Ориентир по звёздам или как яблочная любовь окуталась клетчатым пледом

I'm Mr. Loverman And I miss my lover, man (I miss my lover) I'm Mr. Loverman (oh-oh) Oh, and I miss my lover (Mr. Loverman) (Ricky Montgomery - Mr Loverman). Всю неделю Джисон не бездельничал: помогал бабушке в саду, собирая разные ягоды и поливая цветы, застревал в библиотеке, читая романы писателей XIX века, и учился играть новые песни на гитаре. Он успел выучить аккорды песни Ricky Montgomery - Mr Loverman. И во всем он искал одно - частицу Минхо. В цветах - его запах, в романах - его образ, а в песне - причину всех этих действий, которую он не мог понять. По ночам Джисон обнимал подушку, ощущая тепло, похожее на тепло руки хёна, а засыпал Хан со словами, которые повторялись изо дня в день: "Ты светишь ярче этого солнца". *** Джисон сонно мешал ложкой кофе, наблюдая, как бабушка готовила блинчики. На столе стояли две банки с разными джемами: клубничным и персиковым и тарелка фруктов. Хан зевнул и не заметил, как бабушка поставила перед ним большую тарелку с голубой окраиной, на которой лежали горячие блинчики, после чего начала расставлять посуду. Джисон заметил, что тарелок не две, как обычно, а три. Он спросил: — Бабусь, почему на столе три тарелки? — Минхо вернулся рано утром, наверное, голодный, вот я его и позвала к нам на завтрак. Джисон встрепенулся. Минхо? Приехал? Так быстро? А может он заснул, и всё это всего лишь сон? В дверь постучали. На кухню зашел Минхо в черных спортивных штанах и белой футболке, поверх которой была накинута лёгкая серая куртка. Волосы были немного кучерявыми, что заметила бабушка: — По твоим волосам, Хо, можно понять, что будет дождь. Да и не только по ним, и по этому сорванцу,- сказала бабушка с улыбкой, показывая на сонного Джисона,- сидит и спит прямо за столом. Минхо насмешливо улыбнулся: — Я вижу, наш бельчонок совсем забил на свое здоровье и почти не спит. Немногим раньше такие слова хена разозлили бы Джисона, но сейчас они вызвали краску на лице и учащенное биение сердца. Хан полностью проснулся. Минхо сел справа, бабушка напротив них. Перед гостем уже стояла чашка с чаем с розами - бабушка отлично знала, что он любит. После того, как Минхо поблагодарил ее, все принялись за завтрак. Блинчики были еще горячими, поэтому Хан, стараясь не обжечься, быстро переложил их на свою тарелку. Пока он тянулся за любимым джемом, Минхо его опередил. Ли открутил крышку от клубничного джема, набрав целую столовую ложку. Джисон уже хотел начать войну, но заметил, что хён выложил содержимое ложки на его тарелку. Хан, ничего не понимая, посмотрел Минхо в глаза. — Я помню, что ты очень любишь клубнику, - ласково сказал Минхо. Джисон улыбнулся. Он бы никогда не подумал, что джем будет менее приятным по сравнению с Минхо. Съев первый блин, Хан услышал звуки стука по крыше и подоконнику, которые учащались с каждой секундой. Начался дождь. — Минхо, дождь явно будет идти еще долго, так что оставайся у нас после завтрака. Джисон, услышав новость, задался вопросом: "А можно ли быть благодарным дождю?" *** Они быстро позавтракали и ушли в комнату Джисона. Минхо в ней еще не был. Комната была в белых тоннах, возле двери стояла большая кровать с плохо заправленным постельным бельем. На ней лежала гитара, обклеенная наклейками. Напротив кровати стоял стол и стул, на которых лежали разные вещи: одежда, полотенца и таблетки, стопка книг, взятых из библиотеки, тарелка фруктов, видимо, нарезанных ещё вчера и даже пустая грязная чашка, в которой вчера был кофе. На стене над столом висела картина, на который был изображен пейзаж заката юга Франции. Возле кровати был белый пушистый коврик, на котором были разбросаны бумаги с разными надписями, такими как: "А судьи кто?", "Доктор Феликс-брауни", "М. я скучаю". Но самым удивительным и бросающемся в глаза были прозрачные окна в полный рост, между которыми втиснулась дверь, ведущая на балкон. Можно было видеть, как дерево, растущее рядом, качается из стороны в сторону из-за мощного косого дождя. Небо окрасилось в серо-фиолетовый, отчего трава казалась ещё более зеленой. Минхо уселся на кровать, не отрывая взгляда от картины, Хан встал рядом. Внезапно прогремел гром. Джисон подскочил. — Ты боишься грома? - спросил Минхо. — В детстве он очень меня пугал, - ответил Хан,- сейчас уже не настолько, но все же боюсь. Минхо косо взглянул на Хана, который топтался на месте с искрами, загоревшимися в глазах. Тот выдохнул и подбежал к окнам. Открыв дверь, он вышел на балкон. — Придурочный, куда ты побежал?! - крикнул Минхо, наблюдая, как Джисон, расставив руки в сторону, бегал по балкону и что-то верещал. Дождь лил настолько сильно, что через несколько секунд Хан был весь мокрым. Он лег на пол балкона, ощущая, как капли падают на тело. Он снова ощутил то чувство свободы. Внезапно он подумал, что было бы классно остановить время и остаться в этом счастливом мгновенье навсегда. Через некоторое время Джисон вспомнил о Минхо и вернулся в комнату, весь истекая дождевой водой. Минхо осуждающе на него посмотрел, от чего Хан неуклюже улыбнулся, потерев голову рукой. Ли, тяжело вздохнув, подошел к стулу и взял висящее полотенце, после чего начал обтирать Джисона. Дойдя до головы, он заметил, что волосы Хана стали темнее, и в них застряло несколько зеленых листьев. Ресницы склеились в маленькие пучки, отчего взгляд стал выразительнее, щеки и губы покраснели. Джисон застыл, словно статуя, заворожено смотря на Минхо. Под влиянием момента Хан выпалил: — Минхо-хён, ты очень тёплый. Минхо приблизился ближе, и Джисону стало еще теплее. Горячие руки на холодных мокрых щеках, мокрые руки на чистой белой футболке, горячие губы на других, покрасневших от холода. Минхо целовал Джисона очень нежно, а тот крепко прижимал старшего к себе. — Бельчонок, я люблю тебя. Все оставшееся время до обеда они просидели в комнате Джисона, играя на гитаре разные песни, и иногда прерываясь на поцелуи. Пока Хан гуглил аккорды, Минхо рассказывал, как сдавал проект, как после сдачи на несколько дней поехал с Бан Чаном в Пусан, как они купались в море и отмечали окончания второго курса. — Джисони, а что там с твоими экзаменами?- вспомнил Минхо. — Не знаю, я попросил родителей, чтобы они сказали мне о результатах в августе, когда какой-то университет захочет меня принять. Я не хочу думать об учёбе этим летом, она слишком сильно меня вымотала. — Ты не хочешь попробовать поступить в Сеульский университет? Джисон фыркнул и случайно задел струну гитары: — Я даже об этом не думаю, скорее всего, я плохо сдал экзамены. И не мечтай об этом, хён. — Ты что, не веришь в свои силы? — Я, скорее, не верю в свою мечту. — Ты не веришь в звезду? — Если бы не верил, то не встретил бы тебя. Минхо улыбнулся и снова потянулся поцеловать Хана, случайно опрокинув того на кровать. — Эй, больно же, гитара давит,- ныл Джисон, пока хен весело смеялся. *** Когда Минхо ушел домой, Джисон нашел бабушку, которая читала очередную книгу в библиотеке. Заметив Хана, она спросила: — Как вы провели время? — Хорошо, бабуль. — Я вижу, вы сдружились. — Ага. — Это с той ночи? Джисон оцепенел. Неужели бабушка все же заметила его, когда он выбегал из дома? У него получилось только издать несколько невнятных звуков, поэтому госпожа Хан продолжила: — Я прекрасно слышала, как ты открыл входную дверь и вышел, а потом увидела тебя на улице в сопровождении Минхо. — Но тогда почему ты… — Белочка моя, - бабушка встала со стула и ласково обратилась к внуку,- я вижу, как тебе он нравится. Гуляй с ним, сколько хочешь. Когда твой отец был в таком же возрасте, то тоже сбегал из дома по ночам. Такие прогулки и есть молодость. Я решила закрыть на это глаза. Джисон крепко обнял бабушку. Она была тем человеком, которая понимала его и принимала таким, каким он есть. — Спасибо, бабуль. За всё спасибо. И… — И что? — И за звёзды… и за звёзды тоже спасибо.