Мой сосед по школьной скамье не нуждается в утешении

Когда Цяо Шао пришел в себя, он спросил у Хэ Шэня: "Что ты сказал?" Хэ Шэнь не смотрел на еду в полиэтиленовом пакете: "Я голоден". Цяо Шао закатил глаза: "До этого". Хэ Шэнь понял, какое высказывание он имел в виду, спросив: "А что, тебе нравится Лу Сяо?". "Ещё бы!" раздраженно рявкнул Цяо Шао. Хэ Шэнь: "Ну вот и все. Юй Юаньси спросила, кто тебе нравится больше - Лу Сяо или Хэ Шэнь. Если тебе не нравится Лу Сяо, то, естественно, ответом будет Хэ Шэнь". По тому, как он сказал это, выходит, что он не Хэ Шэнь! Цяо Шао был так зол, что хотел ударить парня своими палочками для еды: "Хватит нести чушь!" Настроение Хэ Шэня улучшилось: "Ну и как бы ты ответил на этот вопрос?" Цяо Шао холодно сказал: "Мне не нравится ни тот, ни другой". "Ох ..." В мгновение ока Хэ Шэнь продолжил: "Тогда кто тебе нравится?". Цяо Шао не воспринял слово "нравится" всерьез. Он не знал о каком значении "нравится" имел в виду Юй Юаньси. Чистый и невинный мастер Цяо думал, что это подобие симпатии между друзьями, одноклассниками и братьями. Короче говоря, с кем ему больше всего нравится общаться. А с кем хотел общаться Цяо Шао? Конечно, это должен быть... "Чэнь Су". Цяо Шао дал оптимальный ответ. Глаза Хэ Шэня были полны улыбок: "Почему?" Ты ещё и спрашиваешь? Цяо Шао похлопал по книге рядом с собой, радостно сказав: "Он член комитета класса, и очень хорошо учится". Хэ Шэнь уловил решающий момент: "Только потому, что он хорошо учится?". "Да!" Цяо Шао сказал: "Я здесь, чтобы хорошо учиться, и буду общаться только с трудолюбивыми студентами". "Так вот оно что." пробормотал про себя Хэ Шэнь. Цяо Шао не расслышал его: "А?". Хэ Шэнь поднял голову и, глядя парню в глаза, сказал: "Я предсказываю, что в ближайшем будущем ты будешь полностью увлечен одним человеком". Цяо Шао ясно слышал его, но все еще не понимал: "Что?". Хэ Шэнь был в хорошем настроении. Он открыл полиэтиленовый пакет: "Скоро узнаешь. Давайте поедим". "Кто?" Любопытство Цяо Шао было превыше: "Разве Чэнь Су не лучший в нашем классе?" Хэ Шэнь достал из полиэтиленового пакета обед: "Нет". "Тогда кто, Линь Су? Мо Сяосяо?" Он нашел время, чтобы просмотреть результаты последнего месячного экзамена класса и помнил все имена в первой десятке! "Тот, кто кажется тебе далеким, на самом деле близок", - сказал Хэ Шэнь, указывая на себя. Цяо Шао был полон любопытства, но оно быстро улетучилось: "Забудь. На экзамене в прошлом месяце ты был первым снизу". Он сказал: "Я был сильно занят и не сдал экзамен". В то время проходила международная олимпиада по математике, он поехал, чтобы отсидеть за честь школы. Цяо Шао холодно сказал: "До выпускного экзамена еще больше месяца. Я подожду, пока ты поднимешься с первого снизу в первое сверху". Цяо Шао пришел в середине семестра. Сейчас был май, по его расчетам, выпускные экзамены должны состояться где-то в середине июня. Хэ Шэнь раздвинул палочки для еды: "Только первое место в классе?" "Да!" Цяо Шао был спокоен: "Только первое место в классе!" Ни второе, ни третье! Судьба покажет тебе, насколько ты дерзкий! Хэ Шэнь неторопливо сказал: "Будет трудновато". Цяо Шао в душе ухмыльнулся: "Разве не ты говорил об этом? Идешь на компромисс?" Хэ Шэнь поднял на него глаза: "Ты хочешь, чтобы первый во всем городе занял первое место в классе. Разве не просишь невозможного?" Цяо Шао: "........................" Хэ Шэнь посмотрел на блюдо перед собой: "Тушеная говядина довольно хороша. Съешь её". Цяо Шао, успокоившись, проглотил большой кусок говядины: "Такой горячий! Просто чертовски горячий!". Весь город окутает пар, от воздуха, что ты выдыхвешь! Хэ Шэнь дал ему еще один кусок мяса: "Почему ты такой неубедительный?" Цяо Шао съел еще кусок: "Я тебе верю. Верю, что ты будешь первым в стране". Хэ Шэнь: "Я ещё не делал этого". Он занимал первые места в нескольких национальных соревнованиях среди юниоров. Теперь Цяо Шао был убежден, что парень перед ним - полнейший болван! Какое ещё "первое место в стране"? Контрольные работы не были стандартизированы. Даже на вступительных экзаменах в национальные колледжи никто не осмелился сказать, что он лучший во всей стране. Цяо Шао было лень его разоблачать. Они закончили обедать, обмениваясь колкостями. Лу Сяо купил две порции риса, блюда были очень вкусными. Она была во много раз лучше, чем еда Цяо Шао за четыре юаня в столовой. Покончив с едой, Хэ Шэнь посмотрел на него: "Ты так много ешь, но всё ещё такой худой?" Цяо Шао понял, что действительно съел очень много. Большая порция тушеной говядины была в его желудке, он съел целую коробку риса и выпил полпорции грибного супа. Дома у него был плохой аппетит. Если бы парень съел хотя бы пятую часть порции риса, тетя Ву лопнула бы от радости. "Это было очень вкусно..." объяснил Цяо Шао: "Говядина такая вкусная". Говядина хорошо сочеталась с рисом, особенно под звуки чьего-то хвастовства на заднем плане. То, что сказал Цяо Шао, укололо Хэ Шэня, выражение его лица стало слегка сложным. «Маленький коротышка такой жалкий. Неужели он никогда раньше не ел говядину?» К счастью, Цяо Шао не умел читать чужие мысли, иначе ударил бы Хэ Шэня по лицу куском говядины Кобе высшего сорта стоимостью в несколько тысяч юаней. Во время полуденного перерыва в классе никто не ел. Первоначально было несколько девушек, которые тайком бросали взгляды, но поскольку аура вокруг Хэ Шэня была слишком сильной и необузданной, они не осмеливались подходить ближе, чтобы не дразнить его, и ходили в столовую только на обед. Цяо Шао поел и попил досыта. Когда Хэ Шэнь собирал мусор, он спросил: "Сколько стоил обед? И лекарства тоже, я..." Он не закончил говорить, когда появился учитель Тан. Тан Юй увидел Цяо Шао и подошел к нему: "Как твоя лодыжка? Не хочешь пойти домой и отдохнуть?". Услышав слова "пойти домой", Цяо Шао сразу напрягся: "Нет необходимости! Учитель, мне стало намного лучше!" Тан Юю нравился энтузиазм Цяо Шао в обучении, но он боялся, что травма усугубится: "Тебе не обязательно терпеть боль. Можешь пойти домой и отдохнуть денёк или два". Цяо Шао боялся, что вместо того, чтобы вернуться на пару дней, его запрут навсегда. Он сказал: "В этом нет необходимости. Я не хочу возвращаться домой...". Затем продолжил: "Сейчас все хорошо. Ничего серьезного не случилось, лодыжка не опухла, я могу сидеть на уроках". Тан Юй кивнул и согласился. Он снова спросил Цяо Шао: "Ах, скажи-ка контактные телефоны своих родителей? Я не видел их, когда проверял твои документы". Нервы Цяо Шао были напряжены. Он специально опустил этот вопрос, боясь, что учителя позвонят его отцу. "Мой отец не всегда дома, я не могу дозвониться до его мобильного телефона". Это не было ложью. Президент Цяо постоянно находился на совещаниях, в течение дня за его мобильный телефон отвечал личный помощник. Конечно, Цяо Цзунмин каждый вечер уходил домой, но Цяо Шао редко звонил ему. Тан Юй удивился: "Понятно... тогда мама...". Услышав произнесенное слово "мама", лицо Цяо Шао стало белым, словно снег. Взгляд глаз потух пепельным цветом, будто пустыный и бездушный. Тан Юй не мог продолжать. Хэ Шэнь нахмурил брови. Он сменил тему: "Уже поздно, учитель. Я отведу его обратно в общежитие на полуденный перерыв". "Хорошо." Тан Юй пришел в себя: "Иди, скоро прозвенит звонок". "Цяо Шао?" Хэ Шэнь позвал парня низким голосом. Цяо Шао пришел в себя. Обыденный цвет медленно возвращался к лицу, но он не мог подавить красноту вокруг глаз. Хэ Шэнь почувствовал, что его сердце сжимается, но не стал расспрашивать. Каждая семья проходит через свои проблемы. Хэ Шэнь знал это лучше, чем кто-либо другой, особенно обеспокоенный, увидев такого жалкого ребенка. Бывают боли, понимающие только те, кто испытал их на себе. В здании общежития Цяо Шао напугался от слов Хэ Шэня: "Если не ответишь, я понесу тебя вверх по лестнице". Цяо Шао в ужасе повернул голову, взглянув на Хэ Шэня, словно на дьявола. Видя, что тот наконец-то пришел в норму, Хэ Шэнь вздохнул с облегчением: "Либо я несу тебя на руках, либо на спине. Если ты не ответишь, то, насчёт три, два..." "Не нужно!" тихо сказал Цяо Шао. Хэ Шэнь: "Я лишь помогу тебе подняться по лестнице - одному будет слишком долго". Цяо Шао склонился к нему и прошептал: "С таким количеством учеников, если я позволю тебе нести меня, не видать мне больше лица!" Хэ Шэнь сказал: "Я всё равно понесу тебя". У Цяо Шао заболела печень: "Тогда следует заранее подготовить мою могилу!" Хэ Шэнь смотрел на него с удивленным выражением лица: "Ты ведь даже не девушка, но все еще боишься прикосновений?" "Это не вопрос прикосновений, понятно?" серьезно сказал Цяо Шао: "Это вопрос достоинства!" Хе Шен был ошарашен, но в то же время его это забавляло. Цяо Шао настаивал: "Просто вернись назад, я могу держаться за перила и подняться сам". "Пойдем". Хэ Шэнь поддержал его маленькую руку: "Решай сам, идти тебе в общежитие или нет, я уже принял задание от Лао Тана". Цяо Шао увидел, что он больше не замышляет ничего плохого, и они сосредоточились на подъеме по лестнице. Поднявшись на второй этаж, им встретилась группа шумных мальчишек. Они не знали, насколько смел шутник класса, что сбегает с мусорным пакетом в руках. Цяо Шао чувствовал, что нужно следить за этим мусорным пакетом, но, к сожалению, его нога повредилась. Дух готов, но сердце слабо, поэтому... Мусорный пакет был прижат к груди. Мальчик был поражен. Он повернулся и с изумлением увидел большое пятно от овощей на груди своего товарища: "Я, я так сожалею..." Цяо Шао: "..." Хэ Шэнь нахмурился: "Почему ты бегаешь по коридору?". Он боялся потревожить ногу Цяо Шао, и не решился оттащить его. Мальчик извинился, ему было до смерти стыдно. Хотя Цяо Шао расстроился, он знал, что мальчик не хотел этого: "Все в порядке...". Мальчик сказал: "Сними одежду и дай мне постирать её!". Цяо Шао не хотел быть раздет средь бела дня, он покачал головой и сказал: "Не нужно, я сам могу постирать". Мальчик снова сказал: "Тогда позволь мне хотя бы заплатить..." "Не нужно, не нужно". Цяо Шао махнул рукой. "Я все равно смогу носить его после стирки". Он посмотрел на Хэ Шэня: "Пойдем, я приму ванну, когда мы поднимемся". Лицо мальчика выглядело смущенным, он мог лишь искренне извиняться. Наконец, им удалось подняться на пятый этаж, в комнате общежития никого не было. Цяо Шао опустил взгляд на свою одежду, чувствуя себя подавленным. Хэ Шэнь спросил: "Где твоя одежда?". Цяо Шао спокойно посмотрел на него. Хе Шен был поражен: "Не может быть, чтобы у тебя была только одна рубашка". Слишком жалко. Глаза Цяо Шао стали еще более обиженными: "Есть еще одна. Женская рубашка "Pure Love", которую ты обманом заставил меня купить". *** Автору есть что сказать: Действительно, хотите верьте, хотите нет, но брат Шэнь сейчас - натурал. [закрывает лицо]