Повелитель морей

90 год от З.Э. Дрифтмарк Просторные покои в Высоком Приливе были залиты мягким утренним светом, отражающимся от морских волн за высокими арочными окнами. Солнечные блики танцевали на стенах, облицованных редким бледно-зеленым мрамором, и терялись в густых складках тяжелых занавесей. Визерра Таргариен стояла перед огромным зеркалом в пол, обрамленным в резное красное дерево, и, затаив дыхание, рассматривала свое отражение. На ней было великолепное свадебное платье из плотного белоснежного шелка, расшитое серебряной нитью, узоры которой напоминали переплетение бурных морских волн и безупречной драконьей чешуи. Длинный шлейф водопадом струился по коврам, а тончайшие кружева из Мира мягко облегали ее плечи, создавая иллюзию легкой морской пены. Несколько служанок суетились вокруг принцессы. Одна осторожно расправляла невидимые складки на подоле, другая с трепетом поправляла тонкий серебряный шнур на корсаже, стараясь даже не дышать на драгоценную ткань. Визерра оставалась неподвижной, но внутри нее все дрожало от едва сдерживаемого волнения. Она осторожно, стараясь не повредить высокую, сложную прическу из переплетенных серебряных кос, взяла с бархатной подушечки ожерелье из белого золота, густо усыпанное крупными бриллиантами. Вдев в уши такие же серьги, она застегнула замок на шее. Блеск драгоценных камней, доставленных ей на рассвете в качестве свадебного подарка от Корлиса, идеально подчеркивал ее валирийскую красоту, заставляя фиалковые глаза казаться еще темнее и глубже. Рейнис Таргариен, сидевшая на шелковой софе неподалеку, с легкой полуулыбкой наблюдала за этой сценой. В отличие от остальных присутствующих в комнате женщин, у шестнадцатилетней Рейнис были густые, как смоль, черные волосы, унаследованные от матери, леди Джоселин Баратеон. Однако ее глаза сияли тем же чистым родовым фиалковым цветом, а осанка выдавала истинную гордость благородной крови. Она лениво покручивала в пальцах серебряный кубок с разбавленным вином и, дождавшись, пока служанки отойдут на шаг, не упустила возможности по-сестрински подколоть невесту. - Ты выглядишь так, словно собралась отвоевывать Ступени у пиратов, - со смешком заметила Рейнис, наклонив голову набок. - Скажи на милость, зачем так крепко сжимать края этого несчастного столика? Ты боишься, что он убежит, или что Корлис передумает, когда увидит этот твой воинственный взгляд? Визерра резко повернула голову, отчего бриллианты в ее ушах зазвенели, и фыркнула, тщетно пытаясь скрыть легкую дрожь в пальцах. - Я бы предпочла прямо сейчас оседлать дракона и встретиться в открытом бою с дюжиной дорнийских разбойников, чем весь сегодняшний день находиться под прицелом тысяч глаз, - призналась Визерра, натянуто улыбнувшись. - Ты видела, сколько лордов прибыло на этот остров? Они смотрят на меня так, словно оценивают породистую кобылицу на ярмарке в Староместе. Каждое мое движение, каждый вдох будут обсуждать следующие полгода. Королева Алисанна, стоявшая чуть поодаль у окна и проверявшая готовность праздничных венков, мягко улыбнулась. Она подошла к дочери со спины и положила свои теплые ладони ей на плечи. В ее серых глазах, повидавших немало королевских свадеб, светилась безграничная гордость. - Пусть смотрят, дитя мое, - мягко, но веско произнесла королева, встречаясь с Визеррой взглядом через зеркало. - Им полезно помнить, как выглядит истинное величие. Еще ни одна принцесса из дома Таргариенов не выглядела столь ослепительно в день своего союза. Корлис Веларион - счастливейший человек во всех Семи Королевствах, и он прекрасно это знает. Перестань терзать себя сомнениями. Ты рождена для того, чтобы повелевать, а не прятаться от чужих взглядов. Визерра облегченно выдохнула, чувствуя, как уверенность матери передается и ей. В этот момент десятилетняя Гейль, которая до этого тихо крутилась возле массивных сундуков, перебирая оставшиеся ленты и шелковые платки, подбежала к старшей сестре. Ее глаза горели неподдельным восторгом, отражая сияние бриллиантов на шее невесты. Маленькая принцесса встала на самые кончики носков, забавно вытягивая шею и пытаясь дотянуться пальчиком до мерцающих камней. - Визерра! - воскликнула Гейль, округлив глаза от удивления. - А эти камни... они не слишком тяжелые? Мне кажется, лорд Корлис ночью поднялся на небо, набрал там самых ярких упавших звезд и привез их тебе. Они ведь волшебные, правда? Визерра не удержалась и искренне рассмеялась. Напряжение, сковывающее ее плечи с самого рассвета, окончательно отступило. Она осторожно присела, чтобы оказаться на одном уровне с маленькой сестрой, позволяя той рассмотреть украшение поближе. - Они не волшебные, Гейль, но очень редкие, - ласково ответила Визерра, коснувшись кончиком пальца носа девочки. - Их привезли из очень далеких стран, где солнце никогда не заходит за горизонт. Но я обещаю тебе: когда придет твой черед выходить замуж и надевать свадебный плащ, я лично попрошу Корлиса, чтобы он снарядил свой лучший корабль и достал для тебя звезды еще крупнее, ярче и красивее этих. Гейль радостно захлопала в ладоши, запрыгав на месте, отчего ее светлые локоны растрепались. - Тогда я решила! - решительно заявила маленькая принцесса, вздернув подбородок. - Я выйду замуж только за того лорда, у которого есть самый большой и быстрый корабль во всем мире. Чтобы он каждый день плавал за новыми звездами для меня, а иначе я просто останусь в Королевской Гавани и буду кормить котов. Этот ответ вызвал дружный и добрый смех у всех присутствующих в покоях дам. Даже строгая служанка, державшая шкатулку с украшениями, не смогла сдержать улыбки, глядя на непосредственность младшей дочери короля. Пока служанки завершали последние штрихи, закалывая шпильками непослушные пряди на затылке, Визерра устремила взгляд в окно, и ее мысли невольно унеслись в прошлое. Последние шесть месяцев, прошедшие с момента их с Корлисом возвращения в Королевскую Гавань после ее первого визита на Дрифтмарк, пролетели как одно мгновение, полное суеты, надежд и ожидания. Корлис Веларион полностью оправдал доверие ее отца. Как Мастер над кораблями, он с головой ушел в работу, сутками пропадая на королевских верфях и в порту, реорганизуя снабжение столичного флота и выстраивая новые логистические маршруты. Но, несмотря на государственную важность своей должности, он ни на один день не забывал о своей невесте. Визерра помнила, как в первую же неделю после возвращения в Красный Замок Корлис прислал к ней в покои целую делегацию. Это были лучшие ювелиры, ткачи и швеи, которых только можно было найти на Дрифтмарке и в Вольных Городах. Они привезли с собой десятки рулонов тончайшего шелка из Йи-Ти, бархата из Пентоса и лучшие мирийские кружева. - Лорд Веларион приказал, чтобы ваша милость ни в чем не знала отказа, - почтительно говорил тогда старый портной, склонившись в глубоком поклоне. - Мы обязаны создать для вас гардероб, достойный будущей хозяйки Высокого Прилива. Корлис лично отбирал эскизы, желая, чтобы его будущая жена блистала не только на свадьбе, но и в их последующей совместной жизни. Он навещал Визерру каждый день, без исключения. Обычно это происходило ближе к вечеру, когда солнце начинало клониться к закату, окрашивая стены Красного Замка в багровые тона. Они подолгу гуляли по тенистым садам, вдали от любопытных глаз придворных сплетников, или сидели на террасе, созерцая ленивое течение вод Черноводного залива. В один из таких вечеров, когда прохладный морской бриз шевелил полы его темно-синего камзола, Корлис взял ее за руку. - Ты не жалеешь о своем выборе, Визерра? - тихо спросил он, внимательно всматриваясь в ее лицо. Визерра тогда лишь крепче сжала его ладонь, чувствуя ее мозолистую, мужскую силу. - В Королевской Гавани слишком душно от интриг и лжи, Корлис, - ответила она, глядя на далекий горизонт. - Рядом с тобой я впервые почувствовала, что могу дышать полной грудью. Мой дом там, где находишься ты. С каждой такой встречей их привязанность крепла, перерастая из политического союза в взаимопонимание, осознанное и сильное чувство. Корлис вел себя безукоризненно почтительно. Он никогда не позволял себе переходить границы дозволенного приличия, ограничиваясь лишь нежными прикосновениями к руке и долгими, полными скрытой страсти взглядами. Из-за этой благородной сдержанности Визерра сейчас, в день свадьбы, испытывала легкий внутренний трепет. Мысли о первой брачной ночи заставляли ее сердце биться чаще, она понимала, что сегодня все преграды рухнут, и они наконец станут принадлежать друг другу без остатка. Подготовка к торжеству на самом Дрифтмарке шла с поистине королевским размахом. Корлис оказался не только хорошим лордом, но и тонким дипломатом. Еще три месяца назад он направил Верховному Септону в Старомест уважительное, но полное скрытой гордости письмо. В нем лорд Веларион сообщал о скором завершении строительства Великой Септы Дрифтмарка и предлагал Его Святейшеству лично освятить этот грандиозный храм, проведя в его стенах первую церемонию бракосочетания между главой дома Веларион и принцессой крови из дома Таргариен. Ответ из Староместа пришел незамедлительно, скрепленный семиконечной восковой печатью. Верховный Септон писал: «Мы с великой радостью узнали о благочестивом деянии дома Веларион. Постройка столь величественного и грандиозного храма во имя Семерых на острове Дрифтмарк - это истинное благословение для всего Вестероса. Для Нас будет величайшей честью и духовной радостью лично прибыть на ваши земли, дабы освятить сию святую обитель и благословить священный союз между доблестным лордом Корлисом и благородной принцессой Визеррой из дома Таргариен». После этого Дрифтмарк превратился в один огромный, без устали работающий праздничный механизм. Корлис рассылал приглашения во все концы Вестероса, не жалея денег на быстрейших воронов и самых надежных гонцов. Приглашения получили все Верховные лорды и важнейшие знаменосцы королевства. Разумеется, Дорн оставался в стороне - это независимое, яростно сопротивляющееся королевство жило по своим законам, и отправлять туда приглашения было бы не только бессмысленно, но и оскорбительно для политики ее отца. Пока вороны разносили вести, порты Дрифтмарка круглосуточно принимали торговые суда. Погреба Высокого Прилива и огромные каменные склады Спайстауна доверху заполнялись привозными и местными припасами. Из Простора везли сотни бочонков знаменитого Арборского золотого, сладкого и густого, как нектар. Из разных складов и через доверенных купцов за золотые драконы скупалось дорнийское красное. Но Корлис не забывал и о гордости собственного острова. В закрома отправлялись напитки, производимые на самом Дрифтмарке и уже заслужившие славу среди знати Вестероса и Эссоса. Чистейшая, обжигающая пшеничная водка, выдержанный в дубовых бочках ароматный коньяк и крепкий островной виски. Кухонные прислужники закупали скот по всем Речным и Штормовым землям. На остров переправляли целые стада овец и упитанных быков. Местным егерям и заезжим охотникам платили чистым серебром за живых, диких кабанов. Животных держали в специально выстроенных загонах на окраине города, чтобы в день пира повара могли забить их и подать на столы нежнейшее мясо. Визерра вместе с матерью-королевой, Рейнис и маленькой Гейль прибыли в Высокий Прилив за две недели до назначенной даты свадьбы. Уже тогда, сходя с палубы королевского корабля, принцесса поняла, что грядущее торжество станет главным событием десятилетия. Остров гудел, словно растревоженный улей. Порт Спайстауна был забит кораблями так плотно, что их мачты казалось застилал вид горизонта. Все без исключения Верховные лорды Семи Королевств приняли приглашение Железного Трона и дома Веларион. За неделю до свадьбы горизонт окрасился в багряные и золотые тона - к причалам подошел флот Хранителя Запада, лорда Таймонда Ланнистера. Его прибытие было обставлено с истинно ланнистерской роскошью. Лорда сопровождала огромная, ослепляющая богатством свита, в которой состояли важнейшие представители домов Запада. Вместе с ним на берег сошли лорд Аластор Рейн из Кастамере, чьи одежды из темного бархата были расшиты серебром, лорд Роланд Вестерлинг и лорд Денис Марбранд. Каждого из этих могущественных лордов сопровождало не менее пятидесяти тяжеловооруженных рыцарей, в начищенных до зеркального блеска доспехах и в длинных шелковых плащах. Это было сделано с одной целью - подчеркнуть свой высочайший статус перед лицом короля и богатых хозяев острова. Чуть позже, вслед за своим сюзереном, из Западных земель начали прибывать другие дома: Крейкхоллы, Леффорды со своими золотыми знаменами, Фарманы со Светлого острова, Морленды и Лиддены. Речные земли были представлены делегацией во главе с лордом Риверрана Гровером Талли. Опытный лорд прибыл в сопровождении целой свиты речных лордов: Блэквудов, Вэнсов, Мутоннов из Девичьего Пруда, Дарри и многочисленных Фреев из Близнецов. Среди этой пестрой процессии, к всеобщему изумлению, находились и Бракены. Визерра с улыбкой вспомнила, как три дня назад Корлис, стоя с ней на смотровой площадке башни, наблюдал за тем, как речники сходят на пирс, бдительно держась за рукояти своих мечей. - Клянусь Визерра, - со смешком шепнул тогда Корлис, склонившись к ее уху. - Я искренне удивлен, как Гровер Талли смог уместить в одной свите Бракенов и Блэквудов и при этом довезти их до нашего острова живыми. Мне казалось, они перебьют друг друга еще на переправе у Трезубца. Придется приказать Морской Страже удвоить патрули возле их лагерей, иначе наш свадебный пир начнется с кровной мести. Штормовые земли были представлены лордом Штормового Предела Боремундом Баратеоном - могучим, широкоплечим мужчиной с громовым голосом, который приходился дядей принцессе Рейнис по материнской линии. За ним следовали лорды из домов Баклеров, Коннингтонов с их грифоньими знаменами, Морригенов, Эстермонтов и суровых воинов с острова Тарт. Из ближних домов Узкого моря, бывших давними союзниками и соседями Веларионов, первыми прибыли Селтигары с Клешни и лорд Острого Мыса Бар-Эммон. Простор продемонстрировал свое извечное великолепие и многочисленность. Процессию возглавлял лорд Хайгардена Маттос Тирелл, чьи слуги везли за собой целые телеги с живыми цветами, чтобы украсить замок. Вместе с ним прибыли лорд Лионель Хайтауэр из Староместа, суровые воины дома Тарли с Рогова Холма и гордые Окхарты из Старого Дуба. Даже далекий, холодный Север не остался в стороне. Глава дома Старков, лорд Винтерфелла и Хранитель Севера Бенджен Старк, лично совершил долгий путь на юг. Его сопровождали лорд Мандерли из Белой Гавани, чьи люди привезли богатые дары из моржовой кости, а также суровые Карстарки и Дастины в серых шерстяных плащах, подбитых мехом. Корлис Веларион лично встречал каждого Верховного лорда у ворот или на причале, выказывая им должное почтение и подчеркивая их статус. Его младшие братья, Дейрон и Вейлор, взяли на себя колоссальную, изнурительную работу по приему менее значимых лордов, распределению их свит, слуг, лошадей и припасов. Город Спайстаун буквально захлебнулся от наплыва гостей. Помимо вестеросской знати, сюда прибыли богатейшие купцы, магистры и представители различных торговых гильдий из Вольных Городов Эссоса: Пентоса, Волантиса, Квохора, Норвоса и Браавоса. Самых важных гостей, Верховных лордов и членов королевской семьи разместили в самом Высоком Приливе, в специально выделенном для этого огромном восточном крыле замка. Учитывая невероятные, поистине исполинские размеры крепости, неудивительно, что все они смогли разместиться со всем возможным комфортом, не мешая друг другу. Остальные гости, рыцари, капитаны кораблей и торговые партнеры Веларионов остановились в многочисленных отелях Спайстауна. Эти здания были гордостью Корлиса, построившего их по собственным чертежам. В отличие от грязных, темных вестеросских таверн с общими соломенными тюфяками на полу, отели Спайстауна представляли собой просторные трехэтажные здания из тесаного белого камня с широкими застекленными окнами. Внутри располагались отдельные комнаты с массивными дубовыми дверями, кроватями с мягкими перинами из гусиного пуха и чистым шелковым бельем. На первых этажах находились общие залы для трапез и отдельные каменные купальни, где слуги круглосуточно поддерживали горячую воду, позволяя уставшим путникам смыть дорожную пыль. При каждом отеле имелся просторный внутренний двор с конюшнями и вооруженной охраной. За два дня до свадьбы небо над островом содрогнулось от мощного рева - на Дрифтмарк прилетел сам король Джейхейрис вместе со своими сыновьями, принцами Бейлоном и Эймоном. Их огромные драконы опустились на скалистые утесы за замком, заставив коней приезжих лордов испуганно ржать в своих стойлах. Это прибытие окончательно закрепило за свадьбой статус величайшего триумфа дома Веларион. Воспоминания Визерры были прерваны тихим, деликатным стуком в массивную дубовую дверь. Служанки тут же отступили назад, сложив руки на поясах. В покои неторопливо вошла леди Элис Веларион, мать Корлиса. Этой женщине было сорок два года, но она сохранила удивительную, статную красоту, благородную осанку и ясный, проницательный взгляд фиалковых глаз. На ней было надето строгое, но изысканное платье цвета морской волны с серебряным шитьем по вороту. За время частых визитов Визерры на остров между ними сложились на редкость теплые, искренние и доверительные отношения. Элис, лишенная придворного лицемерия, сразу разглядела в принцессе сильный характер и острый ум, а Визерра ценила в будущей свекрови ее мудрость и спокойное достоинство. Элис медленно подошла к Визерре, ласково коснулась ладонью ее бледной щеки и мягко улыбнулась. - Ты прекрасна, дитя мое, - тихо произнесла леди Веларион, и в ее голосе прозвучали материнские нотки. - Время пришло. Корлис уже ждет у алтаря, а кареты поданы во внутренний двор. Весь народ Дрифтмарка собрался на улицах, они жаждут увидеть свою новую леди. Ты готова? Визерра глубоко вдохнула, чувствуя, как внутри нее просыпается гордость ее предков-завоевателей. - Да, леди Элис, - твердо ответила принцесса, расправляя плечи. - Я готова. Когда женщины величественно вышли из покоев, в просторном коридоре их уже ждали Теа и Элиза Веларион, невестки Корлиса. Молодые женщины были одеты в праздничные наряды голубых оттенков. Они синхронно и очень учтиво склонились в глубоких реверансах перед королевой, одарив Визерру теплыми, одобрительными взглядами. Процессия медленно и торжественно спустилась по широким мраморным лестницам замка, минуя ряды застывших в приветствии гвардейцев. Они вышли во главный двор Высокого Прилива, где их уже ожидали три роскошные кареты, украшенные резьбой, позолотой и гербами двух великих домов. Кареты были запряжены породистыми, белоснежными лошадьми. В первой карете, отличавшейся особым простором и бархатной обивкой темно-синего цвета, разместились сама Визерра, королева Алисанна, принцесса Рейнис, маленькая Гейль и мать Рейнис - леди Джоселин Баратеон. Во второй карете заняли места мужчины королевской семьи: король Джейхейрис, принцы Эймон и Бейлон, а также юные Визерис и Деймон. Третью карету заняли мать семейства леди Элис, Теа и Элиза со своими мужьями, Дейроном и Вейлором. Едва кареты выехали за кованые ворота Высокого Прилива и покатились по просторным, мощеным ровным камнем улицам Спайстауна, как воздух буквально содрогнулся от приветственного рева. Все улицы, балконы домов, крыши и площади были заполнены ликующей толпой простолюдинов, матросов и ремесленников. Люди махали руками, бросали под копыта лошадей охапки свежих цветов, кричали слова приветствия и славили дом Веларион, королевскую семью и свою новую госпожу. Внутри первой кареты царило радостное оживление. Королева Алисанна, глядя в окно на счастливые лица горожан, мягко сжала ладонь дочери. - Посмотри на них, Визерра, - тихо сказала королева, и в ее глазах блеснули слезы радости. - Этот народ принимает тебя всем сердцем. Твой муж совершил истинное чудо. Он превратил этот некогда пустынный остров в процветающее сердце торговли. Теперь это и твоя жемчужина. Управляй ею с мудростью, которой я тебя учила. Рейнис, поправляя складки своего дорожного плаща, лукаво усмехнулась, переведя взгляд на Визерру. - Судя по тому, сколько людей собралось на площадях, сегодня на Дрифтмарке не работает ни одна кузня и ни одна лавка, - заметила она с иронией. - Мне кажется, торговые корабли в порту сейчас стоят совершенно пустые, а их капитаны бьются об заклад, чья свита выглядит богаче - Ланнистеров или Хайтауэров. Гейль, практически полностью прильнув к стеклу окна, восторженно махала рукой толпе. - Визерра! - звонко закричала девочка. - Слышишь? Они кричат твое имя так громко, словно где-то рядом рычит Вермитор! Они все так рады, будто сегодня наступило лето и больше никогда не будет зимы! Леди Джоселин Баратеон тепло рассмеялась, обняв маленькую принцессу за плечи. - Для них это и есть лето, милая Гейль, - мягко произнесла Джоселин, погладив девочку по голове. - Свадьба их лорда с принцессой крови - это гарантия того, что их дома будут в безопасности, а торговля принесет еще больше золота. Народ всегда чувствует силу и процветание. Тем временем во второй карете король Джейхейрис внимательно всматривался в чистоту улиц и архитектуру Спайстауна. Он с удовлетворением отмечал как жители города приняли его дочь Когда кареты наконец плавно остановились перед величественным фасадом Великой Септы Дрифтмарка, зрелище заставило Визерру затаить дыхание. Огромный, колоссальный храм из белоснежного камня, возвышался над просторной площадью. Семь высоких башен уходили высоко в голубое небо, а огромные витражные окна играли всеми цветами радуги под лучами полуденного солнца. Вся обширная территория вокруг септы была оцеплена плотными рядами гвардейцев Веларионов в их парадных чешуйчатых доспехах цвета морской волны и суровыми воинами Морской Стражи, державшими длинные алебарды. Несмотря на охрану, за линией оцепления собрались тысячи простых людей. Они стояли на носочках, взбирались на фонтаны и столбы, желая стать свидетелями этого исторического события. Пассажиры карет начали постепенно выходить. Королева Алисанна, Рейнис, Гейль, леди Джоселин и остальные члены семьи Веларион в сопровождении слуг неторопливо направились внутрь септы, чтобы занять свои места в первых рядах у алтаря. Снаружи, на широкой каменной площадке перед массивными дверями, остались лишь сама Визерра, король Джейхейрис, четыре рыцаря Королевской Гвардии в белоснежных плащах и сир Аддам, который застыл на месте, готовый защищать свою будущую госпожу до тех пор, пока она не переступит порог святилища. Прошло несколько минут, дав гостям внутри окончательно затихнуть и занять свои места. Король Джейхейрис повернулся к дочери, его суровое лицо смягчилось, и он протянул ей свою крепкую руку, согнутую в локте. - Ну что, дочка, - тихо, с глубоким чувством произнес король. - Пора. Твой муж ждет тебя. Иди с гордо поднятой головой, как и подобает дракону. Визерра уверенно опустила свою ладонь на его руку. - Спасибо, отец, - прошептала она. Они начали медленно, шаг за шагом, подниматься по широким ступеням Великой Септы. Тяжелые, обитые бронзой дубовые двери плавно распахнулись перед ними, и они вошли внутрь грандиозного зала. Огромное внутреннее пространство септы было до отказа заполнено гостями - здесь собрались сливки высшего общества Вестероса и богатейшие люди Эссоса. Сотни лордов и леди в своих лучших праздничных нарядах из шелка и бархата замерли, и в зале воцарилась глубокая тишина, нарушаемая лишь тихим шелестом платьев. Все взгляды были прикованы к невесте. Визерра и король медленно шли по широкому центральному проходу, по направлению к алтарю, расположенному на высоком возвышении. Там, в лучах разноцветного света, падающих сквозь гигантские витражи с изображениями Семерых, стоял Корлис Веларион. На нем был великолепный, сшитый на заказ праздничный камзол из темно-синего, почти черного бархата, густо расшитый серебряными морскими коньками по вороту и манжетам. Камзол украшали массивные серебряные пуговицы, а талию перетягивал широкий пояс из белого золота. Рядом с ним, сохраняя спокойствие, стоял сам Верховный Септон в своих сияющих, белоснежных шелковых одеждах, с тяжелой короной на голове. Длинный шлейф свадебного платья Визерры с тихим, шуршащим шелестом скользил по идеально отполированным каменным плитам пола. Подойдя ближе к ступеням алтаря, Визерра впервые за этот долгий, суматошный день подняла глаза и встретилась взглядом со своим будущим мужем. В глазах Корлиса читалось столько искренней любви и непоколебимой уверенности, что последние остатки страха и волнения принцессы мгновенно растворились без следа. Она поняла, что находится именно там, где должна быть. Король Джейхейрис бережно передал руку дочери в теплую, сильную ладонь Корлиса. После этого монарх с достоинством отступил на шаг назад и спустился к своей семье, заняв место в первом ряду. Он тепло и облегченно улыбнулся, заметив, как маленькая Гейль рядом с матерью, совершенно забыв о строгих правилах придворного этикета, с восторженными, огромными глазами крутит головой во все стороны, рассматривая грандиозные, высокие потолки септы и искусные фрески, пока королева Алисанна мягко не осадила ее, положив ладонь ей на плечо. Верховный Септон величественно воздел руки к куполу, призывая Семерых стать свидетелями этого союза. Его глубокий, чистый голос, удивительным образом усиленный великолепной акустикой храма, разнесся над притихшей толпой, призывая благословение Отца для справедливости, Матери для плодородия и Кузнеца для прочности этого брака. Когда подошло время для завершающих ритуалов, Корлис и Визерра повернулись лицом друг к другу, крепко взявшись за руки. Король Джейхейрис вновь медленно приблизился к алтарю. Он подошел к дочери со спины и бережным, плавным движением снял с ее плеч легкий девичий плащ, на котором был изображен красный трехглавый дракон дома Таргариенов на черном поле. В ту же секунду Корлис принял из рук своего брата Дейрона другой плащ - тяжелый, сшитый из плотного темно-синего шелка, на котором серебряными нитями и мелким жемчугом был искусно вышит сигил дома Веларионов. Корлис заботливо и нежно накинул этот плащ на плечи своей жены, надежно закрепив его на ее груди тяжелой серебряной застежкой в виде морского конька. - В свете Семерых я объявляю тебя своей женой, - твердым, глубоким и уверенным голосом произнес Корлис, глядя принцессе прямо в глаза. - В свете Семерых я объявляю тебя своим мужем, - ответила Визерра, и ее голос прозвучал чисто, звонко и без малейшего колебания. Затем, закрепив союз перед лицом богов и людей, они хором произнесли священные слова древней клятвы: - Этим поцелуем я клянусь в любви и своей верности. Верховный Септон торжественно опустил руки и объявил их законными мужем и женой, одной плотью, одной душой и одной судьбой отныне и до скончания веков. Корлис медленно наклонился к Визерре и впервые поцеловал ее как свою жену. В этом поцелуе не было никакой поспешности - он был удивительно нежным, долгим, глубоким и полным искренних чувств. Визерра почувствовала, как земля буквально уходит у нее из-под ног, и она словно растворилась в этом мгновении, чувствуя тепло его губ и надежную, непреклонную крепость его рук, бережно поддерживающих ее за талию под тяжелым шелком плаща. Когда они наконец медленно разорвали поцелуй и повернулись к залу, лицо Визерры сияло таким неподдельным, чистым и ослепительным счастьем, какого никто из членов ее семьи никогда прежде у нее не видел. Первыми к молодой паре поспешили члены их семей. Королева Алисанна и леди Элис со слезами на глазах обнимали молодоженов, шепча слова благословения. Король Джейхейрис крепко, по-мужски пожал руку Корлису и поцеловал дочь в лоб. Братья Корлиса и принцы Таргариенов шумно поздравляли их, обмениваясь крепкими рукопожатиями. После этого Корлис и Визерра, крепко держась за руки, первыми направились к выходу из Великой Септы. Едва они показались на верхних ступенях храма, как многотысячная толпа простолюдинов, заполнившая всю площадь до краев, взорвалась единым, оглушительным и ликующим криком. Люди славили лорда Корлиса и его молодую жену леди Визерру. Под настоящий град из розовых лепестков, душистых трав и мелких серебряных монет, которые бросали слуги, молодожены быстро спустились к повозкам и сели в отдельную, закрытую и роскошную карету. Лошади тронулись, и они направились обратно в замок Высокий Прилив, где в Большом зале уже все было подготовлено для начала грандиозного, невиданного по масштабам свадебного пира. Перед тем как переступить порог шумного пиршественного зала, Визерра на секунду остановилась в просторном, тихом коридоре замка. Две расторопные служанки, заранее ожидавшие ее там, быстрыми и отточенными движениями отстегнули от ее платья длинный, тяжелый шелковый шлейф, который до этого красивым водопадом тянулся за ней по плитам септы. Теперь, освободившись от лишнего груза, принцесса могла двигаться совершенно свободно, легко и непринужденно. В Большом зале Высокого Прилива царило невероятное оживление. Огромное помещение, чьи высокие своды поддерживались массивными колоннами из полированного камня, было заполнено сотнями знатных гостей, прибывших со всех концов известного мира. Сюда стеклись не только величайшие лорды Вестероса, но и высокопоставленные, богатейшие гости из Эссоса. Огромным, ошеломляющим сюрпризом для большинства вестеросских аристократов стало личное присутствие самого Морского владыки Браавоса, Феррего Отериса, который сидел в окружении своей личной, богато одетой стражи. Чуть поодаль от него расположились эмиссары Железного Банка, выделявшиеся среди пестрой толпы своими строгими, лаконичными одеждами из дорогого темного бархата и тяжелыми золотыми цепями на шеях. Сам этот факт присутствия правителя Браавоса и представителей финансового гиганта красноречиво и без лишних слов подчеркивал колоссальное, неоспоримое влияние дома Веларион за Узким морем и их прочные, надежные деловые связи, заставляя лордов Простора и Запада задумчиво и настороженно переглядываться между собой. Длинные дубовые столы в зале были расставлены таким образом, чтобы ни один из гостей не чувствовал себя обделенным вниманием хозяев. Столы буквально ломились от невообразимого количества изысканных яств и дорогих блюд. Повара Дрифтмарка, усиленные лучшими кулинарными мастерами превзошли сами себя, превратив пир в демонстрацию гастрономического триумфа. На огромных серебряных и керамических блюдцах подавали как традиционные вестеросские деликатесы, так и экзотические блюда. Здесь были нежные пироги с лимонами и пряностями, запеченные целиком лебеди, поданные в своем собственном, искусно восстановленном белоснежном соусе, сочные поросята, фаршированные спелыми яблоками, лесными каштанами и травами, запеченные утки в медовой глазури и огромные туши жареных диких кабанов, чье ароматное мясо таяло во рту. Благодаря редким специям, которые Корлис в изобилии привозил из своих далеких заморских плаваний, гости могли отведать и совершенно необычные, диковинные яства: нежнейшее мясо оленя, томленое в остром, кисло-сладком соусе из редких сортов перца и заморских цитрусов, пышные слоеные пироги с рубленой говядиной, карамелизированным сладким луком и корицей, а также гигантские морские крабы, сваренные в кипящем белом вине с добавлением ароматных восточных трав. Алкоголь лился словно рекой - слуги едва успевали откупоривать новые бочонки. На столах в изобилии присутствовало знаменитое, сладкое Арборское золотое, густое дорнийское красное вино, а также собственная гордость острова - знаменитое Дрифтмарское красное вино, обладавшее глубоким вкусом и ягодным послевкусием. Для любителей напитков покрепче в хрустальные графины разливали чистейшую островную водку, выдержанный коньяк и виски. За главным, высоким столом, который был установлен на специальном возвышении и царил над всем залом, восседали члены двух породнившихся домов. В самом центре, привлекая к себе все взгляды, сидели виновники торжества - Корлис и Визерра. По одну сторону от них расположились Веларионы: леди Элис, сохранившая свою утонченную привлекательность, Дейрон со своей женой Теей, и Вейлор со своей супругой Элизой. По другую сторону сидела королевская семья. Король Джейхейрис и королева Алисанна с гордостью взирали на зал. Рядом с ними сидел принц Эймон со своей женой Джоселин Баратеон и их дочерью Рейнис. Чуть дальше расположились принц Бейлон, юные Визерис и Деймон, которым было тринадцать и девять лет соответственно, и принцесса Гейль. Убранство Большого зала поражало своим размахом и богатством даже самых искушенных дворян. Массивные дубовые столы были накрыты тяжелыми, безупречно чистыми скатертями из белоснежного мирийского шелка, края которых были вручную расшиты сложными узорами из серебряных нитей. В отличие от большинства вестеросских замков, где даже знатным лордам мясо по старинке подавали на толстой посуде, здесь перед каждым без исключения гостем стояли изящные, расписные керамические тарелки, доставленные торговыми кораблями из Волантиса. Вино и крепкие напитки наливали не в привычные оловянные, серебряные или деревянные кружки, а в тончайшие, хрупкие чаши из чистейшего стекла Дрифтмарка и хрусталя, чьи искусно выточенные грани невероятно красиво играли и искрились в теплом свете сотен восковых свечей, горевших в массивных люстрах под потолком. Все столовые приборы - ножи, ложки и вилки - были отлиты из чистого, высокопробного серебра и украшены фамильным гербом дома Веларион. Все эти детали наглядно демонстрировали гостям колоссальный статус, богатство и безграничные возможности хозяев острова. Гостей развлекали лучшие музыканты Эссоса и Дрифтмарка, чье обучение и содержание полностью финансировалось Корлисом в Спайстауне. На специальном, богато украшенном помосте располагался многочисленный оркестр, исполнявший как традиционные вестеросские баллады, так и сложные, многоголосные эссосские мотивы. Однако внимание абсолютно всех присутствующих в зале было приковано к совершенно новому, невиданному доселе музыкальному инструменту - фортепиано. Это было массивное устройство из идеально отполированного, сияющего черного дерева, установленное на изящных гнутых ножках. Его клавиши были искусно выточены из дорогой слоновой кости и редкого черного дерева. Корлис потратил колоссальные финансовые средства, золото и долгие месяцы кропотливой работы, передав подробные чертежи и схемы, привезенные им из своего прошлого мира, лучшим мастерам и инженерам Дрифтмарка. Это был невероятно сложный в производстве, трудоемкий и штучный экземпляр, требующий филигранной точности настройки каждой струны и деревянного молоточка. Во всем мире на данный момент существовало лишь три подобных инструмента, и все они находились в собственности дома Веларион на Дрифтмарке. Когда приглашенный музыкант сел за инструмент и мягко ударил пальцами по клавишам, извлекая чистый, невероятно объемный и многогранный звук, Большой зал буквально замер в неподдельном изумлении. Этот звук не был похож ни на привычную лютню, ни на звонкую арфу, ни на резкий клавесин. Мелодия лилась плавно, заполняя собой все пространство под высокими сводами, то взмывая вверх триумфальными аккордами, то опускаясь до нежного, едва слышного шепота. Диковинный, благородный инструмент безоговорочно покорил искушенный слух вестеросской и эссосской знати. Лорд Хайтауэр даже подался вперед, сощурив глаза и пытаясь рассмотреть внутреннее устройство механизма, а королева Алисанна с восхищением покачала в такт головой. Пир шел своим чередом, и под воздействием хорошей музыки и крепких вин языки гостей развязывались, а атмосфера становилась все более непринужденной. Наступило время для традиционного вручения свадебных подарков молодоженам. Верховные лорды Вестероса по очереди, соблюдая строгую иерархию и протокол, начали подниматься со своих мест и подходить к главному столу, произнося хвалебные речи. Первым вперед выступил Хранитель Запада. Лорд Таймонд Ланнистер, облаченный в роскошный багровый камзол с золотым шитьем в виде ревущего льва, шел уверенной, неторопливой походкой. Два его слуги несли перед ним тяжелую деревянную шкатулку. Сделав изящный, безупречный придворный поклон, лорд Таймонд заговорил своим гладким, хорошо поставленным голосом: - Ваше Величество, лорд Корлис, принцесса Визерра, - начал Ланнистер, и на его губах заиграла тонкая улыбка. - Запад всегда ценил истинное величие и прочность союзов. В знак нашего почтения дом Ланнистеров преподносит вам этот скромный дар. Пусть он напоминает вам о том, что у вас всегда есть надежные друзья на западе. Слуги открыли шкатулку, и весь зал ахнул. Внутри покоилась великолепная, детально проработанная статуэтка боевого корабля, целиком отлитая из чистейшего, высокопробного золота. Ее паруса были выточены из тонких пластин белого золота, а в глазницы носовой фигуры-дракона были вставлены крупные, ярко-алые рубины, которые сверкали в свете свечей. - Пусть ваши трюмы всегда будут так же полны золотом, как недра Кастерли Рок, лорд Корлис, - добавил Таймонд, склонив голову. Корлис поднялся и вежливо ответил: - Благодарю вас, лорд Таймонд. Этот корабль займет почетное место в гостевом зале Высокого Прилива. Я ценю ваш дар, но еще больше я ценю мир и согласие между нашими домами. Вслед за ним к столу приблизился суровый и немногословный Хранитель Севера. Лорд Бенджен Старк, чья фигура в просторном сером камзоле казалась высеченной из северного гранита, шел тяжелым, уверенным шагом. Его пронзительный, холодный взгляд остановился на молодоженах. Двое его гвардейцев держали в руках огромные, невероятно пушистые охапки мехов. - Север не богат на золото и заморские шелка, принцесса Визерра, лорд Корлис, - произнес Бенджен своим глубоким, басистым и резким голосом, лишенным южного лукавства. - Но мы знаем цену настоящему теплу и верности слову. Дом Старков преподносит вам шкуры лучших, редких сумеречных котов, добытых в лесах за пределами Стены, и меха северных белых медведей. Лорд Старк сделал короткий поклон и добавил: - Наши меха согреют вас даже в самую лютую, суровую зиму, если морские ветра Дрифтмарка станут слишком холодными и пронзительными. Визерра тепло улыбнулась северянину, тронутая его прямотой. - Благодарю вас, лорд Бенджен, - звонко ответила принцесса. - Ваша честность и эти подарки - поистине королевский дар. Нам будет приятно вспоминать о суровом и гордом Севере долгими зимними вечерами укутавшись в предоставленные вами меха. Затем со своего места поднялся лорд Риверрана. Гровер Талли подошел к столу в сопровождении своих сыновей. Слуги несли перед ним массивный ларец из ясеня. - Лорд Корлис, принцесса Визерра, - заговорил Гровер, и его глаза заблестели. - Речные земли рады приветствовать этот великий союз. Наш дар рожден в чистых водах Трезубца. Он открыл ларец, продемонстрировав гостям несколько длинных нитей из крупного, редчайшего речного жемчуга идеальной округлой формы, который отливал мягким розоватым и серебристым светом. - Пусть ваша жизнь будет такой же чистой и долгой, как те реки, что питают наши земли, - произнес Талли. - И пусть этот жемчуг украшает принцессу в дни мира. - Спасибо, лорд Гровер, - с улыбкой ответил Корлис. - Я рад приветствовать вас в моем доме и благодарю за подарок. Лорд Маттос Тирелл из Хайгардена, одетый в зеленый шелк и благоухающий дорогими маслами, подошел к столу следующим. Его слуги внесли изящные глиняные горшки и несколько небольших, богато украшенных бочонков. - Простор склоняется перед красотой принцессы и доблестью Морского Змея, - пропел Маттос с истинно южным красноречием. - Мы привезли вам редчайшие семена экзотических цветов из садов Хайгардена, которые приживутся на вашей почве и будут радовать глаз круглый год. А также - шесть бочонков нашего легендарного золотого вина вековой выдержки, из личных погребов моего деда. Пусть ваша любовь будет такой же сладкой и пьянящей, как это вино. Корлис учтиво поблагодарил лорда Простора, подняв свой кубок в его честь. Однако самым запоминающимся, грандиозным и весомым стал подарок от заграничного гостя. Морской владыка Браавоса, Феррего Отерис, поднялся со своего места под пристальными взглядами вестеросской знати. Он подошел к высокому столу широким, властным шагом, и его одежды шуршали по полу. В руке он держал плотный свиток из дорогого пергамента, перевязанный шелковым шнуром и скрепленный печатью в виде титана Браавоса. - Браавос всегда чтит своих истинных друзей и надежных партнеров, - заговорил Феррего, и его голос с сильным, характерным эссосским акцентом, разнесся по Большому залу. - Лорд Корлис Веларион человек, чье имя знают на каждом причале от Иббена до Асшая. Его молодая супруга принцесса великого дома Драконов. Наш город не мог ограничиться простыми безделушками из золота. Морской владыка с театральным, широким жестом протянул свиток прямо в руки Визерре. - Принцесса, - произнес владыка, и в его глазах блеснула искра. - Этот документ, заверенный подписями всех магистров и печатью Железного Банка, подтверждает следующее: на наших лучших, закрытых верфях в Браавосе завершено строительство и спущена на воду великолепная, мощная боевая каракка. Она построена из лучшего браавосского дуба, оснащена тройным слоем обшивки и имеет самые быстрые паруса в Узком море. На ее носу вырезана прекрасная фигура валирийской девы. Этот корабль носит имя «Принцесса Визерра», и отныне он принадлежит лично вам. - Благодарю вас, Морской владыка Феррего, - твердо и с достоинством ответила Визерра, встретившись с ним взглядом. - Для меня великая честь владеть кораблем, построенным лучшими мастерами Браавоса. Обещаю вам, что «Принцесса Визерра» будет бороздить моря только ради защиты нашей общей торговли и мира между нашими берегами. Когда череда официальных поздравлений и подарков от лордов подошла к своему логическому завершению, Корлис Веларион медленно поднялся со своего кресла. Он сделал легкий жест рукой, и оркестр на помосте тут же прекратил игру. Гул голосов в Большом зале стремительно стих, и сотни пар глаз устремились на хозяина замка. Корлис повернулся к Визерре, его лицо было серьезным, но в глубине глаз светилась безграничная нежность. Он заговорил, и его голос, привыкший перекрывать шум самого яростного шторма, разнесся по каждому уголку притихшего помещения: - Дорогие гости, лорды и леди, друзья из Вестероса и Эссоса, - начал лорд Дрифтмарка, обведя замерший зал уверенным взглядом. - Я искренне благодарен каждому из вас за те великолепные дары и теплые слова, что прозвучали сегодня в этих стенах. Но в этот знаменательный день, когда дом Веларион и дом Таргариен объединились священными узами, я просто не мог не преподнести своей законной жене нечто совершенно особенное. Нечто, что символизирует вечность наших чувств и прочность нашего союза. По его короткому знаку к высокому столу быстрым шагом приблизился старый, верный слуга. В руках он с осторожностью нес массивную шкатулку, целиком обшитую дорогим, темно-синим бархатом. Корлис взял шкатулку, повернулся к Визерре и плавным движением откинул ее крышку прямо перед ней. Внутри, на подушке из мягкого, белоснежного шелка, покоился ювелирный комплект такой немыслимой, фантастической ценности, что по всему Большому залу мгновенно прокатился единый, громкий вздох изумления и шока. Даже король Джейхейрис и королева Алисанна одновременно подались вперед, округлив глаза от удивления. В шкатулке лежали массивное ожерелье, серьги и изящное кольцо. Все эти украшения были выкованы искуснейшими, кузнецами и ювелирами из настоящей, валирийской стали. Металл имел характерный, дымчатый оттенок с едва заметными волнистыми узорами на поверхности. Но главным украшением были камни - в сталь были встроены огромные, безупречной огранки и абсолютной чистоты голубые бриллианты, которые словно светились изнутри собственным, холодным морским пламенем. Этот подарок стоил не просто дорого - его цена равнялась стоимости целого, богатого королевства. Найти столько валирийской стали, а уж тем более заставить мастеров выковать из нее тончайшие женские украшения, а не боевые клинки, было задачей практически невыполнимой для любого смертного. Корлис, мягко улыбнувшись онемевшей от изумления Визерре, тихо, но отчетливо произнес: - Это мой скромный дар тебе, Визерра. Дар женщине, которая отдала мне свое сердце, и матери моих будущих детей. С этими словами Корлис бережно и аккуратно помог жене расстегнуть и снять ожерелье и серьги из белого золота, в которых она была на церемонии в септе. Отложив их в сторону, он своими собственными руками надел на ее шею тяжелое, прохладное ожерелье из валирийской стали, помог ей надеть мерцающие серьги и с нежностью надел кольцо на ее тонкий безымянный палец. Завершив это, он наклонился и запечатлел долгий поцелуй на ее тыльной стороне ладони. Большой зал буквально взорвался громом оглушительных, несмолкающих аплодисментов и одобрительных криков. Лорды Ланнистер и Хайтауэр переглядывались с выражением глубокого потрясения, понимая, что Веларионы только что продемонстрировали возможности, превосходящие их собственные. Корлис высоко поднял свой хрустальный кубок, наполненный до краев виски. - За мою жену! За леди Визерру Веларион! За нерушимый союз Дракона и Морского Конька! - громогласно провозгласил тост лорд Дрифтмарка. - За лорда и леди Дрифтмарка! - хором ответил весь зал, сотни лордов поднялись со своих мест, и звон хрустальных кубков слился в один победный гул. Пир возобновился с новой, еще большей силой, и дорогое вино снова полилось рекой. Пока знатные и богатые гости вовсю предавались веселью под надежными сводами Высокого Прилива, не менее масштабное, грандиозное и веселое торжество развернулось по всему Спайстауну, Халлу и даже в самых отдаленных рыбацких деревушках Дрифтмарка. Корлис еще за неделю до свадьбы отдал своим управляющим строгий приказ: никто на его острове не должен чувствовать себя обделенным или оставаться голодным в день его бракосочетания. На всех главных площадях и широких улицах городов были установлены длинные деревянные столы под навесами. Столы буквально ломились от простой, но сытной и вкусной еды: огромных кусков жареного на вертелах мяса, свежевыпеченного пшеничного хлеба, вареной рыбы, сыров и сочных овощей. Веларионы полностью, до последнего медного гроша, заранее оплатили все запасы эля, пива и вина во всех тавернах, постоялых дворах и питейных заведениях острова. Сумма была внесена с таким колоссальным избытком, что простые портовые рабочие и матросы физически не смогли бы пропить столько золота даже за несколько недель беспрерывного веселья. Специальные замковые управляющие и глашатаи ходили по жилым кварталам, раздавая пригоршни медных и серебряных монет нуждающимся семьям и беднякам, чтобы те могли купить себе одежду и еду. Во все сиротские приюты, монастыри Семерых и дома для бездомных были доставлены огромные обозы с продовольствием, зерном, солониной и сушеными фруктами, запасов которых должно было с лихвой хватить как минимум на два месяца абсолютно сытой и безбедной жизни всех подопечных. Единственными людьми на всем острове, кто не имел законного права прикоснуться к кубкам с вином и элем в этот праздничный день, были бойцы Морской Стражи и личные гвардейцы Веларионов. Они в усиленном, строгом режиме, закованные в свои доспехи, патрулировали каждую улицу, переулок и портовый док, бдительно следя за тем, чтобы всеобщее веселье не переросло в пьяный хаос, погромы и пожары. Однако их суровая и верная служба была щедро, по-королевски вознаграждена хозяевами: каждый стражник и офицер, выступивший в этот день на патрулирование, получил праздничную премию, равную его месячному денежному жалованью. Благодаря такой мотивации и бдительности, порядок на острове оставался безупречным. За исключением нескольких неизбежных, мелких пьяных драк между подгулявшими матросами с иностранных судов, которые стража пресекала мгновенно, жестко, но без излишней жестокости и кровопролития, весь народ искренне, весело и шумно праздновал свадьбу своего любимого лорда. Ближе к полуночи, когда пир в замке достиг своего апогея, Корлис Веларион вновь поднялся со своего места. Он мягко взял Визерру за руку и пригласил всех присутствующих лордов и леди оставить столы и выйти вслед за ними на огромную, просторную открытую террасу замка Высокий Прилив, которая словно грандиозный каменный балкон нависла над обрывом, открывая панорамный вид на весь ночной Спайстаун и бескрайнее море. Когда сотни нарядных гостей с кубками в руках заполнили террасу, переговариваясь и кутаясь в легкие плащи от прохладного ночного ветра, Корлис подошел к краю парапета и высоко поднял горящий факел, подавая условный знак на башни. Спустя мгновение со всех высоких башен Высокого Прилива и со всех военных кораблей Веларионов, стоявших в бухте, с пронзительным и оглушительным свистом взмыли высоко в черное ночное небо десятки огненных стрел и снарядов. Долетев до высшей точки, они с грохотом разорвались, превратившись в огромные, ослепительные и сияющие разноцветные шары и цветы - огненно-красные, изумрудно-зеленые, искрящиеся золотые и глубокие синие. Огненные искры медленным, красивым дождем осыпались вниз, на секунду полностью освещая ночную морскую гладь, и тут же ввысь взмывала новая, еще более мощная порция разноцветных огней. Лорды Вестероса, никогда в своей жизни не видевшие и даже не слышавшие ничего подобного, в едином порыве ужаса и неописуемого восторга громко ахнули. Многие суровые рыцари и штормовые лорды мгновенно побледнели и инстинктивно схватились за рукояти своих мечей, решив, что замок подвергся нападению с применением какой-то темной, зловещей магии, колдовства, или неизвестного драконьего пламени. Король Джейхейрис удивленно приподнял брови, а маленькая Гейль радостно закричала, прыгая от восторга. Корлис Веларион искренне и громко рассмеялся, подняв руку, чтобы успокоить взволнованных гостей. - Спокойно, лорды и леди! Не нужно хвататься за оружие, вам ничего не угрожает! - с улыбкой крикнул Корлис, перекрывая грохот очередного взрыва в небе. - Это не колдовство, не магия и не проклятие Валирии. Это хитроумное, удивительное изобретение мастеров из далекой, загадочной империи Йи Ти, расположенной на самом краю Востока. Там этот порошок называют «фейерверками». Жители Йи Ти всегда пускают подобные огни в небо во время самых важных, праздничных и радостных событий. Я привез этот секрет и мастеров из своего последнего плавания, чтобы озарить эту ночь в честь моей прекрасной супруги! Услышав это объяснение, лорды постепенно расслабились, начали убирать руки от мечей и с нарастающим, детским восторгом продолжили созерцать грандиозное зрелище, обсуждая между собой невероятное богатство и безграничные возможности Морского Змея, способного подчинить себе даже огни небесные. Когда последние разноцветные искры окончательно угасли в темном небе, а оглушенные восторгом гости медленно вернулись обратно в Большой зал, общая атмосфера праздника стала еще более расслабленной и разгульной. Многие лорды уже с трудом держались на ногах, а шутки становились все более громкими и недвусмысленными. Корлис, нежно обняв Визерру за талию и чувствуя, как она слегка прижимается к его плечу от усталости, вышел на середину зала и громко объявил: - Дорогие друзья, лорды и леди! Наш пир был прекрасен, но для нас с женой пришло время удалиться в свои покои. Я призываю вас всех продолжать пить, есть и веселиться в этих стенах до самого рассвета! Замок полностью в вашем распоряжении! Едва эти слова сорвались с его губ, как группа изрядно захмелевших, развеселившихся молодых лордов и рыцарей, среди которых выделялся лорд Аластор Рейн из Кастамере, многозначительно переглянулись. На их лицах заиграли дерзкие, двусмысленные ухмылки. Они начали плотным кольцом сдвигаться в сторону молодоженов, явно предвкушая начало старинной, грубой вестеросской традиции проводов в спальню. Согласно этому обычаю, подвыпившие мужчины со смехом, шутками и криками должны были силой сорвать свадебные одежды с невесты и на руках понести ее в постель, в то время как дамы проделывали то же самое с женихом. Лорд Рейн сделал широкий шаг вперед, протягивая свои руки к расшитому шелку платья Визерры, и громко выкрикнул: - Ну уж нет, лорд Веларион! Вы не уйдете так просто! Традиция есть традиция! Мы обязаны проводить принцессу Таргариенов как подобает, и посмотреть, так ли хороши… Но он не успел договорить ни единого слова, и его протянутые руки застыли в воздухе. Из тени за спиной Корлиса, где до этого мирно покоилось массивное кресло, бесшумно, словно появившись из самой ночной тьмы, вперед выступила огромная, мускулистая черная пантера по кличке Арес. Зверь встал точно перед Визеррой, заслонив ее своим мощным телом от надвигающейся толпы. Арес низко опустил массивную голову, его мощные лапы с тонкими, острыми когтями слегка вонзились в дорогой ковер, а верхняя губа медленно поползла вверх, обнажая длинные, острые как кинжалы белоснежные клыки. Из его пасти вырвался утробный, низкий, вибрирующий рык такой первобытной, свирепой силы, что у всех присутствующих в зале мгновенно побежали ледяные мурашки по спине. Желтые, хищные глаза пантеры недобро и пристально зафиксировались прямо на лице лорда Рейна. Корлис Веларион даже не шелохнулся. На его губах заиграла ироничная усмешка. Он обвел взглядом мгновенно замерших, как вкопанные, гостей и произнес достаточно громко и отчетливо, чтобы его услышал каждый рыцарь в помещении: - Мой верный друг Арес, к сожалению, совершенно не выносит шума, резких движений и пьяных толп. И я хочу официально, при всех предупредить каждого присутствующего здесь мужчину: если кто-нибудь из вас сейчас посмеет протянуть хотя бы один палец к моей жене, пусть будет заранее готов к тому, что Арес оторвет эту руку по самый локоть еще до того, как вы успеете позвать мейстера. В подтверждение слов своего хозяина черная пантера издала еще один - на этот раз короткий, громкий и оглушительный согласный рык, и густая шерсть на ее загривке встала дыбом. Желающие поучаствовать в веселой традиции молодые аристократы мгновенно, в едином порыве отшатнулись назад на несколько шагов, стремительно бледнея и трезвея на глазах. Лорд Аластор Рейн поспешно спрятал руки за спину, шумно сглотнув слюну. Всем в зале стало предельно ясно и очевидно, что сомнительное, мимолетное удовольствие поглазеть на обнаженные прелести принцессы крови совершенно не стоило реальной и страшной перспективы остаться калекой или погибнуть на глазах у короля от клыков ручного хищника. Визерра, не сдержав искренней, торжествующей улыбки при виде испуганных и растерянных лиц мужчин, которые только что отступили перед диким зверем, мягко и смело опустила свою ладонь прямо на широкую голову Ареса. Она нежно погладила его по гладкой, теплой черной шерсти между ушами. Зверю это прикосновение явно пришлось по душе - он немедленно прекратил обнажать клыки, закрыл пасть и издал тихое урчание. - Благодарю тебя, мой благородный, верный рыцарь, - ласково, так, чтобы слышали окружающие, произнесла Визерра, продолжая гладить пантеру. - Ты только что спас мою честь и мой наряд от этих храбрецов. Обещаю тебе, что завтра утром ты получишь самую большую, сочную свиную ногу из кухни. Ты ее честно заслужил. Под одобрительные, но теперь уже исключительно почтительные, тихие выкрики и смешки оставшихся у столов гостей, Корлис и Визерра покинули Большой зал через боковую дверь и направились по длинным переходам в покои Корлиса - которые отныне и навсегда становились их общими, законными супружескими апартаментами. Впереди них, словно личный королевский страж, грациозно, бесшумно и властно вышагивал огромный Арес. Все попадавшиеся по пути замковые стражники, слуги с подносами и запоздалые пьяные гости спешно и в глубоком почтении прижимались к каменным стенам, уступая дорогу этой необычной процессии. Добравшись наконец до массивных, украшенных глубокой резьбой дверей своих покоев, молодожены плавно вошли внутрь. Огромный Арес, словно полностью выполнив свой долг и являясь истинным, надежным гарантом их абсолютного уединения, тяжело и шумно вздохнул, развернулся и улегся всем своим массивным телом прямо поперек коридора, вплотную к порогу двери. Он положил голову на мощные лапы, давая понять всему миру, что до самого утра ни одна живая душа не посмеет даже приблизиться к этой комнате. Корлис, медленно закрывая тяжелые створки дверей на засов, бросил через плечо с теплой, благодарной улыбкой: - Спасибо за верную службу и помощь, старый друг. Внутри роскошных, просторных супружеских покоев царил приятный полумрак, мягко разгоняемый лишь десятками восковых свечей, горевших в изящных настенных бра. В комнате стоял тонкий, успокаивающий аромат свежей лаванды и прохладного морского бриза, который свободно проникал внутрь через приоткрытое арочное окно, выходившее на побережье. Оставшись наконец наедине со своим законным мужем, в этой давящей, абсолютной тишине огромной комнаты, Визерра внезапно почувствовала, как к ее горлу вновь стремительно подкатывает волна сильного, неконтролируемого волнения. Все маски королевской гордости и уверенности, которые она так усердно носила весь этот бесконечный день, мгновенно спали. Она слегка сжала свои пальцы в замок перед собой, опустила голову и не решалась поднять взгляд на Корлиса, чувствуя, как ее сердце бешено колотится в груди. Заметив ее внезапное напряжение и робость, Корлис не стал торопить события. Он медленно, бесшумно подошел к ней почти вплотную, бережно взял ее дрожащие ладони в свои теплые, сильные руки и заставил поднять голову, внимательно и открыто заглянув в ее испуганные фиалковые глаза. Его голос, когда он заговорил, был удивительно спокойным, мягким и лишенным малейшего намека на требовательность: - Визерра, посмотри на меня, - тихо произнес Корлис и его пальцы нежно погладили ее запястья. - Я прекрасно вижу и чувствую, как сильно ты сейчас нервничаешь и переживаешь. Пожалуйста, выслушай меня внимательно. Да, сегодня мы стали мужем и женой перед лицом богов и людей. Да, я принес священные клятвы любить, чтить и защищать тебя всю свою жизнь. Но я хочу, чтобы ты знала главное: если ты сейчас, в эту самую ночь, чувствуешь, что еще не готова к нашей близости... если тебе нужно время, чтобы просто привыкнуть ко мне, к этому новому статусу, к этой комнате - я готов ждать. Я клянусь тебе, что буду ждать столько, сколько потребуется. Я не прикоснусь к тебе и не потребую ничего, пока ты сама искренне этого не захочешь. Мы можем прямо сейчас просто лечь на эту кровать и уснуть рядом. Ты в полной безопасности. Визерра пристально посмотрела в его лицо, ловя каждое слово. В глубине его чистых, уверенных глаз не было ни капли похоти, животного нетерпения или эгоистичного желания поскорее заявить свои права на принцессу. Этот благородный, чуткий жест Корлиса окончательно и бесповоротно разрушил последнюю стену ее внутреннего страха, сомнений и девичьей робости. Визерра почувствовала, как по всему ее телу мгновенно разливается удивительное, пьянящее тепло. Она мягко покачала головой, и на ее губах заиграла нежная, уверенная улыбка. - Нет, Корлис, - твердо и тихо ответила принцесса, сильнее сжав его ладони в ответ. - Мне не нужно ждать. Я... я готова. И я искренне, всем сердцем люблю тебя. Я просто... действительно немного разнервничалась из-за всей этой дневной суеты, церемоний и дурацких традиций. Но теперь все прошло. Я хочу быть твоей женой во всем. Улыбнувшись самыми уголками губ, Корлис слегка отступил и подошел к прикроватному столику. Он налил в два изящных хрустальных кубка прохладного, ароматного вина из кувшина, который слуги заботливо оставили для них незадолго до их прихода. Вернувшись к жене, он протянул ей один кубок. Они молча, не отрывая взглядов друг от друга, выпили это вино, стоя в мерцающем, теплом свете догорающих свечей. Прохладный напиток приятно обжег горло Визерры, окончательно смывая последние остатки дневного напряжения и усталости. Принцесса плавно поставила пустой хрустальный кубок в сторону на комод. Затем, продолжая пристально, с вызовом и затаенной нежностью смотреть прямо в глаза мужа, она медленными, грациозными движениями распустила шнуровку своего свадебного наряда. Плотный, тяжелый белоснежный шелк платья вместе с синим плащом с шорохом соскользнул с ее плеч и упал на мягкий ковер у ее ног. Визерра осталась стоять перед ним лишь в одном тончайшем, почти прозрачном белоснежном шелковом нижнем белье, привезенном швеями из Лисса. Ткань практически ничего не скрывала, а лишь выгодно, соблазнительно подчеркивала идеальные, точеные изгибы ее молодой фигуры, высокую грудь, которая бросала вызов гравитации и округлые бедра. При этом на ее шее и ушах продолжали загадочно мерцать драгоценные украшения из валирийской стали с огромными голубыми бриллиантами, создавая невероятный, завораживающий контраст с нежной, теплой кожей. У Корлиса на секунду по-настоящему перехватило дыхание от этого зрелища. Он сделал один решительный шаг вперед, сокращая разделяющее их расстояние. Его ладонь, теплая и слегка подрагивающая от сдерживаемой страсти, поднялась к ее лицу. Он нежно провел тыльной стороной пальцев по ее гладкой щеке, спустился ниже, очерчивая линию шеи у самого ожерелья, и остановился на затылке, слегка притянув ее к себе. Склонившись к ее лицу, лорд Веларион прошептал прямо в ее приоткрытые, теплые губы: - Визерра... Клянусь богами, ты еще более прекрасна, желанна и совершенна, чем я мог себе представить даже в самых смелых и безумных мечтах. После этих слов он накрыл ее губы своими в глубоком, страстном, требовательном и одновременно бесконечно нежном поцелуе. Визерра с тихим вздохом полностью отдалась этому чувству, обняв его за шею и отвечая на поцелуй со всей накопившейся в ней силой и страстью. Они плавно, не разрывая объятий, вместе опустились на широкую, мягкую постель и плотные шелковые пологи замкнулись вокруг них, окончательно скрывая молодоженов в густой, интимной ночной тени.

***

P.S. На бусти главы выходят быстрее. Уже доступны три дополнительные главы.