Мы

Он чувствовал себя совершенно истощенным, за последний год у него практически не было возможности нормально отдохнуть. Его жизнь стала гораздо активнее с тех пор, как он сыграл самую большую роль в своей жизни — Вэй Усяня. Его слава росла, число его поклонников во всех странах, тоже росло, но количество работы тоже росло в геометрической прогрессии. Ему грех было жаловаться, его жизнь значительно улучшилась, теперь у него была своя собственная студия, и свой бренд, но, к сожалению, он не мог посвящать этому столько времени, сколько ему бы хотелось, из-за загруженности работой. Он устал, ему нравилось то, чем он занимался, но ему нужен был перерыв. Ван Ибо предупреждал его, тревожась о нем, что он слишком много на себя берет, но он был уверен в своих силах, и знал, что он выдержит. Так и случилось, он отлично справлялся со своей работой и загруженным графиком. Он тяжело вздохнул, последний раз оглядев себя в большом зеркале. Он был элегантно одет и готов к церемонии награждения, проходившей сегодня вечером. Его сердце трепетало от счастья, потому что совсем скоро он снова увидит своих друзей по Неукротимому, друзей, которые были ему как семья, и по которым он скучал каждый день. Его волнение все возрастало, и особенно из-за одного человека. «Он тоже уже здесь», — взволнованно подумал он, еще раз осмотрев себя в зеркале гримерной, прежде чем глубоко вздохнуть и выйти. Он подстригся и выбрал очень элегантный наряд, собираясь выглядеть на все сто. Когда он вошел в зал, то увидел, что он уже был заполнен людьми, большая часть актерского состава Неукротимого сидела на диванах перед сценой. Он прошелся взглядом по лицам друзей, но так и не увидел его. Неужели он еще не пришел? Все ли у него в порядке? В одном из последних сообщений, он писал, что немного устал. Он уже начал было волноваться, и хотел достать телефон, чтобы позвонить, как вдруг заметил некоего молодого человека, одетого в серый костюм, в одиночестве сидевшего на одном из диванчиков перед сценой. Он улыбнулся. Что он там делал совершенно один? Засунув телефон обратно в карман, он стал пробираться через толпу людей, все это время не сводя с него глаз. Он отрастил волосы? Они казались длиннее, чем раньше, хотя, вполне воможно, их просто нарастили? Он улыбнулся, подумав об этом, потому что знал, что его друг не любит когда на него навешивают слишком много лишнего. Слишком много косметики, ненужные аксессуары, или, как в данном случае, нарощенные волосы. Подойдя ближе, он заметил, что тот выглядит слишком серьезно, но все изменилось, когда глаза Ван Ибо встретились с его глазами. В тот же момент на губах молодого человека появилась красивая, слегка флиртующая улыбка, которая так много значила для него. Сяо Чжань ответил ему своей фирменной широкой улыбкой. Он уже собирался поприветствовать его легким объятием, но в это время свет в зале погас, и они услышали хорошо знакомую им мелодию. Сердца обоих забились сильнее, когда они узнали ее — Wuji. Он уселся рядом с Ван Ибо, соблюдая приличное расстояние, и наслаждаясь первыми нотами песни, чувствуя невероятную тоску в груди. Он взглянул на своего друга, заметив, что тот явно чувствует то же самое. Даже несмотря на то, что его лицо оставалось бесстрастным, Сяо Чжань знал его достаточно хорошо, чтобы понять, что у него тоже стоял ком в горле. Когда исполнительница начала петь, на губах Ибо заплясала озорная улыбка. Сяо Чжань заметил это и посмотрел на него. — Ты поешь намного лучше, — Ибо склонился к нему, говоря явную правду, заставив Сяо Чжаня рассмеяться. — Мы должны были сами спеть ее, — добавил он, продолжая улыбаться. Они оба смотрели на сцену, и Сяо Чжань тяжело вздохнул, вспоминая о прекрасных переживаниях, которых ему сейчас так не хватало. Это было хорошее время, которое уже никогда не вернется. Без всякого сомнения, больше всего он скучал по тому, когда во время съемок он приходил в гримерную и видел там Ван Ибо, зевающего и жалующегося на какую-то ерунду, которую он увидел во сне. Но уже совсем скоро его плохое настроение сменялось на желание доставать и дразнить Сяо Чжаня, и он даже научился получать от этого удовольствие. Они одновременно вздохнули, погрузившись в воспоминания, а потом посмотрели друг на друга. — Как поживаешь? — первым спросил Ван Ибо. И его сердце екнуло, когда он снова увидел улыбку на его лице. — Я рад тебя видеть, — он немного наклонился к нему, чтобы лучше слышать сквозь шум. — Как давно мы не виделись? Ван Ибо тоже склонил голову к нему и улыбнулся. — Пять с половиной месяцев, — быстро ответил он. — Вау! Так долго. — он бросил на него взгляд, полный тоски и радости от встречи с ним. — Как у тебя дела? Ибо поперхнулся, а потом откашлялся, почувствовав взгляды множества людей, и камеры, направленные на них. Сяо Чжань осмотрелся вокруг, понимая, что они были одними из главных гостей этого мероприятия. И только тогда до него дошло, что они должны держаться на приличном расстоянии, чтобы журналисты не начали спекулировать тем, чего на самом деле не было. — У меня все хорошо, спасибо, — ответил Ибо, криво улыбнувшись и стараясь сохранять самообладание. Сяо Чжань прекрасно понял его, подавив раздражение, которое вся эта ситуация вызывала в нем. Он старался соблюдать приличия, в конце концов, он уже был экспертом в этом. Они оба были немного расстроены. Потому что так много хотели сказать друг другу, им было о чем поговорить. Они редко обменивались сообщениями из-за плотного графика работы, поэтому обоим не терпелось поболтать. Оглядевшись вокруг, они заметили, что на большинстве диванов сидело по несколько человек, и только они сидели вдвоем. Сяо Чжань чувствовал камеру, направленную на них обоих, и несколько секунд смотрел прямо в объектив, надеясь, что оператор заметит его и отведет камеру в сторону. От нервного напряжения у него начало скручивать живот, и он почувствовал себя совершенно беспомощным. Но в конце концов, он взял себя в руки, сдерживая свои чувства и стал смотреть на сцену, где талантливая певица исполняла песню. Его песню. Он хотел сосредоточить все свое внимание на ней, но никак не мог выкинуть из головы молодого человека, сидящего рядом с ним, особенно после того, как почувствовал запах его одеколона. Он еле сдерживался от желания повернуться и посмотреть на него. Ибо также не смотрел на него, потому что рисковал не смочь отвести от него взгляд. Они так давно не виделись, что он просто умирал от желания подвинуться ближе к нему, и расспросить его обо всем на свете. Он хотел знать, как он на самом деле живет, как продвигается работа в его студии, и вообще, все в таком духе. Он сосредоточился на мелодии, но от этого стало еще хуже. Ужасное чувство ностальгии нахлынуло на него. Он вспомнил время, проведенное на съемках, и у него в горле образовался ком. Он был так счастлив тогда, у него было все, а он даже не подозревал об этом. Он так хотел вернуться обратно в то время, он хотел видеть своего друга Сяо Чжаня каждый день. Он и представить не мог, что встретит в своей жизни такого невероятного и красивого человека. Пока он слушал песню, у него все сильнее перехватывало горло, пока из его левого глаза не вытекла маленькая слезинка. Он тут же смахнул ее, сделав вид, что поправляет челку. Он раздраженно вздохнул, нервно заерзав на месте, чувствуя себя очень некомфортно. Ибо едва сдерживался. Не обращая внимания на то, что камеры были постоянно сфокусированы на них, он посмотрел на своего друга, заметив, что тот сидит с прикрытыми глазами, наслаждаясь музыкой. Он воспользовался этой возможностью, рассматривая его профиль, и улыбнулся, его друг был все так же красив. — Чжань-гэ, — позвал он его своим низким голосом. Тот тут же открыл глаза и с любопытством на него посмотрел. — Да? — он склонился к нему, окутав ароматом восхитительного одеколона. Ван Ибо склонился к его уху, прикрывая рот рукой от камер, чтобы никто не мог прочитать по губам, что он говорит. — Ты сегодня такой красивый, белый цвет тебе очень идет. Сяо Чжань широко улыбнулся, мило захихикав. — Ты тоже прекрасно выглядишь, — тихо пробормотал он. — Что это за духи? — осмелился он спросить. — Нравятся? — Ибо хитро ухмыльнулся. — Очень, — заверил он, расширив глаза. — Только не говори мне, что это… — он с изумлением узнал этот запах. Ван Ибо улыбнулся и кивнул. Да, это был тот самый аромат, который как-то очень понравился Сяо Чжаню, и он сказал, что он очень подходит Ибо. Самому Ибо он не особо нравился, но с тех пор как его гэгэ сказал ему это, он пользовался им каждый раз, когда они встречались. — Это Хьюго Босс. — Оу! Я думал, он тебе не нравится. Ибо пристально посмотрел на него, на его губах играла многозначительная улыбка. А выражение лица буквально кричало: «Мне нет, но тебе нравится!». Сяо Чжань, казалось, понял его, и улыбнулся в ответ, мягко покачав головой. Внезапно Ван Ибо снова склонился к нему, и он подумал, что тот хочет что-то сказать ему на ухо, но он только втянул носом его запах. — Гуччи, — пробормотал он, наслаждаясь изысканным ароматом, — но я не могу точно сказать название. Сяо Чжань только кивнул, улыбнувшись, пораженный его догадкой. — Это новые духи, — он недоверчиво посмотрел на Ибо, не понимая, как он догадался. — Как они называются? — ему действительно было интересно. — Гм… я забыл. Они рассмеялись, не замечая того, что на них было обращено множество глаз. Они были в своем собственном маленьком мире, и не обращали внимания на фанатов позади себя, не сдерживающих радостные крики, наблюдая за ними. В это момент к ним подошла девушка из персонала мероприятия. Она присела за их диваном и наклонилась к ним, чтобы что-то сказать. Они оба склонились к ней, внимательно слушая. — Ребята, вам передавали сообщение, но вы не обратили на него внимание. Сяо Чжань немного смутился, а Ибо вообще перестал обращать на нее внимание, когда понял, что сидит лицом к лицу с Сяо Чжанем, и их лица разделяют всего несколько сантиметров. — Простите, — извинился Сяо Чжань. — Что за сообщение? Ван Ибо хотел прислушаться к ней, но не смог. Он просто завис, глядя на красивое лицо своего гэгэ, внимательно разглядывая его, пока его глаза не наткнулись на его губы. Он наблюдал за тем, как тот шевелит губами, разговаривая с девушкой, не сводя глаз с маленькой родинки под нижней губой. Ибо и сам не заметил, как прикусил губу. Он знал, что должен отодвинуться от Сяо Чжаня, как только девушка уйдет. Он так и сделал, сев прямо на диване, но… он так и не услышал ее сообщения. — Чжань-гэ, что она сказала? — Ты что, глухой? — поддразнил его Сяо Чжань, заразительно улыбаясь. — Я немного отвлекся, — он снова посмотрел на его губы. И мысленно стукнул себя, стараясь обращать внимание на то, что он говорит. — Нам придется разделить одну гримерную, чтобы переодеться, — легко пояснил он, прикрыв губы от посторонних взглядов. — Что? — удивился он. Сяо Чжань посмотрел на него и кивнул, глазами прося его не повторять его слова, чтобы избежать возможного волнения со стороны фанатов, наблюдающих за ними.