Сердце со следами смерти

Голдбрейн со стуком упала на пол, начав неприятно посапывать. Гермиона, которая видела всю картину не полностью попыталась повернуть голову. Получилось. Почувствовав, что оков заклинания больше нет, тут же вскочила на колени. Немного пошаталась, пытаясь подняться на ноги. Мужская ладонь оказалась перед её носом. Гермиона инстинктивно хотела подать руку, но замедлилась, недоверчиво насупив переносицу. Но Нотт видимо не хотел ей давать шанса подумать, и сам схватив её за запястье, помог подняться. — Нотт? - почему-то единственное, что снова вырвалось из горла шатенки. — Гермиона Грейнджер? - парень улыбнулся лишь глазами, в которых Гермиона увидела своё озадаченное выражение лица. — Приятно, что ты меня узнала.- как чеширский кот ухмыльнулся Тео. Но девушка уже ничего не ответила. Она просто не нашлась, что ответить этой жизнерадостно умопомрачительной улыбке. Тихо выдохнув, она начала искать глазами палочку. Она закатилась в тёмный угол поворота коридора. Так что, когда Грейнджер радостно подняла её, то обнаружила, что её спаситель исчез. Растворился в воздухе ничего после себя, не оставив. — Нотт… - шёпотом произнесла Гермиона. Темнота коридоров уже не так страшила её. *** — Мы с Гарри кажется планируем жить после обучения вместе. - выдыхает одним звуком Джинни Уизли, смотря расширенными глазами на Гермиону. — Кажется? - с удивлением подмечает девушка, пытаясь переварить новость. — Кажется- это потому что я нашла у него за кроватью красивую коробочку, думала это серёжки, которые я так хотела, а там зачарованный ключ. Но я об этом ничего не знаю, как и ты… И…- многозначительно добавила рыжая, принимая заговорческий вид. — И я могу невзначай завести с ним разговор на эту тему, верно?- ухмыльнулась Гермиона, тут же ловя одобрительные искорки в глазах Уизли. Рыжая девушка подскочила на месте, расцеловывая подругу, и заметив двух гриффиндорцев в лице своего брата и парня, поспешила к ним навстречу. А Грейнджер размешивая зачем-то какао, перевела взгляд на стол слизеринцев, ища глазами одного конкретного. Где же ты, Нотт? Я так и не успела сказать: спасибо… А надо ли вообще его благодарить? С одной стороны девушка чопорно вежливая и всегда говорит такие вещи, а с другой стороны, если она забыла ему сказать «спасибо» сразу после случившегося, то уместно ли вообще будет караулить его где-то, лишь бы отдать долг своему этикету. Но он не прошёл мимо, не бросил её в том коридоре, хотя легко мог… Она закусила губу. Всю ночь Гермиона невольно думала о парне, что каким-то чудом оказался в том коридоре. И не просто оказался, а помог ей. Почему? Потому что он не такой, как другие слизеринцы? Лучше? Добрее? А кто он вообще такой? Что она вообще знает о Теодоре Нотте? Кроме его имени, конечно!? Второй по успеваемости на Слизерине, сразу за Малфоем. Не пожиратель, во время битвы он… Хмм… Чёрт знает, где он тогда был… По данным из газет: их семья уехала в Европу, дабы избежать выбора той или иной стороны. Да и в Хогвартсе девушка его не видела в те роковые дни. Хотя кто знает, где он был на самом деле. Так… Что же ещё? Должно быть что-то ещё! И почему его до сих пор нет на завтраке?! Она разочаровано вгляделась в сидящих обладателей серебряно-зелёных галстуков. Поймала взгляд серых глаз. Малфой. Нагло глядел в ответ, не собираясь прерывать зрительный контакт. Наконец, он вопросительно выгнул бровь. И Гермиона только в эту секунду осознала всю нелепость ситуации. Она подняла руку, сделав жест кистью, как бы отмахиваясь от него: мол, не в тебе дело. Блондин поднял вторую бровь, не ожидая подобного, его зрачки опасливо сузились. Грейнджер округлила свои глаза, поняв что сделала. Так погрузилась в мысли, что… О святой Мерлин… Не помня себя, девушка схватила сумку и выбежала из зала, молясь, что серые глаза больше не смотрят на неё. Но они ловили каждое копошение мантии ниже плеч девушки. Грейнджер свихнулась? А затем… Грейнджер сделала хвостик? Почему-то пронеслось в голове Малфоя… *** Библиотека. То место, где среди сотни миллионов кусков бумаги Гермиона ощущала некий, граничащий с безумием, покой. Это чувство, что какая бы в жизни не случилась проблема, какая бы задача не встала перед тобой, нужно просто выйти на нужную секцию, и немного покопавшись, найти ту самую книгу, в которой будут ответы на любые твои вопросы. Глупо полагать, что книги помогут во всём. Это шатенка безусловно понимала, но, то что они являлись её отдушиной, которая позволяла ей отвлекаться от тех вещей, которые ей не по силам- это нерушимый факт. Водрузив на стол, не менее пяти старых толстых изданий, Гермиона тихо присела на удобное кресло. И подкорректировав палочкой свет, взяла первую интересующую её книгу, больше похожую на фолиант. Размашистые буквы изящно и высокомерно выводили, чуть подрагивая, фразу «Самые благородные и чистокровные фамилии волшебного мира», и уже чуть ниже «Том четвёртый. Англия.» Гермиона задумчиво замерла, не решаясь открыть книгу. Собственно, она вдруг осознала, что по какой-то необъяснимой причине она пытается узнать что-то о Нотте. И даже, понимая тот факт, что здесь вряд ли найдётся что-то конкретно о нём, а скорее будут сухие факты перечисления имён семейного древа с датами рождения и смертями, шатенка всё же хотела видимо узнать хоть крупицу чего-нибудь о слизеренце. К тому же вряд ли она сможет узнать о нём где-то ещё… Не у Малфоя же спрашивать! Кстати о Малфое, который какого-то гиппогрифа вдруг выглянул из-за книжного шкафа, нарочито невежливо смотря прямо на Гермиону, и пологая видимо, что не забыл надеть мантию невидимку. Девушка попыталась сделать вид, что не видит этого, и склонилась ниже к страницам, нервно теребя краешек одной из них. Драко, который думал, что остаётся незамеченным, осмелел, и выглянул ещё сильней. Грейнджер склонилась ещё ниже, пряча глаза в кудрявой чёлке, так как взгляд их был направлен на блондина. Что ему от меня нужно? Хочет, чтобы я извинилась за своё поведение на завтраке? Поёрничать решил? Хотя он давно перестал задирать их компанию. Даже слова плохого не говорил в их сторону. Девушка знала от Гарри, как Нарцисса Малфой помогла им во время войны. Из-за чего она часто думала об этом, понимала, что слизеринцы, как и они сами были лишь подростками, которые не хотели войны, за которых всё выбрали, и которые теперь должны страдать, как изгои, из-за действий своих родителей. Жалость… Да, пожалуй жалость и сочувствие вызывал у неё Малфой, который осунулся и похудел, у которого пропал дерзкий огонёк в глазах. И хоть вёл он себя отвратительно раньше, даже как-то грустно осознавать, что теперь он молчалив и апатичен. Что теперь он усвоил урок, который был слишком жесток для него. Поэтому странно и жутко, было наблюдать, как этот блондин с каким-то непонятным интересом вцепился глазами в неё. Гермиона дрогнула и случайно дёрнула головой, волосы откинулись назад, и карие с серыми снова скрестились между собой. И Малфой вздрогнул, явно не хотевший попадаться на таком. Он отшатнулся, скрываясь за стеллажом, но тут же вышел обратно и спокойно подошёл к столу гриффиндорки. Она немного приоткрыла рот, совсем не ожидая подобной смелости. — Да… В отличие от тебя, я не сбегаю, после двусмысленных гляделок. - хладнокровно сказал парень, сам не понимая, что он вообще несёт. Но сказать что-то надо было, иначе всё превратилось бы в нелепый анекдот. — Двусмысленных?- тихо уточняет Гермиона, тоже не находя, что сказать. — На всё можно посмотреть с разных углов, тем более… — Тем более, если изменить градусы этих углов.- договаривает на автомате девушка. Драко поджимает губы, чтобы не показать приятное удивление, что пыталось раскрыться на его лице. — Генриэт Маувин. «Истоки познания разума». Я тоже читала… - зачем-то чеканит Гермиона, будто отвечая на уроке. — Ого… Десять очков Гриффиндору.- еле сдерживая ехидство, довольно говорит Малфой. Ему почему-то до одури приятно, что они читали одну и ту же книгу. Быть может потому что Грейнджер местный авторитет магов. И Драко, с детства пытавшемуся быть лучше всех, это приятно? Приятно, что у вас с грязнокровкой схожие интересы, да? Приятно. Потому, что давно плевать какая кровь. Он видел её уже много раз. И уж поверьте, что и у грязнокровок, что и у самих чистокровных- она одинаковая. Алая, иногда бурая, зависит от того, артерию или вену задели. А если отрубят конечности, так вообще… Плевать. Грейнджер чёртова святая, которая спасла сотни жизней. Она стоит десятка чистокровных, и уж тем более его самого. Тогда зачем строить из себя придурка? — Что ты пыталась показать своими жестами? Желала мне приятного аппетита?- всё-таки ухмыльнулся Малфой. Да, Драко, потому что ты и есть придурок, тебе даже притворяться не надо. Гермиона тихо вздохнула. — Слушай, Малфой… Мои жесты не были связаны с тобой, точнее, я показала их тебе, но только потому что, ты думал, что я смотрю на тебя, но я хотела увидеть другого человека, и жесты были обозначением,- она остановилась, выдохнув. Ну как ему объяснить, что она просто дура, которая делает что-то из-за того, что летает в облаках? — Вообщем, это к тебе не имеет отношения. Так что можешь быть спокоен. Мой интерес направлен в другую сторону… — Кого ты хотела увидеть?- перебил тут же Малфой, сам поражаясь своей наглости. Но его эгоистичная натура видимо злилась, что внимание было направлено не на него. — Очевидно, что если ты смотрела в мою сторону, то ты искала кого-то с нашего стола. Слизеринца. И вот тут возникает вопрос, кто вообще это может быть? Я крайне любопытный, Грейнджер…- будто в оправдание говорит блондин, садясь напротив девушки, давая понять, что не уйдёт без ответа. — Ну это уже слишком, Малфой!- скорее больше из приличия возмутилась Гермиона, хотя сама уже почему-то хотела сказать те два слова, что мешали ей спать. — Знаешь… Я ведь сам могу всё узнать. Слушок пустить среди наших. Только думаю, тебе не понравится. А так, ты и меня потешишь, и получишь от меня клятву о неразглашении твоих грязных секретиков. Я уже не подросток, который будет тебя этим шантажировать, просто мне действительно любопытно…- Драко всё говорил, и говорил, пытаясь разными ниточками поймать Гермиону, совершенно не имея понятия, почему ему так жизненно необходимо знать, кем интересуется эта девчонка. — Теодор Нотт!- не выдержав, на одном дыхании произнесла девушка. И тут произошло то, что повергло Гермиону в необъяснимый шок. Она увидела, как на её глазах, и без того бледное лицо Малфоя, стало как мел, как его скулы стали острее, губы сжались в одну линию, а ноздри еле заметно задрожали. Он как ошпаренный вскочил с кресла, смотря на девушку, как на пожирателя смерти. Та, от неожиданности невольно вжалась в спинку сидения. — Ты… Ты совсем уже, Грейнджер!- видимо еле сдерживая слова, зашипел Драко. Он отвернулся и яростно зашагал по коридору, оставляя гриффиндорку в совершенно запутанных мыслях.