Чудотворец

      Вылазки на собрания Пожирателей давались Северусу с каждым разом всё сложнее. Дело было даже не в самом присутствии за общим столом, где приходилось терпеть нападки Беллатрисы, которая, как ядовитая гадюка, всё пыталась его укусить, а в самом контакте с Лордом. Один на один. Как сегодня.       Да, Волан-де-Морт после побега из Азкабана не требовал личных отчетов о мальчишке почти месяц. Целый месяц спокойствия, за который Снейп успел растерять всю хватку. Именно к такому выводу он пришел, будучи не в состоянии подавить свои эмоции до уровня мертвеца. Северус никогда и никому в этом не признается, но сейчас он откровенно боялся. Он страшился, что утрата своего безупречного самообладания позволит Реддлу нащупать крошечный шов в его ментальных барьерах и вытащить из него всё.       Его и без того всё утро не покидало дурное предчувствие. Но когда он ощутил, как на левом предплечье зашевелилась змея, для Северуса всё будто стало на свои места. Вдобавок к общему гнетущему ощущению за ним длинным шлейфом потянулась тревога, похожая на зыбкий страх.       Минуя просторный холл Малфой-мэнора с украшенной елью, Северус нарочно поднимался по винтовой лестнице медленно, оттягивая минуты встречи с Темным Лордом. Остановившись на предпоследней ступени, он с силой сжал перила, холод которых пробирал даже через перчатку, и глубоко вдохнул воздуха, пытаясь унять последние эмоции.       — Вам дурно, любезный? — с ноткой презрения поинтересовалась белокурая леди с портрета, висевшего на противоположной стене.       — Нет, — отрезал Снейп, бросив недовольный взгляд на предка Малфоев из глубокого Средневековья. — Я в порядке.       — Оно и видно, — съязвила женщина в причудливом чепце и ушла за край портрета, оставив за собой лишь фон из темной драпировки.       Ее ехидство Снейпа не тронуло. Здесь каждый предок с полотна имел встроенный радар на чужаков и носителей грязной крови. Ни один представитель невероятного рода Малфоев не располагал к радушному приёму посторонних. А к полукровкам, как Северус, и подавно.Будто у него на лбу так и написано: «я-полукровка».       Так как противная тётка в чепце ушла, Северус сфокусировал свое внимание на пустом квадрате, обрамленного резной рамой. Он сосредоточился на тёмной глубине пустующего портрета и очищал своё сознание от любых эмоций, представляя себя мёртвым. Тревога, страх, волнение, преследующие его от кованых ворот Малфой-Мэнора, — всё это полетело вглубь, в бездонную воронку внутри него, куда годами он сбрасывал всё, что не имел права показать ни ему, никому-либо ещё.       Немного времени, и напряжённое лицо Северуса обрело прежний бесстрастный вид. После он делает последний шаг, выпрямляется и поднимается на второй этаж. Северус только хотел свернуть в сторону крыла, где обычно проходили собрания, как перед ним внезапно появился один из домовых эльфов семейства Малфоев, облаченный в рваную наволочку:       — Господин сейчас в библиотеке, — с дрожью в голосе пропищал эльф, боясь поднять на него глаза и дрожащей рукой указывая Снейпу в противоположную сторону. — Мне велено сопроводить вас, когда вы придёте…       — Сам дойду, — без эмоций ответил Снейп и быстро свернул в глубь мрачного коридора.       Меньше всего Северус сейчас нуждался в писклявом швейцаре. Бесконечный ковёр на полу не дал бы ему заплутать в стенах этого огромного поместья. В целом, Северусу всё здесь всегда казалось бесконечно растянутым: растительный узор на мрачных обоях, высокие окна, ритмичные колонны, напольные вазы, в которых сейчас торчали еловые ветви (кстати, в довольно симпатичной композиции). Нарцисса, как приличная хозяйка, несмотря на то, что их дом стал местом Пожирательской общины, все же постаралась создать в нем атмосферу праздника. Мрачноватого, но праздника.       Даже Хогвартс был сейчас куда живее, чем роскошный по всем меркам Малфой-Мэнор.              «А может, присутствие Лорда так сказывается…» — размышлял Снейп о его тёмной ауре, влияющей на все живое.       За одной из дверей послышался звонкий смех Беллатрисы, и Снейп мигом подавил все лицевые нервы, чтобы скрыть отвращение на лице и поспешил пройти поскорее мимо, чтобы не нарваться на излишние любезности.       В глубине коридора были распахнуты массивные двери, ведущие в библиотеку Малфоев. Северус переступил их порог и, наконец, достиг своего пункта назначения. Его встретил просторный зал с высоким потолком, шкафами и запах старых книг. В конце комнаты горел камин, окружённый дорогим диваном, кожаными креслами и резным журнальным столом, на котором лежала хаотичная стопка пергаментов и книг. Посреди этого стоял Темный Лорд, как одинокое надгробие, повернутый к нему спиной. Мрачная, нечеловеческая фигура внимательно вчитывалась в потёртый фолиант, никак не реагируя на его приход.       — Ты задержался, Северус, — тихо произнёс он, так и не оторвавшись от изучения пергамента. — На тебя это не похоже.       — Прошу прощения, мой Лорд, — так же тихо ответил Снейп, подходя ближе к нему.              Реддл никак не отреагировал на его слова, продолжая стоять к нему спиной. Северус, расценив это как знак «безопасной черты», наконец привёл свой разум к внутреннему спокойствию и беззвучно выдохнул. Радовало, что в дополнительных оправданиях Волан-де-Морт не нуждался.       — Вы что-то ищете? — спросил Северус, оглядывая стопку книг на столе.       — Да, — Реддл положил пергамент к остальным бумагам и, наконец, посмотрел на него. — И ты можешь помочь мне в этом, Северус.       — В чем состоит ваш интерес, мой Лорд?              Снейп застывшей статуей внимал каждому слову, стоически смотря ему в глаза. Реддлу же такое его выражение лица нравилось. Его мрачный прислужник в такие моменты напоминал ему дворовую собаку, готовую приносить палку столько раз, сколько он её кинет.       — От тебя потребуется поиск информации в библиотеке Хогвартса, но сейчас не об этом. Сначала я хочу услышать об интересном положении дел нашей старой знакомой. Сын Люциуса донёс, что новый генеральный инспектор школы поставил Трелони на испытательный срок. Это так?       На лице Снейпа считалось еле заметное облегчение.       — Всё верно, мой господин. Амбридж полагает, что Трелони «не справляется» и недостаточно компетентна для своей должности. Её пребывание в школе возможно не продолжительно.       Реддл ухмыльнулся на слове «компетентна».       — И сколько длится испытательный срок? — спросил Лорд, усаживаясь в кресло напротив Снейпа.       — Три месяца. Но при плохом настроении Амбридж всё может решиться одним днем, — Северус уже знал, чего он от неё хочет. — Однако я забыл о директорских полномочиях. Пока Дамблдор на своём посту, её не уволят. Директор заранее позаботился об отделении школы от Министерства, вовремя утвердив некоторые регламенты.       — Понятно, — губы Лорда тронула усмешка. — У неё ещё были видения?       — Мне об этом неизвестно, господин.       Если бы Снейпу снова повезло, и он смог подслушать ещё одно предсказание Сивиллы, то хрена бы лысого он ему рассказал. Сказал однажды… Всю жизнь теперь жалеет.       — Тогда стоит ждать плохого настроения у Амбридж. Или… помочь ей. — тонко намекнул Лорд.       Снейп лишь молча кивнул, покорно принимая новую задачу, а Волан-де-Морт благосклонно махнул тонкой кистью в сторону дивана, позволяя ему сесть. Возможно, такой милый жест исходил из того, что Снейпу, как всегда, не нужно ничего объяснять: у него хватает извилин понять больше элементарного.       — Расскажи об Амбридж. Хочу услышать твоё суждение о ней, — сказал Лорд, пристально вглядываясь в лицо Снейпа, пока тот садился напротив.       — Амбридж фанатично предана бюрократии, мой лорд. Её рвение выслужиться перед министром порой… поражает. Однако её знания в магии поверхностны, а представления о дисциплине сводятся к бумажным регламентам и показным жестам. В Хогвартсе она занята скорее демонстрацией власти, чем обучением, — монотонно отрапортовал Северус, хмурясь при воспоминании о её розовом кабинете.       — Если она проверяет профессоров, значит, о её лояльности к старику и говорить нечего, — протянул он лениво, будто размышляя вслух. — Однако у меня складывается впечатление, что в Министерстве у неё больше власти, чем в классной комнате, — заметил Лорд, и губы его тронула холодная усмешка. — Возможно, её рвение могло бы пригодиться нам… при должном направлении. Поэтому понаблюдай за ней ещё, Северус. Мне важно знать, насколько она нам «подходит».       Северус вынужденно кивнул в знак очередного согласия и в ту же секунду почувствовал, как что-то коснулось его ноги. Холодное, гибкое. Нагайна выползла из-под дивана и неспешно скручивалась в кольцо. Её чешуя при движении издавала странный звук, будто царапала пол, но Северуса больше напрягало неприятное напряжение при соприкосновении с ней. Хотя должен был давно привыкнуть.       Змея зашипела, и Лорд, уловив её слова, медленно изогнул губы в странной улыбке. Пока в их разговоре присутствовал третий лишний, Северус читал названия книг на корешках и внимательно вглядывался в пергаменты.       «Чудовища из глубин»       «Дети проклятой земли»       «Всё о кладбищенской нечисти»… — некоторые названия на корешках были почти нечитаемы.       — Помнишь странное поведение дементоров в хэллоуинскую ночь, когда мы атаковали Азкабан? — шелестящий голос Волан-де-Морта прозвучал неожиданно и быстро одернул Снейпа от излишнего любопытства.       — Разумеется, мой лорд, — тихо ответил Северус, снимая перчатки.       — Я долго размышлял над их поведением, пытаясь понять причину их кучкования, но так и не смог, — продолжил Лорд, разочарованно оглядывая гору своих безрезультатных научных изысканий. — В течение месяца я пытался наладить с ними контакт, уговорить их занять нашу сторону, но это не дало результата.       — Что этому препятствует?       — Они не шли на контакт, — голос Лорда стал едва слышным, он говорил почти шёпотом. — До недавнего времени.       Снейп, чтобы удержать лицо от этой новости, перевёл взгляд за кресло, где сидел Реддл. Там, в полутьме, скользила Нагайна. От пламени камина тени зловещи тянулись по стенам, а ее чешуя переливалась на свету, как живая масса.       — Около двух недель назад мне донесли, что дементоры пытались покинуть тюрьму и двинуться на континент. Министерство, разумеется, после карательной операции удержало их.       Северус был поражён этой новостью. В газетах про это как всегда «ни слуху, ни духу».       — Со стороны это выглядит как бунт, — несмело предположил Северус. — Но что могло заставить их покинуть Азкабан? Министерство ведь и так создаёт им идеальную среду: неугодные в качестве пищи. Что же изменилось?       — Это я и хотел бы выяснить, потому что их восстание не имело предпосылок. В тот день в Азкабане всё было спокойно.       Нагайна приподняла туловище, и ее хозяин положил ладонь ей на голову.       — В любом случае, эти выходки коллективного сознания нам только на руку, — размеренно продолжил Волан-де-Морт, поглаживая змею. — Мракоборцы во время их сдерживания слишком часто применяли к ним Патронус, а дементоры… иногда склонны злопамятствовать.       Он вновь зашептался со своим питомцем, а Северуса переваривал услышанное.       «Дементоры бунтуют? Коллективное сознание?»       — Вы полагаете, они злопамятны? — наконец произнёс Снейп.       — Да, — глаза Лорда блеснули. — И в них, как я узнал, поразительная ненависть к человеческой душе. Они также яростно желают ее, как и ненавидят. Забавно, не правда ли?       — Правильно ли я понимаю, — медленно произнёс Северус, — вы ждёте, когда дементоры вырвутся на материк, и тогда рассчитываете… договориться с ними? — Северус мрачнел от собственных слов. — Но с чего вы взяли, что у вас это получится? — добавил он жёстко. — Вы сами сказали: насытившись Патронусом, они вряд ли захотят снова служить людям. Тем более тем, кого ненавидят.       — Мы предложим им нечто большее, чем тюрьма, Северус, — спокойно произнёс Лорд, поглаживая Нагайну по голове.       «Маглы», — пролетело в голове у Снейпа.       — Именно, — следом ответил Реддл.       Снейп опять перевел взгляд на скачущие тени за его спиной.       — Однако, мне неясно, — сдержанно произнёс Снейп. — В чём польза от меня, если я, знаю о дементорах меньше вас?       Волан-де-Морт медленно провёл пальцем по чешуе Нагайны, обвившей его кресло, а затем резко остановился, словно поймал ускользающую мысль.       — Я осознал, что мы, волшебники, мало знаем о них. Точнее, не знали до той хэллоуинской ночи, — он сделал выразительную паузу, и посмотрел на Снейпа в упор, что тот невольно отвел взгляд в сторону книг перед собой. — Я изучил практически всё, что могло хоть отдаленно коснуться их. Библиотека Малфоев, конечно, всегда поражала своим богатым наполнением, но я не получил тех ответов, которые хотел…       Волан-де-Морт поднялся. Снейп последовал за ним, осознавая только сейчас как ему жарко в зимней мантии. Чем дольше он с Реддлом, тем тяжелее дышится.       — В книгах все одно и тоже. Теории, домыслы… — он провел ногтем по корешку верхнего тома в стопке книг и тон его голоса снизился до змеиного шелеста. — Столько было попыток объяснить происхождение таких странных… инородных существ. Но так и не выяснив о них ничего, весь волшебный мир принял их существование как данность.       Северус при слове «инородных» вспомнил байки Блэк. Но как вспомнил, так и быстро спрятал эти мысли внутрь себя.       — Тебе никогда не казалось странным, — продолжил он, медленно шагая вдоль стола, — что дементоры, в отличие от других тёмных сущностей, разумнее и сговорчивее? Почему их влечёт человеческая душа, а не плоть, как инферналов? Почему единственное заклинание, которое может их хоть как-то сдержать, — это Патронус, концентрация пресловутого счастливого воспоминания? Получается, что единственное, чего они хотят, одновременно является для них источником невыносимой боли? Но не смерти.       Реддл явно что-то нащупал про них, раз был так одержим ими. Северус, когда заходил в библиотеку Малфоев, ожидал допроса про Орден и дела Дамблдора, но отнюдь не его научного энтузиазма. Он даже жалел, что Блэк так и не нашла ему тот сборник легенд откуда набралась странных теорий.       — Да, любопытный парадокс… — тихо произнес Снейп, всё ещё не понимая, какую роль он должен сыграть в его изысканиях.       — Я хочу показать тебе его.       Лорд неторопливо перешагнул тело Нагайны и коснулся предплечья Снейпа своей мертвенно-бледной рукой. В библиотеке раздался хлопок аппарации, и волна освободившейся магии пронеслась по комнате, сметая несколько листов на пол.       Спустя секунды они перенеслись на окраину Малфой-мэнора, к границе с лесом, где заканчивались заснеженные дорожки и начинался густой лес с древними могучими дубами, чьи возрастные кольца были чуть меньше рода Малфоев. Северус от неожиданного перемещения испытал легкое головокружение. У него словно земля ушла из-под ног, но он тут же выпрямился и вернул лицу привычную мину. Резкая смена температур и прохладный ветер быстро привели его в чувства.       Лес перед глазами замер в тишине. Лишь лёгкий ветерок, гоняющий по округе редкие снежинки и мрачные тучи по небу, нарушал этот покой. Северус помнил, что позади них, за живой изгородью находился фонтан, ухоженные дорожки, скамейки и розовые кусты, высаженные вдоль всего английский сада. Красивого сада. Но сейчас, под снегом и темным небом, еле пропускающего солнечные лучи, он казался мёртвым.       — Есть дементоры, иные среди прочих, — произнес Лорд, даже не пытаясь закутаться в мантию от холода. — В отличие от своих бездушных сородичей, которых ничего не интересует, кроме утоления голода, эти… — он устремил взгляд в глубь заснеженной чащи, — обладают долгой памятью и некоторыми видами чувств…       Снейп внимательно вгляделся в точку, куда смотрел Темный Лорд, и вскоре среди стволов деревьев выскользнуло небольшое чёрное пятно. Чем дольше они следили за его движением, тем быстрее проступал знакомый чёрный силуэт. Дементор медленно скользил вперед, и чем ближе он приближался, тем сильнее воздух вокруг них понижался до обжигающего январского холода.       — Их природа теперь кажется мне ещё более загадочной, чем прежде, — холодно произнёс Волан-де-Морт, наблюдая за приближением объекта своего интереса. — Ты знал, что у некоторых есть имена?       Северус отрицательно покачал головой, не зная, что ответить. Всё происходящее казалось каким-то сюром.       «У дементоров нет имён. Никогда не было» — подумал он, стараясь скрыть свое замешательство.       — Как он здесь оказался? — недоверчиво спросил Северус.       — Это разведчик, — ответил Волан-де-Морт, явно не желая вдаваться в подробности. — С начала месяца Министерство отправило его на материк, чтобы найти сбежавших из Азкабана. И, как видишь, он нас нашел.       — Почему же он тогда не выдал вас?       — Он оказался на редкость сговорчив и лоялен. Правда не всегда, и не со всеми.              Северус смотрел, как дементор растекался между белыми ветвями, сливаясь с ними, как чёрный воск с бумагой. Чем ближе существо приближалось, тем сильнее Северус ощущал, как внутри груди дрожит что-то… животное, древнее. Лорд же, напротив, стоял неподвижно, не содрогаясь ни от обжигающего холода, ни от страха. Его взгляд был прикован к дементору с редким, почтительным интересом.       — Когда он был более разговорчив, он обмолвился, что до своего «рождения» у него было имя, — произнес Лорд, чуть наклонив голову к Снейпу. — Но произносить его он отказался.       — Что значит «до своего рождения»? — спросил окончательно сбитый с толку Снейп.       — Магия, что породила их, настолько древняя и могущественная, что нам, современным волшебникам, никогда не будет подвластной. Магия за пределами нашей природы…       Дементор подплыл к ним и замер. Но через мгновение существо резко повернулось к Снейпу и стремительным рывком приблизилось к нему еще ближе, зависнув над ним. Северус с замиранием сердца смотрел на безликое изуродованное лицо под капюшоном. Высохшие глазницы смотрели ему под кожу, под кости, в самую душу. Оно не просто смотрело на него. Оно узнавало. Хотело напасть, но что-то останавливало его. Лорд же со змеиным спокойствием безотрывно следил за Снейпом. Впитывал его напряжение и будто хотел подловить его на чем-то.       Дементор вытянул вперед длинную иссохшую кисть и потянулся к лицу Северуса. Снейп приложил максимум усилий, чтобы преодолеть чувство убийственного отчаяния и не запустить в него патронусом. Однако от внимания Лорда не скрылось, как он сжал руку в кармане мантии. Значит, палочка была у него наготове.       Наступило правило «Трех секунд».       В учебниках при встрече с дементором часто упоминают короткое правило «Трех секунд». Именно за столько времени жертва теряет контроль над своим телом и волей. Именно столько нужно, чтобы тьма проникла в самое сердце и вывернула из глубин души отрывки самых травмирующих воспоминаний, темных страхов и глубокого отчаяния. В учебнике много эпитетов и метафор, описывающих, на что похоже влияние дементора, но читать и представлять эти ощущения не имеет смысла, пока человек не встретится с ним лично.       Три долгих секунды уже прошли, и по учебнику, Северус уже подписал себе смертный приговор, не решившись использовать патронус при Лорде. В голове у него всплывали отрывки воспоминаний мертвой Лили, мертвой матери, обнаруженной в кресле на рождественских каникулах, Бет на больничной койке, а после разум заполонила пустота, от которой стало… легче.       После влияние дементора исчезло, и Северус отшатнулся от него, как только стал отдавать своим действиям отчет.       — Он интересуется тобой, — сказал Волан-де-Морт, склонив голову набок. — Как думаешь, почему он не трогает тебя?       — Я не знаю, — честно признался Северус, испытывая остатки гнетущего давления, ставшего почти физическим. — Вы приказали ему?       — Нет. Он не трогает тебя по своей воле. Даже не пытается на тебя напасть, хоть и хочет, — последние слова звучали как укор. — Он помнит Азкабан. И всё, что в нём происходило. Еще он помнит тех, кто был рядом. В том числе и тебя, Северус…       Северус после его слов окончательно растерялся и прикладывал последние усилия, чтобы держаться более-менее стойко. Про усиление барьеров в голове не шло даже речи.       «Видел? Помнит? Что именно?»       — Ты хорошо закрываешься, — подтвердил Лорд свои наблюдения. — Ты безупречно подавляешь свои эмоции. Это тебе помогает?       — Наверное, да…       Дементор без причины отшатнулся от Снейпа и залетел ему за спину. Северус слышал, как за спиной зашелестел плащ и как невидимая масса металась из стороны в сторону. Волан-де-Морт же наблюдал за этим с озадаченным интересом. Глаза его сузились, губы скривились в нечто между усмешкой и подозрением.       — Ты чувствуешь страх перед ним? — продолжил допрос Волан-де-Морт.       Снейп на такой вопрос лишь промолчал, стиснув зубы. От такого тестирования его на прочность у него по вискам била пульсация. Ответ был настолько очевиден, что Лорд не стал выуживать из него стыдливое признание.       — Если бы я знал, что у тебя не было желаний, и что ты не способен испытывать… определенные эмоции, — Лорд окинул своего собеседника с ног до головы, явно намекая на его давнее увлечение Эванс, — то рано или поздно счел бы тебя своим конкурентом.       — Чувства путают разум, — прошептал Северус, почти оправдываясь.       — Однако твое хладнокровие вызывает восхищение. — сказал Лорд отряхивая снег с рукава, как будто разговор касался чего-то ничтожного. — Хорошо, что в отличие от тебя мне не нужно прикладывать столько усилий, чтобы совладать с ними.       Снейп напряжено молчал.       — Займись тем, что ты умеешь лучше всего — изучи Запретную Секцию и узнай о них больше. — Темный Лорд посмотрел на дементора, внимательно их слушающего. — А через неделю жду от тебя новостей.       — Да… — начал Снейп, но не успел договорить.       За их спинами послышался хлопок и шелест ткани. Беллатриса трансгрессировала из поместья прямо в своем легком черном платье. Самая преданная последовательница Лорда была так взбудоражена, что холод и дементор не смогли согнать с ее бледного личика радостное воодушевление. Только плечи её вздрогнули от ветра, но она тут же выпрямилась, как будто удовольствие от принесённых вестей согревало её лучше любой мантии.       — Мой господин! — выкрикнула она, стараясь держать дистанцию от них, но голос её дрожал от возбуждения. — Крауч привёл к нам гостей!       Ее рот растянулся в лучезарной улыбке. Волан-де-Морт после ее слов, окинув Снейпа странным взглядом, с хлопком исчез. Дементор, потеряв с поля зрения влиятельную фигуру, сразу же двинулся на Беллатрису. Не петлял скользкой змеей, как вокруг Снейпа, а двинулся рывком, планируя напасть.       — Ну же, милый, не ешь своих союзников, — успела сказать Беллатриса, попятившись назад, но лицо её выражало явный страх. — Знай, я не из пугливых!       Дементор мигом приблизился и хотел уже разменяться с ней на смертельный поцелуй, но Снейп резко выдернул ее из-под существа и аппарировал обратно в поместье. Когда перед глазами появился знакомый холл, Северус сразу же ее отпустил.       Вообще, он не хотел спасать эту дуру. С радостью там бы ее и оставил, но вдруг это проверка от Лорда? Очередная.       Беллатриса отшатнулась от него.       — И кто тебя просил?! — озлобленно крикнула она, дрожа от холода и гнева. — Я не просила меня спасать!       — Ты замешкалась, — холодно бросил Северус, поворачиваясь к ней спиной и демонстративно стал отряхивать снег с мантии. — Если ты думала, что если дементор благосклонен к Лорду, то и к тебе будет, то ты заблуждалась. Твоя наивность даже трогательна.       — Тогда зачем спасал? С чего бы такое благородство, Снейп? — с ядом в голосе протянула она, шагнув чуть ближе к нему.       — Лорд не хотел бы твоей… преждевременной кончины. — ответил он отстранённо, подавив в себе желание поязвить.       «А я был бы только »за» — следом договорил за него внутренний голос.       Взъерошенная Лестрейндж, уязвленная и спасенная грязным полукровкой, имела сейчас вид негодующей сороки. Снейпу же на ее негодование было максимально плевать. Он развернулся в сторону входной двери, чтобы наконец убраться из поместья и обдумать все произошедшее, как услышал женский крик. Беллатриса, которая явно была не готова отпустить Снейпа, не вступив с ним в прощальную перепалку тоже навострила слух. После, ее лицо исказилось… пониманием, а затем — озарилось улыбкой.       — Точно! Наши гости! Как я могла про них забыть… — с воодушевлением сказала она.              И уже с другим видом, с весёлым нетерпением, двинулась вглубь коридора, громко постукивая каблуками. Северус тенью последовал за ней.       Достигнув просторного зала, объединяющего два крыла поместья, они увидели, как в центре стоит Барти Крауч и Амикус Кэрроу, Волан-де-Морт и две девушки, застывшие в поникшей позе. «Гостьи» не двигались, не подавали признаков жизни, за исключением дрожащих ладоней у одной из них. Даже недалекому станет очевидно, что обе находились под Империусом. Позади них в углу стояла высокая ель, украшенная стеклянными игрушками. Северус, когда проходил это место, можно сказать пролетел его, не обращал внимания на зимние убранства, но сейчас заметил не только ель, но и хрустальные парящие подвески под потолком, мерцающие словно иней. Жаль, что эта красота не предвещала сейчас ничего хорошего.       Беллатриса подошла чуть ближе к Темному Лорду, а Снейп остался стоять позади нее. Их разговор все равно был прекрасно слышен.       — Простите, мой Лорд, но мы не смогли выследить их отца. — извинялся Крауч, как опоздавший на урок школьник. — Обещаю, что я его выслежу… А в худшем, случае подловлю на живца.       Бартемиус сильно сжал плечо темноволосой девушки лет двадцати пяти и сильно тряхнул ее, демонстрируя свою «наживку». Другая девушка, удивительно похожая на свою подругу по несчастью все же смогла выйти из-под наложенного на них Империуса и попыталась бежать, но Амикус быстро схватил ее за волосы и дернул на себя. Несчастная, потеряв равновесие, упала на пол, под ноги Волан-де-Морту.       — Я кля… клянусь мы не знаем где он! — взмолилась она, заикаясь от страха. — Мы давно с ним не общались… Даже не видели его…       — А это мы сейчас проверим. — сказал Кэрроу, поднимая ее за волосы, как тряпичную куклу.       От боли она закричала, но сразу же получила Круцио. Крик невыносимой боли вновь разлетелся по комнате, а измученная девушка в испачканном платье согнулась на полу и тихо заплакала. Северус молча наблюдал за ними, а Беллатриса ходила вокруг них, козыряя палочкой перед девушкой, стоявшей рядом с Краучем-младшим. Лестрейндж откровенно наслаждалась страхом, трепетом, которые отражались в ее серых глазах.       — Мне некогда заниматься этим. — произнес Волан-де-Морт с презрением смотря себе под ноги. — Займись ими сам. Как закончишь - дай знать.       — Это я с радостью, господин. — ответил Крауч, чуть склонив перед Лордом голову.       — А я могу вам помочь в этом деле, мальчики? — спросила Лестрейндж, склонившись над плачущей девушкой. — Я из мертвого душу достану, не то что информацию… — распела она, вглядываясь в лицо девушки, застывшей в железных объятьях Крауча.       — Они нужны нам живыми, Беллатриса. — раздался шипящий голос Лорда, заставивший ее обратить все свое внимание на себя. — А если ими займешься ты, то от них ничего не останется.       Лестрейндж разочарованно надула губы, но через мгновение выпрямилась и покорно склонила голову, соглашаясь. Но по хищным глазам было видно, что у главной последовательницы Лорда отняли интересные игрушки. Амикус, поднял обессиленную пленницу за волосы и приставил палочку к ее горлу.       — Отведем их в темницу. — сказал Кэрроу, адресуя Белле кривую усмешку. — Если твоя, родня, конечно, не против.       — Не переживай об этом. Люциус любезно клялся чувствовать себя как «дома». — ответила ему в тон Лестрейндж.       Девушка в руках Кэрроу стала вырываться и кричать. Крауч сразу же наложил на нее заклинание Империуса и ее тело парализовало, но не лишило голоса. И когда девушка увидела недалеко от них Снейпа, она уставилась на него, как на привидение, а после, когда процесс узнавания прошел, она умоляюще зашептала:       — П-п… профессор Снейп… это правда вы?       Все разом обернулись к нему, будто до этого вовсе не замечали его присутствия. Крауч, встретившись с ним взглядом резко изменился в лице. Его худощавое лицо с острыми скулами, которое секундами ранее светилось лихорадочной преданностью и предвкушением выслужиться перед Лордом в сотый раз, скривилось в отвращении.       — Профессор, пожалуйста… Помогите нам… — обессиленно шептала девушка, которая когда-то была его студенткой. — Мы ничего плохого не сделали!       — Он тебе не поможет, дорогуша, — сказал Амикус, толкая ее в сторону лестницы, украшенной праздничной золотой лентой. — Здесь вам никто не поможет.       Крауч последовал его примеру и направил свою пленницу под Империусом вниз, где находились тюремные камеры и винные погреба. Бартемиус насвистывал какую-то весёлую мелодию, и под этот звук безвольная девушка своими ногами спускалась по каменным ступенькам вниз. А пойманная Амикусом шла медленно, через силу оборачиваясь и шепча губами: — Помогите, профессор… умоляю… помогите…       Лорд на этот концерт смотрел без тени человеческих эмоций и продолжал стоять на месте. Северус знал, что он не любил шум пленных, а значит Реддл чего-то ждал. Позади раздались глухие шаги, которые отвлекли оставшихся в комнате. Когда Август Руквуд поравнялся со Снейпом и Беллатрисой, Воландеморт окинув Снейпа опять нечитаемым взглядом, ушел в глубь коридора.       Единственный невыразимец у него на службе, поспешил за ним.       Беллатриса с любопытством смотрела им вслед и была явно разочарована, что ее господин поручает дела всем, кроме нее. Но, наверное, решив, что она все равно рано или поздно принесет Лорду пользу и докажет свою безграничную преданность, Лестрейндж гордо вскинула подбородок и круто развернулась на каблуках к Снейпу.       Северус все это время смотрел на лестницу. Внутри его жутко трясло. Но уже не от Реддла с его ручным дементором, а от Крауча и незавидной участи своих бывших студенток. Вдобавок присутствие такого умного черта, как Руквуд, тоже не радовало.       — Ты смотришь туда с таким… интересом, — лукаво произнесла Беллатриса, подходя к нему ближе. — Тебе тоже хочется поучаствовать в «допросе».       Из самой глубины поместья раздался крик, с трудом уловимый, а после наступила тревожная тишина.       — О чем ты?       — Не прикидывайся святым, Снейп. Ты прекрасно понимаешь с чего они начнут свой "допрос".       — Ты переходишь границы, Беллатриса. — злобно процедил Снейп.       — А они у тебя есть? — заигрывающе спросила она, вглядываясь в его лицо почти с хищным интересом.       Ее губы изогнулись в соблазнительной усмешке, ей совсем не свойственной. Снейпа, который сегодня сыграл роль подопытного крола, это разозлило еще больше. Достаточно, что с ним Лорд играет, как с мышью, так еще терпеть игры спятившей Лестрейндж…       — Если ты не прекратишь свои игры, то мигом в них убедишься, — прошипел Северус, прищурившись.              Она обошла его и пальцами скользнула по его плечу, задержавшись на чёрной ткани мантии чуть дольше, чем позволяли приличия. Этот жест был слишком медленным, слишком личным, словно она нарочно проверяла, как далеко может зайти. В ее карих глазах засияла демоническая искорка, транслирующая, что Белла придумала себе очередное развлечение. Северус рывком одернул её руку и отошёл от неё на шаг, как от прокажённой.       — Надутая недотрога… — с наигранной обидой промурлыкала Беллатриса. — Фу... Нельзя быть таким!       Она звонко засмеялась, а на Снейпа накатила волна чистого гнева, что еще немного, и он что-то с ней сделает. Все происходящее было похоже на слишком немыслимый абсурд.       — Что на тебя нашло, Лестрейндж? — произнес он стальным тоном. — Ищи подобных развлечений с кем-то другим. Например, со своим мужем.       — С моим мужем у меня слишком высокие отношения, Снейп. Не хочу их портить, — упоминание о нём отразилось еле скрываемой брезгливостью, но, несмотря на это, ее хорошее настроение было не убавить. — А ты что у нас главный праведник? Или аура Дамблдора такая заразительная, что ты теперь тоже… святоша?       — Замолкни…       — Знаешь, почему ты сейчас злишься? — подначивала она, накручивая прядь своих чёрных волос на палец, как в старых итальянских фильмах для взрослых. — Потому что я тебя насквозь вижу. Сидишь на двух стульях и ждёшь, на кого в конце поставить ставку… Вот чем ты таким занимаешься в школе, что рядом с тобой и мальчишка ходит, и старикан, но результата почему-то нет…       — Если Лорд не говорит тебе всех подробностей, значит, не считает нужным. И то чем я занимаюсь в школе тебя не касается.       Лицо Северуса теряло свое хваленное хладнокровие по секундам. Ее голос, жесты, пронизанные интимностью с ядовитыми оттенками, лишь больше выводили из себя. А ее… это откровенно забавляло.       — А может, ты там… студенток трахаешь, а? — Белла подошла к нему совсем вплотную, и насмешливые карие глаза с вызовом заглянули в черные. — А сам строишь из себя…       Не успев договорить, Северус схватил ее рукой за горло и в несколько шагов прижал к холодной стене. Беллатриса платьем задела ветви ели, и несколько стеклянных игрушек со звоном упали на пол, захрустев под его обувью. Он навис над ней, его черные волосы упали на лицо, которое наконец сбросило маски и исказилось гримасой чистой неприязни, если не ненависти. Их лица были так близко, что он чувствовал тепло ее кожи и запах терпких духов, заполняющие легкие против его воли.       — Я тебе говорил заткнуться… — произнес он угрожающим шепотом, сжимая пальцы на горле еще сильнее. — Еще одно слово, и я заставлю тебя пожалеть, что ты вообще открыла свой рот!       Но Беллатриса даже не вздрогнула. Напротив, ее губы растянулись в манящей улыбке, а глаза засияли, как у кошки, когда та в одном прыжке от жертвы.       — Значит я права? — прошептала она на выдохе. — Еще как права... От тебя сексом за версту несет. Профессор.       Она приглушенно захихикала, за что ее голову рывком приложили затылком об стену. Игрушки на еловых ветках опять зазвенели.       — Тебе мало, сука? Еще хочешь?       — Мало… — прошептала она и ее тело изогнулось под его хваткой в каком-то странном наслаждении.       Под пальцами он чувствовал, как бьется ее пульс. Смех звучал в ушах как зудящая вибрация, как фантомное эхо, долетающее до хрустальных подвесок над их головами, не давая ни минуты тишины в распаленной от злобы голове. Она прижалась ближе, и Северус почувствовал, как ее бедро коснулось его через мантию. Беллатриса его провоцировала. Доводила напряжение между ними до невидимых колебаний магии.       — Ты, паршивая дрянь, каждое собрание ставишь мой авторитет под угрозу своим длинным поганым языком… — шипел Северус, сдавливая ей шею еще сильнее. — Будь моя воля, я бы тебе его вырвал, Белла…       — О, да… — выдохнула она, не сопротивляясь. — Вот ты и показал свое настоящее лицо, полукровка. Бесишься, потому что я говорю правду! Если бы ты совал свой длинный нос в дела старика куда усерднее, то от тебя была бы хоть малейшая польза. А так ты бесполезен!       — А что тогда сама отсиживаешься в мэноре? — язвил Снейп в ответ. — Ах, ну конечно. Ты же наше главное украшение на собрании. Куда же тебя...       — Зато мне нет нужды перед ним трусливо пресмыкаться, как ты!       — Я ему верен!       Ее слова про трусость довели его до последней кондиции. Как в тумане, его рука, сжимающая палочку, зависла в дюйме от её горла.       — Круцио! — выкрикнул он, и луч боли пронзил ее тело агонией.       Беллатриса изогнулась, вцепившись одной рукой в его плечо, и затряслась в короткой конвульсии. Через пару секунд, когда боль откатилась волной, её крик смолк. Снейп отпустил ее, и, когда тяжёлая рука оставила хрупкое горло, она разразилась диким, полным мазохистского экстаза смехом. Её глаза сияли, как у безумной, а волосы растрёпанными волнами покрывали ее плечи, создавая ей довольно… привлекательный образ. Снейп, словив себя на странных ощущениях, которые давал этот всплеск эмоций, понял, что все заходит слишком далеко, отступил на шаг. Под ногами опять захрустели остатки стекла, окончательно превратившиеся в цветную крошку.       — Ну хотя бы не тюфяк… — почти шепотом сказала она, облокачиваясь на стену. — Как быстро ты скатился с джентльмена до пса. Лаешь, да не кусаешь?       Беллатриса, всё ещё опираясь на стену, выпрямилась с ленивой грацией хищницы. Она чуть склонила голову набок, её губы изогнулись в усмешке. Медленно, с нарочитой томностью, она провела кончиками пальцев по своей шее, там, где только что была рука Снейпа, словно смакуя оставшееся жжение от его хватки.       Северус видел в этом новую провокацию. Каждое ее слово, каждый жест — от лёгкого касания до вызывающего наклона головы — был рассчитан, чтобы вывести его из равновесия, разжечь гнев, чтобы… Снейп продолжение этой мысли избегал в своем подсознании. Его пальцы всё ещё помнили тепло её кожи, и это воспоминание хотелось побыстрее стереть.       — Мое дело служить Лорду и делать все, чтобы воплотить его замысел в жизнь. — медленно проговорил Северус, взяв свои эмоции под контроль. — На большее я тратить свое время не намерен.       Беллатриса хмыкнула и недобро сузила глаза.       — А мог бы…       — А мог бы заставить тебя пожалеть обо всем, что ты мне наговорила, Беллатриса. — перебил ее Северус. — Но к сожалению, тебе это принесет только удовольствие.       Снейп смотрел на неё сверху вниз, стараясь сохранить хладнокровие, хоть внутри всё кипело от ненависти к ней, к этому месту, к самому себе за то, что позволил ей довести себя до такого. Рука инстинктивно сжала палочку, что не укрылось от ее глаз. Чтобы не дать ей новый повод раззадорить себя еще больше, Северус решил закончить их разговор. Он резко развернулся и зашагал по коридору, не удостоив её больше ни взглядом, ни словом.       За его спиной раздался оглушительный треск. Недобитые елочные игрушки, уцелевшие после их стычки, с громким звоном полетели на пол отдавая эхом через весь коридор. Их звон разнёсся по поместью, смешиваясь с приглушенным криком из подземелья, который Снейп не сразу заметил. Все его мысли были лишь о Беллатрисе, которая после отказа точно затаила на него обиду.       «Эта сука будет рыть мне яму. А Крауч ей поможет» - с этой мыслью Северс наконец-то покинул Мэнор, понимая, что среди Пожирателей расплетается новая паутина интриг.