***
У Гермионы красивые глаза. Гарри смотрит в них и ему кажется, что он упал с метлы, потому что голова кружится и создаётся ощущение, что планета вращается в другую сторону. Гарри смотрит в растопленный шоколад и чувствует, как гулко в груди бьётся сердце. Так было с первого дня их знакомства, когда серьёзная девочка с пушистыми волосами строго спросила у Гарри, не видел ли он жабу. Раньше Гарри думал, что это от того, что он совсем не умел дружить с девочками, не знал как. Но когда ему исполнилось двенадцать, он проснулся от "мокрого" сна, в котором Гермиона задирала рукав мантии, оголяя изящную руку с трогательной косточкой на запястье, и Гарри целовал эту руку, пахнущую чернилами и книжной пылью до умопомрачения. Гарри был в ужасе, проснувшись. Гермиона ведь его друг! Но телу было всё равно. Оно ночь за ночью восставало на картинки, где Грейнджер смеялась, улыбалась или смотрела на Гарри горячо и откровенно, по-особенному.***
У Рона голубые глаза. Гермиона смотрит в них, и у неё потеют ладошки, слова на языке путаются, и она начинает умничать от того, что ужасно боится сказать глупость. Гермиона смотрит в по-весеннему блеклую синеву и чувствует, как неровно трепыхается в груди сердце. Так было с первого дня их знакомства, когда она в купе увидела рыжего, как солнце, мальчишку, со смешным мазком сажи на носу и честными голубыми глазами. Раньше Гермиона думала, что сердце так себя ведёт от смущения и обиды, Рон не был добр к ней. Но когда ей исполнилось двенадцать, ей начали сниться непристойные сны, где Рон вёл себя смело, развязно, но так сладко, что она просыпалась влажной и томной. Гермиона была в ужасе, когда проснулась после первого сна. Рон ведь её друг! Но телу было всё равно. Оно твердело сосками, влажнело между ног, трепетало возле объекта своих грёз. И не раз Гермионе снилось, что Рон смотрит на неё не как на товарища, соратника или боевую подругу, а на девушку — страстно и нежно. По-особенному.***
Несчастливая любовь – самый верный якорь. Золотое трио никогда не распадётся.