Сердце снегов (часть 2)

Близился день рождения Босу-вана, и Су-лан вместе с Ман-ан задумались над подарком. К этому времени между о-ги и дикаркой сложились тёплые дружеские отношения, и Су-лан даже не пытался скрыть свою симпатию. Он часто помогал Ман-ан по хозяйству, хотя Босу-ван и запрещал ему это делать, и угощал её сладостями, которые рабам не полагались. Они часами сидели в небольшой комнатке Ман-ан, обустроенной из подсобного помещения, и болтали, делясь каждый своими знаниями. Дикарка оказалась хорошей ученицей и к этому времени уже вполне сносно говорила на языке банегири. Что касается Босу-вана, то язык обото-хаар оказался для него достаточно простым, и он заговорил на нём буквально через триаду после начала обучения. Чтобы попрактиковаться, он спускался на нижний ярус рудника и, сев на стул в коридоре, подолгу вслушивался в неспешные разговоры обото-хаар. Поначалу рабов пугало присутствие хозяина и они разбегались по комнатам, завидев его горбатую фигуру. Но когда тот сказал им на языке обото-хаар, что хочет научиться говорить и понимать их, мудрые дикари согласились ему в этом помочь. Босу-ван подолгу сидел, слушая грустные песни женщин, надеясь услышать колыбельную, что когда-то пел ему Нои-ди. О-ми пытался вспомнить её слова и хоть как-то передать смысл. Он спрашивал женщин, знают ли они песню о крыльях, но те лишь удивлённо пожимали плечами и говорили, что такой песни нет. После приезда матери воспоминания о Нои-ди нахлынули на Босу-вана с ещё большей силой. Гуляя по снежному полю с осумом, он кидал ему снежные шары и лепил снежных воинов, как когда-то делал вместе с дикарём. И только Ман-ан помогала ему справиться с душевной болью. Впервые это случилось в тот день, когда он выплеснул свою боль в лицо матери и ушёл с праздничного ужина, громко хлопнув дверью. Он бежал по коридорам рудника, держа в руках разорванную рубашку и не обращая внимания на удивлённые взгляды о-ги. Босу-ван влетел в свою комнату, упал на кровать, вцепился зубами в подушку и завыл от злобы и бессилия. Они разрывали его сердце, но слёз не было. Когда ему на плечо легла тёплая рука, он вздрогнул и поднял голову. Рядом с его кроватью стояла Ман-ан. Её брови были сдвинуты, а в тёмных глазах блестели слёзы. Дикарка протянула руку и коснулась холодных отростков, которые когда-то были прекрасными крыльями. К удивлению Босу-вана, крылья, которые он считал мёртвыми, почувствовали касание и едва заметно дрогнули. О-ми сел на кровать, обнял дикарку, уткнулся носом ей в живот, и впервые за долгое время расплакался. Свой день рождения Босу-ван отмечать не хотел, да и подарков ни от кого не ждал. Поэтому, когда утром в его комнату вошли Су-лан и Ман-ан, и положили перед ним свёрток, обёрнутый красной лентой, Босу-ван был несколько удивлён. – Это что? – спросил он, спуская ноги с кровати. – Это подарок нам вам, – улыбнулась Ман-ан. – Вам от нас, – поправил её Су-лан. – Зачем вы… – начал Босу-ван, но Ман-ан не дала ему договорить. – Мне ничего не стоит. Это Су-лан делает, а я только подсказать ему, – скромно улыбнулась девушка. – Неправда, – заговорил Су-лан, – я голову сломал над подарком, и тут Ман-ан принесла мне одну вещь, которую ты хотел выбросить. В общем, разверни и посмотри сам. Босу-ван потянул за кончик красной ленты и развернул обёрточную бумагу. Это был VR- шлем и костюм, которые умелые мастера отремонтировали и зашили. – Я больше не хочу этим пользоваться, – нахмурился Босу-ван и отложил подарок обратно на стол. – Мне больше не нужна эта программа и я… – Ты просто посмотри, – ответил Су-лан, настойчиво пихая подарок в руки Босу-вану, – его не просто починили. Там программа, которая создана специально для тебя. Она интерактивная и может развиваться в зависимости от твоих желаний. – Я не понимаю, что значит… – снова заговорил Босу-ван, но Су-лан развернул за плечи Ман-ан и подтолкнул её к дверям. – Просто попробуй, – сказал он, открывая дверь. – Возможно, это как-то успокоит тебя и скрасит одиночество. Когда двери за друзьями закрылись, Босу-ван надел костюм и водрузил шлем на голову. Он снова оказался сидящим на своей кровати в комнате замка. В аквариуме тихо лопались пузырьки, в капельках наушников играла любимая музыка, а на прозрачном столике стояла любимая еда. Босу-ван бросил взгляд на дверь, но в неё никто не вошёл. Видимо, сюжет этой игры отличается от предыдущей, решил Босу-ван и взял со столика прозрачную сиреневую ягоду баданика. Кисло-сладкий вкус ягоды прекрасно передали загубники шлема, и Босу-ван в виртуальном мире с удовольствием слизнул со своих губ ароматный сок. Внезапно справа от него послышался шорох, и Босу-ван повернул голову в сторону шкафа. Его зеркальная дверца отошла в сторону, и из неё вышел Нои-ди. Его длинные чёрные волосы были забраны на затылке в тугой хвост, а стройное тело облачено в красное платье, которое он так любил. – Су-лан! Ну зачем?! – воскликнул Босу-ван и потянулся руками к голове, чтобы в реале снять шлем, но в этот момент Нои-ди подошёл к нему и, плюхнувшись рядом на кровать, тоже взял со стола ягоду баданика. – А я всё ждал твоего стука, а ты не постучал, – сказал Нои-ди, засовывая большую ягоду себе в рот целиком. – А фы ешил всё сесть бэ мня? Ягода была слишком большой и не очень спелой. Она мешала Нои-ди говорить, поэтому он решил раскусить её и тут же смешно сморщился. – Фу… – сказал он, выплёвывая ягоду в ладонь, – как ты ешь эту кислятину? – Подожди, – улыбнулся Босу-ван, – тебе просто попалась неспелая. Попробуй вот эту, – и он протянул Нои-ди другую. Его мягкие губы коснулись пальцев Босу-вана, принимая ягоду. Щёки Нои-ди смущённо вспыхнули, и он отвернулся. – Я скучал по тебе… – прошептал Босу-ван и, взяв в руки волосы Нои-ди, уткнулся в них носом. Они пахли так же тонко и нежно, как в жизни. Босу-ван положил руку на плечо Нои-ди и ощутил тепло его кожи. – Мастер, который делал эту программу, просто гений, – сказал он. – Или это и есть её интерактивная часть? – О чём ты говоришь? – спросил Нои-ди, обернувшись. – Ни о чём, – качнул головой Босу-ван, – главное, что ты здесь, со мной. А как и почему, это совсем неважно…