Обрати на меня внимание

      Хёнджин не мог поверить! Он и правда сейчас собирается заняться сексом со своим соулмейтом? Ликс лежал перед ним такой открытый, такой нуждающийся и такой желанный, раздвинул свои прелестные ножки в стороны и, закусив губу, принимал в себя один палец. Проникновение было медленным, осторожным, альфе не хотелось бы навредить любовнику, поэтому он старался сдерживать собственное рвущееся наружу желание, пока вставлял палец по фалангу в проход младшего. Феликс медленно расслаблялся в его руках — перестал так сильно сжиматься, чувствительные стеночки раз за разом расслаблялись вокруг его пальца, а когда к нему проник второй, он лишь тихо застонал, но терпеливо принял после него и третий, что входил уже куда легче. Омега крайне нетерпелив, особенно, когда Хван легко вводил в него четыре пальца и понемногу наращивал темп, пытаясь отыскать чувствительный комочек нервов глубоко в парне. — Скажи мне, что ты хочешь… — прошептал в чужое ухо Хёнджин, поглаживая Ликса внутри, и вот, младший наконец-то протяжно застонал, задёргался, а это означало одно: старший нашёл простату. Кажется, омегу на мгновение выбросило из реальности, судя по тому, как задрожали его губы, на которых выступила капелька крови от постоянного покусывания. Джин ловко слизал эту капельку, театрально промычав, якобы это было самое вкусное, что он пробовал в своей жизни, — Ликси, я не услышал твоего ответа. Используй слова. — Тебя хочу! — это уже было произнесено достаточно чётко и внятно, и хитрая ухмылка расцвела на лице альфы, когда тело под ним в очередной раз дёрнулось, словно требуя хоть какого-то контакта.       Ладонь Джина скользнула по линии талии, поднялась выше по рёбрам, чтобы нащупать лежавшие около плеча Ликса презервативы. Подцепив один квадратик, Джин провёл теперь уголком по напряжённой коже, параллельно целуя Ли в шею — засос за засосом расцветал на нежных участках, оставляя алые отметины, именно в тех местах, которые сложно скрыть водолазками или кофтами. Хёнджин наконец-то вытащил из упаковки латекс и раскатал его по своему стоявшему колом члену. Оставив ещё один неглубокий засос внизу живота, альфа устроился между ног любовника, медленно и неспешно проникая в него. Младший нетерпеливо подавался вперёд, навстречу движениям, стон снова сорвался с его губ, стоило Хвану погрузиться в его нутро во всю длину. Ликс едва сдерживал себя, чтобы не закричать от сильного желания с требованием не останавливаться, но старший всё же оставался в рассудке, чтобы не навредить любовнику, поэтому замер на несколько мгновений, давая стеночкам привыкнуть к размеру. Хёнджин чувствовал малейшее изменение его внутреннего состояния, как свое собственное и наслаждался этим.       Секс с соулмейтом это воистину круто, это просто предел чего-то неземного, нереального, прекрасного. Феликс открытый, податливый, жутко нетерпеливый и требовательный. Он постоянно дёргался вперёд, чтобы прочувствовать Джина целиком, насладиться этой наполненностью внутри себя, ощутить каждый миллиметр члена глубоко в себе. Хван же, убедившись, что младший в порядке, распрощался с остатками здравого рассудка, когда набрал скорость и ритм, входя в любимое тело уже более резко, точно, быстро, да так, что шлёпки их мокрых от пота и смазки тел раздавались по всей комнате, смешиваясь с громкими стонами омеги и разбиваясь о стены. Ли не сдерживал стонов, особенно, когда альфа, подхватив его под коленями, забросил одну ногу себе за бедро, а вторую сгрузил себе на плечо, отыскав новый угол проникновения.       Когда он немного поменял позу Ликса под собой, тот громко закричал, да так дёрнулся, что чуть не сломал плечо, в которое вцепился татуированной рукой, кажется, Хван задел простату внутри него. Младший громко, оглушительно кричал, стоило Джину попасть по чувствительному комочку нервов в нём. Хван взял высокий темп и принялся бить по простате с удвоённой силой, да так, что омега под ним словно плавал на грани обморока. Какая-то часть старшего требовала поумерить пыл, но он подавил в себе эту жалость, напоминая себе о том, что Феликс получал от этого удовольствие, и если оно у него немного садистское — в этом было что-то своё. Разум требовал удовлетворить соулмейта, и альфа слепо следовал его воле. Он уже не понимал что происходит, все смешалось и он уже себе не принадлежал. По члену пробежалась какая-то приятная вибрация, возбуждение Ликса преобладало сейчас, его тело в сильных руках альфы ещё несколько раз вздрогнуло, а затем струя спермы выстрелила ему на грудь, заляпывая живот, а несколько капель попали даже на кончик подбородка. Младший будто выпал из реальности на несколько мгновений, пока его тело успокаивалось, возможность соображать возвращалась. Джин кончил следом и едва успел выставить руки, чтобы не раздавить хрупкое тело омеги. Отдышавшись он выскользнул из заднего прохода любовника, стащил с члена презерватив и выкинул его, поднявшись с постели. Альфа дотянулся до салфеток на тумбочке, вытащил пару и вытер ими себя и Феликса, который все еще рядом с ним продолжал лежать уставший, растраханный, вымотанный, но, кажется, счастливый. Внезапно он завозился и сел, потряс головой, оглядываясь вокруг, словно наконец вернул себе способность трезво мыслить. — Блять... — прошептал омега и вскочил с кровати, начав судорожно натягивать на себя одежду. — Ликси! — позвал он младшего.       Но он не откликнулся. В душе Хёнджина мелькнули страх и паника, но не его, а соулмейта. Что происходит? У них сейчас был самый потрясающий секс, и омега вот так уйдет? Пока он мысленно рассуждал, Феликс уже успел одеться и выскользнуть из комнаты. Черт, черт, черт. На дрожащих ногах он поднялся, как попало натянул одежду и вылетел на лестницу. Но внизу Феликса уже не было, Джисон и Минхо тоже отсутствовали, Крис пожал плечами.       Феликс вылетел из дома и метнулся за угол, на ходу натягивая куртку. Его тело дрожало, руки не слушались. Что сейчас только что произошло? Как он оказался под своим альфой? Все катилось к чертям, не поддавалось логике. Нужно признать: опыт альфы в постели и правда превосходил все ожидания и самые смелые мечты. С ним он был совсем другим: бесстыдным, жаждущим, слабым, и Ликсу это совсем не нравилось. Он терял контроль, подчинялся желанию Джина. Феликс поспешил домой. Отца не было. Омега не спеша принял душ, оделся в теплую мягкую пижаму, расчесал волосы, и наконец остался один в тишине своей комнаты.       В голове крутилось много мыслей, не дававших покоя. Ликс считал, что неприемлемо так быть зависимым от альфы. Нужно удалить его от себя, закрыться. Сможет ли он? Он же достаточно сильный, чтобы просто игнорировать Хёнджина? Если он постарается, то все должно получится. Лишь бы друзья поддержали. Выходные прошли относительно спокойно, а вот в понедельник стало тяжело. Все усугублялось еще и тем, что он чувствовал Хёнджина. После физической близости их связь стала только крепче. Игнорировать альфу будет сложнее, чем он думал. На большой перемене они с Джисоном не пошли как обычно в столовую, а вышли на университетский двор, взяв еды с собой. К ним прибился ещё и Чонин, являясь теперь соулмейтом Криса. Омеги расположились на скамейке, греясь под несмелым апрельским солнышком. — Ликси, ты так и не сказал что у вас произошло с Джином, после того, как он вырвал тебя у Чонгука. — неспешно произнёс Хан. Ли прекрасно знал этот тон, который означал, что деваться некуда. — Мы переспали. И это было божественно. — Я же говорил тебе. — Я не верил тебе, пока сам не испытал. — Джисони, а ты тоже спишь со своим альфой? — поинтересовался Чонин, поедая кимпаб. — Да. С первой течки в мои шестнадцать. — Ты был таким юным и не побоялся довериться альфе? — Я был знаком с этим альфой до этого четыре года и верил ему больше, чем себе. — А каково это? — Секс с соулмейтом — это за гранью понимания и осмысления. Ты чувствуешь его, а он тебя. Это самое крутое, что можно испытать. — Блин, теперь тоже хочется. — почти шепотом сказал Чонин.       Ликс был рад, что друзья сменили тему, но по взгляду Джи было понятно, что он просто так это не оставит.