Happy end

Скарамучча никогда так сильно не ошибался в этой жизни. Даже когда он уверовал в слова Дьявола, которым являлся Дотторе, даже когда он возненавидел не только тех, кто этого был достоин, но и невиновных, Скарамучча продолжал считать себя правым. Даже когда он пытался помешать планам Путешественника, даже когда он сам имел возможность убить его где-то в глубине коридоров фабрики по изготовлению Глазов Порчи… Даже после всех своих неудач и страхов, после стольких совершенных из-за неведения и глупости ошибок, Скарамучча думал, что заслуживает чего-то. Или, что было даже более возможным, он был уверен, что не заслуживает даже жизни, поэтому и продолжал говорить гадости, чтобы не дать ранить себя снова. Вот только… С Путешественником это не особо сработало, верно? Потому что он оставался чистым и невинным, он продолжал раз за разом звать Скарамуччу по другому, чуждому ему имени. Он все продолжал говорить, рассказывать все новые и новые вещи, и Скарамуччу это, конечно же, бесило. Потому что Итэр ведь… Обычный? А потом, когда Скарамучча ловит себя на мысли, что улыбается, пока Итэр вместе с Паймон несут какую-то веселую чушь, даже не вспоминая о том, что натворил Сказитель в свое время, он просто… Ох, это было освежающе отчего-то. Потому что впервые в жизни Скарамучча перестает чувствовать себя ненужным. Он не в первый раз чувствует себя особенным, но именно то чувство, когда сердце перестает бешено биться, а мозг скандировать «тебя все равно бросят»… Это было впервые. Но в момент, когда раздается взрыв, Скарамучча чувствует, как у него пропадает дыхание в преддверии чего-то… Ужасного. Ох, когда сердце разбивают в четвертый раз, это все ещё больно. (Не так ли, Нива?) Вот только… Итэр удивляет его в который раз, ведь… Ведь он выбирает Скарамуччу вместо своей обожаемой сестры, которая стоит на обломках некогда могучей, свирепой цивилизации, которая с улыбкой протягивает раскрытую ладонь, чтобы Итэр пошел с ней. Она уверенно стоит с протянутой ладонью в ожидании не брата, а нового слуги, который будет верно следовать за своей королевой. Как и многие другие, верующие в Неё, в ту, которая не свергла старых Богов, а лишь стала их заменой. И не заменой даже, а подобием, пешкой в руках существ, намного более могущественных, чем даже Архонты Тейвата. Люмин стоит, а в ее глазах нет радости и надежды в светлое будущее этого мира. Она не стремится защитить людей, она не хочет дать этому миру надежду и просто напросто шанс. Люмин не готова боготворить кого-то, кто не стоит и ломанного гроша. Кого-то, кто имеет дерзость востать против нее. Люмин так чертовски сильно уверена, что Путешественник тоже пойдет за ней, как все эти маги Бездны и Чтецы, которые проводят ее фигуру восторженными взглядами, которые готовы вылизывать ее ступни и обувь, лишь бы Она заметила. Вот только вместо того, чтобы уйти, оставив после себя лишь расплывчатую дымку, запах только потушенного костра, а ещё кокетливую улыбку через плечо, Итэр просто… Он просто остаётся стоять на месте, совсем рядом с Паймон и Скарамуччей? Он даже… Даже шага навстречу сестре не делает. И не потому, что он ненавидит ее, не потому, что не верит в ее благочестие, не потому даже, что видит в ее глазах лишь желание дальнейшей расправы. О, нет, Итэр просто не может бросить своих друзей даже ради самого важного человека для него. Итэр просто… Он просто не готов расстаться со всеми избранными людьми, которые сделали для него все и даже больше. Которые на протяжении этих долгих лет бесконечных поисков помогали ему. Которые смогли стать новой семьёй для Итэра. И неужели Скарамучча… Удостоился чести стать одним из этих людей? Это же просто… Невозможно? Вот только Итэр улыбается не только Паймон, но и ему, и Скарамучча не может сдержать слёз. Пусть даже он и обычная кукла без эмоций и чувств.