Стать красивым NPC в бесконечном потоке/Became an Infinite Game Beauty NPC

Неизвестность всегда пугает больше всего. Не видя человека позади себя и не зная его мотивов, Жуань Цин нервничал всё сильнее. Он отчаянно боролся, пытаясь вырваться из захвата. «Ммм-ммм...» Однако его тело действительно слишком слабое. Даже использовав все силы, он не мог ни на волосок пошатнуть человека позади себя. Не говоря уже о том, чтобы повернуть голову и посмотреть, кто это. Ему оставалось лишь позволить утащить себя под темную лестницу. Рука, зажимавшая рот Е Цина, была довольно крупной, с строением костей, который мог принадлежать только мужчине. К тому же силуэт позади него был высоким — это, несомненно, был мужчина. Хватка мужчины была весьма сильной, отчего лицо Е Цина слегка покраснело, что ещё больше подчеркивало белоснежность его кожи. Из-за того, что Е Цин отчаянно вырывался, его волосы растрепались по лбу, а в чистых и красивых глазах плескались паника и страх. Он был настолько прекрасен, словно янь-гуй¹, вышедший из свитка живописи тушью и водой, от которого невозможно оторвать глаз. Даже в пятизвездочном отеле не в каждом углу горит свет, и в отдаленном углу под лестницей, куда никто не заходил, его не было. Более того, в тени под лестницей свет из ближайших окон никак не мог осветить это место. Но даже несмотря на это, под темной лестницей можно было смутно разглядеть два двигающихся силуэта. Высокий мужчина вжал хрупкого юношу в стену, а затем завязал его красивые глаза какой-то тканью, и он полностью погрузился во тьму. Невозможность хоть что-то разглядеть во тьме лишь усиливала страх и беспокойство, а также обостряла все органы чувств. И разум, и тело стали гораздо чувствительнее. Особенно слух и восприятие. Закуток под лестницей, похоже, находился не так уж далеко от их прежнего места. Вырывающийся юноша мог даже смутно слышать, как неподалеку всё ещё дерутся те трое, явно не замечая, что его похитили. Но в следующую секунду Жуань Цину стало не до звуков вдалеке, потому что он отчетливо почувствовал, как чья-то рука слегка приподняла край его одежды. «Ммм-ммм...» Жуань Цин широко распахнул глаза и боролся ещё отчаяннее. Его рука, которая поначалу тянулась сорвать повязку с глаз, тут же сменила направление, пытаясь остановить руку мужчины. Но из-за того, что мужчина вжимал его в стену, двигаться было крайне неудобно, и тот без труда перехватил его запястья со спины. Хотя Жуань Цин ничего не видел, он чувствовал, как его руки крепко зажали. В следующее мгновение он ощутил на кончиках своих пальцев теплое и влажное прикосновение. Затем оно перешло на подушечки пальцев, а потом и на сами пальцы. Казалось, будто за ним неотрывно следит коварная ядовитая змея, отчего волосы вставали дыбом. Движения мужчины не допускали отказа, словно он собирался проглотить его одним глотком. Словно личинки, въевшиеся в кость², от которых невозможно ни отбиться, ни избавиться. «Ммм-ммм...» Е Цин отчаянно пытался выдернуть руки. То ли из-за того, что он потревожил рану на шее, то ли от ужаса и страха, его глаза наполнились слезами, намочив ресницы. В следующее мгновение слезы, словно жемчужины с порванной нити³, одна за другой покатились из его глаз, придавая ему невероятно жалкий вид. Однако хрупкость и беспомощность юноши вовсе не вызывали жалости. Они лишь будили непреодолимое желание издеваться над ним ещё жестче, осквернить его и заставить рухнуть во тьму. В какой-то момент рукам мужчины, похоже, стало мало оставаться только на руках юноши. Мужчина развернул юношу лицом к себе, властно втиснул ногу между его бедер, блокируя любые движения, а затем слегка подался вперед, навалившись на него. Одной рукой он по-прежнему зажимал юноше рот, а другой скользнул под край одежды. Следуя вдоль его тонкой талии, которую нельзя было обхватить и одной горстью, он подушечками пальцев медленно и детально поглаживал кожу на его животе и талии. Но сил юноши было слишком мало. Даже вцепившись в руку мужчины обеими ладонями, он не мог его остановить. Ему оставалось лишь жалобно и беспомощно всхлипывать, роняя безудержные слезы прямо на руку мужчины, закрывавшую ему рот. Эти чуть теплые слезы, падавшие на кожу, словно перышко пощекотали сердце, порождая бесчисленное множество мрачных мыслей. Мужчина опустил голову, он с мрачным и неясным выражением лица неотрывно уставился на юношу перед собой. Рот Е Цина был закрыт, поэтому взгляд мужчины скользнул чуть ниже, остановившись на воротнике его рубашки. Хоть освещение и было тусклым, после адаптации к темноте это не мешало обзору. Белая как нефрит шея юноши была обмотана марлей. Он был одет в мешковатую рубашку, но из-за раны на шее не застегнул её до самого верха, ограничившись лишь второй пуговицей. Из-под ткани смутно виднелась часть его изящной, манящей ключицы, а всё остальное, скрытое одеждой, лишь подстегивало воображение. И заставляло желать... сорвать с него эту мозолящую глаза одежду. Как раз в тот момент, когда мужчина захотел стать еще более чрезмерным, звуки драки неподалеку наконец стихли. Вместо них раздался шум голосов, который был отчетливо слышен даже в этом углу. Наконец-то кто-то обнаружил пропажу юноши. Жуань Цин тоже услышал голоса снаружи. Он изо всех сил вырывался, пытаясь привлечь их внимание. К сожалению, хватка мужчины была слишком сильной, и он попросту не мог сопротивляться. Вероятно, из-за того, что юноша так отчаянно сопротивлялся, человек позади него потерял терпение и ударил юношу ребром ладони по шее. В глазах Жуань Цина потемнело. Его тело тут же обмякло, и он упал в объятия мужчины, полностью потеряв способность сопротивляться.