Сон

Я ошибся. Ошибся, говоря о том, что он ненавидит меня. Как можно ненавидеть своего создателя? Как можно ненавидеть точную копию самого себя? Того единственного, которого во всём мире больше не сыскать! Его ненависть – это любовь. И если сейчас он лишит меня жизни, это будет не из ненависти, а во имя любви. Это будет не убийство – он подарит мне вечный покой. И снова я корю себя. Как? Как я мог обвинить его? Обвинить в том, чего не знал наверняка! А ведь он даже и не думал об убийстве. Ему хватило тех монстров… Сначала он, конечно, был крайне обозлен тем, как я поступил с ним в конце моей истории. Гнев и жажда мести переполняли его. Но он всё осознал, и осознал гораздо раньше меня. Однако в первые секунды нашей близости мне так не показалось. Он рывком преодолел короткую дистанцию между нами. Холодное лезвие ножа поверхностно скользнуло по моей шее. Мелкая дрожь пробежала по спине. Я почувствовал, как оружие остановилось у сонной артерии и слегка надавило. Его рука крепко сжала мои волосы на затылке. Что-либо делать уже было поздно. «Вот таким и будет мой конец», – подумал я в тот момент. Но это было лишь начало… Внезапно я почувствовал тепло его губ на своей шее, оно хорошо контрастировало с холодом ножа. После чего последовал поцелуй. Он нагло пропихнул свой язык в мой рот. Сразу отдало металлическим привкусом. Кровь. Значит, он всё-таки порезал меня. Но, видимо, случайно и не очень сильно, иначе прелюдия с шеей не состоялась бы. Нож был омерзительно грязным, и он сообразил обезвредить рану вот таким нехитрым способом, чтобы зараза не попала в кровь. А слюну и сплюнуть можно. Хотя сначала он предпочёл поделиться ею со мной. Нож наконец-то был отброшен в сторону, но вторая рука по-прежнему не отпускала моих волос. Всё никак не нацелуется. Я, конечно, мог бы прекратить весь этот бред, но мне нравилось происходящее. Хотя это действительно бред. Зачем он это делает? Он любил только Софи! И маму... И я любил. Нет, не правда. Я ведь любил ещё и его… Скорее всего, с ним это аналогично. Его свободная рука скользнула в мои штаны. Чёрт. Вот теперь я действительно напрягся. Что ж ты делаешь, придурок? Я немного старше него, но всё равно не могу вывернуться. Напористый, зараза. Гладит мой член ладонью. Это уже слишком. Я сделал попытку резко высвободиться, на что он мгновенно отреагировал: навалился на меня и вжал спиной в стену. Поцелуй становился всё насыщеннее, а движения увереннее. Создавалось впечатление, что передо мной стоит совсем не девятнадцатилетний парень. Я уже перестал что-либо понимать. Я нахожусь в его мире, и он совершает насилие по отношению ко мне. Я не могу убежать. Он не отпускает меня. Однако всё это происходит в моей голове! Неужели я просто не могу изменить ход событий? Неужели мой разум действительно хочет, чтобы всё происходило именно так? Пропустил тот момент, когда перестал сопротивляться. Я успокоился. Он не агрессивен. Его действия приносят мне удовольствие. Он отпустил мои волосы, а я снял капюшон с его головы – так ведь удобнее. Выразительное лицо, бледная кожа, сероватые круги под глазами. Теперь я вижу в нём себя. Молодого. И он видит себя во мне: повзрослевшего, высокого, с жёсткой щетиной. Видит таким, каким уже никогда не станет. Где только не побывали его руки. Но раздеваться рано: в комнате было прохладно. Я, в свою очередь, тоже охотно исследовал его тело. Одно дело, когда трогаешь себя сам, другое – опять же себя, но со стороны. Похоже, он руководствовался тем же принципом. Мне не было стыдно. Я отчётливо понимал, что он не чужой человек. Даже это гнетущее место перестало действовать нам на нервы. Мы доверились друг другу. Стало спокойно. Но в один момент он немного замялся. Начал тщательно обыскивать свои карманы в надежде найти что-то. Мое сердце забилось чаще. Очередной сюрприз? Предчувствие не подвело. Быстро выудив предмет из кармана, он моментально привёл его в действие. Я не успел разглядеть, но вскоре всё почувствовал. Что-то острое и тонкое резко вонзилась в моё бедро. Шприц с морфием! Я должен был догадаться! Но зачем? Зачем?! «Не бойся», – произнёс он, «Скоро тебе станет хорошо».