ноги и шея. На вид ему уже тридцатка, а тело как у подростка! Нет, ну он, конечно, та еще пакость, но Киму требуется подкрепиться и взять плату за моральный ущерб. Как минимум! За моральный ущерб. Он еще не говорит про физический. Открыв дверь, встречает кухню, смежную с гостиной. Ну да, этот гангстер его к себе домой приволок, как же иначе? Не в сарае же оставлять, с пробитой насквозь головой. Он касается бинта, намотанного на темечко, и еще раз тяжко вздохнув, уверенно произносит, обернувшись на ахуевающего Намджуна: — Я еще не ел. — А мне то какая разница? — Заламывает брови тот, кривясь в злобной гримасе, — Проваливай пока ноги целы! Он пожимает плечами. Окей, значит, сам разберется. Джин, по натуре своей нежный и наглый одновременно, открывает холодильник, пока Джун потирает глаза. «Пиздец» — думает он, смотря, как жертва достает оттуда замороженную курочку, и кладет на тумбочку рядом. — Ты че, совсем ебанутый, да? Ты не понимаешь в чьем логове находишься? — В твоем. Да, твои мальчики ударили меня по голове, приволокли к тебе, а ты пожалел и отпускаешь, но так не пойдет! Я хочу есть, и ты тоже, ты то посмотри, какой ты хлипкий! Тоже мне, мафиози. Намджун открывает и закрывает рот, словно рыба на суше, не зная, что ответить. Он в полном ахуенезе, наблюдает, как Джин достает из холодильника кусочек старого лимона, прикидывает, хватит ли его, и на секунду думает, что если не хватит, то этот ненормальный в магазин его пошлет! — На бешеного вроде не похож… — Заключает мафиози, подходя ближе, разглядывая аккуратные черты лица. — Тогда ты просто псих. — Ты должен загладить вину передо мной. — Беги от меня, я убиваю людей, ты счастливчик, что не лежишь в земле на моем заднем дворе! — Вскипает Намджун, но Джин начинает нарезать овощи, достав откуда-то доску и несколько морковок. — Да, большой и страшный серый волк. Давай поедим и я просто уйду, ладно? — Он открывает холодильник вновь, достает оттуда кусок фарша, — А это, как я полагаю, нога твоей прошлой жертвы. — Это говядина. — Я предпочитаю курицу. И убирает мясо обратно. Они молчат, пока Джин готовит, будто у себя дома. Его, если честно, вообще не пугает Намджун и его грозный вид, он просто поест и уйдет, а что, он же впервые видит настоящего главу мафии, почему бы и не задержаться? На самом деле ему страшно. Страшно, что все это — уловка, и как только он выйдет, его сразу же пристрелят, но… Хотел убить — убил бы намного раньше. Они садятся есть. Джин накладывает по тарелкам, а Намджун, уже смирившись со своей участью, молча ахуевает и печатает что то в телефоне. Впервые кто-то не убегает с криками, не подлизывается, не старается прыгнуть в постель, а просто… Готовит им поесть. Из самых добрых намерений. Он кладет в рот кусок мяса. — Ты хоть и отбитый, но готовишь вкусно. Надо сказать ребятам, чтобы не так сильно по головам махали, а то тебе теперь всю жизнь мучаться. — От чего? — Не понимая спрашивает тот, а кусок в горло не лезет. — А ты что, всегда чтоли таким бесстрашным был? Джин пожимает плечами. Вскоре, домыв посуду, он жмет руку Намджуну и уходит, оставляя того в перепутанных мыслях. Ну и что за пиздец сейчас происходил?! И почему он не избавился от него, черт возьми? Намджун теряет хватку. Стареет, не иначе. Он зол и раздосадован, зато сыт. Как его олухи могли перепутать Ким Тэхена с Ким Сокджином? Теперь придется пойти на радикальные, мать его, меры. То есть, добраться до него, Тэхена, самому, приложив все силы, раз даже чертов Минхо не в состоянии заманить парня к себе! Эта чертовка не ведется на деньги, на вежливость, не хочет попадаться добровольно, значит, Джун в состоянии заставить… Заставить его рыдать, молить о пощаде, распороть то высокомерие, что вшито в лицо парня. Он уверен: тот заслужил намного более жестокое наказание, чем то, что уготовлено.