Часть 15
24 января 2023 г., 18:19
Лоран
Боб оказался фантастическим парнем. Вскоре они перебрались в тихий уголок со сложенными в кучу подушками, где за бокалом напитка разговаривали, от чего у Лорана слегка затуманилось сознание. Он подозревал, что в стаканах содержится какой-то спирт, только намного слаще, чем он привык. Боб даже принес ему соломинку для питья, и, как и многие любимые вещи Лорана в 2017 году, она была сделана из пластика.
Вокруг кружилась вечеринка, звучала громкая музыка и приглушенный свет. Лоран, наконец, расслабился, наслаждаясь близостью мужского тела, когда Боб прижался к нему, чтобы прошептать ему на ухо так, что все тело Лорана ощутило щекотку.
Может ли эта ночь закончиться поцелуями? Боб не был лихим, как Фейн, и захватывающим дух, как Чудовище, но у него была приятная улыбка, он был мужественным, заставлял Лорана смеяться. На что еще ему надеяться, когда он так неопытен?
— Когда я увидел тебя через всю комнату, я был потрясен, что ты был один. Такой парень, как ты, редко бывает таковым, — сказал Боб.
Лоран широко улыбнулся.
— Мне не очень везет в этой области. Кажется, я всегда говорю не то.
Боб усмехнулся, наклоняясь еще ближе, и Лоран зашевелился от удивления и волнения, когда Боб приставил бутылку с холодным пивом к голому животу Лорана.
— Я не могу себе этого представить. Ты разговариваешь как принц.
Лоран рассмеялся холоду и каплям воды, стекающим по его коже.
— Может быть, они чувствуют, что у меня неправильная порода.
— Ой, кажется, я сейчас влюблен. Твой акцент звучит так мило, — сказал Боб и наклонился, потирая щеку Лорана.
— Влюблен в меня ? Это просто глупо! — Но дрожь удовольствия заставила Лорана затрепетать.
— Ты думаешь, я шучу, но я никогда не встречал таких, как ты. Я не мог оторвать от тебя глаз с тех пор, как ты вошел, но, думаю, сначала я немного стеснялась подойти к тебе. — Боб вздохнул и медленно положил руку на колено Лорана.
Мгновенно воспоминание о Чудовище, касающемся его таким образом, о большом пальце, медленно проводящем по его колену, было похоже на помеху, от которой Лоран не мог избавиться.
— Ты ведь понимаешь, что я… удовольствия не продаю, да?
Боб ухмыльнулся.
— Что? Почему ты так говоришь? Я просто хотел попросить тебя стать для меня моделью, но разговор тоже получается очень хорошим.
— Потому что мне сказали, что мой наряд может свидетельствовать о том, что я распущен. Но я рад, что ты этого не видишь. Я стану моделью для тебя? Хочешь меня нарисовать?
— Как одна из моих француженок. — Боб рассмеялся, и Лоран присоединился к нему, но он не был уверен, почему это было так смешно. Тем не менее, он хотел подчиниться и предположил, что шутка как-то связана с его акцентом.
— Звучит захватывающе.
Боб облизал губы, наблюдая за ним с темным блеском в глазах. Кожа Лорана чесалась от близости, и он осмелился бросить взгляд на губы Боба.
— Итак, не хочешь ли ты стать моделью для фотографий? Мы могли бы провести пробную версию в одной из комнат, доступных для гостей.
Лоран вскинул голову.
— Все, что тебе нужно, у тебя с собой? — Может быть, в будущем из мельчайших предметов развились мольберты и краски? Он посмотрел так много фильмов за последние недели, задал своим друзьям так много вопросов, и все же так много ускользнуло от его внимания.
— Все, — сказал Боб и медленно подтянулся, прежде чем протянуть руку Лорану.
Нерешительно Лоран сунул пальцы в липкую ладонь.
— Я хотел бы увидеть больше твоих работ. ¬— Он переплел их пальцы с сердцем, подступающим к горлу от всего этого стресса. С тех пор, как он впервые попытался переспать с мужчиной, каждое романтическое общение было катастрофой. Может ли этот разрушить дурное заклинание? Боб казался искренне милым и не угрожающим. Кроме того, он был художником, чувствительной душой по определению.
Боб другой рукой погладил волосы Лорана и потянул его к дверям, которые, как знал Лоран, вели к целому ряду комнат, в которых были только матрасы. Ранее в тот же день он помог сделать их презентабельными, потому что гости вечеринки могли ими пользоваться.
— У вас там будет достаточно света? — спросил он на случай, если Боб действительно захочет рисовать, хотя был уверен, что вместо этого они будут целоваться, и кто знает, что еще произойдет, когда возникнет страсть.
— Я думаю, что мы могли бы просто сначала узнать друг друга получше. Это позволит мне лучше передать вашу личность, когда я начну рисовать.
Лоран улыбнулся про себя и сжал руку Боба, все больше нервничая, когда они вышли в пустой коридор, где музыка была лишь глухим звуком.
— Я бы хотел этого.
Как только за ними закрылись двери, чувство страха закрутилось внутри Лорана, вызывая у него необъяснимое желание бежать. Но он не мог вечно убегать от своих истинных потребностей. Он не мог просто ждать. Он был мужчиной в этом новом мире, где люди могли свободно быть вместе, и ему нужно было тянуться за вещами, которые он хотел, а не ожидать, что они упадут к нему на колени.
Двери снова открылись так быстро, что ударились о стену. Боб оглянулся через плечо и сжал руку Лорана.
Зверь приближался быстрыми шагами, его лицо было таким же напряженным и искаженным жестокостью, как и неделю назад, когда он схватил Лорана за горло. Но что Лоран сделал не так? Ждал ли Чудовище, когда Лоран покинет танцевальный зал, чтобы наказать Лорана за то, что он осмелился заговорить с ним после того, как ему прямо сказали не делать этого?
— Куда ты его ведешь, а? — Зверь зарычал, оскалив зубы в рычании, напоминающем гончую. Массивная татуированная рука приземлилась на плечо Боба с такой решительностью, что Боб, казалось, растаял под ней.
— Я… это проблема? — Боб поднял брови. — Я просто…
Лоран схватил запястье Чудовища.
— Он просто собирался нарисовать меня. Ничего сомнительного не происходит.
— Нарисовать тебя? — Зверь практически выплюнул это, как ругательство, и встряхнул Боба, который отпустил руку Лорана и сжал плечи.
—Зверь, отстань. Я не делаю ничего противозаконного.
Лоран быстро кивнул, стремясь защитить своего нового друга от внезапной угрозы.
— Да, он сказал, что нарисует меня, как своих француженок. Думаю, это означало бы, что я буду первым французским мальчиком, которого он рисует. Неудивительно, что он уже хочет сделать первые наброски.
Он улыбнулся Бобу.
Боб не улыбнулся в ответ, его лицо ненадолго дернулось, прежде чем огромный кулак Чудовища столкнулся с ним с такой силой, что Боб врезался в ближайшую стену и скатился на пол, кровь брызнула на серые плитки. Он закричал, зажимая нос одной рукой и поднимая другую, пытаясь защитить себя.
— Пожалуйста нет! Это недоразумение, клянусь!
— Нет! — Лоран в панике закричал и схватил Чудовище за руку. — Стоп! Что ты делаешь? Как ты смеешь!
Чудовище сгорбило плечи, глядя на Лорана так плотно сжатыми губами, что они побледнели.
— Давай, расскажи ему, чем ты занимаешься! — Он грубо вырвался из хватки Лорана и схватил Боба за запястье, таща его по полу.
Боб взвизгнул, свернувшись в клубок, как будто ожидал, что Чудовище ударит его ногой.
— Я ничего не делал!
Лоран попытался встать между ними, но Зверь с легкостью оттолкнул его.
— Перестань мучить этого беднягу! Все, что он хотел сделать, это узнать меня получше! Разве это такой грех?
— Узнать тебя получше? — прошипел Зверь, вытаращив глаза на Лорана. — Этот человек не рисует. Он фотографирует обнаженных людей и выставляет их на всеобщее обозрение. Вот как он зарабатывает деньги!
Лоран сделал шаг назад, не зная, чему верить.
— Это правда? — прошептал он, глядя на Боба, у которого кровь из носа растеклась по всему полу.
Боб поднял одну руку, прижимая другую к носу.
— Мне жаль, что я недооценил тебя. Я могу просто уйти!
Зверь ударил кулаком по стене так сильно, что его кулак оставил вмятину, и Боб закричал, прикрывая голову.
— Ты запрещен здесь. Попробуй вернуться, и я лично сломаю тебе руки, кусок дерьма! Нарисоватьего, как твоих французских девушек... какая чушь!
Лоран сделал еще один шаг назад, еще дальше в тень, настолько глубоко смущенный, что ему стало физически больно. И хуже всего было то, что Бобу даже не пришлось бы придумывать ложь, чтобы завоевать благосклонность Лорана. Лоран в любом случае подумал бы о близости с этим мужчиной. Теперь сама мысль об этом отталкивала его. Было ли его судьбой быть обманутым всеми, кому он решил открыться?
Боб вскочил на ноги, держась за стену.
— Конечно конечно! Я иду! Не нужно прибегать к насилию. — Он нервно рассмеялся, и у его ноздри лопнул пузырь крови.
Зверь щелкнул пальцами, и этого было достаточно, чтобы Боб вылетел за дверь, даже не взглянув на Лорана.
Они снова были одни, Лоран прижался спиной к стене, неповоротливое присутствие Чудовища наполняло дорожку напряженными мышцами и глубокими вздохами, и приглушенный шум, который люди в 2017 году называли музыкой.
Чудовище облизал губы и мельком взглянул на Лорана.
— Он ведь не давал тебе ничего странного из еды, не так ли? Ты чувствуешь себя слабым?
Лоран быстро покачал головой, все еще сбитый с толку, почему Чудовище вообще следует за ним, если он так сильно презирает Лорана.
— Должно быть, мой наряд произвел на него неправильное впечатление, — сказал он слабым голосом, отступая еще дальше. Он умирал от желания побыть один, снять одежду и стереть краску с глаз. Эта ночь была катастрофой.
Зверь сунул руки в карманы и открыл рот, не издав ни звука, когда в коридор, споткнувшись, ввалились мужчина и женщина, сцепившиеся в агрессивном поцелуе. Лоран и Чудовище смотрели, как они пытались открыть две двери, прежде чем одна поддалась, и парочка ворвалась в комнату.
Зверь откашлялся.
— Должно быть, он заметил, что ты не понимаешь, о чем он говорит. Он хотел использовать тебя, потому что ты наивен, — сказал он в конце.
Плотина, удерживавшая Лорана от разочарования, не выдержала, и он раскинул руки.
— Я не наивен! Я изо всех сил стараюсь извлечь из этой ситуации максимум пользы, и все же я уверен, что это будет не последняя ошибка, которую я совершу. Почему ты должен выставлять напоказ, насколько ты знаешь все лучше меня? Итак, моя одежда «развратная», и я недооценил намерения Боба. В следующий раз я буду знать лучше.
— Лоран. Это не игра. Это твоя жизнь. Ты не можешь просто так уходить с мужчинами . Твоя прошлая жизнь не подготовила тебя ни к чему из этого. — Зверь облизал губы, подходя ближе.
Лоран стоял на своем, тяжело вздохнув от раздражения.
— Как мне учиться? Я так давно хотел прикоснуться к мужчине таким образом, и каждая попытка заканчивается катастрофой!
Кадык Зверя прокатился вверх и вниз по его шее, и он мельком посмотрел в пол.
— Неделю назад я думал, что мы станем друзьями. Зачем ты выставил меня дураком перед всеми?
Страданиям Лорана не будет конца. Человек, с которым Лоран обращался со злым умыслом ради собственной выгоды, снова спас его. Он не мог сказать Чудовищу правду, и все же, как бы он ни ненавидел то, что сделал на просмотре, альтернативы не было. Лоран не мог позволить Чудовищу сменить жилое помещение до своего следующего дня рождения. Была ли полуправда, которую он мог сказать? Тот, который не был его мотивом, но описывал его чувства?
— Если мы переедем, я боялся, что мы больше не будем жить вместе, — сказал он, глядя на окровавленные плитки под ногами. Слова передавали горе, которое он чувствовал каждый день из-за того, что его изгнали из квартиры Чудовища. До сих пор он даже не осознавал, насколько глубоко это было. Вокруг клуба было много других мужчин, многие из которых были более привлекательными, но ни один из них не был Чудовищем. Ни у одного из них не было странно грубого голоса или мускулов, достаточно сильных, чтобы скрыть мягкость сердца, бьющегося в груди Чудовища. Он бы пошел с Бобом, потому что хотел, наконец, почувствовать, каково это быть с мужчиной, но на прошлой неделе он сожалел о том, что отвергал Чудовище каждый день. Боб никогда не смог бы заменить мужчину, которого так хотел Лоран.
Он был отбросом, недостойным Зверя, и все же достаточно эгоистичным, чтобы все равно желать его.
Зверь был очень молчаливым.
— Если я тебе нравлюсь, почему ты ничего не сказал? — спросил он в конце.
Лоран протер глаза и всего через несколько секунд понял, что черная краска залила его руки.
— Ты сказал, что презираешь меня.
— Ты не хотел меня целовать и сказал, что хочешь быть просто друзьями.
Лоран взглянул на него и осмелился шагнуть вперед к здоровяку, с кулака которого капала чужая кровь.
— У тебя есть власть, имущество и положение. Как мы можем быть на равных? Тогда я знал тебя меньше дня, и я даже не отверг тебя прямо. Я колебался, и ты пришел в ярость. Это заставило меня задуматься, что бы ты сделал, если бы я позволил поцелуй, но отказался от других… вещей.
Зверь сглотнул, а затем быстро указал на капли крови на полу. Его лицо было таким напряженным, что казалось, оно может разорваться по швам в любую минуту.
— Его ты тоже не знал.
— Я не живу с ним. Мое благополучие не зависит от него. У него нет власти надо мной. И он… не такой большой и сильный, как ты.
Плечи Зверя опустились еще ниже, а лицо дернулось.
— Прости, что напугал тебя.
Лоран уже собирался заговорить, когда пара, которая была раньше, выскочила из комнаты, громко смеясь, пока женщина поправляла лифчик.
— Это было… быстро, — сказал Зверь, наблюдая за ними, пока они снова не исчезли из виду, но в то же время очень медленно протянул руку Лорану. Внутренняя сторона его ладони тоже была обожжена, искривленная кожа не была покрыта татуировками и обнажена в сплетении розового и белого. Лорану хотелось целовать его, пока кожа не станет мягкой от постоянного прикосновения.
Лоран сглотнул и заговорил только тогда, когда пара закрыла за собой двери.
— Но что будет, если я возьму тебя за руку? — Его сердце уже кричало «да» его пальцам, переплетающимся с пальцами Чудовища.
Зверь глубоко вздохнул, отчего его массивная грудь расширилась под черной рубашкой.
— Что, может быть, ты захочешь… попробовать кое-что из того, что ты хочешь делать с мужчиной… со мной.
У Лорана перехватило горло, и он сунул свою руку в руку Чудовища прежде, чем успел все обдумать. Он так сильно хотел быть в благосклонности Чудовища, что это причиняло боль каждой частичке его существа. Он даже не осознавал, как сильно он жаждал прикосновения Чудовища.
Что-то изменилось в глазах Зверя. Ярко-синие радужки стали мягче, когда они встретились взглядом с Лораном. Чудовище притянуло его поближе, ведя по коридору подальше от шума, от комнат, куда убегали люди, чтобы заниматься непристойностями с незнакомцами. Пальцы Чудовища были теплыми и манящими, такими же нежными, какими они были в торговом центре.
Они вошли в длинный коридор, освещенный единственной желтой лампочкой.
Чудовище проследовало в одну из комнат и закрыла дверь с тихим стуком. От этого звука мельчайшие муравьи поползли по позвоночнику Лорана, а в его желудке возникло тревожное ощущение. Незнание современных правил ухаживания могло снова поставить его в самое бедственное положение. Что, если Чудовище потребует того, к чему Лоран не был готов? Он был готов рискнуть с Фейном, и это закончилось кровью на руках Лорана.
Он так нервничал, так сосредоточился на человеке перед ним, что даже не удосужился поискать выключатель или проверить, есть ли поблизости кровать. Все, что он знал, это то, что Чудовище было большим, теплым и пахло так, как ни один другой живой человек — и в прошлом, и в настоящем.
— Что, если я передумаю? Что, если я решу отказаться? — быстро спросил Лоран, не отпуская руки Чудовища. — Что, если я хочу поэкспериментировать с вещами, которые ты не хочешь делать со мной?
Зверь подошел ближе, зажав Лорана между стеной и грудью. Он вздохнул, и, отвернув лицо от окон, Лоран не мог хорошо разглядеть его черты, даже в очках.
— Если ты здесь со мной… Я полагаю, ты не считаешь меня полностью отвратительным. Я уверен, что мы сможем найти золотую середину.
Сердце Лорана отчаянно забилось и не останавливалось. Он попытался лучше контролировать свое дыхание, но каждый вдох пах Чудовищем, а насыщенный, но свежий запах вызывал у Лорана головокружение от вожделения.
— Отвратительным ? — спросил он, несколько сбитый с толку. Зверь определенно не был традиционно красив с нанесенными чернилами линиями и узорами по всему телу, со шрамами, искажающими даже его лицо, но все, что Лоран хотел сделать, это аккуратно провести по ним пальцами и познакомиться с каждым. В недостатках не было ничего отвратительного. — Все твое присутствие заставляет мое сердце биться чаще. Ты возвышаешься надо мной во всех отношениях, до такой степени, что я боюсь, что мы никогда не сможем быть равными, и что все, что я сделаю с тобой, закончится катастрофическим конфликтом.
Зверь выдохнул, а затем медленно, очень медленно встал на колени перед Лораном. Его большие ладони скользнули по обнаженной груди Лорана, обхватив его грудные мышцы, только чтобы погладить его живот и отдохнуть на бедрах.
Лоран не мог дышать.
Чудовище подняло взгляд, его глаза побледнели в слабом свете снаружи, когда он поднял голову, чтобы посмотреть на Лорана.
— Это менее страшно? — он прошептал.
Лоран с трудом мог глотать, дрожа с головы до ног, как котенок под дождем. Одно было точно, Чудовище больше не возвышалось над ним. Жаль, что теперь Лоран понятия не имел, чего от него ждут.
— Это… Это приятно. — Какую глупость он говорит! Почему он не мог сказать что-нибудь остроумное или наполненное похотью? Почему он терял дар речи, когда много раз представлял себе, что мог бы сказать мужчине в интимной ситуации?
Зверь выдохнул, и в его голосе послышалась легкая дрожь, когда он наклонился вперед и потерся лицом о голый живот Лорана. Но когда рот Чудовища открылся на пупке Лорана и дразнил его теплым воздухом, Лоран застонал, прижавшись к стене.
— О, Боже мой на небесах, — прошептал Лоран, глядя на мускулистого мужчину, стоявшего перед ним на коленях, словно Лоран был достоин поклонения. Чудовище не было очаровательным, как Рыцарь, или привлекательным, как Фейн, но он был прекрасен сам по себе. Его привлекательность заключалась в напряженных мышцах, в линиях его тела и в том, как он излучал уверенность, когда прикасался к Лорану. Все в Чудовище наполняло член Лорана с впечатляющей скоростью, заставляя его голову кружиться от ощущения жара, растекающегося по его телу.
Смех Чудовища дразнил чувствительную кожу вокруг пупка Лорана, но затем появился язык, теплый, влажный и чудесный, оставляющий жгучие линии на всем протяжении. На мгновение Лоран был полностью уверен, что прикосновение оставит след, отметину, которая навсегда напомнит Лорану об этом моменте, о татуированных плечах Чудовища, которые казались серебристыми в лунном свете.
— Есть… что-то, что я должен сделать? — спросил Лоран, водя дрожащими пальцами по линиям на руке Чудовища. Мышцы там были как сталь. Никогда еще Лоран не встречал человека, так похожего ростом на древнего воина, как Зверь. Но когда он сильнее сжал пальцы, широкие плечи напряглись под его прикосновением, призывая Лорана быть мягче, понять необычность кожи Чудовища.
Зверь ахнул и скользнул языком в пупок Лорана, прежде чем прикоснуться к коже влажным поцелуем.
— Что ты хочешь делать? — спросил он хриплым, неровным голосом, опускаясь ниже, двигаясь губами и носом к передней части узких штанов Лорана, где член Лорана уже напрягал ткань.
— Все, я хочу сделать все, — задорно пробормотал Лоран, не в силах удержаться от взгляда на лицо с квадратной челюстью у себя в промежности. Зверь вдруг показался красивее, чем Найт и Фейн вместе взятые. Может ли кто-нибудь когда-нибудь сравниться с красотой мужчины, который так стремится доставить удовольствие?
Чудовище облизал губы и ухмыльнулся ему, медленно двигая своими большими руками вверх и вниз по бедрам Лорана.
— Ты помнишь, что значит отсосать кому-то?
О, он сделал. Как бы это объяснение ни смущало его в то время, оно внедрилось в его разум, как камень в ботинок, всегда там, но невозможно найти, когда хочешь избавиться от него. Он энергично закивал, и ему пришлось откинуть волосы, упавшие ему на лицо.
— Прости, что из всех ночей именно в эту я одет так, что тебе так не нравится.
Чудовище подняло взгляд, когда его пальцы скользнули по передней части брюк Лорана и нежно сжали его. Кровь, которая еще оставалась в голове Лорана, на мгновение стекала вниз, заполняя его член так быстро, что он боялся испачкать новую одежду своим семенем.
— Это не так. Она просто не подходит тебе. Ты выглядишь так сексуально в том, что носишь каждый день, — прошептал Чудовище, потянув за пояс узких штанов Лорана.
— Правда? — Грудь Лорана быстро вздымалась и опускалась, когда обнажалась его эрекция, подпрыгивая так близко к лицу Чудовища, как будто оно жаждало поцеловать его. Зрелище было более чем возбуждающим, но таким непристойным. Никогда раньше мужчина не видел его в таком состоянии, не говоря уже о том, чтобы прикасаться к нему.
Зверь зарычал, как собака, готовая потребовать свою кость.
— Д-да, — прошептал он с легкой дрожью в голосе. Он провел пальцами по всей длине члена Лорана, нежно дразня его нижнюю часть большим пальцем.
Пальцы ног Лорана подогнулись, и он толкнул бедра вперед, не в силах сопротивляться прикосновению. Он чувствовал себя таким незащищенным, таким уязвимым перед злоупотреблением доверием. Зверь был прав. Его было легко обмануть. От мыслей о яблочных поцелуях Фейна у него скрутило желудок, и ему нужно было заставить себя вернуться в настоящее, где он разделял растущую близость с Чудовищем. Он мог только надеяться, что Чудовище получает от этого такое же удовольствие, как и он, потому что, будь он на месте Чудовища, он был почти уверен, что был бы на грани освобождения.
Чудовище провел пальцами другой руки по внутренней стороне бедра Лорана, нежно дразня, пока они не достигли яичек Лорана и не сомкнулись вокруг них. Ему казалось, что он дергает за нить глубоко внутри члена Лорана перед тем, как прикоснуться губами к головке члена.
Теперь Лоран пожалел, что не нашел выключатель, но удовольствие освещало каждый последний поток мыслей в его голове, заставляя их течь быстрее и распространяя вожделение по всему его телу. Он прикусил кулак, чтобы подавить стон, слишком подавленный губами, двигающимися вверх и вниз по его члену. Никогда бы он не подумал, что это будет чем-то, что Зверь готов сделать для него.
Но Чудовище стоял на коленях, тяжело дыша и практически стонет от удовольствия, играя с членом Лорана, посасывая его и дразня по всей длине своим теплым, скользким языком. Его рот был чистым раем, таким невыносимо горячим и в то же время сладким, что Лоран уже начал чувствовать искры молнии в пальцах ног.
Он не продержался бы долго, пока Чудовище играло с его яйцами, проводя другой рукой по бедру Лорана, издавая звуки восторга, как будто он был тем, кому потворствовали. Чувство бушевало внутри Лорана с каждым мгновением все быстрее, и ему пришлось наклониться вперед и опереться на плечи Чудовища, опасаясь, чтобы не сжать их слишком сильно. Каждый раз, когда Чудовище сосал сильнее, с губ Лорана сорвался стон, и каждое дразнящее прикосновение к интимным частям его тела заставляло его дрожать от предстоящего оргазма.
Наслаждение опрокинуло Лорана горячей волной и погрузило его в сладость рта Чудовища. Чудовище жадно сжало ягодицы Лорана, всасывая его полностью, только чтобы немного отстраниться в тот момент, когда член Лорана судорожно сжался, выпустив сперму из его яиц.
Зверь громко сглотнул, все его тело двигалось, как дикое животное в течке, когда он безропотно принял семя Лорана. Лоран прислонился к нему, слегка ослабив хватку, которую он сжал на плечах Чудовища, когда понял, что может причинить ему боль в своем удовольствии. Но он не мог перестать тяжело дышать, разбитый опытом разделения пика своей похоти с другим мужчиной. Возвышающаяся гора человека с толстыми мускулами, большими руками и глазами, способными проникнуть прямо в душу.
Он лгал себе, что думал об этом опыте с другими мужчинами, а не со Зверем.
Зверь все еще тяжело дышал, когда выпустил член Лорана с последним поцелуем в голову и медленно поднял свое тело, оставляя влажные, жадные поцелуи вверх по обнаженной груди Лорана, шее, вплоть до рта Лорана.
Когда колени Лорана стали мягкими и дрожащими, он осмелился опереться на грудь Чудовища и открыл губы для поцелуя, слишком бездумный, чтобы беспокоиться о возможных последствиях. Он все еще плыл по волнам своего освобождения, и когда Чудовище надавил на него своим языком с возрастающей яростью, Лоран готов был сдаться. Даже стоячий член, внезапно упирающийся ему в живот, не мог напугать его. Во всяком случае, он содрогнулся от желания прикоснуться к ней.
В поцелуе был горький оттенок, но мягкое скольжение языка Чудовища, который медленно, но настойчиво пробирался в глубины рта Лорана, уже натягивал ниточки скрытого возбуждения и вызывал у него желание отдаться всему, что Чудовище могло бы предложить. спроси у него.
Дыхание Зверя было резким, его кожа дрожала, как будто он был холоден и страстно желал погрузиться в тепло Лорана. Лоран позволил своим рукам скользнуть по бокам Чудовища, а затем вокруг него, прижимая его к себе. Он был так ошеломлен, что его разум не работал с обычной остротой, поэтому он последовал своему инстинкту, скользнул пальцами под жилет Чудовища и просто держал их там, наслаждаясь запретным контактом кожа к коже с мужчиной.
И не любым мужчиной при этом. Зверем.
