Хогвартская мистерия

Драко бросил верхнюю мантию на спинку кресла, сел за рабочий стол и с удовольствием отпил имбирный кофе, приобретённый в кафе у входа в Министерство. Это был его особый утренний ритуал, зарезервированный только для тех удачных спокойных дней, когда старое дело уже было раскрыто, а новое — ещё не назначено. Стол Драко стратегически выверенно располагался у окна, где было много солнечного света и вид на серые крыши Лондона, а также на часть коридора, ведущую к кабинету начальника. Посмотрев в окно, Драко увидел своё отражение в стекле: светлые волосы чуть растрепались, в серых глазах отражалась лондонская тоска под стать пейзажу. Минут через десять после начала рабочего дня, когда офис уже наполнился аврорами разной степени бодрости, Драко заметил, как Поттер промчался в свой кабинет. Вскоре оттуда появилась Грейс, его личная помощница, и принялась раздавать поручения. Один за другим авроры потянулись докладывать Поттеру. Отлевитировав пустой стакан в мусорное ведро, Драко вздохнул и раскрыл папку с последним отчётом по обнаруженной ими сети продаж тёмных артефактов. После утомительного многомесячного расследования они с Невиллом нашли магический след, ведущий в одно из старых поместий Эйвери. Арест посредника несколько дней назад прошёл относительно успешно: в накрытом антиаппарационными чарами Лютном, пока местные мелкие жулики разбегались по щелям, как докси от доксицида, они провели контрольную покупку проклятого гримуара. Доставленный на допрос посредник раскололся мгновенно, дав все нужные воспоминания для ареста Эйвери. Однако старый лорд не был дураком: очевидно, не получив в нужное время оповещения об успешной сделке, он спешно покинул Англию. Драко скривился: они опоздали всего на несколько часов, камин, где Эйвери сжёг бумаги, был ещё тёплым, когда наконец удалось взломать защиту поместья и открыть вход для боевой группы. — Малфой! Лонгботтом! — раздался на весь офис усиленный сонорусом голос спасителя магического мира. «Уже?» — удивился Драко, поднимаясь: обычно их очередь подходила ближе к обеду. Обменявшись с Невиллом понимающими взглядами и кивнув Грейс, они зашли в кабинет Поттера. Глазам Драко открылась интригующая картина: бледный аврор Долиш — одна штука, красный от ярости аврор Робардс — одна штука, гриффиндорский лев, терзающий жертв — одна… — Присаживайтесь, — строго приказал Поттер, опираясь обеими руками на стол и нависая над сидящими перед ним аврорами. Малфой быстро проскользнул мимо коллег и расположился на стуле у стены, Невилл последовал за ним. — У вас новое задание, — Поттер невербально поднял две папки над столом и направил в руки новоприбывших. Увидев на лицевой стороне печать Отдела тайн, Драко насторожился. Открыть такую папку и ознакомиться с содержанием можно было только в специальном помещении и после магического договора о неразглашении. Между тем Поттер продолжил: — Задание касается охраны объекта, ведущего секретное исследование. Работа включает в себя два направления: прежде всего, необходимо обеспечить личную безопасность объекта и гарантировать, что исследованию ничто не помешает. Затем нужно расследовать факты проникновения на её рабочее место и уничтожения имущества Отдела тайн. «Её? О нет!» — подумал Драко, сохраняя непроницаемое лицо. Нехорошее предчувствие усилилось. — Аврор Робардс и аврор Долиш, вы снимаетесь с этого задания ввиду вопиющего непрофессионализма, — Поттер чуть опустил подбородок и посмотрел на них поверх очков. — Прошу полностью ввести в курс дела Малфоя и Лонгботтома, после этого отправляйтесь в Ланкашир. — Ещё две папки поднялись со стола и полетели к аврорам. — Местные фермеры утверждают, что кто-то травит ядом их флоббер-червей. Поставки слизи для зелий упали в два раза. Цены в аптеках взлетели, народ волнуется. Разберитесь, что там происходит. Робардс и Долиш открыли полученные папки, и их лица синхронно скривились от отвращения. Через комнату Драко увидел мелькнувшие колдофото и искренне задался вопросом, чем именно эти двое так взбесили главу аврората. — Есть, шеф, — со страданием в голосе отозвался Долиш. Они начали подниматься. — Малфой, докладывать о ходе дела будете лично мне. Я хочу, чтобы вы сегодня проверили её рабочее место и повторно поговорили со свидетелями. — Поттер чеканил слова, подкрепляя их ударами ладони по столу. — Завтра я жду отчёт с планом дальнейших действий по обоим направлениям, всё ясно? — Пока ничего не ясно, но мы постараемся разобраться, — ухмыльнулся Малфой, ловя на себе испуганные взгляды коллег. Мало кто отваживался держаться с Поттером естественно, но Драко был счастливым исключением. — Не разберётесь — отправитесь следом в Ланкашир, — мрачно усмехнулся в ответ Гарри. — Приступайте. Не желая задерживаться дольше, авроры поспешили к двери. Драко показалось, что Робардс пробормотал себе под нос «Дракклова стерва», и в тот момент это показалось ему забавным. Как же он ошибался! Старый мудрый аврор Робардс смотрел в самый корень.

***

Опускаясь в министерском лифте на девятый уровень, где располагался Отдел тайн, Драко всё ещё не мог до конца поверить. Грейнджер! Они договорились с Невиллом встретиться через полчаса: пока напарник относил материалы предыдущего дела в архив, Драко должен был провести первичную диагностику рабочего места Грейнджер. Поттер сошёл с ума, если поручил ему это задание. По словам Робардса, Грейнджер до него уже извела четырёх авроров до состояния истерики, одного госпитализировали в Мунго с нервным срывом. Был неплохой шанс, что она завернёт Драко прямо с порога как неблагонадёжного бывшего Пожирателя — сомнительный бонус его запятнанной биографии. Драко вышел из лифта вместе с двумя волшебниками, чьи лица были скрыты рассеивающими внимание чарами, и предъявил пропуск такому же безликому дежурному. Его дополнительно просканировали и попросили притронуться палочкой к голубому кристаллу на платформе, чтобы запомнить магическую подпись. Драко отметил про себя, что такие меры безопасности сильно затрудняли проникновение в Отдел посторонних, а значит, искать взломщиков рабочего места Грейнджер нужно, в первую очередь, среди её коллег. Дежурный наколдовал светящийся шарик, и Драко, благодарно кивнув, последовал за парящим огоньком вглубь отдела. От потолка до пола коридоры были выложены чёрной зеркальной плиткой, монотонность которой прерывалась только чёрными дверьми, часто — без ручки, и горящими факелами. Полумрак, тишина и скользящие отражения огней навевали мистическое чувство: здесь хранились тайны. Передёрнув плечами, Драко ускорил шаг. Он гадал, как встретит его Грейнджер, и перебирал в уме детали её личного дела: закончив Хогвартс, она поступила в магический Оксфорд, занялась колдомедициной. Защитила блестящую бакалаврскую работу, посвящённую зелью, восстанавливающему память после Обливиэйта, но затем сменила профиль на чары. Как и сам Драко, Грейнджер была магистром чар, но если он специализировался на снятии проклятий и распутывании сложных заклинаний, она занималась ментальной магией. Последней известной разработкой, опубликованной Грейнджер до того, как она погрузилась в молчание в Отделе тайн, был артефакт, защищающий носителя от стирания памяти. Огонёк замер у последней двери коридора, заходящего в тупик. Подойдя ближе, Драко с удивлением увидел стоящие на полу небольшие песочные часы. Даже не думая прикасаться к двери, Драко применил диагностические чары. Как только его магия коснулась дверной ручки, часы взлетели с пола и перевернулись, паря в воздухе, тонкая струйка песка начала отсчёт времени. «Серьёзно?» — усмехнулся Драко. Взмахом палочки он применил ещё несколько диагностических заклинаний, и вся дверь вспыхнула сплетением магических линий. Красным светилось стандартное парализующее заклинание, на следующем слое лиловая вязь била сильнейшим разрядом тока, синие мерцающие искры, рассыпанные по поверхности двери, остужали кровь неудачливого взломщика, пока она не замерзала, расширяясь и разрывая сосуды. Под всем этим цветным узором в глубине клубилось что-то туманное и тёмное, пока неопределимое. Драко невольно присвистнул: часть проклятий были тёмными, и то, что Грейнджер применяла такую магию… обновляло его картину мира. Он быстро наложил стабилизирующие чары на дверь и часть стен вокруг, снял несколько первых простых слоёв защиты. С остальными заклятиями пришлось постараться, но конечно не так, как на втором курсе во время практики в египетских гробницах. Драко хмыкнул, расплетая последнее проклятие, поставил у входа маяк для Невилла, чтобы тот без труда смог его найти, и, нацепив самую самодовольную ухмылку, открыл дверь и шагнул внутрь. Рабочий кабинет Грейнджер поразил его светом, струящимся из окон. Круглая комната с каменной кладкой стен, больше подходящая башне, чем подземельям Министерства, была ожидаемо заставлена книжными шкафами. По центру у арочного окна за широким деревянным столом сидела сама ведьма. Драко сразу отметил её белую рубашку с острыми углами воротника, пальцы в пятнах чернил и густые волосы, заплетённые в косу с алой лентой. По сравнению с тем, какой он её помнил десять лет назад, линии её лица заострились, и женщина, холодным взглядом разбирающая его на составляющие, была пугающе красива. — Неплохо, — отметила Грейнджер, ловя песочные часы, остановившие отсчёт, как только он переступил порог. — Плюс один Грейнджер-балл, Малфой. — Грейнджер-балл? — насмешливо поднял бровь Драко. — Рейтинг в минус три балла влечёт прекращение всякого сотрудничества, — просветила его Гермиона. — Конченые тупицы, которых Гарри присылал раньше, установили антирекорд в минус десять баллов. — Ммм, и каким образом можно улучшить свой рейтинг? — поинтересовался Драко, не спеша присаживаться в кресло перед её столом и изучая обстановку. В ближайшем окне открывался вид на осенний Запретный лес и край Чёрного озера, и Драко предположил, что она сделала эту комнату копией своего кабинета в Хогвартсе. Игры, в которые играла Грейнджер, его мало беспокоили: если ей нужна иллюзия контроля с песочными часами, проверками и баллами, он готов был подыграть. — Очень правильный вопрос, — усмехнулась Грейнджер. — Прежде всего, не мешай мне работать. И… где Невилл? Я не хочу повторяться. — Невилл будет через десять минут. «А это уже любопытно, — подумал Драко. — Она знала, кого назначит Поттер, и не возражала против моего участия». — Грейнджер, я хочу сразу прояснить один момент, — Драко подошёл ближе и рассматривал её, склонив голову набок. — Ты осознаёшь, что Лонгботтом — аналитик, и это не он будет сопровождать тебя при всех передвижениях и на всех мероприятиях? Грейнджер вздохнула и отвернулась к окну. — Мне не нужна охрана. Я пыталась объяснить это Гарри, но он настаивает, — она поджала губы. — Я в состоянии сама себя защитить, и мне вовсе не нужно, чтобы авроры тратили своё и моё время, таскаясь за мной повсюду. — Ты считаешь, у Поттера нет оснований волноваться? — спросил Драко, не сводя с неё пристального взгляда. — Пффф, — Грейнджер откинулась в кресле и скрестила на груди руки. — Только факты: ты занимаешься секретным исследованием, о котором ходят противоречивые слухи. Твоя лаборатория была выжжена Адским пламенем два дня назад. Никаких поводов для беспокойства? — Никаких, я сохранила копии всех записей, и образцы в защищённом шкафу остались нетронутыми. — Согласен, никаких проблем, если где-то есть твоя копия, а ты сама будешь находиться исключительно в несгораемом шкафу, — съязвил Драко. — Грейнджер, я повторю свой вопрос: ты готова к тому, что я буду повсюду тебя сопровождать, и тебе придётся следовать правилам, которые я установлю для твоей безопасности? — Это зависит от того, сможешь ли ты следовать моим правилам, — прищурившись, ответила она. — Я не буду мешать твоей работе, — веско сказал Драко. — Но мне нужно твоё доверие, Грейнджер. Если ты понимаешь, что не готова доверить мне свою жизнь, то лучше скажи об этом сейчас, чтобы Поттер назначил другого аврора. — Какая ирония! — усмехнулась Грейнджер. — И сколько драматизма. Можно подумать, ты учился в Гранд-Опера, а не в Сорбонне. — Драко скривился, понимая, что она демонстрирует, что сделала свою «домашнюю работу», и всё равно злясь на то, что она копалась в его личной жизни. Он бы не удивился, если Поттер дал ей прочитать его личное дело. Драко молчал, позволяя заданному ранее вопросу повиснуть в воздухе. Сейчас она заявит, что доверится ему не раньше, чем он сто раз скажет слово «грязнокровка» наоборот, и он будет свободен от задания. — Конечно, я доверяю тебе, Малфой, — фыркнула Грейнджер. — Иначе тебя бы здесь не было. Плечи Драко опустились от схлынувшего напряжения, удивление отразилось на лице, но он быстро совладал с собой. — Отлично. Пока мы ждём Невилла, не могла бы ты сообщить своё актуальное расписание на эту неделю? — Он достал из внутреннего кармана мантии блокнот и самопишущее перо. Это была небольшая проверка, поскольку Робардс сообщил ему ранее, что Грейнджер отказалась делиться своими планами и могла прислать Патронус за несколько минут до поездки. Грейнджер молча достала из ящика стола разлинованный пергамент, взмахом палочки создала его копию и протянула Малфою: — Расписание на месяц, если я внесу изменения, они отразятся у тебя автоматически. — Спасибо. — Драко взял листок, но прежде, чем Грейнджер выпустила его из рук, она добавила: — Мои передвижения — секретная информация, Малфой, они могут напрямую относиться к моей работе. Не успел Драко ответить, как на пороге показался Невилл, и лицо Грейнджер озарила тёплая улыбка. — Привет, Гермиона! Что я пропустил? — улыбаясь в ответ, Невилл пересёк комнату и комфортно устроился в кресле у стола. — Из содержательной части — ничего, мы ждали тебя, — ответила Грейнджер, и Драко еле удержался от того, чтобы закатить глаза. Возможно, для неё это было «ничего», но он выяснил для себя с десяток деталей, начиная тем, как она проявляет эмоции, и заканчивая вопросом о доверии. — Правило номер один: не отвлекайте меня от работы, не препятствуйте тому, что и как я делаю, — начала вещать Грейнджер. — Я не отвечаю на вопросы и не предупреждаю о своих действиях, я продолжаю работать так, как будто вас нет. Во-вторых, я запрещаю применять ко мне какие-либо чары. Я работаю с тонкой ментальной магией, чувствительной к любым посторонним влияниям. Никаких мониторов состояния, никаких следящих маяков, ничего, что может интерферировать с моими заклинаниями, вы меня услышали? — Она дождалась кивков от обоих авроров. — Если я обнаружу на себе или в своих личных вещах что-то подобное, я мгновенно откажусь иметь с вами дело. Драко внутренне выругался. Очень много протоколов безопасности было завязано на использовании мониторов физического состояния объекта, а без следящих чар пространство возможных негативных сценариев с похищением и нападением на Грейнджер расширялось до бесконечности. Этот вопрос требовал переговоров: возможно, она могла бы постоянно носить маяк вне лаборатории и снимать на время экспериментов? Набравшись терпения, он решил не давить на неё сразу, а дождаться удачного момента. Пока Грейнджер пересказывала Лонгботтому события двухдневной давности, когда, придя на работу, она обнаружила чёрную от копоти комнату на месте своей лаборатории, Драко сканировал стены кабинета на предмет посторонних чар и устанавливал свою защиту. Теперь, если кто-то, кроме Грейнджер, зайдёт в это помещение, Драко и Невилл мгновенно получат оповещение. Нанеся последние руны на порог, Драко сообщил, что готов следовать в лабораторию Грейнджер.