Love for the monster

Уэнсдей проснулась первая, с непривычки она чуть ли не подскочила с кровати, ведь впервые кто-то лежал с ней вместе.  Немного подняв голову, она увидела, что Диана спит почти лежа на ней. Если прошлой ночью она лежала с боку от неё, то теперь она полностью лежала на Уэнсдей.Аддамс ещё никогда не ощущала таких чувств, дав слабину, она положила руку на талию Дианы. В какой-то степени Уэнсдей было даже приятно. Но она предпочитала думать, что это просто подростковый максимализм и гормоны. Как только она станет старше - это пройдёт. Уэнсдей пришлось лежать в таком положении ещё около получаса, дожидаясь того времени, когда Диана проснётся. Диана проснулась, лежа на груди у Уэнсдей и просто смотрела ей в глаза. — Ты долго валяться будешь? — спросила Уэнсдей и столкнула с себя Диану, на удивление, в этот раз она смогла это сделать, не столкнувшись с большой силой девушки, — Я из-за тебя руку отлежала. — Удивительно, но каким-то способом я смогла нормально поспать, — улыбнулась Диана. — Больше такого не будет, — отрезала Уэнсдей.

***

Уэнсдей и Энид уже несколько часов сидели в библиотеке и изучали всю информацию про вампиризм. Тёмноволосая точно знала, что они идут в верном направлении. Около них стояла огромная стопка просмотренных книг, но нигде они не могли найти хоть какую-то полезную информацию. Везде описаны обычные факты, которые знали все. Открыв очередную книгу, Уэнсдей быстро пролистала к оглавлению, найдя нужную главу, она начала медленно читать. — Энид, — позвала Уэнсдей девушку, — Я, кажется, что-то нашла. Здесь говорится, что бывают такие вампиры, за которыми стоят будто какие-то манипуляторы, они полностью подчиняют волю вампира и делают всё, что хотят.  — Но как ты можешь быть уверенна, что именно Диана монстр? Ты нашла какие-то доказательства? — Да, у неё неестественно быстрая регенерация и также большая сила. Да и тем более, в ту ночь, когда был убит ученик, она не находилась в школе. Разве всё это может быть  простым совпадением?  — Я думаю... — Энид не успела договорить, как в библиотеку ворвался Ксавье с криками о том, что его друга буквально похитили. — Уэнсдей, я не знаю что делать! — задыхался Ксавье, — Он давно говорил, что знает, кто за ним охотится, и даже знает кто это, но на любые мои вопросы он не отвечал.  — А как ты понял, что его похитили? Может он просто вышел прогуляться? — рассуждала Уэнсдей, но она уже была напряженна. — Он оставил записку на столе о том, что сегодня был последний день его жизни, и что он добровольно пойдёт к монстру. Я до последнего тебе не верил, Уэнсдей, но сейчас я всё понял. Нам срочно нужно что-то делать. — Так, хорошо, — Уэнсдей встала из-за стала, — Ксавьер, ты идёшь в комнату, а мы с Энид пойдём в лес, скорее всего именно там будет монстр , чтобы не привлекать большого внимания.

***

Девушки бегом добрались до леса и перешли на шаг. Абсолютно ничего не говорило о присутствии монстра здесь, везде была тишина и темнота. Осторожно пробираясь мимо веток, они услышали чей-то крик. Подойдя к источнику звука, Уэнсдей увидела бездыханное тело какого-то ученика, но у него ещё были открыты глаза.  Аддамс подбежала к нему и подняла голову парня, пытаясь не дать ему потерять сознание. — Кто это? — спрашивала Уэнсдей, — Как мне его найти, ответь?! Рядом с учеником лежал большой окровавленный нож, он был даже немного помят, будто кожа у монстра была железная. — Я смог навредить ему, у него на спине должны быть большие царапины. — Раны на монстре заживают очень быстро, скорее всего они уже зажили, их не возможно отследить. — Этот нож особенный, он ранит вампира так, чтобы раны не заживали. Парень хотел сказать что-то ещё, но уже через пару секунд он захлёбывался в своей крови, а вскоре его сердце перестало биться. Уэнсдей схватила Энид за край рубашки и побежала обратно во двор школы. — Я должна узнать кто это, — во время бега, сказала Уэнсдей, — Я обязана. Уэнсдей не переставала бежать до своей комнаты даже по коридору, её разрывало от волнения и интриги, хотя никакой интриги не было, она изначальна знала, кто скрывается за обличием монстра. Но вот волнение было обоснованно: она до последнего пыталась обманывать себя, надеясь, что её соседка не монстр. Она не хотела в это верить, как и в то, что Диана что-то значит для неё. Что эта белобрысая девушка смогла впечататься в её жизнь. Ведь Диана так и не знала, про что Уэнсдей пишет роман, из-за чего Аддамс не спит ночами, а просто смотрит в сторону Дианы. Не знала, что с первой их встречи заинтересовала Уэнсдей. Но ей и не нужно было знать. Эта слабость Уэнсдей останется только внутри неё самой, она никогда не признается в этом. Но даже если у Дианы и окажутся эти царапины от ножа, это ведь ничего не значит? Может она просто пострадала на тренировке - пыталась убедить себя Уэнсдей. Это ведь не значило, что она является убийцей. Добежав до комнаты, Уэнсдей отдышалась и встала на против двери, прокручивая в голове будущий диалог. Зайдя в комнату, она увидела Диану, которая стояла у шкафа с одеждой, выбирая что надеть. Уэнсдей спокойно прошлась мимо девушки и села на кровать, делая вид, будто она с кем-то переписывается, но всё равно поглядывала на Диану. — Ты только что вернулась сюда? — как всегда без эмоций спросила Уэнсдей — Да, виделась с друзьями, а что? — Просто поинтересовалась, — Уэнсдей увидела, что Диана достала из шкафа чёрное худи, скорее всего она пойдёт в ванную, чтобы переодеться. Но она резко сняла с себя рубашку. Уэнсдей не знала куда смотреть: на притягательное обнажённое тело или на ужасные кровавые линии на спине. В ту секунду Уэнсдей бросило сначала в жар, а потом в холод. И не понятно от чего конкретно. От того, что она хотела и дальше наблюдать за телом Дианы, или от того, что все карты сошлись и девушка действительно является убийцей, которая врала в глаза, когда говорила, что ничего не понимает. У Уэнсдей появилось сразу несколько чувств, борющиеся за главенство. Она даже почувствовала впервые страх. Такой липкий и неприятный. Она до последнего себя убеждала, что не боится, но всё равно понимала, если Диана догадается, что Уэнсдей её вычислила, то она убьёт её без промедлений, чтобы не выдавать себя.  Другими чувствами были агрессия и злость. Как Диана могла так врать, совершенно не чувствуя себя виноватой. Она убивала людей, а потом спала в одной кровати с Уэнсдей.  Аддамс понимала, что пустив к себе девушку, она разрушала свои стены, которые возводила годами. Уэнсдей смогла найти хоть какой-то контакт с другим человеком, но вместо нормального общения, она получила кровожадного убийцу.  — Что у тебя на спине? — настороженно спросила Уэнсдей, ожидая агрессию Дианы, — Откуда они?  Диана уже успела одеться. — Подралась с оборотнем. Не знала, что они такие агрессивные, вот и получила. Зрачки Уэнсдей сузились до максимума от такой откровенной лжи. — Правда? — сквозь зубы спросила Уэнсдей, — А обработать их не хочешь? — Я не могу до них достать, если ты не против, то можешь помочь? — без доли сомнения произнесла Диана. Уэнсдей опешила от такой просьбы. Агрессия куда-то пропала, но вместо неё появились другие чувства. Молчание длилось пол минуты — Да...почему нет? — с задержкой ответила Уэнсдей. — Отлично, я уже принесла необходимые вещи, — Диана показала рукой на стол, где лежали разные медицинские принадлежности. Девушки подошли к столу и Уэнсдей стала рассматривать вещи, чтобы понять, что именно нужно взять. — Для начала, сними толстовку, — попросила Уэнсдей, но она ещё не понимала, какой спектор эмоций появился у неё при таком близком виде обнаженного торса девушки. Диана резко сняла с себя толстовку, оставаясь в чёрном топе и повернулась спиной к Уэнсдей. Аддамс взяла баночку с полупрозрачной мазью и нанесла немного на пальцы, аккуратно размазывая её по порезам. Порезы были глубокие и длинные, всего их было три.  Прикосновения к чужой коже были такие нежные и спокойные, что Уэнсдей даже забыла о том, кто перед ней стоит.  Случайно нажав сильнее нужного, темноволосая услышала шипение Дианы. — Мне кажется, или такие порезы нельзя получить от оборотня? — сказала Уэнсдей, пытаясь вывести Диану на признание, — У оборотней когти намного больше по диаметру, а тут ровные тонкие порезы, будто... от ножа, — специально сделав паузу, Уэнсдей следила за реакцией девушки. — Наверное, ты плохо разбираешься в оборотнях, — пошутила Диана, не выдавая никаких эмоций. Закончив с обработкой ран, Уэнсдей взялась за бинт.  Осторожно начав обматывать бинтом по всему торсу девушки, Уэнсдей будто случайно коснулась ладонью кожи живота, вызвав этим у Дианы мурашки. Все эти действия почему-то казались такими интимными, что даже не верилось, что это просто "дружба". — Почему твоё дыхание стало тяжёлым, а сердце застучало сильнее? — серьёзным голосом спросила Уэнсдей. Диана повернулась лицом к Уэнсдей, настолько близко, насколько это возможно. — Из-за тебя, — наивно ответила девушка. Закончив с бинтом, Уэнсдей так и стояла перед Дианой, смотря на неё снизу вверх, из-за разницы в росте. Диана резко приблизилась к Уэнсдей и поцеловала её. Она понимала, что ей не ответят, но она хотела как минимум попытаться. Это было сложно назвать поцелуем, просто прикосновением губ. Но этого хватило, чтобы вывести Уэнсдей из себя. Аддамс резко оттолкнула Диану от себя и отошла на несколько метров. — Ты что творишь?! — с нескрываемой агрессией, почти прокричала Уэнсдей, — Ты думаешь привязать меня к себе? Мы обе понимаем, что я всё знаю! И ты понимаешь, что скоро обо всём все узнают.  — О чём ты, Уэнсдей? — ошарашенно спросила Диана. — Не нужно сейчас строить из себя дурочку, Диана, — глаза Уэнсдей потемнели ещё сильнее, чем обычно, — Если ты думала, что я отвечу тебе взаимностью, то ты очень сильно ошибалась: я не переношу тебя и презираю, как люди презирают убийцу. Мне противно на тебя смотреть. Уэнсдей быстрым шагом покинула комнату, оставив Диану с огромным грузом из сказанных слов, она так и продолжила смотреть в стену. Вдруг по щеке покатилась маленькая слеза, которую она смахнула.