Заставить чудеса случаться

Снежинки, оторвавшись от далёких туч, летели на многочисленные улицы городов, всю свою короткую жизнь мечтая о счастье и празднике, но тут же таяли, касаясь нагретых тротуаров. Вокруг стоял шум, светились различные украшенные выставки, горели рекламные стенды, повсюду мерцали новогодние огни и машинные фары. В этот вечер все люди куда-то беспорядочно спешили, будто не замечая вокруг себя этой красоты. Словно это не для них переливаются гирлянды и развиваются разноцветные ленты на деревьях и фонарях. По главной улице выстроилась огромная колонна машин. И там и тут раздавались недовольные гудки и скрипы тормозов. Они боялись опоздать в закрывающиеся магазины, вовремя не вернуться к себе домой, где их ждала взволнованная семья. Родители бежали с работы, чтобы купить своим дорогим чадам новогоднюю коробку конфет, которую они положат к остальным подаркам, спрятанным где-нибудь в шкафу, в тёмном углу, на самой верхней полке, куда ребёнок не достанет, или за многочисленными мамиными платьями, в которые строжайше запрещено лазить под угрозой лишения телефонов. Никто не ждёт чуда. Никто не надеется, что в ночной тишине скрипнет оконная рама и худенький ловкий человечек прошмыгнёт в спящую квартиру, чтобы оставить под ёлкой цветастую коробку, перевязанную широкой лентой с большим красивым бантом. Что рядом будет лежать маленькая незаметная записка с аккуратной надписью: «... от Санты!» Даже печенье, которое некоторые всё ещё оставляют, по традиции, на полу в тарелочке, было куплено с любимым папиным вкусом. Любой ребёнок уже слышал в садике наглую фразу: «Санты не существует», кричал со всеми в школе, что эльфы - это просто ушастые дураки, выдуманные тупыми взрослыми. Знал, что не получит ничего на Новый год, ведь мама недавно уволилась с работы. Родители, такие же дети, которые застали своего дедушку на кухне у ёлки, когда проснулись в четвёртом часу утра, чтобы попить воды после съеденных на кануне сладостей. Всем уже хорошо известно, что нет никакого бородатого доброго дедушки, нет оленей с золотистыми бубенцами, нет больших саней из красного дерева...

***

А где-то в далёком снежном краю красивые создания с льняными волосами и заострёнными ушами спешат тонкими пальцами поставить последние заметки в своих списках и отнести в волшебный мешок аккуратные коробки от которых пахнет только что сошедшей с конвееров обёрточной бумагой. Полненький человечек с румяными, как летняя клубника, щеками, сосредоточенно сидит, считая минуты и строя свой предстоящий маршрут. —Да что ж такое?! — неожиданно воскликнул сидящий рядом эльф, который вызвался помочь с расчётом, зарывшись рукой в и так сильно растрёпанные волосы. —Что случилось, Уилли? — спросил дедушка, отрывая взгляд от открытых карт. —Санта, наши показатели упали на 20 процентов с прошлого года! - голос эльфа дрогнул. Он уже был готов плюнуть на всё, отбросив ценные бумаги, и убраться прочь. —Если так продолжится и дальше, то скоро мы совсем лишимся работы. Тогда всему настанет конец! Этот мир существует, пока живы человеческая вера и желание, вы ведь сами это хорошо знаете! —Знаю, мальчик мой, — тяжело вздохнул Сатна, —Но ничего не могу с этим поделать. Я не способен принудить людей верить в меня. —Какой я вам мальчик, —прошептал Уилл, —Мне ведь уже не одна сотня лет... И, видимо, это и будет порог моей жизни. От чего же мы такие бессильные? —Для меня вы все навсегда останетесь мальчиками. Не надо так говорить. Плохо, когда люди не верят в чудеса. Но ещё хуже, когда сами эльфы перестают в них верить. Тогда уже точно ничего не возможно будет спасти. Тут в комнату распахнулась дверь и радостный ураган чуть не сбил стол, но вовремя остановился. Так что только пара бумажек слетели на пол. Лицо прибежавшего эльфа было всё запыханное, а наспех завязанный шарф перепутался с мокрыми от снега волосами. —Санта, у нас всё готово, — выговорил он, даже не успев ещё отдышаться, —Осталось только загрузить подарки из второго и пятнадцатого цеха и можно будет отправляться. —Я рад, что ты снова вовремя и даже слишком рано со всем разобрался. Но Рёне, почему ты снова без колпака и весь взмокший? Когда ты в прошлом году подхватил северную лихорадку, мы еле вылечили тебя после праздников. Неужели ты хочешь повторения? — дедушка усмехнулся, снова отчитывая главного по всем подаркам. Он был слишком ответственный, слишком энергичный и слишком безолаберный по отношению к своему здоровью. И как только можно назвать их взрослыми? Восемь сотен лет — это вовсе не показатель зрелости. —Санта, снова вы! Я же спешил! — совершенно не обидевшись усмехнулся он в ответ. Вдруг он заметил сидящего рядом помощника, чьи светлые глаза были мокры и под ними залегли чёрные тени, а лицо выражало такую боль и безысходность, что аж страшно становилось. —Святые печеньки, Уилли, что с тобой снова приключилось?! — Рёне быстро обогнул стол и схватил эльфа за подмёрзшие пальцы, —На тебе же лица нет совершенно! —Какой в этом смысл? — всхлипнул Уилл, понимая, что так он точно не сможет больше сдерживать в себе слёзы, —Мы никому не нужны... Скоро весь наш мир просто ждёт смерть и не спасти будет никого. После этих слов Рёне быстро переменился в лице и испуганно посмотрел на Санту, сильнее сжимая чужие руки. —Наш друг, — тяжело вздохнул Санта, —Осознал нашу глобальную проблему и разочаровался в жизни. Сомневаюсь, что этому можно помочь чем-нибудь, кроме как улучшением наших показателей. Я сам об этом думал, конечно, но не в силах повлиять на человечество. —Имбирные печеньки, — горестно выговорил Рёне. Он обхватил Уилли руками, прижимая его лохматую макушку себе к груди и чувствуя, как тот жалобно всхлипывает и тратит свои последние силы, чтобы не разрыдаться окончательно. —Санта, я заберу его к себе, это нельзя так оставлять. У нас ведь есть ещё три часа в запасе? —Конечно, - дедушка улыбнулся, догадываясь, что Рёне, как обычно, задумал что-то глобальное. Несколько сотен лет назад, когда под Новый год в мире разразилась страшная эпидемия чумы, этот дурак собственноручно полетел спасать мир. Неизвестно как, но был спасён не только праздник, но и половина населения планеты. Зато самого Рёне потом очень долго не могли поставить на ноги и на его должность пришлось срочно искать замену. И это был не единственный такой случай. Вот и сейчас снова... —Я тогда пришлю к вам Луку, — крикнул эльф, прикрывая за собой дверь. Рёне шёл по широкому коридору с резными узорами на стенах и красной ковровой дорожкой, приобнимая за плечо еле идущего Уилла, которого трясло от немых рыданий. Его всегда забавляло, как это создание относится к вещам, но в этом году сказанное им заявление дошло до уровня абсурда. И самое обидное, что в этой жестокой реальности оно являлось правдой. Рёне не мог наблюдать, как вянут цветы, как мечты разбираются и обращаются в прах. Не мог позволить, чтобы самый дорогой ему эльф говорил такие ужасные вещи. И, самое главное, не мог дать его словам стать реальностью. Ведь все наши слова материальны, а люди на самом деле перестают верить в чудеса. И единственное, как можно это исправить — заставить людей поверить и вернуть на планету настоящий Новый год.