Тебе нужно мое бессмертие или я сам?

Сколько раз я клялся самому себе, что не буду больше этого делать? Десять раз, двадцать? Черт бы его побрал. Самые темные, самые отвратительные ночлежки, бары, притоны, бордели, кишащие вшами и нелюдями – по его милости, этой ночью я снова побывал в каждом богом забытом закоулке гниющей, воспаленной язвы нашего города, скрывающейся под маской Портового района. Как я ненавижу это место, где на разбитых дорогах, в драках мешается кровь самых разных цветов, где шлюхи самых разных мастей торопятся продать свое тело за гроши, где каждый желает лишь поскорее нажраться и заснуть прямо на улице, посреди грязи и пыли. Только здесь я могу найти его. Три часа под мелким и надоедливым, как песок в глазах, дождем, я вглядывался в лица пьяниц и бродяг, ища его лицо. Благо это было просто, среди клыкастых зеленокожих рыл жалких ящеров и полукрыс, его и без того красивое лицо, было лицом Бога, случайно спустившегося в мир прокаженных. Я нашел его в грязной подворотне, Кир Ла Гар сидел на земле, прислонившись к стене, его голова была запрокинута назад, а из уголка приоткрытого рта стекала тоненькая струйка слюны. Рукав на правой руке был закатан, тонкие пальцы сжимали пустой шприц, рядом, здесь же на земле, лежал жгут. Так странно было видеть Кира таким, но я, кажется, уже привык. Я подошел к нему и, наклонившись, ударил по щеке. Ударил сильно, клянусь Богом, он заслужил. - Кир! Кир! Пальцы его левой руки чуть дрогнули, затем зашевелилась вся рука, он прикоснулся испачканной в грязи ладонью к лицу и потрогал покрасневшую от моего удара щеку. Затем открылись его глаза, и он уставился на меня мутным взглядом. Нескольких секунд ему хватило, чтобы узнать меня, человек не способен так быстро прочистить свои мозги, но Ла Гар не был человеком. В конце концов, для него любые наркотики то же, что для меня крепкий кофе с коньяком. - Какого черта ты приперся сюда – его губы искривила усмешка – я ищу здесь нечто большее, чем просто мальчишку. - Это я вижу – я вытащил шприц из его пальцев и отшвырнул в сторону – рано или поздно ты доконаешь себя. - Мне девяносто девять, время пришло, какая разница кто отвесит мне прощальный пинок под зад, я сам или сотый день моего рождения. - О, нет – я подхватил его за руки и помог встать – ты будешь жить вечно. - Нет, Рейв, не буду. Тело все еще плохо слушалось его, и Кир повис на мне. Он был на голову выше и тяжелей, но я давно уже научился с этим справляться, в первый раз мне, что ли волочить его на себе.

***

- Пришли – я захлопнул дверь и разулся, потом снял ботинки и с него. Его безумно дорогие кожаные ботинки, да что там ботинки, вся его одежда и он сам, нуждались в капитальной чистке. - Спасибо, Рейв. Дальше я сам. - Тебе бы в ванную – пару минут я с сомнением наблюдал, как Кир, непослушными пальцами, пытается стянуть с себя одежду, в итоге не выдержав, оттолкнул его руки, – а черт с тобой, подожди. Я оставил его стоять в коридоре, а сам стащил с себя свитер и набрал полную ванну горячей воды. Потом помог Киру добраться до ванной комнаты и раздел его. Ну, надо же, девяносто девять, я в свои двадцать пять выгляжу, чуть ли не хуже. Теперь понимаю, почему девушки вешаются ему на шею, перед таким телом трудно устоять, я и сам ненароком засмотрелся. Белая кожа, безупречные плечи, спина, бедра, ноги - он словно лучшее творение искусного мастера. Ладно, девушки, но я-то какого черта, так пялюсь? Кир залез в воду, и устало посмотрел на меня, кажется уже отошел. - Это доставляет тебе удовольствие? – спросил он, глядя мне прямо в глаза. Я уловил в этом взгляде что-то, чего никогда не замечал раньше и немного опешил. Мы были друзьями вот уже год, и я знал о нем все: знал о его слабостях, о недостатках, достоинствах, о пристрастиях. Знал о его зависимости. О том, как устроен вид вампиров, к которому он принадлежал. О том, что им нужно для жизни, чем они питаются. Но мы были только друзьями, и никогда он не пытался… ну, я имею в виду, что он никогда не покушался на меня. Как и я на него. И то, что я сейчас немного засмотрелся на его тело, уж не подумал ли он, что я… - Что ты имеешь в виду? - Не нужно делать это снова и снова – он сидел в ванной, положив руки на бортики, и не сводил с меня своих бесовато-зеленых глаз. - Не понимаю, что ты – начал я, но он перебил. - Мой юный друг, нет смысла каждый раз спасать меня – он сжал кулаки так, что в них что-то хрустнуло – еще полвека назад я решил свою судьбу, выбрав смерть. Может, я специально иду туда, чтобы какая-нибудь тварь разодрала мое горло, пока я валяюсь без чувств среди мусора. - Но зачем? – и я искренне не понимал, зачем. Я обычный человек и вряд ли доживу до его лет. Если повезет, умру сутулым стариком в свои восемьдесят, а то и в семьдесят. А он такой совершенный, такой прекрасный, наделенный даром вечной жизни, вечной молодости и всего-то нужно питать свои силы мужским семенем. Да, это не так романтично, как пить кровь, но ведь оно того стоит. Если бы я был таким, как он. - Вот только этого не нужно – вдруг сказал Кир – я видел этот взгляд сотни раз. - Как давно ты… питался в последний раз? – неожиданно для себя, я осознал, как долго думаю именно об этом. Просто раньше не подворачивался удобный случай. - Тебя это не касается. - Я ведь могу – я замялся и, кажется, даже немного покраснел – я подхожу тебе. Мы сможем прожить вечность, вместе. - Только не нужно делать мне одолжений – он рассмеялся – ты просто не понимаешь, о чем просишь. Я не заметил, как оказался в шаге от ванной, и я уже не скрывал своего изучающего взгляда. Кир перестал смеяться, что он увидел в моих глазах? Жажду вечной жизни? Любопытство? Неожиданно возникшее, совершенно новое и в тоже время, абсолютно поглотившее меня желание, прикоснуться к мужскому телу? - Рейв, тебе нужно мое бессмертие, а не я сам. Я помотал головой и с трудом проглотил слюну, во рту вдруг стало сухо – спроси еще раз – попросил я. Не знаю, кто им приказал, но мои пальцы, расстегивали пуговицу на моих брюках. - Тебе нужно мое бессмертие или я сам? - Все. Мне нужно все. Я набросился на него так, как не набрасывался ни на одну девушку в своей жизни, даже на ту дивную фею, что повстречалась мне лет, пять назад, когда я был очень юн и слишком падок на женские формы. Вода с плеском устремилась на пол, но кто обращал на это внимание? К черту воду, каждое прикосновение к его коже обжигало. Я жадно впился ему в шею, словно сам был вампиром, только жаждущим крови, а мои руки, по привычке искали женскую грудь, но удивленно натыкались на пустоту. Все мое тело било мелкой дрожью, будто я прыгнул в сугроб, а не в ванну с горячей водой. Безумное желание, вытеснило прочь все остальные мысли, даже бессмертие, будь оно неладно, я про него попросту забыл. Не сразу, но Кир мне ответил. Возможно, он раздумывал, что лучше сделать в этой ситуации, влепить пощечину и охладить тем самым мой пыл или охладить его более приятным для нас обоих способом. Когда он в первый раз поцеловал меня, на секунду мой разум сковал страх. Каждым миллиметром своего тела, я прочувствовал его жажду, он безумно хотел испить меня до последней капли, как же давно у него этого не было? Неужели он и в самом деле, искал смерти и намеренно избегал того, что могло продлить его дни? Не понимаю. Его пальцы скользили по моему животу, вот-вот грозя сорваться ниже. Кир вдруг остановился и посмотрел мне в глаза. - Весь мой суицид сорвал к чертовой матери, поганец. Я задыхался и хотел лишь одного – чтобы он, наконец, продолжил. - Я тебе сейчас, не только это оборву – пробормотал я – давай же, я хочу этого не меньше, чем ты. – Ни капли в тебе не оставлю. Когда его губы сомкнулись на мне, воздух со стоном вырвался из моей груди, а пальцы с силой впились в борта ванной, да так, что кусочки эмали попали под ногти. Ох, он мастер в этом деле. Не знаю, получится ли у нас разделить на двоих одну вечность, но если мы проведем ее примерно так, думаю оба в накладе не останемся.