Инквизитор

      Карты яркими пятнами мелькают меж длинных лиловых когтей, стелются по столу, но чистые оттенки картинок искажаются сумраком, лежащим вокруг. Темно и тихо, ни один шорох не нарушает безмолвия. Только пылает пурпурная оптика и мерцают карты, то складывающиеся в ровную стопку, то развернувшиеся веером, то беспорядочно разлетевшиеся по столу…       Тарн тасует колоду судеб, небрежно отбрасывает пустые шестёрки-двойки, невесть как затесавшиеся сюда, в игру более властных фигур, — и карты, отлетая в сторону, сереют и рассыпаются пеплом дезактива. Кубки, Чаши, Мечи… масть неважна, ведь итог всё равно один. Никто не сможет спорить с тем, кто разложит рисунок жизни на этом столе, никто не сможет обойти волю этой лиловой фигуры, составляющей единое целое с тьмой вокруг неё.       Старший Аркан, Младший… часть карт, повинуясь досадливому жесту, отлетает прочь и вспархивает к сумрачным сводам лёгкими разноцветными бабочками — невесомые крылышки, тонкие силуэты, светлые краски. Красиво. И бесполезно!       В лиловых ладонях властно и тяжело лежат карты Старшего Аркана, карты, которые имеют личное имя и могут править бал судеб. Тарн склоняет шлем набок, задумывается… и лёгким касанием выкладывает перед собой две сумрачные, пылающие угрозой карты. Мнится даже, что обе сверкают в полумраке силуэтами рисунка: серым, плечисто-гордым, словно припорошенным пеплом, и дымчато-сиреневым, как ядовитый туман…       Нет ошибки, это Король Мечей и… танкбот качает шлемом и на время пока убирает вторую карту в сторону, рассматривая первую. Мечи — самая могущественная и самая опасная из всех мастей, служат предвестниками беды. Король Мечей — владыка, его авторитет сложно оспорить. Он привык отдавать приказы и видеть, что ему подчиняются. Сложная, запутанная дорога у Короля — он то могущественный союзник, то бесчестный враг. И сила у Короля страшная, раздавит любого, кто встанет у него на пути. Король вершит суд: и над случаем, и над теми, кто в его власти, казнит и милует согласно своей прихоти…       Тарн резко стискивает когти и вскрывает вторую карту. Вспыхивает и угасает лиловый блеск, обрисовывая высокую фигуру, мелькает символ «V». Вот теперь уже вернее — замысловатые глифы складываются в название. Верховный Жрец. Тот, кто обладает даром красноречия и властью над теми, кто окружает его. Жрец знает единственно верный путь к Истине и не терпит полутонов, уверенно направляя мир по дороге спасения. Жрец — наместник богов, он решает, какую дань пожелает бог, но при этом не забывает, что заповедано. Верховный использует свою власть, чтобы усилить собственное влияние на других, сыграть с их Искрами и добиться желаемого. И неважно, как — справедливость в понятии Жреца имеет весьма двойственный характер. Но ведь важнее всего Истина, так?       Тарн встаёт, и две карты рассыпаются в цветной прах в острых когтях, обволакивая корпус танкбота шлейфом ало-сиреневых искр. Как бы ни была заманчива власть… Правосудие превыше всего.       И лидер ДЖД без сомнений чертит пламенеющий лиловым знак во тьме — V. Пятый Аркан. Верховный Жрец.       Тарн.