Christmas Story

Яркие, переливающиеся всеми цветами огни заблестели, а протяжный гул и густые выхлопы белого пара всколыхнули морозный воздух, тем самым оповещая о скорой посадке. Поезд, описав изящный полукруг, шумно проехался по невидимым рельсам, отбрасывая искры, неспешно сбавил скорость, и наконец, плавно приземлился на только что выпавший снег. Красивый брюнет спустился вниз по ступенькам, на ходу надевая излюбленную темную шляпу. Спрыгнув с возвышения, он легко взмахнул рукой и из золотистых искр из ниоткуда появилась резная трость. Поправив бардовый пиджак, он взглянул на сверкающую звездным светом полную луну и произнес: – Итак, что же принесет эта рождественская история? Сочельник в этом году выдался на удивление морозным: прохожие кутались в тысячи шерстяных свитеров, на главную площадь не могли прийти без горячего какао, – но даже пробирающий холод не мог помешать им насладиться приближающимся праздником. Словно ползучими лианами яркие прилавки со всевозможными вкусностями увивали пестреющие на гирляндах светящиеся огни. Будто завороженные ярким мерцанием, горожане обходили одни из таких, и придирчивым взглядом старались выбрать только самое лучшее. Кто-то оценивающим взглядом рассматривал оберточную бумагу, кто-то – сувениры, а кто-то же так сильно торопился, что даже не смотрел себе под ноги, продолжая лететь навстречу другим покупателям, тем самым вызывая недоуменные взгляды и непрекращающееся ворчание. Мафу – такой же городской житель, который точно также пришел выбирать подарки своим родным, никогда не любил подобную суматоху и предпочитал как можно дальше находиться вдали от всеобщего столпотворения, лишь закатил глаза на образовавшуюся кучу малу и продолжил свои поиски. Продвигаясь по рядам все дальше, Мафу вышел на центральную площадь с величественно возвышающейся зеленой елью. Ослепляющее марево от крученых гирлянд блеснуло ему в глаза, но блондин отчего-то не отвернулся, – ему всегда нравилось смотреть на что-то такое, что ненароком в особенно хорошие дни могло согреть его уютной теплотой. Мыслями возвращаясь в давно ушедшие времена, Мафу вспомнил как с родителями они ходили на такую же площадь, может быть она была даже больше, чем сейчас; как в беседках поблизости, сдувая с пузатых чашек пар, они пили горячее какао, заботливо приготовленное мамой, как на главных городских часах отсчитывали секунды до начала праздника, и просто смеялись так счастливо. Мафу хотел, чтобы и этот день стал одним из таких. Поэтому сегодня он настоятельно решил выйти из теплого дома и посвятить все свое свободное время, чтобы выбрать что-то особенное, что-то что могло бы согреть их также, как всегда они согревали самого Мафу. Чуть отвлекшись, блондин едва не пропустил нужный прилавок, где в приглушенном свете фонарей навстречу ему что-то ярко сверкало, мерцая серебряными искрами. Заинтересовавшись, Мафу подошел чуть ближе, и увидел, что это были три небольших ангелочка со сцепленными ручками, которые, словно оберегая, держали на троих одно большое красное сердце. Отчего-то заволновавшись, Мафу уже хотел спросить продавца о покупке, но едва только пискнув, оказался чуть ли не сбитым с ног. Он услышал как раздался крайне неприятный женский голос: – Сколько за них? Выровнявшись, Мафу обернулся и увидел как стоящая рядом девушка в дорогом полушубке указывает на ту самую фигурку, которая ему так понравилась. Его душа так и покрылась ледяным холодом, за одно короткое мгновение сброшенная в глубокую черную бездну. Если он ничего не предпримет, то так и останется ни с чем. – Семьсот йен, уважаемая, – как из под толщи воды раздался голос пожилого мужчины. – Вот старый скряга, блин, – прошипела девушка, закатив глаза, но все же достала из сумочки кошелек. – Эм.. извините, – проговорил Мафу, обращая на себя внимание, – Вам очень нужна эта статуэтка? – А? А что это не заметно? – девушка вскинула белокурую голову. – Отнюдь, – проговорил Мафу, качая головой, – Однако, не уступите ли вы мне ее, если 700 йен заплачу вам я? – Что? Неужто тебе ли такое предлагать? – девушка окинула Мафу презрительным взглядом с головы до ног, – У тебя вид бедного голодного студента, который вымаливает лапшу быстрого приготовления у незнакомцев в обшарпанных переулках. Так что это будет лишь искренней щедростью, если заплачу тебе я, – она махнула рукой, засмеявшись. – Как все ваши неприемлемые замечания касаются нашей сделки? – Мафу сложил руки на груди, наблюдая как с продавца в лавке скатываются десять потов. – Сделки? Ты шутишь что ли? Ты оглох и не слышал что я сказала? – Наверное, принять деловое предложение от “бедного студента” для вашего достоинства будет просто немыслимо, – Мафу понимал, что своими словами делает лишь хуже, не сглаживая конфликт, а лишь разжигая его, но он был не намерен терпеть подобное отношение к себе, – Однако, вы так бежали сюда сломя голову, что чуть не повалили меня в снег, да и с мужчиной обошлись вы не лучше, назвав его старым скрягой. Судя по вашему поведению, я бы сказал, что вам очень сильно нужна эта фигурка, однако скорее всего вам просто не хватает чувства такта. На минуту воцарилась никем не нарушаемая тишина, в которую Мафу успел заметить как вокруг них собралась уже немалая толпа народу. Девушка, будто набрав в рот воды, в один миг забыла все припасенные на подобный случай комментарии и не смогла выговорить ни единого слова, продолжая давиться своей же горькой желчью. – ..Хам! – наконец воскликнула девушка, покраснев. Она небрежно кинула на прилавок деньги, схватила статуэтку, и быстрым шагом уже хотела уйти восвояси, как Мафу, не отдавая себе отчета в происходящем, резко схватил ее за руку, останавливая. В эту же секунду девушка громко закричала, привлекая внимание проходящих мимо горожан, и некрасиво воспользовавшись возникшей суматохой, резко оттолкнула Мафу от себя, отчего тот, потеряв равновесие, больно ударился головой о деревянный прилавок. Он ничком повалился в снег, видя перед собой лишь расплывающиеся цветные круги и краем уха слушая незаслуженную ругань прохожих. Продавец сувениров так и остался молчать, не проронив ни единого слова. – Хэй, ты как? – до Мафу сверху донесся чей-то взволнованный голос, – Встать сможешь? Блондин прищурившись, попытался разглядеть представшего перед ним человека, но картинка снова и снова распадалась на разрозненные фрагменты. Мафу попытался подняться, и чуть не свалился обратно, но в мгновение ока был ловко подхвачен этим заботливым человеком. – Вот так, – едва слышно проговорил новый знакомый, – А теперь пойдем найдем тебе воды и спокойное место. *** Пульсирующая боль в голове все не проходила, отказываясь покидать Мафу ни на секунду, и лишь с каждым разом усиливалась все больше, однако расплывающаяся чернота и ползающие цветные кляксы, к счастью, почти исчезли из виду, и сейчас Мафу мог немного осмотреться. Молодой человек привел его в стоящую в конце безлюдной улицы беседку, и аккуратно усадив его на скамейку, сразу же убежал за водой. Блондин уловил тонкий запах душистой древесины и попробовал втянуть его в себя, но вновь возникшая резь в макушке не дала этого сделать. Отсюда до главной площади не доносились ни бьющая по ушам музыка, ни взрывающиеся петарды, ни взбалмошные крики людей, так что Мафу прикрыл уставшие глаза и позволил себе немного расслабиться, откинувшись головой на сиденье. Мыслями Мафу возвращался на торговую площадь, и снова и снова воспроизводил неприятные картины с недавно произошедшим глупым конфликтом. Неприятная горечь вперемешку с горькой обидой больно резали Мафу по сердцу, однако переживал он скорее из-за того, что теперь не сможет подарить родным ту крохотную капельку счастья, а вовсе не из-за грубых слов надменной девушки. Тем более, что бедным Мафу не был, и в долгу не остался уж точно. – Прости, что долго! – воскликнул прибежавший парень, – Вот, держи. Он открутил крышку бутылки и налил воду в пластиковый стаканчик, а после аккуратно вложил его в руки Мафу. Блондин тут же выпил залпом прохладную жидкость. Теперь когда поверхность не вертелась волчком из стороны в сторону, а сам Мафу не заваливался куда-то вправо, блондин мог более детально рассмотреть своего собеседника. Его темные волосы блестели в падающем свете ярких фонарей, на голове красовалась бархатная черная шляпа, которая подходила ему также хорошо, как и бордовый пиджак, на коем, негромко звеня, болтались мерцающие золотые звезды и переливчатые полумесяцы, да и он сам был довольно красивый, и скорее всего одного возраста с Мафу. – Ну как ты? – спросил брюнет, все также обеспокоено глядя на Мафу, – Не тошнит? – Угу, уже лучше, – кивнул Мафу, и добавил, – Спасибо тебе. – Я видел, что произошло.. – печально вздохнул новый знакомый, присаживаясь рядом, – Это я должен извиниться за то, что не подоспел раньше. Всего этого не случилось бы.. – А? О чем ты? – Мафу от удивления вскинул голову, на минуту даже забыв про боль, – Ты ведь не обязан был мне помогать.. – Мм, а почему нет? – удивился брюнет, не на шутку задумавшись, – На мой взгляд тебе как никому другому нужна была моя помощь, поэтому я ее предложил, разве не логично? – Да, но кажется другие так не посчитали, – Мафу обнял себя руками. Как бы блондин не хотел скрыть свое равнодушие, что-то всегда норовило его кольнуть где-то посередине груди, когда он сталкивался с неоправданной жестокостью этого мира. – А, вот ты о чем.. – с ноткой грусти произнес он, краем глаза поглядывая на поникшего Мафу, – Это такой мир, где принимая помощь от незнакомца, это кажется странным и даже удивительным? – Все так, – кивнул Мафу, – Поэтому, если бы не ты, я бы так и остался замерзать в том холодном сугробе, поэтому я тебе очень благодарен. Брюнет улыбнулся. Кажется, и в этот сочельник ему удастся подарить кому-то капельку счастья. – Кстати, ты живешь с кем-то, кто может о тебе позаботиться? – вдруг спросил он. – Нет, один, – ответил Мафу, а потом удивленно вскинул голову, – А.. позаботиться? Зачем? Я и сам отлично справляюсь со всем. – Оу, ну тогда это никуда не годится. А если тебе станет плохо или начнет тошнить, или ты вдруг захочешь съесть что-нибудь сладкого, но не сможешь подняться? – в мгновение затараторил брюнет. – Что-нибудь сладкого? – повторил Мафу, не успевая за быстрым потоком чужих мыслей. – В таком случае, я хочу пригласить тебя к себе, – закончил он. – Ээ? Но мы даже не знаем имена друг друга! – ошарашенно воскликнул Мафу, – Да и это не единственная проблема! Как можно вот так к кому-то наведаться в гости? – Ох, совершенно просто, – махнул брюнет рукой, – Я – Амацуки, а ты..? – ..Мафу. – Отлично, будем знакомы. Когда все припасенные аргументы Мафу закончились, и у него уже не осталось сил придумывать новые, ему ничего не оставалось делать, кроме как последовать за своим новым, но слишком активным знакомым.