Тяжело, но так прекрасно

Прошло три года с того момента. Девочку зовут Попова Валерия Арсеньевна. Ей три годика, и она ходит в детский садик. А Арсений пытается справиться с ролью отца. — Дочь, просыпайся. Сейчас в садик опоздаем, солнце моё, — сказал Попов, поглаживая Леру по головке. — Ну па-а-а-п, я хочу спатьки! — девочка улыбнулась и вновь закрыла глазки. Арсений лишь вздохнул и продолжил пытаться разбудить своё чудо. — Может, тебя водой полить? — пошутил старший. — Говорят, бодрит. — Ой, не, не надо. Я встаю уже, — сказала малышка. — Ну давай тогда, пошли завтракать, я уже приготовил, — сказал Арс, на секунду улыбнувшись. На завтрак у них сегодня была овсянка с ягодами и шоколадный кексик. Лера, конечно, сначала отказалась есть кашу, а сразу захотела приступить к кексу, но Арсений так на неё посмотрел, что рука сама взяла ложку, придвинула тарелку, а каша сама пошла в рот. К концу завтрака, девочка поблагодарила папу за еду, и мужчина отправил ее чистить зубки и умывать личико. Лера послушно пошла, но в ванной комнате ее одолело веселье. Девчонке резко захотелось поиграть с шампунями, водичкой и зубной пастой. Она начала брызгать водой по всей комнате, улыбаясь во все молочные зубы. Благодаря шампуням девочка устроила пенную вечеринку в комнате. Она была раскидана по полу, а также блестела в виде бороды на ее подбородке. Ну а пастой она решила порисовать на зеркале. Делая это, она заливалась ручейком от смеха. Ее глазки сверкали от счастья. Лере было очень весело, пока в ванную не постучался папа. — Лерусь, ты чего так долго? Можно войду? — сказал мужчина со спокойной интонацией. Веселье резко остановилось. Девочка не знала, что и делать. — Лера? Я жду, — чуть строже добавил Арс. Дверь Лере пришлось открыть. Когда Арсений зашёл, у него глаза на лоб полезли. Дочь всегда была послушной, а тут что-то новенькое. И как реагировать? Сильно ругаться вроде и не хочется, а вроде и можно чуть-чуть. — Дочь, а это что такое? — мужчина пытался сделать очень строгий голос и вид. Не факт, что получилось, но он старался, правда. — Прости… Я чего-то заигралась. Ну, я тогда пойду одеваться в садик? — ответила Лера. На ее глазах были нотки осознания вины. — Ох, я надеюсь, вся эта вода не пошла к соседям. Так, ладно, иди начинай одеваться, но, если нужна помощь — зови. А я пока уберу это все безобразие, — вздохнул Попов. — Ах, да, ещё смой с себя всю эту пену. И мы с тобой ещё вернёмся к этому разговору. Все, давай. Девочка кивнула и смыла с себя все это недоразумение. Настроение у неё было теперь мрачнее тучи. Она побежала в комнату, где папа уже приготовил ей одежду, и начала пытаться самостоятельно одеться. И если со штанишками она с горем пополам справилась, то кофточка казалась малышке чем-то за гранью возможного. Только вот папу чего-то не хотелось звать совсем. Вдруг ещё ругаться будет. Но делать-то нечего! Придётся позвать. — Па-а-ап, помоги пожалуйста кофту надеть. У меня не получается, — все-таки осмелилась девочка. Тем временем, Попов как раз закончил убирать «пакости» ребёнка, а потом, услышав зов дочери, пошёл к ней на помощь. Он помог надеть кофточку, и потом они пошли надевать верхнюю одежду. Мужчина оделся сам и помог дочери застегнуть курточку и завязать шнурки на ботинках. Далее, они вышли из квартиры, спустились в лифте и сели в машину. Арсений аккуратно посадил девочку в кресло и пристегнул ремень безопасности. И они поехали. Ехали они сегодня в гробовой тишине. Лера смотрела в окно и изучала все, что только видела. Особенно интересными ей казались люди. Вот они все-таки такие разные! И ведь так и не понять, кто добрый, а кто злой. Может этот дядя — вообще какой-то киллер! А может он, наоборот, добряк какой-нибудь. Примерно такие детские и наивные мысли мелькали у неё в голове. А Арсений что? Арсений следил за дорогой, параллельно представляя свой рабочий день. Сегодня у него только съёмка для рекламы, а это не может не радовать. Так они и не заметили, как доехали до детского сада. Отец с дочерью вышли из машины и зашли в здание садика. Там их сразу встретила воспитательница Юлия Александровна. Это молодая, милая, приветливая девушка с темными волосами. Она поздоровалась с Арсом и Лерой. Девочка, не без помощи отца, конечно, сняла верхнюю одежду и уже готова была идти в группу. — Давай, заяц, пока. Веди себя хорошо и слушайся Юлию Александровну, — сказал старший, поцеловав дочь в висок. -Пока, — сказала девочка и побежала в группу к другим детям.

***

У Попова закончился рабочий день и он отправился в детский сад за дочкой. Ехать от места его работы недолго, поэтому через пару минут после окончания съёмок он уже доехал. Как только он вошел в здание, на него сразу же побежала Лера с криками «Папа!». Вот она — настоящая прелесть отцовства. Ради этого можно терпеть все трудности, возникшие при воспитании ребёнка. Видеть счастливые глазки своего чуда, бегущего к тебе после недолгой, но все же разлуки, — это то, ради чего стоит жить. Это нереальные эмоции. Он подхватил дочку на руки и притянул к своей груди, поцеловав в макушку. Девочка обвила его шею своими маленькими ручками, жмуря глазки, как от солнышка. Так они постояли какое-то время, пока Попов ее не опустил. Далее к ним вышла воспитательница. — Ой, Арсений Сергеевич, вы уже пришли? А я думаю, куда Лерка побежала так. Она вас прямо чувствует, — сказала воспитательница своим ласковым голосом. — Угу, есть такое у нас, — промолвил мужчина, щёлкнув девочку по носику. — Как она себя сегодня вела? Не чудила тут? — спросил брюнет после недолгого молчания. — Более-менее. Конечно, покапризничала немного, потому что спать не хотела ложиться, но это уже мелочи жизни, — ухмыльнувшись, сказала девушка. — Ну это у нас за святое, да, Лерусь? — девочка лишь смущенно кивнула, смотря в пол. Воспитательница попрощалась с ними и пошла обратно в группу к деткам. А Поповы, тем временем, уже вышли из садика и даже успели сесть в машину.

***

До дома они доехали довольно быстро. Попов накормил дочку и поел сам. — Дочь, садись на диванчик. Давай с тобой поговорим об утреннем веселье твоём, — сказал Арс совсем без злости, а наоборот, довольно спокойно и даже немного улыбаясь. Но девочке после этих слов все равно стало как-то страшновато. Отцовский глаз Арсения увидел этот испуг, и он попытался успокоить: — Ну ты чего так пугаешься, солнышко? Мы просто поговорим. Обычный разговорчик, заяц. Давай, садись скорее, — после этого девочка все же села на диван. — Давай начнём с того, что поймём, зачем ты это делала? — спокойно спросил Арс. — Просто… просто… скучно стало, хотела повеселиться, — со всхлипами говорила Лера. — Ну есть же много других «законных» способов веселья, — девочка начала плакать после этой фразы. — Ну тише, зайка моя любимая, — Попов приобнял ее. — Прости, я так больше не буду, — сквозь слёзы промолвила Лера. — Я верю, малышка. Только не плачь, ради Бога, — вздохнул брюнет. — А ты не будешь меня ругать? — голубоглазая смотрела прямо в глаза отцу. — На первый раз — нет. Но ещё раз повторишь такое веселье — я уже не сдержусь, зайка. Понятно? — на это девочка лишь кивнула и побежала в комнату играть в Барби. Попов покачал головой и начал готовить еду на завтра.