Фикрайтер

« И никаких «но»! Абсолютный выбор всегда стоит только за родителями, и я не был исключением. К большому сожалению. Именно из-за этого не знал, чего я действительно хочу добиться и чем увлекаюсь. Как, блять, понять, когда мне внушают мой интерес? Я знал, что мне нравится биология. И химия тоже. Но работа медиком, как и большинству россиян, попавших под такой «обстрел», нахуй не сдалась! И это был первый раз, когда я попробовал сигарету. Без угрызения совести, прямо при родителях. Забрал отцовский честерфилд, зажигалку, и вышел на «кладезь» холодного балкона. На горизонте моего вида складывались горы. Я почти не видел Екатеринбург, потому что всегда смотрел только на вершины. Вершины своей слабости. В руках задрожал огонёк, и я, прикусывая сигарету важнецки, втянул в себя столько дыма, сколько влезло на первый раз. Как сейчас помню, как тогда страдальчески откашлялся. Дым застрял в горле и растирал кожу до металлического привкуса. Я наклонился. В висках ударила кровь, и когда отец взглянул на меня из комнаты, я раз и навсегда понял, что в любой стрессовой ситуации, что бы там ни было, я не возьмусь за сигареты. — Извини, - как только ко мне вернулось дыхание, я мгновенно пришёл в чувство. — Ниче-ниче, лучше здесь, чем где-то за гаражами, - его грубый скрипящий голос роднил меня. Морщинистая рука забрала у меня пачку сигарет. А зажигалку я оставил в кармане кожаной куртки. На кухне шумно разбивалась о раковину вода, что-то бурлило в чайнике, и медленный огонь постепенно подначивал суп к готовности. Я ничегошеньки в этих ваших кухнях не понимал и не собираюсь. Однако знаю, что это неправильно. Будучи врачом, смело могу заявить, самый важный навык - уметь сварить мясо. Чтобы при нехватке зарплаты, если вдруг получится, сварить себе суп из голубя. Один из представителей этого прекрасного птичьего вида присел на подоконник за окном. На фоне вечереющего полотна рыжая голубка уставилась на меня как-то по-умному, наклонила голову, и трагично серанула на железную перекладину под лапками. Заебись. Хотел бы я стать этой бесполезной какашкой, отсохшей и упавшей с подоконника. Но родители, родственники и друзья считали, что я способен на большее. Просто выучив таблицу Менделеева сделал что-то особенное, и тогда был загнан в угол постоянными подгонами на сдачу экзаменов. И сдал я отлично. Даже лучше, чем хотелось бы, и оттого становилось дурно. От зубрежки я терял самого себя. Но раз уж пообещал, то впредь больше ни одной сигареты.