Найти выход

Учебная неделя началась с урока химии и Милы, сидящей напротив. – Какие-то вы, ребята, сегодня неразговорчивые. У вас все нормально? Нет, все ужасно. Теперь мне до жути неловко с ней рядом сидеть. Может ли то, что она вчера сделала, послужить хорошим знаком и надеждой? – Да, Мил, все супер. Прозвучало саркастичное прямо над ухом. Она на меня не смотрит Она жалеет? Мила изучающе прищурилась, выискивая в лице Саши признаки вранья, а затем точно также уставилась на меня. Я спросил: – Почему ты так смотришь? Мила лишь с ухмылкой произнесла: –Да чует моя шипперская жопа, что что-то вы недоговариваете. Как я и думал. Окружающие начинают замечать то, что происходит между нами… Мила продолжила: – Может быть, вы начали… Пока рано. Никто не должен об этом даже догадываться… – НЕТ. В унисон. Появляется ментальная связь. Мила удивилась и продолжила: – …готовиться к олимпиаде… Сука. Подловила. Прозвенел звонок и Мила удалилась. Мы оказались предоставлены друг другу. Людмила Николаевна встала со своего мягкого черного кресла и начала вести урок: – Сегодня мы проводим с вами лабораторную работу, можете пройти и взять все необходимые реагенты. Дежавю. Я хотел встать и направиться за реагентами, но Саша быстро вскочила со стула и пошла в лаборантскую, выпаливая: – Сиди, я возьму. Она меня избегает. Надо поговорить. Надо узнать, значит ли этот поцелуй что-то или мне просто не воспринимать это всерьез. Аааааааа, почему все так сложно?! Поставив ящик на парту и сев на свое место, Саша, перебарывая всю свою неловкость, выпалила: – Не против, если мы сделаем как в прошлый раз? Я мельком изучил содержание ящика. Спиртовка. Воспоминания нашего знакомства заставили меня покраснеть, но затем, сосредоточившись, я, как можно дружелюбнее произнес: – Конечно. Саша тут же отвела взгляд и начала зачитывать ход лабораторной работы. *** Когда лабораторная работа была выполнена и на столе была видна пробирка с белым осадком, откуда-то спереди послышалось: – Почему цвет осадка похож на мою сперму? Максим, кажется так его зовут, в очередной раз решил пошутить. Я лишь хмыкнул: – Если твоя сперма похожа на то, что ты видишь в пробирке, рекомендую тебе обратится к врачу. Он на это лишь недовольно фыркнул и повернулся назад. Клоун. Думаю, если Саша принесла реагенты, то я обязан их унести. Так будет вежливо, честно и правильно. Я поднялся и четко произнес: – Я отнесу, а ты пока наши тетради сдай. И направился в лаборантскую. Поставив ящик рядом с остальными, я направится назад. Когда я оказался в кабинете, я обнаружил, что Саши на месте не было. Но все ее вещи были на парте. Наверное вышла. Когда я сел за парту, Максим(?) повернулся ко мне и ехидно задал вопрос: – Вы с Павленко типо мутите? Или так, по дружбе трахаетесь? Хочется ему втащить, но надо быть умнее и не пускать в руки кулаки, обойдясь без рукоприкладства. Я же культурный человек. Он продолжал: – Сколько на вас не смотрю, вы всегда вместе таскаетесь. Ну и как она в постели? Вот ушлепок. Не на того нарвался. – Обычно люди интересуются чужой личной жизнью, если у самих все не очень. Вы с Вадимом тоже вместе все время ходите… может… Он понял мой намек: – Закройся. Но я продолжил: – Я попал в точку? Он плох в постели? Или дело в тебе? Наверное, поэтому у тебя со спермой проблемы… Он разозлился: – Завали ебальник. Я добился нужного эффекта: – Мой тебе совет, не лезь туда, куда тебя не просят. Это невежливо. Прозвенел звонок, а Саша так и не появилась. Я собрал ее вещи в школьный портфель и под осуждающий взгляд Максима отправился на ее поиски. *** Я обнаружил ее на втором этаже. Она направилась обратно в кабинет химии, но чуть не врезалась в открывшуюся дверь кабинета физики. Я успел схватить ее за капюшон толстовки и предотвратить столкновение: – Осторожно. Она раздосадованно выдохнула и повернулась в мою сторону. Ее взгляд был прикован к собственной сумке, которую я держал в руках. Я протянул ей ее вещь: – Держи. Она неуверенно принимает ее у меня из рук. Что с ней? Что-то точно случилось. Она какая-то рассеянная, расстроенная и задумчивая. – У тебя все хорошо? Саша меня не услышала и продолжала смотреть в одну точку. Это начинает меня не на шутку беспокоить. Но и давить я на нее тоже не хочу. Надо как-то узнать, что случилось и помочь. Саша вышла из транса: – Дааа, все нормально. Пойдем на историю. Нормально. Так я и поверил. *** – Записываем, в марте 1958 года к власти пришел Никита Сергеевич Хрущев, затем… Саша нервно крутит ручку и обеспокоено хрустит пальцами. Такое поведение продолжается на протяжении пятнадцати минут. Мне уже не на шутку страшно. Вдруг, она поднимает руку и спрашивает: – Можно выйти? Татьяна Николаевна утвердительно кивает и Саша вскакивает с места, удаляясь из кабинета. Я сижу на уроке еще пять минут и отправляюсь за ней. *** Я вновь обнаружил ее на втором этаже. Она что-то внимательно изучает на своем лице и как-то нервно трет свой глаз. Я наблюдаю за ней пару минут, а затем выдаю свое присутствие: – Я уверен, что нет, но все-таки спрошу еще раз. У тебя все хорошо? Она шумно выдыхает, и дрожащим голосом говорит: – Нет, не все хорошо. Что ж, признание проблемы это уже половина ее решения. Она все также панически рассматривает свое лицо, и, кажется, она водит по закрытому глазу. Что происходит? Я подхожу к ней со спины и разворачиваю: – Что… Но она меня перебивает: – У меня закатилась линза за веко и теперь я ослепла на один глаз. Вот оно что… Надо срочно ее достать. Из размышлений и планирования меня вырвал Сашин всхлип: – Й-я… н-не могу… д-достать. Ее глаза были на мокром месте… Эти глаза должны плакать только от счастья. – Чшшшш…милая, все хорошо, успокойся, я тебе помогу, ты не против? Саша шмыгнула носом и произнесла: – Н-нет. Я слегка повернул ее лицо и успокаивающе сказал: – Сейчас я приподниму твое веко, а ты посмотришь в разные стороны, хорошо? Она утвердительно кивнула. Все будет хорошо. Главное, не причинить ей дискомфорт. Я очень осторожно приподнял веко и сказал: – Посмотри вправо. Линзы не было. – Вверх. Ее снова не было. – Вниз. Я немного сильнее приподнял веко и увидел ее. Улыбнувшись, я заявил: – Нашел. Послышался облегченный выдох. Сашин выдох. – Теперь я отпущу веко, а ты продолжай смотреть вниз, но с закрытыми глазами. Саша закрыла глаза, а я начал интенсивно, но предельно осторожно водить по ее глазам. Через несколько секунд таких поглаживаний, когда линза уже наверняка была в легкой доступности я произнес: – Все, открой глазки. Саша открыла глаза, а я быстро вытащил линзу. Теперь причина страданий моей девочки красовалась у меня на пальце. Саша вновь забавно шмыгнула носом и я не мог не рассмеяться. Саша взяла свою линзу и направилась к зеркалу. Мне кажется, что надевать ее снова это не очень хорошая идея. – Тебе не кажется, что теперь это слегка…. Она не дала мне договорить: – Негигиенично? Да. Но сейчас это неважно. Главное, чтобы я могла видеть. Саша надела ее, и, поморгавшись и убедившись в том, что все в порядке кинулась ко мне в объятия. Это было для меня немного неожиданно. Но очень приятно. На уровне ребер послышалось приглушенное: – Спасибо. Я улыбнулся и поднял на себя ее лицо. А затем, не сдержав свой порыв нежности, поцеловал ее в нос. – Не за что. Это моя обязанность - спасать тебя. Прозвенел звонок на перемену. А мы так и остались стоять в обнимку.