пир на весь мир.
25 декабря 2022 г., 22:09
В том самом, уютном особняке Холтрейна, всегда пропитанном нескончаемым весельем, шумом и гамом, постоянными шутками, исходящими из уст каждого члена семьи и безобидными подколами, сегодня было удивительно тихо. А виной тому была усталость ребят, бегавших в спешке по разным предновогодним делам.
Диана, возглавлявшая самое ответственное дело перед праздником, подготавливала продукты для блюд, которые будут стоять на рождественском столе, параллельно раздавая поручения Ото и Барни. Когда, к всеобщей радости, дело дошло до готовки обожаемого каждым оливье, Диана заметила, как со стола начали мистическим образом попадать огурцы с кусочками колбасы.
— Это не я, клянусь! — с набитым ртом неудачно попытался оправдать себя Лёша, который был пойман за ухо недовольной Дианой, — Отпусти, пожалуйста, я больше так не буду.
Цокнув, Диана оставила воришку в покое.
— Ещё раз такое повторится и салата тебе не видать, — пальцем пригрозил Ото и заключил болезненным, но справедливым подзатыльником.
Их внимание неожиданно отвлек взволнованный крик Кэтсу, доносившийся откуда-то сверху.
— Смотрите, я нарисовал мотоцикл, вам нравится? Сейчас бы покататься на таком, эх, — совершенно ни на что не намекая, проговорил он.
Пока ребята рассматривали рисунок Кэтсу, тот тихонько стащил пару кусочков колбасы и унёсся наблюдать за делами остальных.
— Ты бы ещё на лбу написал, чтобы мы его тебе подарили, было бы понятнее, — посмеялся Вендетт, забирая у Барни рисунок, — Могу попробовать его оживить.
— Листочек? — поинтересовался лёша, на что со всех сторон раздалось: «ты дурак?» и хохот.
— Не надо мне твою магию уродскую, — забрав изображение и прижав его к груди, фыркнул Кэтсу и недовольный потопал обратно в свою комнату дальше мечтать о новеньком мотоцикле.
— Уродская, как твой рисунок? — крикнул вслед Вендетт, получив толчок в бок от недовольного Ри, — Ну, а как без этих шуток? Мне что, молчать?
Тем временем, Люци, Джей и Сая пытались разобраться с длинной гирляндой, что запуталась от долгого пребывания в коробке, а Тейф искал звёзды и снежинки, дабы развесить их по особняку, превращая тот в настоящую новогоднюю сказку.
— Ребят, как думаете, мне идёт? — обмотав ещё пару раз гирлянду вокруг своей шеи, игриво спросил Джей.
— Осталось повесить и готово! — подойдя ближе, Сая закрепила всё это дело наклейкой хеллоу китти.
— Да я смотрю из тебя зажигательная ёлка получилась. Поставим в центре и дела с украшениеми особняка на сегодня закончены! — выдал Тейф, еле успокаиваясь от истерического смеха, параллельно оглядывая коробки в поисках ещё чего-то интересного.
Пока ребята были заняты беготнёй и суматохой, раздался звук из замочной скважины, а в дверях показался явно замёрзший Эн. Сняв с себя верхнюю одежду, он прошел вглубь помещения.
— Ну и метель на улице сейчас. Пока шёл домой, видел такие ёлки шикарные, все сверкают, — внезапно он остановился, — А где наша ёлка? Вы Джея решили поставить вместо неё? — оглядев машущего Джея и ярко улыбающихся Саю с Тейфом, спросил Эн.
Тишина окутала весь особняк, даже Лёша перестал жевать украденную с рождественского стола еду.
— Чем это вы таким весь день занимались, что забыли про ёлку? Неужели собрались праздновать рождество без главного отрибута, — на лице Эна виднелось недоумение.
— Я то думаю, чего не хватает, — следом за Эном вошёл Сенпай, с красными щеками и носом. Он всё утро расчищал двор от снега, который все продолжал идти, даже не думая останавливаться как минимум до конца недели.
— А давайте сгоняем, пока не поздно? — загорается Киото, одновременно снимая с шеи Джея запутавшуюся гирлянду и тихо ворча на него за безрассудство.
— А давайте! — поддерживает Винхо, подходя ближе к Киото.
— Вы ебланы, но я с вами, — отпив немного шампанского вызвался Стаф, получив по шее от Дианы за питьё алкоголя.
Маттео с Хизом начали возмущаться, в попытке привести ребят в чувство. На улице стоял мерзляк, никому не хотелось выходить из теплого и уютного укрытия в виде домика. Но двое послушно начали одеваться, наконец сдавшись под напором остальных. Ещё и Аден радостно захлопал в ладоши, подбегая к ним. Под осуждающие взгляды Ри они вышли из дома, не собираясь возвращаться без самой главной добычи — ёлки.
Уже выйдя на крыльцо дома, Киото, как покинувший его последним, закрывает за всеми дверь и спускается по совсем немного скрипящим деревянным ступенькам, подходя к ребятам, которые осматриваются вокруг в поисках дороги. На улице необычайно сильная метель, не видно совсем ничего дальше своего носа. Огромные хлопья снега валятся вниз. Небо затянуто гущей облаков, и уже поднявшуюся на небо луну невозможно разглядеть. Из освещения лишь тусклый жёлтый свет от пары рядом находящихся уличных фонарей и яркие разноцветные огоньки гирлянд, что висят при входе в дом. И даже этот свет приглушен из-за снежной пелены.
Наслаждение окружающей атмосфеой предвкушения праздника прерывается Хизом и Маттео, с заботой причитающими о том, что всем стоит меньше глазеть по сторонам и поторопиться, если они не хотят мгновенно превратиться в огромные снежные фигуры. Отвлекшись от наблюдения за удивительно красивой природой, компания направляется по освещаемой фонарями тропинке, пытаясь не споткнуться, свалившись в клубок из тел. И сначала все идёт гладко, благодаря Сенпаю, который весь день старательно убирал снег на дорожке рядом с домом. Но дальше для пути приходится укладывать усилия из-за непрекращающегося снега, и Аден почти падает, запинаясь из-за того, что засмотрелся на украшения домов посёлка.
— Аден, будь аккуратнее, или мы тебя тут оставим, будешь нашим снеговиком, — смеётся Маттео, помогая тому встать и заботливо убирая с тёплых, но практически негреющих сейчас вещей, снег. Тот лишь шмыгает носом и кивает, опустив глаза.
Осматривая ели и сосны разных размеров, Винхо подходит к одной из них со восхищение во взгляде, это дерево точно должно стоять у них дома.
— Вот эту берем, — фонариком указывает и тянет за куртку Киото, чтобы и ему показать эту прелесть.
— Доставай инструменты и вперёд за дело, тоже хочешь в сосульку превратиться, что ли? — отвечает моментально тот.
Хизу поручают подержать фонарик, а Маттео подавать инструменты. Киото с Винхо начинают пилить ель, хотя стена из снега им мешает в этом деле.
Тем временем, Стаф и Аден стояли неподалеку, пытаясь согреться хоть как-то. Лес выглядел сказочно красиво, всё вокруг блестело и притягивало взгляд.
— Аден, смотри, — крикнул Стаф, и Адену неожиданно прилетело огромным снежком в лицо.
— Я тебя сейчас в сугроб закопаю, — дрожа от холода, пролепетал Аден и погнался за смеющимся Стафом.
Как вдруг они услышали что-то странное.
— Ох-охо! — прозвучало где-то неподалеку.
Двое мгновенно встали статуями, испуганно переглянувшись, в глаз друг друга они видели растерянность.
— Может другим скажем? — прошептал Аден, указывая на ребят, которые все ещё увлеченно пилили ель. Стаф отрицательно помотал головой и указал молча на небольшие палки, потянув за дерево Адена.
— Насчёт три, — ребята дали знак друг другу и услышав, как скрипучие шаги приближаются к ним, выскочили из укрытия, ударив кого-то по голове со всей силы.
Парни не осмеливались подойти ближе к чужому телу, лежавшему на снегу. Но Стаф взял волю в кулак и, держа за руку Адена, сделал шаг в стороны таинственного незнакомца.
— Кажется, мы прикончили Санту.. — у Адена округлились глаза, он сразу же склонился к тому, чтобы проверить пульс, — Вроде живой.
— Нечего по лесу шляться на ночь глядя, да ещё когда не видно что происходит вокруг, — Стаф взял маленького ростом деда и закинул на плечо, — Бери мешок с подарками, уходим домой.
Остальные наконец-то закончили с рубкой ёлки, использовав все свои силы, и еле стояли на ногах, пытаясь удержать в руках огромное дерево.
— Бездельники, где вы были? — пыхча спросил Хиз, остальные отозвались согласным мычанием.
Все обратили внимание на Санту, находящегося в бессознательном состояние, на плече Стафа и мысленно прикончили этих двоих за очередную выходку.
— Не завайте вопросы, на которые не хотите знать ответа. Идём домой.
В особняке Холтрейна было уже заметно шумно, все оставшиеся дома продолжали активно готовиться к предстоящему празднованию.
— Вы бы видели мой подвал, все будут завидовать, — мечтательно произнес Юн, надевая милые носочки с оленями и снежинками на недовольного Сенпая, — Не рыпайся, блять, я тебя согреть собираюсь. Пришел мне на голову весь замёрзший, ещё заболеешь же.
— Аккуратнее, ты же не куклу одеваешь, — Сенпай легонько ударил того по голове.
— А покажи подвал, — на Барни взглянула вся компания, раздумывая, настолько ли он наивный или просто уже выпил.
Каждый начал подходить к Барни и пожимать руку.
— Было приятно с тобой познакомиться, надеюсь, мы ещё свидимся как-нибудь, — начал Лёша, за ним потопала прощаться и Люци.
Юн лишь закатил глаза, соглашаясь тихонько на просьбу ничего не понимающего Барни.
— Мне интересно, эти дебилы, которые ушли за ёлкой ещё пару часов назад, вернутся живыми или их уже сожрали медведи? — взволнованно протянула Люци, клея светящиеся тёплым мерцанием снежинки на окна вместе с Саей.
Их разговоры прерывали громкие споры Марселя, Лёши с Коксом, Аксом и Германом насчёт выбора фильмов и музыки на вечер. Это же ничуть не менее важно, чем еда. Буду ли ребята пересматривать в праздник «Гарри Поттера» или «Голубой огонёк».
— Вряд ли, — пожал плечами Вендетт, на что его в очередной раз за вечер тыкнули в бок локтем, — Я то что? Говорю лишь правду, вы их арканы видели?
— Подождем немного и пойдем за ними, вдруг и правда что-то произошло — успокоил всех Ри.
— Где остальные? — войдя в гостиную, спрашивает Эн, — Юн, быстро отпусти волосы Сенпая.
— За ёлкой пошли, — не обдумав произносит Акс и ойкает.
Конечно же все потом получают по своим святым головам от Эна и Кэтсу за то, что те отпустили остальных в такую метель на улицу.
— Я им повышу норму за непослушание, — от слов Кэтсу все начинают смеяться, напоминая о том, что они давно не простые знамые с просторов интернета, — Извините, привычка.
— Всё, — Ри встаёт с теплого пола и идёт одеваться, — Вендетт, душа моя, заводи свои чудо сани, мы идём за этими придурками, будем спасать из задницы снова.
— У меня голова уже болит от вас, — уплетая за обе щеки салат цезарь, говорит Эн, Джей ему накладывает ещё курицы, чтобы не ворчал в праздничное время, и незаметно подливает вина.
— Розовая монетка вам на удачу, — самодовольно протягивает Сая и отправляет в добрый путь спасения ёлочных путешественников.
Вендетт заводит снежный мотоцикл и отдаёт второй шлем Ри, чтобы они доехали в целости за этими безумными детишками. Но далеко им отъехать от дома не удаётся, мотор отказывает, да и ребята с ёлкой уже показались в далеке тропинки. Ри пару раз поколотил всех поочередно за такие опасные проказы, но все равно, хоть и под ругань, запускает в дом.
— Вот вам ёлка, — те, кто с тяжёлым трудом несли дерево, аккуратно опускают его на пол, ведь сколько трудов было потрачено на этот последний штрих их идеального торжества.
— Вы зачем Санту Клауса притащили, — стянув пальцем шапку с помпоном дедушки, Эн повернулся с недоверием на Стафа и Адена. А тех уже и след простыл, как обычно смылись под шумок, чтобы не получить подзатыльников.
— Давайте уже быстрее наряжать ёлку, — поторопил всех Кэтсу, с нетерпением подпрыгивая на месте, да и всем уже хотелось после таких приключений сесть за стол.
А Люци крикнула Юну, который всё ещё продолжал мучать Сенпая своими милыми новогодними штучками:
— Отнесёшь его в подвал?
Юн счастливый схватил новенького Санту за шкирку и потащил его к своему подвалу, мурлыкая новогоднюю песенку под нос.
— О-хо-хо, — с подвала начали орать остальные Санты, скалясь своими опасными улыбками.
— Вот вам ещё один о-хо-хо, ловите, — с этими словами, Юн закинул незнакомого Санту к ним. Наблюдающий Сенпай приложил ладонь ко лбу, осуждающе глядя на непринужденно улыбающегося Юна.
А где-то в углу Вендетт довольно ухмыляется и тихонько подзывает к себе Хиза. Шёпотом сообщая тому о том, что у них в этом году будет настоящий пир в виде Сант и хитро облизывается.
Обычному прохожему, случайно заглянувшему в этот дом, может показаться странным все происходящее, хотя на первый взгляд это и похоже на обычные праздничные приготовления. Но никто за пределами дома, одиноко стоящего на отшибе, никогда не узнает о всех странностях этой семьи.
Сумасшедший, но до боли любимый дом
