Let Love Bleed Red

Я был расстроен, разозлен и отвращен поступком Вика. Мне казалось, что он мне нравился. Может быть, я его даже любил, но потом происходит такое? Как он мог? Я просил о помощи, она была мне необходима, но он просто позволил этому случиться, наблюдая молчаливо за всем на расстоянии. Всхлипнув, обхватываю тело руками, оставляя голову лежать на холодном бетоне. Лицо горело от удара, который нанес Майк, но это не главное. Ребра болели с двойной силой из-за того, что он наклонял меня; на спине ощущались царапины и синяки, которые он оставлял; зад отдавался болью при малейшем движении, как и тем утром, после Грега. Впрочем, боль была гораздо сильней. То, что он сделал, не могло сравниться с Майком. Впрочем, это все я когда-нибудь забыл бы, в отличии от поступка Вика. - Келлин, пожалуйста, я... Не желая больше слышать его глупые извинения, я ответил ему голосом, наполненным холодом и желчью: - Ненавижу тебя. Как только слова покинули мой рот, я сразу же пожалел об этом, чувствуя, как Вик съежился сзади. Прикусив и без того раненную губу, я сдерживал свои рвущиеся извинения, все равно зная, что я никогда не должен был так говорить. - Я действительно не хотел этого, - ответил он. - И мне срать на то, что ты сейчас говоришь. Я не оставлю тебя и буду здесь. Продолжая всхлипывать, я лежал в луже, которая, надеюсь, была из воды. Вик сел передо мной, скрестив ноги и слегка улыбаясь, и улыбка должна была подбодрить меня, и она это делала, но не хотелось, чтобы это заметил Вик. Отворачиваюсь от него, дрожа от ветра, пробежавшего по голому телу, и сжимаюсь еще сильней, принося боль ребрам, но мне было все равно. Ребра — это последнее, что меня сейчас волновало. Вик начал напевать, но его сладкий голос не был способен сейчас меня расслабить. Я думаю, ничто сейчас не могло этого сделать: то, что сделал Майк, было невообразимым и непростительным. Песня, которую я слышал, была мягкой, а ритм знакомым, и когда он снова дошел до припева, я понял, что это была The Used – Smother Me. «Let me be the one who calls you baby all the time, - он перестал напевать и перешел к голосовому исполнению. - Surely you can take some comfort knowing that you’re mine» Он должен остановиться. Его голос был слишком идеальным, и у меня просто не получалось сопротивляться ему. Хотя, честно говоря, я не хотел, чтобы это прекратилось, иначе мне было бы еще хуже. «Just hold me tight Lay by my side And let me be the one who calls you baby all the time I found my place in the world Could stare at your face for the rest of my days… » Вик пел её идеально, не пропуская ни одной ноты. Берт наверняка бы оценил. Дело было даже не в тексте, а в нем, поющим его для меня. Слова скатывались с языка и обнимали меня, заставляя чувствовать себя чуточку безопасней. «Let me be the one who never leaves you all alone I hold my breath and lose the feeling that I’m on my own Hold me too tight Stay by my side And let me be the one who calls you baby all the time» Песня продолжала литься, все больше проникая в меня. Каждое слово наполняло меня радостью, а каждый вдох между строчками успокаивал. Приоткрыв один глаз, я посмотрел на Вика: он мягко раскачивался, будто пытался успокоить себя тоже. Он повернулся ко мне и заметил, что я наблюдаю, продолжая петь с улыбкой. Закрываю быстро глаз обратно и пытаюсь спрятать лицо, уткнувшись в бетон. Он усмехнулся и сменил положение. Быстро выглянув, вижу, что теперь он лежал рядом со мной и мы были примерно в одном положении. «When I’m alone time goes so slow I need you here with me And how my mistakes have made your heart break I still need you here with me Well baby… Baby, I’m here» Я не мог сдержать слезы после этих строк. Зачем он это делает? Почему он так играет с моими эмоциями? Сначала остается в стороне, наблюдая за тем, как меня насилует Майк, который внезапно оказывается его младшим братом, а теперь поет, обещая, что всегда будет на моей стороне. - Келлин, давай я отведу тебя домой, - прошептал он. Домой. Я покачал головой: - Не могу. - Почему? - Нет..., - я вспомнил о матери. - Они забрали её, Вик. Они забрали мою мать и теперь я совершенно один. Он промолчал, закрывая глаза и, облизнув засохшие губы, пробормотал успокаивающим голосом: - Ты не один. Я всегда буду рядом. Я проведу с тобой эту ночь и каждую следующую. Обещаю. Встав на колени и руки, я немного пошатнулся, но встал на ноги, оперевшись на стену. Ровно идти не получалось, потому что боль приносил каждый шаг, и я снова ощутил Майка прямо позади меня и, я думаю, это воспоминание меня никогда не покинет. Ветер принес ощущение того, что все мое тело было в чем-то постороннем. С головы до ног я был покрыт всем подряд: кровью, потом, слезами, чем-то, что, я надеюсь, было водой и, конечно, Майком Фуэнтесом. - Он взял твои вещи. Конечно, взял. - Где я? - Переулок Фейрлоун. Не сильно далеко от дома. Десять минут пешком...двадцать в моем состоянии. Прикрыв рукой то, что было ниже пояса, я направился к выходу, а Вик последовал за мной, продолжая напевать какую-то песню, которую я уже не знал. - Мне очень жаль, Келлин, - наконец заговорил он, когда мы вышли на пустую улицу. Вздыхаю со злостью: - Мне плевать на это, Вик. То, что произошло, было не из-за тебя, здесь виноват я. Меня расстраивает лишь то, что ты все это видел и...и даже не пытался помочь мне. - Келлин, ты должен понять... - Нет! - крикнул я упрямо. - Нет такого оправдания, которое могло бы исправить эту ситуацию. - Кел... Я со злостью толкнул его: - Отвали, Виктор. Я устал от этого и надеюсь, что тебя собьет гребаный автобус! Он не пытался следовать за мной после этого, оставшись посреди дороги и смотря мне в след. Не оглядываясь назад, я продолжил идти...ну, как идти...хромать в сторону дома. "Это было действительно очень глупо и грубо, мудак." "Отвали, ты видел что произошло." "Да, но, по крайней мере, он пытался..." "Нет! Я не поддамся этому снова. Он может быть с виду милым, идеальным и так далее, но после того, что случилось, кто знает, может он не такой уж хороший, как я думал." "Но это твоя вина, Келлин. Ты сам себя в это ввязал." "Да, значит и Грега я тоже сам на себя натравил?" "Ох, просто заткнись." "Я — это ты." - Отлично, - произнес я вслух, закатывая глаза. - Ты споришь сам с собой, потому что это же совершенно нормально, Келлин. Господи, теперь я действительно разговаривал сам с собой. Наконец добравшись до дома, толкаю дверь ногой, замечая на бледной коже струю крови. Вхожу вовнутрь о оглядываюсь по сторонам, ожидая, что меня встретит Грег, мама или даже Сюзанна, но дом оказывается пуст. Сжав зубы, я начал подниматься наверх, стараясь не сильно поднимать ногу. Несмотря на то, что это были небольшие шаги, все равно было ощущение, будто меня разрывает изнутри. Зайдя в свою комнату, я упал на кровать и больше не двигался. Встань я и боль бы вернулась. Даже мысль об этом заставила меня покрыться мурашками. Вместо этого подтягиваю одну подушку и всхлипываю. - Келлин, - я подпрыгнул от голоса Вика, который, должно быть, шел за мной до дома. - Ч-чт-ч...что? Он подошел ко мне и присел на кровать, слегка пошатнув её. Подняв голову, я увидел, что он теребил простынь, не решаясь посмотреть на меня. Скривившись от боли, сажусь прямо и вижу на своем запястье браслет, который он мне дал в больнице. Сердито стянув его с себя, бросаю в Вика. - Держи. Мне кажется, это твое. Он подержал его в руках недолго и положил мне на колено: - Это подарок, оставь. - Я не хочу его. Вик грустно улыбнулся: - Келлин, я знаю что... Закатив глаза, я свернулся опять в клубок: - Просто свали. Солнце светило сквозь занавески и я зевнул, начиная потягиваться, но это не продлилось долго. Знакомые ощущения вызвали вскрик от боли, пробегая по всему телу, напоминая о прошлой ночи. Взглянув на свое тело, я с удивлением обнаружил, что был помыт и одет, хотя не делал этого. Моя рука наткнулась на чью-то кожу и я резко повернулся, что принесло мне головокружение еще на несколько минут. Сзади меня оказался спящий Вик, который сонно заворочался и приобнял меня за талию, прижимая к себе. Я застонал от отвращения, а его губы прикоснулись к моей шее, заставляя вздрогнуть от воспоминаний прошлой ночи. Он убрал волосы с моего лица: - Доброе утро. Просто смотрю на него. Вик поцеловал меня в щеку: - Я тебя люблю. Его улыбка омрачилась, когда я скривился от этого. Это был первый раз, когда это произносил кто-то из нас вслух. Положив руку ему на щеку, наклоняюсь ближе. Он собирался поцеловать меня, но я не дал ему этого сделать, тут же отстраняясь, и прошептал: - Умри.