Он пришел ко мне во сне

      Пейзаж за окном чёрного, как сама ночь, автомобиля крутился заезженной пластинкой. Я с замершим сердцем статуей сидел на пассажирском сидении рядом с водителем, но мысли витали где-то на уровне затянутого тучами неба. Как бы сейчас глупо это не звучало, но я боюсь. Впервые так отчаянно поддаюсь страху. Ни грабителя, что намеревался отнять жизнь Оксаны и мою; ни отца, в чьих глазах кипела ярость пока рука заносилась в удар. Ничего из этого так не бросало меня в объятия ужаса, как короткая речь Арсения. Я молчал, как рыба в воде, боясь нарваться на ещё большие неприятности, лишь изредка кидая взгляд на сильные руки, что профессионально управляли рулём.       Я вернулся из прострации, когда уже массивная дверь пентхауса захлопнулась за нашими спинами. Мужчина нажал на кнопку, заставив небольшой торшер озарить прихожую мягким светом. Полутьма добавляла какую-то особую атмосферу в данный момент, тишина привычно оглушала, накаляя мой разум нетерпением, а я не смел обернуться и хоть глазом взглянуть на так близко стоящего за мной человека. Казалось, что ступор на пару с тремором уже никогда не покинут моё тело, и мы простоим так целую вечность, не меньше.       — Полчаса назад ты был намного смелее. Так куда же делась вся твоя стойкость? — не спросил, а ошарашил своей неожиданностью меня Арсений. Голос всё также отдавал хрипотцой и сталью, но уже был не таким угрожающим. Может, наоборот, пропитан интересом.       Я не собирался казаться тряпкой. Ну в самом деле, что он может сделать, чего я не смогу пережить? Разум твердил, что мой страх — это глупость, вот только о рёбра до сих пор бешено колотилось сердце. И тем не менее, я медленно развернулся.       — Накажешь? — дрожащим голосом вопрошал я, чувствуя, как меня прожигают взглядом. Окажись я на несколько сантиметров ближе, клянусь, почувствовал бы дыхание мужчины на своей коже.       — Обязательно, Тош, — отчего-то понизив тон произнёс он. Дрожь усилилась в трёхкратном размере. То ли от перспективы предстоящего, то ли от вновь произнесённой именно этой формы моего имени из его уст. Но мне хватило смелости посмотреть в два бушующих океана. Сейчас их синева затягивала на самое дно, беспощадно топя меня. Арс в прямом смысле упивался моим страхом, ему нравилось видеть меня таким, и это читалось в каждой клеточке его тела.       Мужчина подошёл ещё ближе, хотя казалось бы, куда ещё. Мягко положив руку на моё плечо, он наклонился к самому уху. Горячее дыхание уже буквально опаляло мою кожу. Казалось, мозг пережил тысячу микро инфарктов в этот момент. Больше всего же смущала реакция организма на такое простое действие со стороны Арсения. Понимая, что по венам течёт уже не кровь, а, как минимум плавленая медь, я услышал еле разборчивый шёпот:       — Но не сегодня.       Отойдя от меня на пару метров, мужчина многообещающе посмотрел в мою душу, далее закатившись смехом. Искренняя улыбка «от уха до уха» проступила на его лице. Так мы и стояли: я в непонимании и шоке, он в умилении и смехе.       — Какого чёрта? — спустя пару минут поинтересовался я, в уже более облегчённом состоянии. — Что это за цирк?       — Прости, я не удержался. Видел бы ты себя со стороны... — старался перевести дух он. Сейчас это был не тот строгий Арсений в деловом костюме. Сейчас это был весёлый и по-особому уютный Арс с чуть взъерошенными волосами. Ненароком я даже засмотрелся на этого искреннего парня. — Оказывается, ты очень впечатлительный.       —А ты, оказывается, тот ещё актёр, — передразнил я собеседника. Так издеваться над моей и без того хрупкой психикой, ну где это видано?       — Ну-ну, не надо тут словами бросаться. Правила всё ещё в силе, а если нарушишь...       — Что тогда? — перебил я его на половине фразы. Эта ситуация начинала выводить из себя. Не позволю не пойми кому играть с моими чувствами. — Что же ты можешь сделать? В угол поставишь и ремня вставишь?       — Ремня, не ремня, но сидеть ты точно не сможешь, — бросил он, видимо первое, что пришло на ум. От чего мы оба замолчали, я начиная краснеть, а он понимая, что сболтнул лишнего. — В общем, давай к делу. Во-первых, твоя училка та ещё душнила и не дай бог мне ещё раз придётся идти в школу. Саморучно голову оторву, — начал Арсений свой монолог как ни в чём не бывало, придав серьёзности в свой образ. — Во-вторых, с завтрашнего дня ты показываешь мне всё сделанное домашнее задание, решённый вариант хотя бы по двум предметам из ЕГЭ и электронный дневник, понял?       — Что? — ахуел я от того, кем возомнил себя этот парень. — С какой это стати? Ты мне не мама, сбавь обороты!       — Зато, видимо, папа. Или как ты там меня утром назвал? — припомнил мне Арс мою чисто прикола ради брошенную фразу, заставив меня замолчать. Господи, он услышал? Какой позор... — Будем считать, что это подпункт договора о праве тут жить. Тот самый, что пишут мелким шрифтом и никто его не замечает, а он присутствует. Но если тебя что-то не устраивает, ты знаешь где выход.       Чуть взвесив все за и против, я понял, что это более чем лояльные условия. Три правила, пока неизвестное поручение от него и маленький подпункт взамен на шикарный дом, вкусную еду, личного водителя и властного Арсения, перед которым так и хочется встать на колени и...       — Блять, — вслух прокомментировал я собственные мысли, но быстро опомнился. — То есть да, ты прав. Только раз ты добавил пункт в наш договор, могу и я кое-что попросить?       — Говори, — с толикой удивления произнёс Арс, не понимая, что ещё мне могло понадобиться.       — Ты позволишь мне брать твои вещи. Не в смысле, что мне от тебя нужны какие-то предметы как сувенир, а в прямом смысле вещи. У меня две толстовки и пара джинс, всё остальное осталось у родителей. Я бы мог туда заехать, просто, — прочистив горло попытался подобрать слова. Не скажу же я, что даже мысль пересечься с отцом, вызывает мурашки по телу.       — Конечно, гардероб в твоём расположении, — перебил меня мужчина, за что я в этот раз даже был благодарен ему. Он достал из кармана брюк мой телефон. Вложил его в ладонь, чуть касаясь пальцами моей руки, он намеревался было уйти.       — И ещё вопрос, — остановил я его. То ли не хотелось, чтобы Арс уходил, то ли просто любопытство забурлило в крови. — Тебя ведь постоянно нет. Как ты собираешься контролировать учебный процесс изо дня в день?       — Спокойной ночи, Тош, — лишь произнёс мужчина напоследок.       Снова он уходит до бесячего лёгкой походкой. Я же вновь остаюсь пригвождён к полу у самого порога дома с тысячей и одним вопросом. Это стало входить у нас в своего рода традицию.       Когда я всё же оказался в комнате, в мягкой постели, если быть точным, состояние перебора всего происходящего вновь окутало меня. И когда я последний раз засыпал без него? Мысли вертелись вокруг одного конкретного человека. Почему буря эмоций в его присутствии не даёт мне спокойно дышать? От страха и ужаса, до волнения и даже возбуждения. Пора бы начать контролировать себя в его присутствии. А лучше и вовсе переключиться на что-то или кого-то. А Арсений Сергеевич пусть пойдёт куда подальше из моей головы.       Вот только даже во сне образ мужчины не давал Антону покоя. Бесконечно голубые глаза, до того сильные руки, многообещающий полушёпот с хрипотцой, повелительный тон и явно лишняя рубашка на подкаченном теле не давали спокойно спать мальчишке.

***

      Я проснулся за десять минут до будильника в холодном поту. В тот самый момент, когда брюнет плавным движением рук расстёгивал пуговицы своей обтягивающей белоснежной рубашки, сокращая расстояние между нами с космической скоростью. Этого ещё не хватало... Теперь мужчина будет преследовать не только наяву, но и во сне? С этим нужно срочно что-то делать. Всерьёз заняться учёбой, чаще видеться с друзьями, да хоть податься в кружок кройки и шитья! Хоть чем-то пора забить голову, выпихнув все лишние мысли из головы. Сейчас же мне остаётся лишь собрать все силы в кулак и, как ни в чём не бывало, собраться в школу.       Я быстро принял контрастный душ, что в нынешнем положении было очень кстати. Накинув на чуть мокрое тело махровый халат, я решил навести ревизию в гардеробной. Не зря же я вчера выдвинул своё условие Арсу.       Это оказалась просторная комната с множеством зеркал от самого потолка и до пола. Я и раньше видел её, когда изучал этот дом, но в шкафы так и не заглядывал. Как и ожидалось, большинство из них были заполнены дорогими костюмами, качественно выглаженными рубашками, даже отдельный шкафчик для бабочек и галстуков находился здесь, храня в себе таковых не один десяток. Лишь дойдя до последнего шкафа-купе я замер. Множество футболок, худи самых разных цветов и оттенков, джинсы, подобные моим, но явно более качественного материала. Спустя ещё несколько мгновений, посмотрев на ярлычках размер одежды, я понял, всё здесь лежащее сидело бы на мне как влитое. Это ни на грамм не похоже на стиль делового Арсения, это скорее напоминало мой собственный гардероб. Приятное удивление и чуть щекочущее чувство от чего-то разлилось по всему телу. Выбрав таки наряд из тёмно-синих зауженных джинс и толстовки цвета хаки, я спустился на первый этаж.       Из звуков по дому раздавались лишь мои размеренные шаги. Не нужно быть экстрасенсом, чтобы понять, что мужчины в доме нет. Что и требовалось ожидать, Арсений Сергеевич, вы снова избегаете меня. Быстро прикончив свой завтрак из брускетты с лососем и кофе, чуть полистав ленту в Instagram, я решил перед выходом написать подруге.

Я

Окси, имей совесть! От тебя ни слуху, ни духу. Как насчёт встретиться где-нибудь?

      На улице Дима уже ждал меня. Мы говорили на мимолётные темы, лишь изредка кидая глупые шутки. Наконец обменялись номерами телефонов, ведь теперь нам придётся видеться довольно часто и вновь договорились о встрече после уроков. Всё это казалось мне таким странным. Моя жизнь превратилась в сюжет сопливой книги, а я плыл по этому самому сюжету, будто это было в порядке вещей.       Уроки проходили до ужаса медленно. Но теперь же я искренне старался вникать в учебную программу. Во-первых, это не сильно, но отвлекало от задних мыслей. Во-вторых, не знаю как Арсений, но свою часть договора я планировал выполнить. После всех видов пыток, что учителя заготовили для нас, я вышел из приевшегося за одиннадцать лет здания. Направляясь к машине, что уже послушно ждала меня за воротами, вибрация телефона привлекла моё внимание к себе.       — Антош, ты чего такой наглый? Ни свет, ни заря, он уже с претензией мне пишет, — послышался до ужаса родной голос. Девушка даже злилась по особому мило.       — Привет, Окс. Тоже рад тебя слышать, — чуть в укор поздоровался я. Но улыбка сама расцветала на моём лице при одной только мысли об этой девчонке.       — Рассказывай давай, как ты там? Всё хорошо? Кушаешь нормально? Не болеешь?       — Нет, мам. Всё супер, — кратко ответил я на все вопросы, уже давно привыкший к излишней заботе подруги.       — Не паясничай! — чуть строго добавила она, наверняка сморщив носик, как это бывало обычно. — Как там Арс, не обижает тебя?       — Пожалуйста, давай о чём угодно, но не о нём, — устало прохрипел я. Вот так и переключайся с мужчины на друзей, сами напомнят всё то, что ты стараешься забыть всеми усилиями. — Его стало слишком много, нужно отвлечься.       — Тогда у меня идея, — как-то зловеще произнесла Оксана, будто всё ждала момента, как же перейти к делу. — Мы сегодня собираемся в кафешке посидеть. Давай с нами? И ты отвлечёшься, и мы встретимся.       — Звучит неплохо, в чём подвох? Кто мы?       — Да какой подвох то сразу? Нет его, все наши будут. Ты, я, Паша с Лясей, — перечислила девушка, явно не доходя до сути дела.       — Ты никогда не умела врать.       — Так а кто сказал, что я вру? Просто не договариваю немного. Ещё Серёжа будет...       — Оооо, слушай. Совсем забыл, мне столько домашки задали. До ночи не управлюсь. Так что придётся без меня, в другой раз, — перебив, начал буквально на ходу сочинять я. Такая перспектива мне совсем не по душе.       — Ты, к слову, тоже не умеешь врать. Серьёзно, Антош, нельзя бегать от него всю оставшуюся жизнь по лишь тебе известной причине. Пошли, весело будет. Он ещё сказал свою знакомую позовёт, — перешла на многозначительный тон Оксана. Я же всё молчал, взвешивая все за и против. Действительно, он по сути ничего и не сделал. Людей будет много, так что может и разговаривать с ним не придётся. Да ещё и какая-то знакомая, глядишь, и переключиться получится...       — Ладно, я в деле, — закатывая глаза, всё же согласился я. Что-то на подкорке сознания твердило, что это всё зря, но огорчать Окси не хотелось всей душой.       — Супер! — искренне воскликнула подруга. — Тогда адрес я тебе сейчас скину, сразу туда подъезжай.       Вечер обещает быть весёлым...

***

      — Ну привет, бедолага. Выглядишь так, словно по тебе хорошенько проехался трактор, — с ходу заявил Дима, как только я сел в салон авто. Не знаю, как это у него выходит: постоянно работать, при этом быть более чем в хорошем расположении духа.       — Ну спасибо, дружище. Комплементы с твоей стороны — это как бальзам на душу, — сарказмом, но без грамма упрёка подал я голос. Действительно, под конец учебного дня я и сам себе напоминал выжатый лимон.       — Ладно, поехали домой, откисать будешь, — уже трогаясь с места проговорил мужчина, внимательно глядя в зеркала машины.       — Слушай, — протягивая гласные, многозначительно начал я. Как вообще попросить его об этом? — А мы можем, ну... Заехать кое-куда. У меня появились дела. Мне очень неудобно просить тебя об этом, но отвези меня по одному адресу.       Дима смерил меня взглядом через зеркало заднего вида. Как мне показалось, мужчина даже призадумался. Чёрт знает о чём, но шестое чувство кричало, что это напрямую связано с Арсением.       — Ладно, диктуй адрес. Тебя вручили мне в руки лично, так что это моя работа, — всё-таки согласился парень. Я же недоумевал... «Вручили»? Я что, ручная собачка? Плевать, главное — я доберусь до пункта назначения.

***

      Дима и впрямь доставил меня точно по адресу, к главному входу довольно известного ресторанчика. Заприметив друзей, я поздоровался со всеми. Мы вели непринуждённую беседу, порой слишком громко смеялись, делились новостями последних событий. Всё было просто чудесно, мы вновь словно оказались на кухне съёмной квартиры. Всё шло как по маслу, было тепло и уютно с этими людьми... А потом в кафе пришли опоздавшие Серёжа и его подружка, и настроение смело как рукой.       — Всем привет, — начал хвостатый парень, пожимая мне и Паше руки, целуя в щёчку Оксану, от чего меня даже немного передёрнуло. — Знакомьтесь, это Ира — моя очень близкая подруга.       Девушка помахала всем рукой, зачем-то даже обнимая меня в знак приветствия. Она была со светло-русыми волосами, аккуратно собранными в конский хвост, макияжем, что явно был ярче положенного. Несмотря на всё-таки прохладное время года, на ней была короткая юбка, едва скрывающая всё то, что положено быть скрытым, и обтягивающая тёмная блузка, облегающая тело девушки как вторая кожа. В целом, она была даже симпатичной. Но если она подруга Серёжи, для меня априори этот человек становился подозрительным.       — Ну, что мы стоим, как вкопанные? Может по коктейлю? За знакомство, — будничным тоном сетовала Ира. Несмотря на приятный голос, внутри меня выворачивало. «Антон, твою мать, хватит предвзято относиться к людям!» — тиранил я сам себя, понимая, что поступаю неправильно, как по отношению к Серёже, так и к ни в чём неповинной девушке.       Так мы и сидели. Разговоры продолжали литься рекой, смех всё так же не давал покоя другим посетителям, а со стороны мы казались кучкой хорошо знакомых близких людей. Вот только чувство тепла и уюта больше не пропитывало воздух.       Ира меняла алкогольные коктейли чаще, чем я моргал. При этом будто не опьянев ни на градус. Серёжа кидал на Окс томные взгляды, что казались мне слащавыми до скрежета в зубах. Оксана в свою очередь будто парила в облаках, явно пришибленная стрелой купидона. Ляйсан тихо смеялась на шутками своего парня, растягивая авторский чай ни один час. Паша вёл беседу с каждым из нас легко и непринуждённо, умея найти подход к каждому. Лишь периодически он с нечитаемым лицом отвечал кому-то на СМС, что, кстати, беспощадно сыпались на его телефон.       А я... Я старался заткнуть своё зудящее инстинктивное чувство. И у меня даже почти получилось! Я говорил на отдалённые темы с Серёжей, отметив для себя, что он умный парень. Тянул улыбку на каждый комментарий девушки, что иногда были вообще не к месту.       В какой-то момент Ира даже начала себя странно вести. Девушка всё ближе старалась подсесть ко мне, ненароком касалась моих плеч и рук и всё прожигала меня взглядом, который я никак не мог расшифровать. Её слащавое «Тош» звучало весь вечер. И в такие моменты кровь из ушей не лилась разве что с божьей помощью. Из её уст такая формулировка моего имени вызывала рвотные позывы. Я даже словил себя на мысли, что позволил бы с чистой душой называть себя так лишь двум людям. Давнему, как сам мир, маленькому другу и Арсению. Не то, чтобы к нему какое-то иное отношение, но из его уст это хотя бы звучит прекрасно до мурашек по коже.       Вспоминая об этом мужчине, я даже корил себя. Ведь вместо своего обещания, я битый час сижу с друзьями, с девчонкой, что явно клеится ко мне, даже с ненавистным от чего-то Серёжей, но не с ним... А потом вспоминаю, что с утра Арс сам вновь начал избегать меня, что говорит о пустоте его слов.       Просидев так пару-тройку часов в ресторане, мы начали было расходиться по домам. Ира всё тянула меня к себе. Ведь, о боже, у неё «резко выключили дома свет, а одной ей так страшно». Я же послушно дождался Диму. Глядя в мелькающий пейзаж, я чувствовал боль. Что-то так сильно скребло под рёбрами. А когда я думал, что сейчас вновь вернусь в пустующий пентхаус, в темноту комнат, в мёртвую тишину... Скрести в сердце начинало в разы сильнее.

***

      Мужчина стоял на улице и ждал такси, дабы отправиться домой. Только что он проводил свою девушку до дома после приятного, но выматывающего вечера. Как вдруг вибрация телефона вновь привлекла его внимание. Сколько можно названивать ему, в самом то деле?       — Слушаю, — чуть устало, но без злобы, всё же ответил он.       —Аллилуйя! Ты наконец-то взял трубку! — кричал знакомый голос по ту сторону провода.       — Арс, я понять не могу. Кто-то умер? Или планету захватили пришельцы? Какого лешего ты мне трезвонишь весь вечер? — вопрошал парень, заведомо зная такое состояние друга.       — Паш, расскажи всё сам. Не будем ходить вокруг да около.       — О чём ты, дружище? — переспросил тот, явно издеваясь над другом.       — Сука, Паша! Ты же был в «Дзене»! — начиная закипать, прокричал знакомый голос.       — О, ты теперь ещё и за мной слежку устроил?              — Не беси меня, он там тоже был?       — Не понимаю, о ком ты.       — Просто ответь, Паш, — куда более спокойно вторил Арсений.       — Замечаешь? Как он становится частью твоей жизни, м? Ладно, ладно. Да, он там был. Ты это и без меня знаешь. У тебя везде глаза и уши найдутся.       — Именно поэтому я и звоню. Расскажи, что вы делали? Что за девица была с вами? — всё не успокаивался друг.       — Ты про Иру? Серёга её привёл. Мне кажется, он их свести хотел. Кстати твой Антон ей очень понравился, весь вечер к нему жалась.       Через трубку Павел услышал тяжёлое дыхание друга. Он прекрасно знал Арсения, чтобы догадаться, что тот пытается усмирить гнев в эту самую секунду.       — А он? Что он? Она ему тоже понравилась? Паша, не молчи, прошу тебя.       — У него получается... — тихо подметил друг. Он был искренне рад появлению Антона в жизни Арсения, и сейчас улыбался во все тридцать два.       — Да блять, что получается? Ты скажи, она ему понравилась?       — Получается вернуть тебя к жизни, Арс. Ты оживаешь. Хочешь верь, хочешь нет. Дружище, ты ревнуешь.       — Что за чушь ты несёшь? Просто ответь на вопрос.       — Нет, не думаю. Он весь вечер как на иголках сидел.       — Это я и хотел услышать. Всё, давай. Напишу завтра, — облегчённо начал прощаться мужчина. Он не верил в слова Паши о какой-то там ревности. Считал, раз паренёк теперь живёт у него, то просто ответственность взвалилась на его плечи.       — Стой, Арс. Я тут подумал... Может ты всё расскажешь ему? Скажи правду, он ведь должен будет узнать.       — Паш, не обсуждается. Пока я сам не буду убеждён на тысячу процентов, и пока не проверю его, об этом не может идти и речи.       — Но он всё узнает! И дай бог от тебя, а если нет? Может стать слишком поздно...       — Он вернулся, закрыли тему.       Гудки послышались по ту сторону трубки. Павел всё думал, как ему мириться с этой правдой, как уберечь дорогих людей от ошибок? Ведь однажды упрямый характер Арсения может его погубить, а своевольный нрав Антона либо спасёт его, либо преумножит их беды в сто крат.