С четверга на пятницу

      Утро. Сладкие подтягивания размяли мышцы. Тело уже не пронзала адская боль — только покалывание время от времени. Повернув голову вправо, она увидела лишь пустующее место. Раз боли почти не было, девушка рискнула попытаться встать, но, ойкнув, упала обратно на матрас. В комнату вошел Дерек. Диана с упреком спросила:       — Почему ты меня не будишь?       — И тебя с добрым утром! Вижу, ты уже садиться можешь?       — Встать все равно больно.       — Странно, по идее, ты уже должна нормально ходить. А ну-ка, попробуй еще раз, — Дерек подошел к Диане и протянул ей руки. Она взялась за них. Дерек чувствовал тот разряд, который появлялся всякий раз, когда он дотрагивался до Дианы. А вот она, похоже, ничего не ощущала. Иногда ее тело покрывалось мурашками, но парень списывал на холод. Диана встала и тут же, скривившись, поджала правую ногу.       — Садись, — он отпустил ее руки и продолжил: — Ушиб. Сейчас помогу тебе добраться до ванной, а потом займусь компрессом.       Дерек взял девушку за талию, закинув ее левую руку себе за шею, довел до табурета в ванной комнате и удалился. Сегодня Диана решила все же заколоть волосы, чтобы не мешались, но не слишком выдумывать и мучиться с исполнением. Потому воспользовалась зажимом и, закончив, позвала Дерека, чтоб тот помог добраться до кухни.       — Тебе идет такая прическа, — заметил он, рассчитывая на ее смущение.       — Если решил льстить, то делай это лучше, — отрезала Кроуфорд.       — Это был комплимент, — от улыбки не осталось и следа.       Дерек сверкнул на нее глазами, но ничего больше не сказал. Держать себя в руках неимоверно сложно! Неужели она всегда по утрам такая противная? Или до сих пор злится на то, что он ее вывез в глухой лес, не добившись утвердительного ответа в твердой памяти? Хартстоун развернулся и вышел, оставив Диану.       — …Дерек?.. Ну, извини! Спасибо за комплимент!       Только после этого он вернулся и отнес ее завтракать, сам же ушел в комнатку, скорее всего, кладовую, пробыв там какое-то время, а затем, преодолев лестницу, вел в конец коридора. Там они еще не были. Диану распирало от любопытства, что в коморке возле кухни и куда же они идут, но с самого утра она была не в настроении и сейчас не хотела ничего спрашивать просто из вредности. Ребята вошли в хорошо освещенную комнату. Та была небольшой, но вдоль стен располагались стеллажи для книг до самого потолка. Библиотека. Здесь преобладали пастельные и нежные зеленые оттенки, располагающие к спокойствию.       — Ты можешь найти книгу на любой вкус. Развлекайся. А я пошел за лекарствами.       Девушка огляделась. Диван, на котором она сидела, стоял в центре комнаты на ковре. Перед ней был маленький стеклянный столик; с правой стороны от дивана — тумбочка со светильником, с левой — тумбочка с икебаной в высокой вазе. Диана увидела неподалеку стул на колесиках и потянула его за ручку к себе. Теперь она могла кататься по всей комнате и искать те книги, которые ей нужны. Романы, детективы, ужасы, приключения, фантастика, исторические произведения, энциклопедии… Все, что пожелаешь! Еще и расставлено по жанрам! С горящими глазами она выбирала книги. Когда стопка, стоящая у нее на коленях, стала доставать почти до шеи, Диана решила, что пока стоит остановиться. Она переложила книги на стеклянный столик, удобно устроилась на диване и углубилась в чтение.

***

      На улице уже давно стемнело. В библиотеке горел яркий свет настольной лампы. Диана с жадностью поглощала написанное. Она почти закончила читать вторую книгу. В комнату зашел Дерек. Он нес в руках кучу разных предметов: бинтов, баночек, пузырьков и мазей. Пока девушка дочитывала последнюю страницу, парень разложил все на полу рядом с собой, сел на корточки напротив Дианы в ожидании. Она с чувством выполненного долга закрыла книгу. Улыбка едва тронула уголки девичьих губ, но стоило Диане заметить образовавшийся набор первой помощи, на лице проступило удивление и замешательство.       — Зачем столько всего? Я лишь ушибла ногу.       — Я видел синяки у тебя на теле… Просто раньше не акцентировал на них внимания.       — Я упала…       — Почему-то я так и подумал, — Диана потупила взгляд в пол, чтобы Дерек не видел ее огромных перепуганных глаз, и так волновалась, что не смогла распознать, был ли это сарказм.       — И как это тебя угораздило? Я еще позавчера понял, что грация — это твое второе имя. Но, если серьезно, значительно легче вылечить, когда знаешь обстоятельства, при которых была получена травма.       Диана молча отвернулась к окну.       — Не хочешь признавать степень своей неуклюжести? Твое право. Позволь тогда мне смоделировать «картину маслом». Предполагаю, что ты съехала с лестницы кубарем, на каждое ребро по две ступеньки, а затем совершила несколько шедевральных кувырков в полете, после чего еще столько же прокатилась по полу. Я прав?       В ответ он получил лишь короткий кивок. Дерек хмыкнул.       — Я, вероятно, изверг, но я хочу лично увидеть, как ты могла так упасть.       — Что значит «увидеть»? Ты же не собираешься меня с лестницы спустить?       — Нет, конечно! Видишь ли, мой дедушка женился на ведьме. И кое-чему я у нее научился. А кое-что и унаследовал. Например, стоит мне задаться целью вылечить, и достаточно прикоснуться к увечью, чтобы узнать, как человек его получил… — говорил он, подготавливая свои микстуры. — Да, так бывает, что в семьях нет секрета вокруг одаренности, еще и два разных поколения застают друг друга. Ну да ладно. Начнем с синяков. Вот, я принес твой топ, чтоб не запачкался джемпер.       Дерек протянул топ и отвернулся.       — Понимаешь, я вижу события эпизодами. И чтоб увидеть полную картину, желательно знать, какой синяк ты получила первым. Но с этим проблем не будет, руки всегда сами его чувствуют… Ты все?       Парень повернулся назад, а Диана так и не переоделась.       — Может, не надо лечить? Наверняка само скоро пройдет.       По скептическому выражению лица Хартстоуна можно было понять, что ее слова его не убедили.       — Сколько синяки уже не сходят?       — Ну-у-у-у… Недели три, наверное…       Он встрепенулся.       — Так вот почему ты на пары не ходила, когда якобы заболела! Тогда уж все четыре недели. Диана, это безответственно, столько времени потратить впустую, вместо того, чтобы обратиться к одаренным целителям с такими ушибами! Страшно представить первоначальный цвет кожи… Но я сейчас все сделаю, и завтра от них и следа не останется.       — Нет, спасибо. Давай только ногу.       — Хорошо. Тогда я доберусь до тебя, пока будешь спать. Характер, видишь ли, вредный. Пока не вылечу, не успокоюсь и не отстану!       Ответа не последовало, однако стена категоричной непоколебимости Дианы ощутимо ослабла. И Дерек пошел на таран:       — Ты, что, хочешь, чтоб я тебя ночью связал и заставил лечиться? Давай лучше сейчас. Тебе так стыдно показать, как ты упала? Поверь, мне все равно, насколько ты неграциозна!       Дерек улыбнулся. Честное слово, как ребенок! Разве что… Озарение пришло внезапно — она не падала ни с какой лестницы, ибо тот уловимый страх во взгляде вряд ли можно связать с боязнью ступенек и грандиозного позора по приземлении.       — Я серьезно. Узлы вязать умею. К чему привязать, собственно, тоже есть. Давай надевай топ.       Диану начало потряхивать. Как только она перестала шуршать одеждой, парень повернулся, сел на корточки напротив, положил ладонь на ее левый бок, и перед ним предстала картина:       «Толчок в забор будто бы с разгона. Мастронс. С такой силой прижал руку к левому боку, что можно сравнить с полноценным ударом. Другой рукой раздирает куртку, рубашку, не жалея пуговиц. Кулаки болят. Диана отчаянно колотит ими и пытается оттолкнуть. Крэйг прижимает ее собой к стене, что трудно дышать…»       Видение кончилось, но Дерек еще не вышел из транса и инстинктивно протянул другую руку к правой ноге Дианы, к синяку на бедре.       «Его рука приподнимает ее ногу, задирая юбку. Диана хочет кричать, но воздуха не хватает, крик выходит слишком тихий. Она с усилием стягивает с плеча тяжеленный рюкзак, который вреза́лся в спину. Что есть силы, размахивается и бьет им Крэйга по голове. Тот отшатнулся, держась за голову…»       Дерек дернулся, приходя в сознание. Он мгновенно убрал руки от Дианы. Губы сложились практически в линию, а желваки судорожно задергались. Парень выпрямился, как пружина, и с ревом резко смахнул вазу, стоявшую на тумбе подле дивана. От силы удара ни в чем не повинная ваза долетела до самой стены и разбилась вдребезги. Диана с ужасом вздрогнула. Он силился скрыть ту гримасу боли и всепоглощающей ярости, которая на самом деле так и норовила отразиться на лице. Он не знал, на кого зол больше: на этого ублюдка или на себя самого за то, что не был рядом, не помог, не знал. Дерек прорычал хриплым голосом:       — Сволочь. Я убью его.       Парень рванул с места и уже направлялся к выходу из комнаты, как почувствовал цепкий хват. Диана крепко держала его обеими руками чуть ниже локтя.       — Нет, не надо!.. Ничего не было! Я убежала! Он того не стоит, — шептала она.       — Ничего не было? Это, — указав на ее большие желто-зеленые синяки, вопрошал Дерек, — ничего?! Никто не имеет права обращаться так с… людьми.       А если бы сказал, как хотел — «тобой» — был бы более честен, ведь только недавно он и сам не брезговал использовать физическую силу, когда ему это было удобно, хоть и не совсем уж необходимо… Но не принуждал к такому!       Дианины руки соскользнули чуть ниже, на запястье. Она сжала его настолько сильно, насколько могла. Это заставляло Дерека колебаться, однако брошенный взгляд на покалеченное тело Дианы возрождал желание отплатить обидчику.       — Останься, ты мне нужен… — осознание сказанного пришло сразу же, и она понимала, что такие слова могут быть большой ошибкой, но на тот момент только они могли быть единственно верным способом удержать Дерека от импульсивных поступков.       Теперь все его сомнения улетучились. Не чувствуй Диана ничего, она бы не стала сдерживать его, ей было бы все равно, что он будет делать. Хоть данный факт и должен был безумно обрадовать, в нем до сих пор бурлила обжигающая ненависть. Дерек хотел убить Крэйга, как никого прежде! Однако нежный умоляющий голос Дианы сейчас был выше мести. Парень был готов сделать все, что она попросит. И сейчас она просила остаться. Дерек попытался еще раз; холодный, как сталь, тон разрезал тишину:       — Ты ведь понимаешь, что он мог с тобой сделать.       — Да. Но тогда тебя посадят.       — Почему ты так беспокоишься об этом?       — Потому что я не хочу, чтобы мои друзья были запятнаны криминалом и уж тем более были осуждены за восстановление справедливости… А Крэйгу воздастся когда-нибудь.       Дерек так не считал, но не стал и дальше распаляться. Он принялся мазать синяки, лечить ушиб на ноге. А после того, как все замотал бинтами, сел рядышком.       — Иди сюда, — обнял он поникшую Диану за плечи.       И она прильнула, вроде как, лишь принимая утешения. Но оба понимали, что на самом деле она испытывала в поддержке острую необходимость. Странное чувство единения накатило волной. Он чмокнул рыжую макушку и прислонился щекой. Так и сидели. Долго-долго.       — На счет криминала, — прервала уютную тишину Кроуфорд, — Ты же меня таки выкрал. Не думал, что будет, когда меня хватятся?..       — Не переживай… Не хватятся, — на немой вопрос он продолжил: — В анкете ты указала мой адрес.       — Ты невыносимый мерзавец, тебе когда-нибудь говорили об этом? — не имея моральных сил на скандал, Диана говорила тихо и спокойно, а затем вздохнула, приняв ситуацию, как она есть.       — Тебя не удивляет, что неприятности к тебе так и липнут? Ну, то есть, было ли так всегда или нет, и почему с тобой это происходит?       — Это вопрос. Но у меня нет на него ответа, потому и заморачиваться даже не буду. Меня другое интересует… — сменила она тему, — где мы вообще находимся? В какой части Великобритании?       — В Кембрийских горах.