Рожден для тебя

      До Корейской стены они доехали быстро. Чимин вдавливал педаль газа в пол, выжимая из новенького внедорожника Фильтра все, на что он способен. С такой скоростью весь путь по северному региону, который в прошлый раз они преодолели на стареньком пикапе за семь часов, на новом внедорожнике занял всего часа три-четыре.              И всю дорогу голова казалась удивительно пустой, но в то же время тяжелой. Пак еще не думал о том, что испытывает к Т/и, как и о том, как прошла его встреча с семьей. Он словно избегал попыток познакомиться с собственными мыслями и самим собой, кем и являлся всю свою жизнь. О подобном думать неприятно. Чонгук был прав. Гораздо удобнее винить кого-то, полностью освобождая себя от ответственности.              Уже за стеной, на юге, за руль рендж ровера Чонгук не пустил Пака и сам довез их до столицы достаточно быстро и без лишних слов. Даже прозвищами не рассыпался. Удивительно, каким немногословным друг может быть, когда думает.              Чонгук свернул на площадь Кванхвамун. Когда их машина поворачивала перед дворцом Кёнбоккун, Чимин набрал номер Т/и, но она не ответила. Длинные гудки повторялись снова и снова, пока не срабатывал автоответчик. Поджав губы, Пак заблокировал телефон и пустым взглядом уставился в окно на пролетающие мимо небоскребы. За все время, что он жил с Т/и, это был первый раз, когда он пытался ей позвонить. Да и, если подумать, он крайне редко заставал Т/и болтающую по телефону. Чимин пытался убедить себя, что раз девушка не пользуется гаджетом, то и частенько забывает включить на нем звук, но почему-то от этого легче не становилось. Губы сильнее сжались в тонкую полоску.              Когда они уже подъезжали к подножью горы Чхонмасан, на которой находился дом Т/и, парень вновь набрал ее номер и в очередной раз услышал автоответчик. Сесть бы за руль вместо Чона, зажать газ в пол, вот только полиция их нагонит сразу же за превышение скорости, да и Чонгук предельно ясно дал понять, что водить эту машину в городе он ему не даст. Радовало, что до дома Т/и осталось недолго.              Только бы с ней ничего не произошло.              Двухполосная дорога по горе уходила вверх. Она петляла, словно серпантин, а густые, пышущие здоровьем кроны леса наваливались сверху, уберегая от полуденной жары. Чонгук обогнал впереди идущую белую Киа и первым проехал по мосту, пересекающему неглубокую речку. Почти сразу окружение стало гораздо благоустроеннее: с двух сторон дороги низкой оградкой тянулись подстриженные кусты, рядом на одинаковом друг от друга расстоянии росли деревья вишни, а за ними высился ухоженный сосновый лес. Чуть погодя начались престижные частные дома с внушительными, по корейским меркам, земельными участками.              Т/и жила почти на самой вершине горы в провинциальной деревне, если вообще можно так назвать это место. Тут был собственный центр и развитая социальная инфраструктура: школа, больница, магазины, парки - все, чтобы удовлетворять потребности своих влиятельных жителей. Постройки не выше пяти этажей, тротуары, покрытые исключительно брусчаткой. Куда ни глянь встречались цветущие клумбы, газоны, особняки, увитые плющом, а высоких деревьев кругом росло столько, что тени здесь было не меньше, чем залитых солнцем участков. Складывалось впечатление будто окружающий лес собирался вернуть себе то, что некогда отняли у него люди.              Повсюду царило летнее буйство красок. Улицы пестрили и благоухали. Природа казалась такой живой, дышащей. Неужели так было всегда? Или только после поездки на север это стало заметнее?              - Поговорим? - неожиданно решился Чонгук, не спуская глаз с дороги. Ожидая ответ, он слегка поерзал на сидении, в поисках удобного положения, чтобы не сильно тревожить еще незажившую полностью спину, разодранную мутантом.              Чимин оторвал взгляд от своего телефона, заметив, как на лице друга застыла серьезная сосредоточенность. Чон на внутренней стороне губы теребил языком колечко пирсинга, постукивая шершавыми пальцами по кожаному рулю. У него нервы расшатаны. Разговор предстоит не из приятных.              Короткий сигнал автомобиля позади вывел Чимина из ступора. Пак посмотрел в боковое зеркало, водитель несколько раз поморгал фарами, показывая, что торопится. Обогнать тот их не мог - слева сплошная и выход на встречку, а деревья и высокие живые изгороди частных домов вдоль извилистой дороги, закрывали обзор впереди. Чонгук включил правый поворотник и сдвинулся к тротуару, пропуская машину.              - О чем? - наконец спросил Пак, провожая взглядом быстро удаляющийся седан болотно-серого цвета.              - О наших, и в особенности твоих дальнейших действиях.              Чимин вдруг почувствовал напряжение в животе. Похоже то, о чем он не хотел думать, теперь придется обсуждать с Чонгуком.              - Уже поздно об этом думать, - с нарочитым безразличием произнес блондин. - Ты не находишь?              - Достаточно, чтобы обговорить вероятные события и то, как теперь тебе вести себя с Т/и, чтобы она…              - Я не дам тебе использовать ее…              Чонгук сбавил скорость, чтобы случайно не врезаться во что-то, пока пялится на друга. Он недоверчиво смерил блондина взглядом в попытках найти на его лице что-то выдающее неудачное подобие шутки:              - Чт..?              - …больше, чем она этого сама захочет, - перебил Пак, закончив фразу. - И подвергать ее опасности тоже не позволю. Ты прав, она не приспособлена к жизни за воротами дворцов. Не требуй от нее многого. И ничего ей не рассказывай. Мы вернулись раньше, потому что я не нашел с родителями общих интересов. Я поругался с ними, вот и захотел обратно. Все остальное, что произошло за стеной, ее касаться не должно. И не будет.              Чимин нерешительно замялся на пару мгновений, вспоминая, как и без того девушку мучили кошмары. Она не заслуживает всех испытаний которые рушатся на нее с самого детства, а если узнает еще и то, что происходит за стеной, то что с ней станет? Сойдет с ума? Панически будет бояться каждого шороха? Нет, не этого он ей желает. В голове вдруг начало проявляться осознание реальности. Следующие слова он словно говорил сам себе, а не пытался донести мысль до Чона:              - Это не ее битва. И даже не твоя, Чонгук. Минсу, он… мой брат. Я сам должен поговорить с ним. И со своими родителями.              - О Минсу мы поговорим. Но не сейчас, - посерьезнел тот, но тут же стал расслабленнее. - И судя по твоей пламенной речи, ты, похоже, подумал о том, что я сказал тебе в лесу. Что решил?              Чимин нахмурился:              - Что ты хочешь услышать? - с раздражением ответил вопросом на вопрос Пак. - Не думаю, что тебя интересует, принял я свои чувства или нет.              - Меня интересует, что ты планируешь с ними делать? - спокойно сказал Чонгук, словно вовсе не заметив состояние друга. Щурясь от солнца, Чон проводил взглядом христианскую церковь на фоне острых гор и свернул на развилке налево, где подъем стал круче, а лес выше. Это дало ему время на то, чтобы продумать свои следующие слова. - Судя по последним новостям, нужно действовать быстро. Похоже, мой план чудом получил реальный шанс на успех, и мне важно, чтобы ты, Ромео, все не испортил. Союз Ким Тэхёна и Джин Т/и может стать реальностью. Реальностью, понимаешь? Если на нашей стороне будет один из двух правителей высшей семьи это… это может положить конец всему ужасу, что творится в стране да еще и без единой пролитой капли крови. Будут спасены миллионы жизней! И черт возьми, я многое готов отдать за это.              Слова Чонгука неприятно резанули слух. Чимина внутренне передернуло. Пухлые губы стали тонкими, а в глазах блеснуло раздражение. За геройскими речами скрывалось неприятное. Обсуждать все, что связанно с Т/и слишком рано. Тем более сватать ее…              - У нее есть жених, - злобно выплюнул Чимин.              - Это тот, у кого намечаются собственные похороны? - усмехнулся Чон. - Ты совсем по сторонам не смотрел, когда мы ехали по Сеулу?              Пак нахмурился, а потом глянул на друга так, словно Чонгук сошел с ума и сейчас несет полную чушь.              - Все уличные экраны столицы как один твердили о смерти наследников А9 в ДТП! - не стал дожидаться очевидного вопроса Чон. - Куда ты смотрел? Шим Гванук мертв. Умер сегодня утром с наследной сестрой! В стране объявлен траур. Т/и Джин осталась без жениха. Дело времени, но пока ей не назначили нового кандидата, есть все шансы свести ее с Тэхёном, - с непонятной для Чимина радостью в голосе говорил Чонгук. - Судя по тому, как они друг к другу относятся, тебе и делать ничего не придется. Если ты не знал, как вести себя с Т/и, так я тебе скажу: не мешай им. Хотя, если ты поможешь им быстрее сойтись, будут в выигрыше абсолютно все.              - У Кима тоже есть невеста, - напомнил Чимин, призывая все терпение что у него было, а самого выворачивало от того, что он участвует в обсуждении лучшего кандидата на руку девушки. Как же хотелось остудить пыл друга. А может Пак просто пытался убедить себя, что союз Т/и и Ким Тэхёна не имеет права на жизнь так же, как и его собственный с ней. - И если не наследница А2, то у него на очереди как минимум шесть семей, где найдутся варианты.              Чонгук даже после этого аргумента не растерялся. Абсолютно уверенный в своей правоте он продолжил медленнее, с режущим слух потворством:              - Помнится, отец Тэхёна, Ким Хёним, уже наплевал на правило рангового приоритета, взяв в жены девушку из А6, хоть еще тогда должен был жениться на А2. Его высокий рейтинг тогда не помог самому решать свою судьбу, но он как-то нашел лазейку. Поговаривают, что это было мутное дело. И что-то мне подсказывает, Ким младший от папы далеко не откатится, если чего-то очень захочет… Или кого-то. Их семейка - последняя на планете, кому я смогу доверять.              Чимин едва не закипел от возмущения. Пришлось дать себе время, чтобы успокоиться. Он отвернулся, глядя неподвижными глазами в окно. Лес ненадолго законился, уступая место смотровой площадке с которой открывался вид на хребты голубых гор, а после вновь сосны замелькали перед глазами.              - И… - наконец сквозь зубы проговорил Чимин, - подозревая его и всю его семью в двуличии, ты все равно пытаешься… - закончить фразу ему что-то помешало, он будто подавился собственным голосом.              - Именно потому что он подозрительный, нужно узнать что он скрывает, - кивнул Чонгук будто бы желая его этим добить. - И, даже если закрыть глаза на наш план, он сам по себе - лучшая партия из всех в этой проклятой стране, кто бы ей подошел. Несмотря на все, что я сказал до этого.              С секунду Чимин с замешательством смотрел на Чонгука. Потом нервно усмехнулся, а после даже рассмеялся откинувшись на кресло. Друг спятил. Он сам себе противоречит. Похоже прошлая ночь сказалась на его психике. У Чона недосып. Шок. Да что угодно, что заставляет его мыслить иррационально!              - Их союз, лучший для тебя, - Чимин сделал акцент на последнем слове и втянул носом воздух, лелея слабую надежду, что это позволит успокоиться.              - Не стану отрицать. Как и ты перестань отрицать очевидное. Ты со мной согласен. - Чонгук сказал утвердительно, даже с легкой насмешкой, получая удовольствие от своей правоты, и это раздражало еще больше. - От такого жениха любые родители будут в восторге. Тем более ее. Ким способен дать ей то, чего ее семье даже не снилось. Готов поспорить, этот породистый чёрт давно в курсе существования мутантов и уже позаботился о безопасности, значит, и Т/и он сможет защитить. Твоя же охрана ей не потребуется, если, конечно, он будет с ней. Ким любит ее. Все в стране это уже поняли. Между правилами, своей незапятнанной репутацией, одобрением всей страны и Т/и Джин он выбирал ее. И я это говорю, основываясь только по новостям из СМИ. Такая привязанность не появляется просто так. Он не похож на влюбчивого человека. У них явно есть общие воспоминания, и я уверен, если тебе все же хватит духу помочь ей разлюбить себя, он будет рядом, готовый залечить ее разбитое сердце. И он залечит. Ким способен сделать ее счастливой, так что расставание с тобой для нее будет не таким болезненным. Плохого он ей не желает. Если убедить ее помогать нам, я подскажу, как разрушить текущий режим. Наступит мир, и ты обретешь свободу, как мечтал об этом в интернате. Будешь сам себе хозяин. С твоим уровнем образования ты сможешь сдать экзамены и поступить в любой университет. Получить специальность, профессию, паспорт. Сможешь уехать из страны и начать новую жизнь. Тебе нет места рядом с ней, но ты сможешь найти свое собственное. Мы сможем. Не отнимай у нее мир, к которому она привыкла и к которому ты не принадлежишь.              Чимин промолчал. Сердце только сильнее сжалось. Окружающий мир становился все больше и многограннее с небывалой скоростью. Раньше его реальностью являлись стены Фильтра, украденная жизнь, сломанная судьба. А сейчас что? На душе только пусто, как в вакууме.              Остаток дороги они провели в молчании.              

***

             Постройки постепенно начали редеть, уступая место лесу. Дорога стала круто уходить вверх и змейкой запетляла к последним особнякам самых влиятельных людей. Сбоку, над макушками деревьев, выше по горе, виднелась серо-голубая крыша поместья Джин. Она иногда скрывалась за кронами на одном из очередных поворотов, а чуть позже вновь проглядывалась, только уже гораздо ближе.              Вот-вот покажутся ворота ее дома. Чонгук крутанул руль, заходя в последний поворот. Именно здесь Чимин наблюдал вчера утром за Т/и в зеркало заднего вида когда уезжал прочь. Как странно. Все было как и прежде. Даже погода такая же, как и была в прошлый раз. Вот только теперь он смотрел на все иначе.              Что-то изменилось в нем. А может просто сломалось.              Когда же он впервые пожалел о своем путешествии на север? Пожалуй тогда, когда увидел, как девушка побежала вслед за их машиной. Т/и не пыталась их догнать. Скорее, тогда она просто не отдавала себе отчет в том, что делала. Просто рвалась за ним. И в какой-то момент что-то внутри него тоже жалобно потянулось к ней. После его всю дорогу преследовали сомнения, страхи. Встреча с мамой стала короткой отдушиной, но как только он узнал, о чем на самом деле думают его родители и в особенности младший брат, все стало гораздо хуже.              Тогда он много раз жалел: когда разговаривал с отцом, когда узнал, кем вырос его младший брат, когда убегал ночью по лесу от погони, когда разговаривал с Чонгуком и когда понял, что его эмоции все-таки настоящие. Пока друг выворачивал руль, выезжая к престижному поместью, Чимин о многом успел подумать, но лишь один взгляд вперед заставил понять, что все его пережитые сожаления не имели веса.              Что-то случилось. Что-то плохое.               Сразу же удивило скопление машин перед открытыми настежь воротами дома Т/и, среди которых сильно выделялись три полицейские машины с включенными мигалками. Они стояли в тени под темной листвой раскидистых буков и белых тополей, занимая крохотную наружную парковку, как раз на три машины. Остальные были простыми легковушками, которое припарковали прямо на тротуаре. В их числе виднелся и тот самый седан болотно-серого цвета, который Чонгук пропустил недавно. Внутрь на территорию никто не заехал.              Подъехав ближе, Чимин увидел, как во дворе за розовыми кустами магнолии и пионов показались сначала местные охранники с группой патрульных, потом чей-то черный порше, на внутренней парковке поместья. На секунду Чимина привлек странный номерной знак у авто: рамка золотая, на черном фоне белые цифры "1S 001А"... Карету скорой помощи он заметил в последнюю очередь и будто перестал видеть все остальное.              От душащего ужаса глаза округлились. Сердце пропустило удар и, казалось, остановилось. Дыхание стало рваным, а потом Чимин видимо вовсе перестал дышать, потому что легкие загорели огнем. Чонгук только начал тормозить, а Чимин уже вылетел из машины и побежал в дом. Возможно, Чон крикнул тому что-то вслед, но это не имело значения.              Удивительно быстро он добрался до ворот. Все свое внимание он сосредоточил на парадном входе. Вдруг перед ним возникло странное черное препятствие, медленное, неповоротливое, так что отскочить не составило труда. Затем еще одно и еще. Кто-то за спиной закричал, а после дорогу загородили сразу четверо охранников.              - Стоять! - приказал один из них.              Чимин резко затормозил. Нехотя перевел взгляд с парадных дверей на атлетически сложенного мужчину перед собой на голову выше него. На секунду обернулся, заметив, как к нему бегут еще охранники вместе с патрульными. Оказывается Пак добрался до середины двора и побежал бы и дальше, если бы не заметил людей. По всей видимости, его с самого начала пытались остановить, а он с такой легкостью уворачивался, что даже не счел нужным обратить на них внимания.              - Парень, ты что творишь? Проблем захотел?! - от злости зашипел коротко стриженный мужчина, тяжело дыша. Рука сразу же легла на кобуру с пистолетом, но потом он словно что-то понял и расслабился, крикнув остальным: - Это нексус!              - Нексус госпожи Т/и? - В голосе за спиной Чимин узнал Шихёка - начальника охраны семьи Джин и единственного, кого он из них запомнил.              Вновь оборачиваться Пак не стал. Только прикинул, как лучше ему увернуться от охранников, если те рискнут его не пустить. Слушая топот людей за спиной, он с одного из верзил перевел взгляд на закрытые парадные двери поместья.              От вынужденной задержки злость тихо начала закипать в груди:              - Что случилось? - требовательный и даже приказной тон вырвался наружу. Неприемлемая дерзость для нексуса при общении с людьми, но гораздо лучше, чем если бы он полез напролом.Но долго ли он сможет сдерживаться?              - Бандиты напали, - как-то по-доброму и даже по-отечески ответил Шихёк. Его тяжелая рука легла на плечо Чимину.              - На… пали? - с трудом повторил Чимин и все же обернулся, не веря своим ушам.              - Не волнуйся, - продолжил тот. - Твоя хозяйка в полном порядке. Ее спасли. Отделалась легким испугом, - Шихёк говорил подобное так спокойно и даже с подобием легкой улыбки. - Пропустите его. Паренек явно исполнял поручение молодой госпожи. Он не виноват, что ушел в неподходящий момент.              - Уважаемый господин Ким Тэхён ясно дал понять, что пускать посторонних людей на территорию поместья запрещено, - раздался строгий женский голос неподалеку.              Разум вдруг прояснился, как от удара пощечины, хватило лишь одного упоминания этого проклятого имени. Пак повернул голову, и его взгляд встретился с проницательными черными глазами женщины офицера. Та даже не удосужилась на него посмотреть. Все внимание женщины было устремлено на начальника охраны.              Несмотря на все, она показалась Чимину странной. Что-то в ней было не так. На вид ей за сорок, но на лице поразительно мало морщин и это не благодаря хорошему уходу за кожей. Тут что-то иное. Будто в ней мало… человечности? Она больше напоминала робота или манекена. Человека, лишенного эмоций.              - …И этот приказ будет действовать до тех пор, - продолжила офицер, - пока уважаемый господин не отменит его.              - Мальчик не посторонний, - улыбнулся мужчина, и в его глазах появились веселые лучики морщинок. - Он нексус госпожи Т/и, а все мы знаем, нексусы - защитники своих хозяев. Уверен, госпожа не будет против, если мы его пропустим.              Доброжелательность собеседника нисколько не растопила сердце женщины. Напротив, казалось, она стала опасно серьезной, хоть ее лицо осталось неподвижным. Сделав бесшумный шаг в сторону Шихёка, она тихо заговорила с явным предостережением:              - Когда приказывает господин, следует подчиняться… Вашу молодую госпожу это тоже касается.              - Пустите его! - неожиданно донесся откуда-то сбоку твердый мужской голос.              Из восточного крыла, будто из стены, выглянул отдаленно знакомый силуэт мужчины. Вокруг него на газоне лежали сияющие частицы, ярко отражающие солнечный свет. Чимин пригляделся, заметив россыпь разбитого стекла, утопающую в подстриженной траве, потом посмотрел на дом. Среди залитых солнцем панорамных окон бального зала одно отсутствовало, на сломанной раме опасными шипами торчали осколки. Образовавшаяся зияющая дыра напоминала новый проход, из которого и выглядывал мужчина.              Да что черт возьми произошло?              - Господин Сон Хюншик? Как прикажете, - офицер отдала честь и вдруг жестом показала Чимину на двери.              Парень посмотрел, как почти что неподвижно стояла офицер, приглашая его пройти в дом, затем перевел взгляд в ту сторону, откуда недавно выглядывал названный Хюншик. Мужчины там уже не было, только виднелись сквозь разбитое окно силуэты прислуги в бальном зале, до блеска полирующие пол.              Не дожидаясь иного приглашения, Чимин протиснулся между охранников и кинулся к парадному входу. На этот раз ему никто уже не мешал.              Люди остались позади. Чимин вбежал по каменным ступеням так быстро, словно его ноги вовсе не касались земли. Словно его гнали в спину. Голова же оставалась пустой. Течь потоку мыслей он не позволял, пока сам все не увидит. Своими глазами.              Некогда казавшийся просторным двухэтажный холл сейчас заполняли десятки людей, разделившихся на группы. Тут была вся прислуга: горничные, ремонтники, садовники и даже повара. Они говорили между собой тихо, но разноголосые разговоры сливались в единый неразличимый гул, разносимый эхом. Среди небольших групп встречались и сотрудники полиции, которые приглашали людей в соседнюю комнату.              Краем глаза Чимин заметил, как один из офицеров на несколько ступеней поднялся по одной из парадных лестниц, став более заметным, и громко заговорил, обращаясь ко всем.              - Господа! Те, кого полицейские допросили, могут идти! - с легким раздражением он сделал акцент на последнем слове. - Все слышали? Повторяю, могут идти! Не создавайте путаницу!              С каждым шагом, пока Чимин пробирался мимо людей, в голове крутилась уйма вопросов. Вдруг мимо него с ручной циркулярной пилой прошел садовник. Пак проследил за ним. Мужчина подошел к закрытым дверям бального зала, а нагнавший того пожилой дворецкий сказал, что пилить нужно с внутренней части зала.              Чимин нахмурился. Что там можно пилить? В тех дверях нет замка, кроме несчастной щеколды.               - Помнишь, госпожа Т/и подавленной ходила несколько недель после прилета из Франции? - услышал Пак голос горничной в паре метров от себя. Девушка говорила полушепотом со своими подругами, одетыми в то же классическое черно-белое платье, что и она.              - Да, - ответила ей другая.              - Так господин Тэхён там тоже был! С ней! В сети завирусились фотографии, как они катались на лайнере, а потом их видели под Эйфелевой башней!              Девушки, как настоящие сплетницы из посредственного фильма, от шока пооткрывали рты и заохали:              - Что? С чего ты взяла? - возмутилась другая. - Такую новость ни за что бы не упустили журналисты!              - Так их купили явно! Но у людей-то глаза есть. И камеры! У них двоих явно…! - девушка вдруг прервалась, чуть наклонилась к подругам, приложив ладошку ко рту прошептала: - У них явно было свидание! Настоящее!              - Не может быть! - от нахлынувших эмоций громко воскликнула третья и самая высокая из них.              - А по твоему это похоже на деловую встречу? Родители молодого господина искренне влюблены друг в друга, вот и сына воспитали следовать сердцу! Идеальная пара! Вчера госпожа тоже у него была! В Фиолетовом доме. А сегодня господин ее защитил! А до этого пригласил на первый танец! А еще до этого…!              Такая тема разговора никого из девушек не оставила равнодушной. С каждым словом, подруги говорили все оживленнее и вразнобой. Краем глаза Чимин заметил как со стороны к ним подходила еще одна горничная, китаянка, которая часто убирала в его покоях. Девушка несла серебряный поднос на котором заботливо расставлены разные медикаменты, для заживления ран, а также стеклянная миска с теплой водой, а рядом с ней белоснежное полотенце, свернутое рулетиком.              - Фотки с Франции есть? - локтем толкнула одна из подруг первую. - Дай посмотреть!              - Прекрасная партия. - мечтательно пролепетала третья. - Уйма выгоды! Это же значит, что мы будем косвенно причастны к семье Ким после их свадьбы?              - Мои родители ни за что мне не поверят!              - Да! И, согласитесь, молодая госпожа гораздо лучше госпожи Хонг Ёнгджэ! Не знакома с наследницей А2 лично, но наша-то гораздо добрее!              - Ага! Господин Тэхён на свою невесту даже не смотрит!              - Как думаете, чем они там в комнате заняты?              - Вы как хотите, - с хитрой улыбкой обратилась к девушкам китаянка, проходя мимо и кивком указала на поднос, - а я пойду отнесу в комнату госпожи медикаменты. Заодно гляну, что они делают!              Чимин двинулся к горничной и схватил ее за локоть раньше, чем успел подумать. Китаянка, кажется ее звали Дайя, посмотрела на удерживающую ее руку, а потом подняла удивленный взгляд на парня. Выражения лиц ее подруг были более красноречивы. Они все замолчали и уставились на Пака как на самую главную помеху, словно на назойливую, кружащуюся над тортом именинника муху. Они видели в нем угрозу. Конечно, обычные нексусы не любят делить своих хозяев с другими.              - Я сам отнесу, - проговорил Чимин. Его собственный голос показался удивительно блеклым, таким же безэмоциональным как и у той женщины сержанта, которая остановила его недавно.              Возразить Дайя не успела, хотя по выражению ее лица именно это она и собиралась сделать. Ей помешал дворецкий, вовремя подошедший к ним:              - Отличная идея передать медикаменты для молодого господина Кима через нексуса. Дом семьи Джин не запятнает честное имя рождением новых сплетен в своих стенах. Верно, юные леди? - На последней фразе старик сердито поднял седые брови и девушки стыдливо опустили головы.              Дайя, чуть помедлив, с надутыми губами отдала сияющий поднос Чимину и скрестила руки, словно обиженный ребенок. Металл обжег ладони парня холодом. В голове мелькнула мысль, что возможно он может пожалеть о том, что увидит. Пак неожиданно осознал это, когда дворецкий поднял на него голову:              - Ступай, - позволительным тоном сказал мужчина, кивнув своим словам.              Словно ведомый чем-то из вне, Чимин направился к одной из парадных лестниц. Идти наверх больше не хотелось. Как же рвался он к ней и как теперь лениво и неуклюже переплетал ноги.              В слова Чонгука верить не хотелось. Лучше придумать сотню причин, почему Чонгук может быть неправ. И Чимин бы придумал. Даже сам поверил бы своим аргументам. Но что если он сейчас увидит то, о чем говорил Чонгук? Слова друга окажутся правдой, а названная свобода станет приговором. Реальность нанесет свой последний, заключительный удар. Больно и безжалостно.              По пустующему коридору эхо разносило стук его шагов. Впереди виднелась открытая дверь ведущая в покои Т\и. Один шаг другой. Он подходил все ближе.              "От такого жениха любые родители будут в восторге. - прозвучал голос Чонгука в голове. - У них явно есть общие воспоминания".              "Помнишь, госпожа Т/и подавленной ходила несколько недель после прилета из Франции? - Теперь он вспомнил голос горничной. - Так господин Тэхён там тоже был! С ней!"              "Ким способен сделать ее счастливой. Не отнимай у нее мир, к которому она привыкла и к которому ты не принадлежишь".              Чимин потянулся к двери, желая постучать, но рука застыла на полпути, так и не коснувшись твердой поверхности. Он услышал ее голос. Голос той, к кому так спешил. Ту, которую предпочел собственной семье.              - Я думала, что потеряю тебя… боялась, что ты разочаровался во мне. А ты верил в меня до самого конца… Оставался на моей стороне. Помогал, когда не должен… Почему?              - Когда-нибудь ты поймешь, - в ответ тишину прорезал голос Ким Тэхёна.              Они вдвоем сидели под окнами в дальней части комнаты Т\и. Разложенные медикаменты на сидении между ними, не позволяли сесть еще ближе друг к другу, но несмотря на это, Ким все же положил голову девушке на плечо. Он был выше нее и для такой позы сидел далеко. Ему должно быть неудобно, но лицо его казалось умиротворенным, словно он лежал на мягчайших подушках. Он… счастлив рядом с ней?              Как долго Чимин собирался этого не замечать? Как долго хотел отрицать слова Чонгука и отворачиваться от правды? Т\и же выглядела слегка напряженной, хоть и сжимала руку наследника в своих. Она словно не знала как себя вести… но и отстранять его не хотела. Не дрожала рядом с Тэхёном так же, как с ним. Не пыталась подбирать слов, говорить осторожно как с ним. Не надевала маски как с ним. Давно уже вела себя естественно с Кимом, как только недавно начала себя вести с Чимином.              Этого он не замечал. Это он хотел отрицать.              - Ты же спиной ударился! - вдруг спохватилась девушка. - Болит?              - Слегка. - так же тихо, будто сквозь сон, ответил наследник.              Та неуверенно завела ему руку за спину. Шепотом, словно сомневаясь в том, что делает, стала читать детский стишок плебсов, который Чимин слышал давным-давно. На секунду Ким замер, а потом расслабился еще больше. Он чуть удобнее умастил голову на плече девушке и улыбнулся, а Пак вдруг почувствовал безмолвную пустоту в душе.              На что он надеялся, собираясь отрицать слова Чонгука? Из них двоих только он фактически принадлежал ей. То, как Т\и вела себя с ним лишь поблажка, на короткое время заставившая его поверить в то что он в самом деле вправе… что-то чувствовать к ней. Не может. И раз никто не контролирует его мысли, он способен сам ими управлять. Так пусть то, что только начало рождаться между ними погибнет. Она способна жить без него, а он… еще может отказаться от нее. У него еще есть время.              Он останется ее нексусом и только. И уйдет сразу, как только станет лишним. Это будет лучшая его защита. От самого себя и той жизни и новых врагов, которых он может ей дать.              - Тэхён! - встревоженный голос Т\и, выбил из размышлений. Она судорожно стала доставать новые ватные диски и антисептик.              - А… - единственное, что сказал наследник, глядя на кровоточащую рану на ладони, как на нечто назойливое.              Пак бесшумно поставил поднос на журнальный столик у стены. Взяв только стягивающие пластыри, он направился к ним.              - Когда ты собирался мне сказать?              - Все не так плохо, как выглядит…              " Если тебе все же хватит духу помочь ей разлюбить себя, он будет рядом, готовый залечить ее разбитое сердце. И он залечит".              - Пластыри для вашего дорогого гостя, госпожа, - сказал Чимин, соблюдая все требования к поведению простого нексуса перед важным гостем и… своей хозяйкой. Пластыри он протягивал в поклоне, смиренно смотря себе под ноги. - Не затягивайте их слишком сильно. Не буду вам мешать.              Чимин развернулся и зашагал не оборачиваясь к выходу, желая поскорее убраться из комнаты девушки, как услышал металлический голос Ким Тэхёна. Спокойный, но в его тоне звучала угроза.              - Напавшие на Т\и очень почтительно отзывались о тебе, господин Чимин, - наследник сделал акцент на обращении.              Пак остановился. Буквально застыл на месте.              О нем? Это были мутанты? На Т\и напали мутанты? Приспешники брата? Они в самом деле собирались ее убить?!              - Поговорить с тобой было их главной целью проникновения в дом, - продолжил Тэхён и судя по тому, как переместился его голос, он поднялся с места. - Основываясь на этом, у меня есть все основания арестовать тебя и допросить, как подозреваемого в измене стране. На твоем месте, я бы беспокоился.