Тайно влюблённые

Джеффри наблюдал за Брентом через бинокль в кустах и первые двадцать минут ничего интересного не заметил, пока в дверь не постучали. Киллер услышал миловидный женский голос по другую сторону дома. - «Подруга?» - подумал он изначально, но как только увидел в поле зрения женщину средних лет, которая поцеловала Брента, сразу понял кем она ему приходится. - Девушка значит… - приглядываясь к женщине, тихо проговорил Дамер, изучая напротив сидящую даму за столом. – А, нет. – остановив взгляд на левой руке, он посмотрел в бинокль и заметил красивое кольцо с бриллиантом. – Так вот оно что… Теперь мы знаем ваше слабое место, мистер Смит. – с довольной ухмылкой проговорил Джефф, поправив очки указательным пальцем. Пока Джефф выполнял свою работу, в доме семьи Топпинен царило жуткое чувство напряжения и дискомфорта. Эйкка яростно разрезал кусок стейка и жадно поедал его, в то время как у Алины не было желания есть от слова совсем. Её тяготило чувство вины за то, что солгала своему любимому брату на счёт встречи с так называемой «подругой», и хотела признаться, с кем была на самом деле, но очень боялась гнева Эйкки и не знала, как поступить. Стуча пальцами по столу, Эйкка думал, как сделать лучше. Сказать Алине всю правду и поругаться, или ничего не говорить и всё равно учинить скандал. Первый вариант показал бы то, что Эйкка ни секунды не доверяет своей сестре и тем самым расстроил бы Алину, а второй вариант ввёл бы её в шоковое состояние и депрессию. Конечно, лучше признаться, что тот вёл слежку за ней и просто потом успокоить сестру, но Эйкка подумал, что этот вариант не для него и решил испортить свои отношения с сестрой в два раза хуже. - Как с подругой погуляла? – сдержанно спросил Эйкка, чувствуя, как гнев начинает вскипать внутри него. - Я? Да, нормально. Ездили в парк аттракционов. – нервничая, ответила Алина. - Парк значит… - задумчиво ответил он, слушая как его внутренний голос говорил ему: «И долго ты будешь терпеть враньё от собственной сестры? Давай, покажи ей, что будет, если так врать тебе.» - А как зовут твою подругу? - Ээммм… ну… - тут Алина вспомнила, как познакомилась с девушкой в тире. – Аюми. - Аюми значит. – спокойно ответил Эйкка, в то время, как голос говорил: «А эту Аюми случайно не зовут Брент Смит?». - Да. – Алина почувствовала, как к горлу подошёл нервный ком, слюни скопились во рту. Она сглотнула и продолжила. – А как твоя встреча? - Знаешь, а ничего. Нормально. Ты ешь, а то даже к тарелке не притронулась. - Да я как-то… - Что? Не голодна? То есть я зря своё время тратил… - Эйкка набрал в грудь побольше воздуха. Было видно, как вены на висках и шее вздулись от злости, а лицо немного покраснело. Эйкка стукнул яростно по столу и швырнул скатерть с едой на пол, вскочив со стола. - Я, значит, готовлю тут, стараюсь, чтобы тебе было комфортно. Хорошо!!! – заорал он во всё горло. – А ты не голодна! Ты последняя тварь, вот что я тебе скажу. Не благодарна сволочь!! Я работаю допоздна, чтобы лучшую жизнь тебе дать, чтобы ты голодная не была, мать твою, а я слышу в ответ «Не голодна»!!! Ах ты… - Эйкка подошёл к сестре и замахнулся на неё рукой, ударил по лицу. – Мелкая ты паскуда! Вышла из кухни и пошла к себе! И чтобы не видел тебя сегодня больше! Быстро! – рявкнул он на сестру, краснея больше от злости. Алина, громко плача, закрыла лицо руками и убежала к себе в комнату, закрыв дверь на замок. Она упала на кровать и начала рыдать в подушку. На правой щеке горел след от удара, кое-где виднелись линии от пальцев. Она громко плакала, чувствуя всю боль, которую ей причинил родной брат. Алина плакала и звала маму. Ей так хотелось, чтобы сейчас рядом с ней сидела её любимая мамочка, чтобы она обняла её крепко, успокоила и защитила от напастей. Чтобы поцеловала в макушку и напела своим нежным голосом самую прекрасную мелодию в мире, которая уберёт душевные страдания. Но мама больше не сможет её утешить и обнять, ей придётся смириться с тем, что защищать себя придётся самой. От этого Алине стало ещё грустнее. Она свернулась в калачик, обняв мягкую подушку, на которую падали слёзы горечи и отчаяния. Чем она заслужила такое отношение от Эйкки? Неужели та любовь, которая у него была, вдруг испарилась как вода и теперь она для него как козёл отпущения? Эйкка сидел на полу и смотрел на весь тот бардак, который учинил. Он провёл руками по волосам и положил голову на колени. Сейчас он ненавидел себя больше всего на свете и ему хотелось провалиться под землю, и никогда больше не появляться в жизни своей сестры. Эйкка, единственный человек, который всегда оберегал свою сестру, стал угрозой номер один для неё. Эта мысль убивала его, ему хотелось повернуть время вспять и остановить себя от безумных мыслей и идей, но было уже слишком поздно. Поздно жалеть о том, что сделал больно душевно и физически своей любимой сестре, и также поздно жалеть о том, что из-за своего же порыва гнева, жизнь одного человека оборвётся.