Часть 18
25 января 2023 г., 18:47
- Зверь
— Думаешь, он просто где-то увидел мою фамилию и поэтому использовал ее? Потому что никаких сведений о Лоране Мерсье нет, — сказал Найт, и его голос был подобен жужжанию мухи над ухом Чудовища. После трех славных недель, когда Лоран засыпал у него на руках, как бы ему ни было не все равно, Лоран мог упасть с небес только из-за него. И он был здесь, чтобы остаться, если Зверь имел какое-то право голоса.
Он выдохнул, пытаясь сохранить хладнокровие, потому что иначе он снова проиграл бы Найту. Медленно он наклонился над бильярдным столом и выгнулся, наблюдая за шарами и мысленно планируя их траектории, прежде чем, наконец, нанести один точный удар. Белый шар покатился по столу и врезался в синий. У Чудовища перехватило дыхание, когда он увидел, как мяч сначала врезался в край, а затем побежал по поверхности, вплоть до дыры в углу. Он громко выдохнул, когда он упал.
— Зверь, ты меня вообще слушаешь? — спросил Найт, и Зверь даже не был уверен, действительно ли его друг хотел знать ответы на эти бесконечные вопросы истории или он хотел отвлечь Чудовища.
— Ты слишком много думаешь. Он не может быть отсюда. Как он мог узнать о вас? Это должно быть совпадение. Должны быть другие семьи с такой же фамилией, как у вас, — сказал он, ища еще один шар, чтобы приблизиться, и сам поборол улыбку, раскрывшуюся на его лице, когда он вспомнил, как они пришли сюда с Лораном, другим. ночь, и он научил своего малыша играть в бильярд. Спина Лорана так хорошо прилегала к груди Чудовища…
— Ну, ладно, есть, но если бы я знал его родословную, я мог бы отследить, от кого он происходит, и это могло бы дать нам некоторые ответы, — настаивал Найт, хмурясь, наклоняясь над бильярдным столом. Он понизил голос. — Я понимаю, все, что тебя сейчас волнует, это выбить ему мозги, но что, если он замешан в чем-то, что вернется, чтобы укусить нас всех за задницы?
Чудовище промахнулось и раздраженно зашипело, когда белый шар лишь задел выбранный им шар, отскочил и сам чуть не упал в дыру.
— Он всего лишь человек Что он мог нам сделать? Кто-то просто высадил его здесь, и все, — резко сказал он. Он не хотел больше это обсуждать. У Лорана было много проблем, и его прошлое было загадкой, но он был умен и стремился учиться, и такой милый Чудовище хотел быть с ним все время.
В первую неделю после операции Лорану требовался большой уход, несмотря на то, что процесс заживления шел гладко. Его выписали в день операции, и он чувствовал себя очень хорошо после первоначального шока от того, что его зрение посинело до того, как его глаз привык к своему новому состоянию. Чудовище было более чем счастливо оказать ему всю необходимую помощь, прикладывая лекарство к заживающему глазу Лорана несколько раз в день и читая ему, чтобы он не слишком скучал. С тех пор прошли недели, и Лоран медленно готовился к последней операции — на другом глазу. Именно этим Зверю нужно было заняться, а не всякой генеалогической ерундой.
Найт взглянул на маленькое радио, которое они играли на подоконнике, когда оно начало странно жужжать.
— Чертов ад! Это всегда должно происходить в этом месте? — Он застонал и подошел к нему. — Я слышал, завтра ты идешь на работу с Джокером и Греем. Вы уверены, что вам, ребята, не нужна дополнительная поддержка?
— Нет, ты же знаешь, что большие группы привлекают слишком много внимания. Я не хочу, чтобы во время этого пробега случилось какое-нибудь дерьмо. Груз слишком ценный, — сказал Зверь, наблюдая, как его друг скользит вниз по розетке. Он еще не рассказал Лорану о долгом путешествии, не желая беспокоить своего мальчика о чем-то, что все равно нужно было сделать.
Найт осмотрел глазницу, как если бы он был офтальмологом, проверяющим чьи-то носовые пазухи, но вернулся к бильярдному столу, обойдя его, чтобы найти подходящую позицию.
— Ну, по крайней мере, если наш дорогой партнер выделит приличную сумму денег, мы могли бы взглянуть на ремонт сантехники внизу. Стена в подвале такая влажная, что я уверен, что у нас где-то протечка. Не смотри на меня так! Я знаю, ты хочешь переехать, но это не произойдет за одну ночь, так что давай работать с тем, что у нас есть.
Зверь выдохнул. Его познания в электричестве заканчивались тем, что он щелкал выключателями в блоке предохранителей и старался не прикасаться к электрике мокрыми руками.
— Знаешь, раз в доме меньше людей, может быть, ты мог бы заглянуть в кабели? Выключить электричество в некоторых частях здания или что-то в этом роде?
Найт оперся на кий.
— Конечно. Я мог бы попросить Лорана переехать куда-нибудь, пока тебя нет, и хорошенько осмотреть проводку в твоей квартире. Меня бесит, что даже в самых недавно отремонтированных частях здания электричество все еще нестабильно.
Зверь нахмурился.
— Нет, у меня в порядке. Любые проблемы в моей квартире носят временный характер. Не надо его напрягать. Он уже через многое прошел, — сказал он, глядя на разноцветные точки на зеленом фоне стола. — Кстати, если бы у нас было все и вся в этом новом клубе, что бы ты посчитал самым важным?— он спросил.
Последний просмотр недвижимости пошел под откос только после того, как Лоран солгал риелтору, но чем дольше Чудовище было с ним, тем больше он понимал, что, возможно, его подход был не таким уж хорошим. В тот момент, когда он действительно спросил Лорана, что случилось, отношения между ними сгладились. Не было никаких причин, чтобы это было чем-то другим. Если он проявлял интерес к тому, чего хотели его братья, они относились к этому вопросу более лично.
Рыцарь потер вечно заросший подбородок, долго не говоря ни слова.
— Если бы — не смейся — если бы у нас были классные ванные комнаты с зеркалами и прочим, мы бы пропустили больше цыпочек через двери.
Зверь уставился на него, на мгновение испугавшись.
— Ох, ладно. Да, мы могли бы подумать об этом. Иметь место, где болтушки могли бы нанести дополнительные слои краски для лица, — сказал он, посмеиваясь, когда Найт притворился, что бросает в него кий.
— Это сработает. Джордан бы точно понравилось такое дерьмо. Тогда она привела бы своих друзей, потому что сейчас все они считают это место грязным.
Зверь застонал. В последнее время даже имя Джордан вызывало у него содрогание. Эта женщина не была достойна внимания Найта, поэтому было особенно неудобно видеть, как Найт беспокоится о ее мнении.
— Да, если это сделает тебя счастливым.
Найт ухмыльнулся и указал на свою промежность.
— Когда она счастлива, я счастлив.
Зверь был не рад это слышать. Теперь, когда в его жизни появился Лоран, было как-то легче судить и Джордан. Не все симпатичные люди должны были быть полными и пустыми тратами пространства. Несмотря на свою модельную внешность, Лоран оставался скромным милым парнем, который всегда улыбался Чудовищу. Общение с ним изменило многое. Как будто Зверь медленно заново учился жить. Как бы он ни уважал и ни любил своих братьев, они не могли дать ему того чувства завершенности, которое он испытывал, когда Лоран одобрял его. Это были совершенно другие отношения, и не только потому, что они включали в себя секс — каким бы великолепным он ни был — но потому, что впервые за столько лет Чудовище смог выразить ту часть себя, которая слишком долго оставалась запертой.
Рыцарь с ухмылкой указал пальцем на Зверя.
— Я знаю эту улыбку. Чей-то член привлекает много внимания. — Он пошевелил бровями, но шаги и голоса из главной комнаты тоже привлекли внимание Чудовища. Пришло время спросить больше людей, чего они хотят от будущего клуба.
— Да, ну, я не буду этого отрицать. Другой мистер Мерсье уделяет мне много внимания, — сказал он, оставив кий на подставке.
Они оба подошли к двери, и Найт хлопнул Зверя по руке, не зная, что это особенно больное место, когда дело доходит до обожженных нервных окончаний. Зверю пришлось сделать глубокий вдох, чтобы проигнорировать это.
— Не говори о нем так, а то будет казаться, что ты трахаешься с моим младшим братом.
Зверь фыркнул.
— Я не знаю. Может быть, так и есть. Есть давно потерянные родственники? — поддразнил он, когда они вошли в гостиную с красными стенами. Низкое гудение настраиваемой звуковой системы означало, что Лиззи снова взялась за дело. Он сидел на краю сцены с ноутбуком, а басист группы работал над электроникой.
— Фу. Ты предполагаетшь что у меня были кровосмесительные мысли.
Зверь поднял палец на Рыцаря.
— Нет.
Найт громко рассмеялся, выглядя так, будто ему было все равно, когда он помахал Фоксу и Джокеру, которые сидели на диване и крутили косяки. К счастью для всех, тема умерла в тот момент, когда они оба заметили Лорана.
Он сидел, свернувшись калачиком, в кожаном кресле и читал книгу в свете прожектора. В тот момент, когда его глаза поднялись и встретились со взглядом Чудовища, широкая улыбка, расцветшая на красивом лице, заставила сердце Чудовища учащенно биться.
На мгновение он так сосредоточился на глазах Лорана, что чуть не вошел в кофейный столик, но, к счастью, рассудок вернулся достаточно быстро, и он скорректировал шаги, усевшись в кресло.
— Что за книга? — спросил он, протягивая руку к столу и беря маленькую бутылку колы с подноса с напитками.
Лоран показал ему обложку, на которой молния поразила воздушного змея.
— Это книга по истории электричества. Найт пообещал показать мне некоторые основы на практике, как только я закончу.
Зверь покосился на Рыцаря.
— Что? — Найт никогда не предал бы Лорана и не попытался бы похитить его для себя, но после столь долгого одиночества даже малейшая возможность отдать Лорана кому-то другому казалась надвигающейся опасностью.
Найт со стоном развел руками.
— Я покажу ему, как подключать кабели, а не буду проверять его розетку.
Джокер сплюнул немного пива, которое пил, обратно в бутылку, хохоча так громко, что Чудовище хотело его шлепнуть. И что хуже всего, Лоран взглянул в их сторону, явно сбитый с толку и не понявший подтекста шутки Найта. Ну, бля. По крайней мере, Джокер и Фокс были натуралами, если только не были полностью пьяны.
— Я просто говорю.
Лоран отложил книгу.
— Сегодня я научился готовить попкорн. Хочешь увидеть? — Он улыбнулся и уже встал с места.
Чудовище смотрело, как он двигается, быстроногий и грациозный, как газель. В обтягивающих джинсах ягодицы Лорана выглядели так прекрасно, что Чудовище захотело стянуть их вниз и съесть задницу Лорана. Если бы он был достаточно пьян в темноте, возможно, ему было бы все равно, если бы люди увидели, как это происходит.
Если бы он мог это оправдать, то перестал бы выходить из своей комнаты и трахал Лорана круглосуточно. Он не стремился к аналу, слишком довольный тем, что он получил до сих пор, но, учитывая то, как сильно Лоран наслаждался риммингом, Чудовище было уверено, что рано или поздно он засунет свой член в ту узкую розовую дырочку. Более того, он хотел, чтобы Лоран попросил его об этом.
Звук микроволновки, гудящей на заднем фоне, так отвлек его, что он не заметил, как кто-то приближается. Шлепок по плечу заставил его зашипеть и оторвал от приятных мыслей так быстро, что ему захотелось ударить виновника.
— Оружие на выставке сегодня? — спросил Кинг и плюхнулся задницей в кресло, которое только что освободил Лоран. — Надеюсь, ты всегда пользуешься солнцезащитным кремом? Ты знаешь, из-за шрамов.
Зверь заставил свои руки оставаться открытыми и натянуто улыбнулся Кингу. Он не хотел думать о шрамах на своем теле, когда Лоран был здесь, и уж точно не хотел, чтобы слова Кинга постоянно уязвляли его. Они были достаточно вежливы и не показались бы злобными обычному наблюдателю, но Чудовище мог распознать каждую пассивно-агрессивную нотку позади них.
— Мне не нужна нянька.
Фокс положил ноги на стол.
— Верно. Ему больше тридцати. Если он сгорит, это его проблема.
Кинг закатил глаза и открыл себе пиво.
— Нет, если это мне придется слушать, как он ноет по этому поводу.
Еще одно чертово пустое заявление, потому что Зверь никогда не жаловался Кингу на подобное дерьмо. В любом случае, какое-то время было темно, так что солнце не будет проблемой до утра.
Звук микроволновки, гудящей на заднем плане, отвлек его. У него было много других причин стонать в последнее время, и это вызывало у него необъяснимое головокружение от того, что Кинг понятия не имел. На самом деле, Кинг, вероятно, думал, что Чудовище целомудренно, как монах, дрочит каждую ночь и смотрит романтические комедии, когда чувствует себя особенно одиноким.
Что ж, это могло быть так несколько недель назад, но теперь у Чудовища был кто-то, кто сделал его жизнь бесконечно лучше, и ему не нужны были две подружки или вереница тусовщиков, сосущих его член на вечеринках, чтобы доказать свою мужественность.
— Нет, он из тех, кто страдает молча, — сказал Джокер, скорчив гримасу и напрягая руки, изображая человека, чья кожа так обожжена солнцем, что он не хочет двигаться.
Подобные вещи могли быть смешными только для того, кто никогда не сталкивался с подобными травмами, но Зверь не хотел портить всем настроение из-за вещей, к которым он был гораздо более чувствителен. Давно пора было сменить тему.
— Джокер, если бы ты мог иметь что-нибудь в клубе, что бы ты хотел?
— Крытая игровая площадка для взрослых, — сказал Джокер, не колеблясь ни секунды, и все замолчали.
Зверь откашлялся.
— Хорошо. А ты, Фокс?
Фокс не успел высказать свое мнение, потому что глаза Кинга пронзили его, как два острых лезвия.
— О чем это? Вы планируете отремонтировать одну из комнат? — натянуто спросил он, и Чудовище встретило его взгляд, не дрогнув.
— С электричеством опять лажа.
— Ну, может быть, Найт должен проверить это. В очередной раз.
Гнев закипал в груди Чудовища.
— Что это должно значить? Это не его вина, что это чертово здание — дерьмо!
Найт застонал и откинулся на спинку дивана, сложив руки на груди.
— Извини, Кинг, но я стараюсь изо всех сил, и в конце концов все идет к черту. Там могут быть крысы, проедавшие кабели, сырость в стенах и все такое, что находится вне моего контроля.
Кинг развел руками.
— Тогда давайте сюда гребаных кошек! Разве даже Диснейленд не делает этого?
Джокер фыркнул.
— Это место не Диснейленд.
Лоран подошел с широкой улыбкой, и казалось, что само солнце опустилось в объятия Чудовища.
— Я приготовил попкорн. — Он поставил на кофейный столик восхитительно пахнущую миску, наполненную этой смесью, но заколебался, заметив, что Кинг занял его место, пока его не было. Замешательство на милом красивом лице заставило Чудовище забеспокоиться, что Лоран уйдет читать где-нибудь в другом месте.
Зверь быстро провел взглядом по напряжённой челюсти Кинга и гусиным лапкам, которые в последнее время углубились. Он покажет этому ублюдку, что его ждут, пока Кинг станет седым, как голубь. Волна жара прошла сквозь его пальцы, и он притянул Лорана к себе на колени.
Лоран нервно рассмеялся, но схватил Чудовище за руку для поддержки.
— О, — это было все, что он мог сказать, когда устроился на бедре Чудовища, сжимая пальцы на задней части майки Чудовища.
Даже девушки, болтавшиеся на кухне, смотрели в их сторону, привлеченные изумленной тишиной.
Джокер прищурился.
— На что я смотрю? Это романтическая комедия?
Зверь облизал губы, на мгновение чувствуя, как сжимается горло. Он никогда особо не заявлял о своей сексуальной ориентации своим братьям. Они видели, как он трахался практически со всеми типами людей, и когда у Чудовища однажды был постоянный парень, он не раскрывал глубину их отношений никому, кроме Найта. Его лицо слегка покраснело, но он встретился взглядом с Лораном и погладил его по макушке, медленно улыбаясь.
— Возможно, — сказал он, даже не отводя взгляда от теплого карего взгляда, который так много говорил, когда Лоран задыхался, чтобы говорить.
И в момент, который заставил его сердце биться чаще, именно Лоран наклонился вперед и чмокнул его в губы.
Фокс присвистнул.
— Это что-то новенькое.
Джокер взглянул на Найта.
— Думаю, над этой розеткой работает кто-то еще, — прошептал он намеренно громко.
Зверь пнул его в голень и притянул Лорана ближе, водя рукой по голой руке, по которой от его прикосновения пошли мурашки.
— Это продолжается уже некоторое время. Думаю, пришло время выйти на публику. Что ты думаешь, Лоран? — спросил он, проводя большим пальцем по подбородку Лорана.
Нао слишком быстро ушла из кухни, и теперь Чудовище чувствовало, что он был зрелищем, ради которого все будут есть попкорн. На этот раз он не возражал.
— Я думаю, в этом нет ничего незаконного, верно? — спросил Лоран с застенчивой улыбкой.
Джокер хлопнул себя по бедру.
— О чувак! Этот парень всегда меня бесит.
Нао улыбнулась и перегнулась через спинку стула, массируя напрягшиеся плечи Кинга.
— Так вы бойфренды?
Лоран быстро покачал головой, отчего сердце Чудовища упало.
— Мы не мальчики. Мы друзья.
Чудовище моргнуло, рефлекторно присоединяясь, когда Джокер расхохотался. Но он не хотел позорить Лорана, поэтому сжал его руку и кивнул.
— Да, мы друзья.
Кинг молчал, позволяя Нао прикоснуться к себе, и, несмотря на то, что он хотел увидеть, как он переживает даже самое маленькое поражение, Зверь на самом деле не хотел играть здесь. Поэтому вместо этого он сосредоточился на Лоране и всех остальных, притворившись, что его отца здесь нет. Пальцы Лорана играли на затылке Чудовища, и теплый попкорн был на вкус победным.
Там. У такого парня, как он, мог бы быть Лоран. Красивый молодой красавчик с губами, о которых никто не мог мечтать. Чудовище вернуло разговор к тому, что Фокс искал в клубе, но затем Лоран прошептал ему на ухо, щекоча его мягкими волосами.
— Мы можем поговорить наедине?
Кровь Зверя превратилась в затвердевшую смолу, излучая внезапную тревогу по всему телу. Он вдохнул сосновый аромат шампуня Лорана и прижался губами к его ароматной коже, просто наслаждаясь мягкостью детских волос рядом с ухом Лорана. Несмотря на приятную теплоту, которая казалась Чудовищу такой естественной, время для просьбы Лорана ощутилось не вовремя, и самые черные мысли обрушились на Чудовище, как стая гарпий. Может быть, Лоран согласился с более ранним заявлением Чудовища только потому, что не хотел смущать Чудовище перед всеми? Оставлять вещи двусмысленными, казалось, пошло на пользу им обоим. И для него это был еще один способ заставить себя поверить, что то, что он разделил с Лораном, может продолжаться. Что, может быть, когда-нибудь это перерастет в настоящие отношения,
Но Зверь не был трусом. Он всегда сталкивался лицом к лицу со всем, что бросала ему жизнь, так что и в этот раз он осторожно столкнул Лорана с колен и встал.
— Уже поздно. Поговорим с вами, ребята, завтра. — Он схватил руку Лорана, и Лоран сжал ее в ответ, так что, по крайней мере, это было.
Они прошли по короткому коридору в бильярдную, и Чудовище закрыло за ними дверь, заставив плечи расслабиться. Когда Лоран улыбнулся ему, немного слегло с его сердца. Может быть, то, что он хотел сказать Зверю, не было чем-то, что в конечном итоге раздавило бы его сердце.
— Я думал…
Зверь глубоко вздохнул, молча наблюдая за Лораном и все еще держа его за руку. Держа? Нет, Лоран вздрогнул и посмотрел на руку, которую Чудовище неосознанно сжал слишком сильно.
— Что мы могли бы расширить… то, что мы делаем вместе? Я знаю, что ты занят поисками этого нового места и все такое, но я надеялся, что у тебя будет время… — Карие глаза смотрели на него так пристально, что Чудовище не мог отвести взгляд. Он даже не понял, о чем был вопрос, и все же Лоран казался таким счастливым, что это было похоже на зов сирены, манившей его в теплые объятия, независимо от того, что еще было впереди.
— Расскажи… о других вещах, — пробормотал Зверь, физически не в силах отвести взгляд от Лорана.
Лоран облизал губы, заставив Чудовище мгновенно сосредоточиться на них.
— Ну… С тем опытом, который ты до сих пор продемонстрировал в спальне, я уверен, ты знаешь, что есть и другие… вещи, которые мы могли бы сделать, верно?
Голова Чудовища закружилась от образов Лорана, разложенного под ним, и его мягкой, прекрасной задницы, принимающей его член. Длинные волосы на подушке, руки Лорана вцепились в плоть Чудовища. Он видел все это в невинном выражении лица Лорана и в его мозгу, закипающем жидкой похотью.
— Есть так много вещей, — сказал он тихим голосом, внезапно осознав, что, возможно, колебания Лорана всякий раз, когда Чудовище предлагало сделать их сексуальную жизнь более интенсивной, могли быть результатом того, что он не чувствовал себя в безопасности в их отношениях. Теперь это было так очевидно, что Зверю захотелось ударить себя по голове. В первую очередь он не хотел, чтобы это стало общеизвестным, потому что боялся, что Лоран скоро уйдет от него, оставив его на всеобщее сожаление, но, возможно, он полностью неверно истолковал намерения мальчика.
Лоран наклонился, чтобы обнять его, и Чудовище захотелось запереть двери, поднять его к бильярдному столу и трахнуть его прямо здесь, даже если это подвергнет их риску быть услышанными. Приглашение между ног Лорана пульсировало в разуме Чудовища, словно присутствие с собственным сознанием, и ему было трудно думать о чем-то еще. Ему нравилось наблюдать за выражением лица Лорана. Красиво раскрасневшаяся, раскованная в этот момент наслаждения, губы дрожат, глаза закрыты. Он не мог дождаться, когда увидит, как его член вонзится в это тугое тело.
— Ты мне покажешь?
Зверь понятия не имел, о чем был предыдущий разговор. Он просто провел тыльной стороной ладони по груди Лорана, вплоть до промежности, и наклонился, наблюдая, как расширяются зрачки Лорана.
— Ты хочешь, чтобы я проник в тебя? — он попросил убедиться, что это не очередной случай недопонимания, как многие раньше.
Лоран, казалось, смутился, спрятал лицо на груди Чудовища, но сказал: — Да.
Чудовище выдохнул, наблюдая за клубком мягких волос, зажатых между его грудью. Как бы ему ни хотелось выбросить все волнения в окно и сделать это здесь, на бильярдном столе, когда все остальные слушают, как прекрасна их сексуальная жизнь, он не хотел, чтобы что-то испортило момент. Лоран был бы в стрессе, если бы знал, что их могут прервать, а это неизбежно испортило бы ему впечатление.
— Хорошо. Пошли домой.
Лоран поднял глаза с легкой улыбкой и встал на цыпочки, но ему все же пришлось натянуть майку Чудовища, чтобы их губы могли встретиться. Это никогда не устареет. Зверь ухмыльнулся в ответ на поцелуй и обнял Лорана, но взрывное возбуждение, кипящее под его кожей, и внезапное желание просто прижать Лорана к стене и потереть его застывший член о мальчика заставили Чудовище двигаться.
Путь до квартиры показался вечностью, даже если он длился не более трех минут. Член Чудовища стал достаточно жестким, чтобы чувствовать себя некомфортно в его нижнем белье и джинсах, и момент, когда он мог небрежно расстегнуть молнию и позволить Лорану прикоснуться к нему, не мог наступить достаточно скоро. С Лораном даже ручная работа была захватывающей.
По дороге они не разговаривали, и когда в коридоре появилась нужная дверь, Зверь пожалел, что не может телепортироваться внутрь, мысль, которая стала еще более распространенной, когда он ввел неправильный код и ему нужно было сделать это снова, пока его мозг жареный.
Лоран рассеял напряжение коротким смешком и скользнул пальцами под майку Чудовища сзади.
— Ты забыл это? Мы здесь застряли?— Он перемежал вопросы поцелуем в руку Чудовища, и Чудовище не могло хотеть, чтобы его член был в Лоране больше, чем сейчас.
— Нет, я просто… я просто… о, вот так, — торжествующе сказал Чудовище, когда дверь открылась, пропуская их.
Чудовище захлопнуло дверь и подхватило Лорана, притянув его к себе так быстро, что тот отшатнулся к двери. На улице было темно, но прохладное сияние луны играло в темных волосах Лорана, великолепно обрамляя его пылающие щеки.
Лоран вскрикнул, но тут же обвил руками шею Чудовища. Он был таким смехотворно компактным. Чудовище не сказал бы ему этого, так как Лоран иногда жаловался на свой рост, но Чудовище думал, что это одна из вещей, которые делают его милым. Когда Лоран обвил ногами талию Чудовища и позволил себе подняться, в сознании Чудовища уже возник образ Лоран спиной к стене, податливое тело принимает член Чудовища. Но он был бы хорошим мальчиком. Он подождет, пока они не улягутся в постель. Он подарит Лорану самый удивительный первый раз и сделает его таким, таким пристрастившимся к траху.
Чудовище зарычало и покатило Лорана к стене только для того, чтобы поцеловать, покусать, понюхать теплую кожу за ухом Лорана. Он втянул чувствительную плоть, нежно покусывая и покачивая бедрами на Лоране.
Мальчик издал тихий стон, напрягая бедра, словно пытаясь дать Чудовищу вкус грядущего. Когда Чудовище отстранилось, это было только для того, чтобы отвести Лорана в спальню, где простыни все еще были в беспорядке после их утреннего секса. Мягкие кончики пальцев Лорана дразнили затылок Чудовища, словно безмолвно призывая его поторопиться и уже погрузиться в его тело.
Зверь застонал и поставил одно колено на матрас, прежде чем благополучно опустить и Лорана. Он провел ладонями по красивым, красивым бедрам и снова вверх, чтобы расстегнуть узкие штаны и позволить телу Лорана дышать.
— Я хочу, чтобы ты был голым. Совершенно голый.
— Ох, ладно.— Лоран кивнул, слегка напрягшись, но было понятно, что он немного обеспокоен этим.
Чудовище облизал губы, положив руки по обеим сторонам головы Лорана.
— Не нервничай. Я знаю, что делаю, — сказал он, просовывая пальцы под футболку Лорана и рисуя неясные очертания на его теплой коже.
Лоран быстро поцеловал его в губы и стянул с него топ, обнажая всю плоть, которую Чудовище так хотел облизать вверх и вниз.
— Ты остановишься, если я попрошу?
Чудовище вздохнул и наклонился. Он потерся лицом о напряженный живот Лорана и лизнул его вверх.
— Конечно. Просто расслабься. Это приятно, — мягко сказал он, цепляясь зубами за сосок Лорана и одновременно расстегивая свои джинсы. Ослабление давления на его члене заставило его содрогнуться от предвкушения.
Сердцебиение Лорана было бешеным, и Чудовище отчетливо чувствовало его, когда прижималось щекой к гладкой груди возлюбленного. Жар прекрасного тела вскоре приветствовал его член, и Зверь был полон решимости дать столько же, сколько и взял. Могли ли они избежать использования каучуков? Лоран был девственником, а у самого Чудовища не было секса много лет до Лорана, так что он знал о своем венерическом статусе. Мысль о том, чтобы наполнить задницу Лорана спермой, заставила Чудовище застонать, прижимаясь к шелковистой коже.
Он облизнул губы и натянул джинсы Лорана, стягивая их с чувством дежавю. Его первое погружение в дно было не совсем удивительным, но он был слишком пьян, чтобы обращать на это внимание. Это было бы иначе. У него были все средства, чтобы заставить Лорана чувствовать себя совершенно потрясающе, сделать этот момент глубоким и особенным для него.
— Хочешь обнаженным? — спросил он, гладя голые ноги Лорана. Не было ничего удивительного в том, что член Лорана также полностью напрягся.
Лоран наблюдал за Чудовищем, когда остальная его одежда упала на пол.
— Обнаженным? Разве мы не голые? — Большие карие глаза были полны невинности. Конечно, чистая душа не знала, для чего нужны каучуки.
Чудовище сглотнуло, притягивая руку Лорана ближе к расстегнутым джинсам. Видеть, как его глаза затуманиваются, когда кончики его пальцев касаются твердого как камень члена Чудовища, было поэзией.
— Ты хочешь, чтобы я надел резиновый чехол на свой член, когда он войдет в тебя?
Лоран рассмеялся.
— С какой стати мне хотеть такую вещь?
Желудок Чудовища сжался от удовольствия, и он покачал бедрами под теплой рукой, наслаждаясь ее прикосновением к своему пульсирующему члену.
— Ну… некоторые люди не хотят , чтобы кончали внутрь их тела. Или... чтобы женщина не забеременела, или чтобы люди друг от друга не заразились. — В тот момент, когда эти слова сорвались с его губ, он хотел все изменить, но это было невозможно. Было сказано многое, и он мог назвать этот момент только поучительным, пусть и не особенно сексуальным.
— Ой. — Взгляд Лорана отвлекся. — Н-нет. Я хочу всего этого, — прошептал он в конце, сжимая мягкой ладонью член Чудовища.
Зверь улыбнулся, прикоснувшись своим лбом ко лбу Лорана и ненадолго прикрыв глаза, чтобы просто понюхать его кожу.
— Я тоже. Я хочу чувствовать тебя без ничего между нами. Никаких барьеров. Только ты и я, — прошептал он, притягивая другую руку Лорана к своим штанам и направляя ее так, чтобы Лоран раздевал его.
Лоран украл еще один бездыханный поцелуй и, не теряя времени, стянул с Чудовища джинсы и нижнее белье до колен, а другой рукой все еще гладил член Чудовища. Чудовище с трудом мог вспомнить, когда в последний раз чувствовал себя таким полностью принятым. Как будто его шрамы ничего не значили для Лорана, и, может быть, они действительно ничего не значили. Может быть, это действительно все было в голове Зверя.
Чудовище лишь ненадолго скатилось с Лорана, чтобы избавиться от его штанов и носков, а затем протиснулось между бедер Лорана, покачиваясь бедрами против яиц и члена Лорана, пока они целовались. Было так много поз, в которых он мог бы с легкостью трахнуть мужчину размером с Лорана, но сегодня ему нужно было придумать самую удобную. У них будет все время в мире, чтобы экспериментировать, как только Лоран узнает, что ему нравится, а что нет.
Было что-то такое чистое в Лоране, несмотря на оккультное клеймо на затылке. Когда он обвил руками шею Чудовища, и они поцеловались, было трудно представить, что он сделал что-то плохое, даже если Чудовище знало, что Лоран не совсем неспособен быть злым, если захочет. Словно эта благотворная красота была компенсацией за все годы, проведенные Чудовищем в теле, которое раньше было его личным адом.
Чудовище улыбнулось Лорану, подкатывая их обоих ближе к краю кровати, чтобы он мог дотянуться до смазки. Они использовали его для некоторых других вещей, которые они делали в постели, так что, по крайней мере, он знал, что не удивит Лорана прохладным прикосновением геля. Снова поцеловав Лорана, Чудовище потерлось всем телом о любовника, не отводя взгляда, даже тогда прикосновение заставляло его член дергаться от удовольствия. Ему нужно было сохранять хладнокровие и прийти в подходящее время. Даже если его удовольствие будет испорчено необходимостью держать себя в руках, удовольствие Лорана сегодня было на первом месте.
Перевернуть Лорана было быстро, и Чудовище толкнуло его, застонав, когда головка его члена ненадолго прошлась по анусу Лорана, прежде чем приподняться и выйти между его ягодицами. Зверь слегка приподнялся, чтобы снова увидеть это великолепное зрелище.
Лоран заскулил, и этот звук только заставил член Чудовища дернуться, даже когда его мозг перевел то, что Лоран сказал дальше.
— Мы можем остановиться?
Зверю потребовалось гораздо больше времени, чем необходимо, чтобы обработать вопрос. Он откашлялся, внезапно почувствовав боль в яйцах.
— П-почему?
Лоран выгнул плечи, что только заставило Чудовища фантазировать о том, чтобы держаться за них, пока он вонзает свой член в узкую дырочку.
— Я просто больше не хочу. Мне жаль.
Зверь уставился на него. Возбуждение медленно превращалось в тупую боль, которая пульсировала вокруг его члена, как будто кто-то крепко зажал что-то вокруг основания.
— Я что-то не так сделал? — прошептал он, растерянно и стараясь не выглядеть разочарованным, хотя так оно и было. Он был. Это Лоран сказал ему, что хочет этого.
Он подтвердил, что хочет проникновения.
Он подтвердил, что хочет раздеться.
Зверь знал, что должен отступить, но все его тело наполнилось такой горькой обидой, что он не знал, что с этим делать.
— Н-нет, — пробормотал Лоран, выворачиваясь из-под Чудовища, что только больше возбудило член Чудовища. — Но ты сказал, что мы можем остановиться…
Зверь глубоко вздохнул, сжимая руками одеяло. Он ничего этого не понимал. Несколько мгновений назад Лоран был нетерпелив, как щенок, так что же случилось?
— Это была твоя идея, — сказал он неприятно глухим голосом.
Лоран перевернулся и согнул ноги, наблюдая за Чудовищем, как если бы он был экспонатом в зоопарке.
— Я знаю. Но это нормально — передумать, не так ли? — спросил он тихо, словно не вонзал нож в яйца Чудовища.
Зверь глубоко вздохнул. Конечно, передумать было нормально. Конечно, так оно и было, но он не мог отделаться от ощущения, что во всей этой ситуации было что-то глубоко искусственное. Не похоже, чтобы Лоран ненавидел то, что они только что делали, или что-то его напугало. Он казался спокойным и в полном порядке, как тот, кто решил сменить фильм после первых пятнадцати минут, потому что текущий не был таким веселым, как они ожидали.
— Значит, ты больше не в настроении? — спросил Чудовище, глядя на твердый член Лорана. Может быть, еще был способ спасти момент. Может быть, они могли бы просто привыкнуть к своей обычной пище, и неловкое настроение исчезло бы.
Лоран облизал губы и покачал головой, натягивая одеяло на нижнюю часть тела, как бы давая понять, что вход запрещен.
На хрена это была хрень?
Зверь выдохнул, пытаясь урезонить себя.
— Ты хочешь мне что-нибудь сказать?
— Ты не против ничего не делать в конце концов?
— Что ты хочешь, чтобы я сказал? — прошипел Зверь и скатился с кровати, шагая по темной комнате, крепко сцепив руки на затылке. Он едва мог дышать, и прямо сейчас все, что он хотел, это уйти и прокатиться, но с таким странным поведением Лоран, он также не хотел оставлять его в покое.
Было что-то странное в том, как глаза Лорана следили за ним в темноте, а боковая сторона его лица была освещена голубым светом лампы снаружи.
— Я хочу, чтобы ты сказал, что все в порядке, — прошептал он. — Мне нужно знать, что ты остановишься, если я попрошу.
Чудовище остановилось и окинуло взглядом Лорана, внезапно настолько задохнувшись, что он подумал, что просто вылетит, чтобы быть как можно дальше от Лорана.
— Что ты сказал? Что это был какой-то ебанутый тест? — спросил он в конце.
То, как Лоран сжал плечи вместо того, чтобы немедленно отвергнуть обвинение, заставило живот Чудовища сжаться, а его эрекцию сдуло, как будто кто-то ударил его по яйцам.
— Как же иначе я могу быть уверен? Иногда думаешь, что хорошо знаешь человека, а потом выясняешь, что он не тот джентльмен, каким ты его ожидал.
Зверь прижал ладони к затылку, тяжело дыша сквозь боль в груди от явного ощущения предательства.
— Что с тобой не так? Мы вместе уже несколько недель, и я никогда не делал ничего, чего бы ты не хотел. Это не игра. Ты не можешь играть со мной и проверять меня без причины!
Слова вырывались из него одно за другим, пока в его легких не осталось воздуха, и он прислонился к подоконнику, чтобы восстановить силы.
— Блядь. Я такой глупый.
— Нет, Зверь…
Он слышал, как Лоран встает с кровати за его спиной, и не мог поверить, что думал о Лоране как о «невинном» всего несколько минут назад, когда мальчик все это время манипулировал им. Мягкие шаги по деревянному полу манили его принять прикосновение, сделать вид, что этого никогда не было, и снова перестать задавать вопросы, но шок от этого откровения заставил его презирать мысль о прикосновении вообще.
Чудовище жестом указало на Лорана, безмолвно приказывая ему отступить.
— Это такой пиздец. Я думал, что у нас все хорошо. Я даже не стал совать нос в твое прошлое, как ты хотел, — с горечью сказал он, сжимая другой рукой подоконник.
Лоран посмотрел себе под ноги, и хуже всего было то, что обманчивая красота его тела и лица все еще была там, чтобы насмехаться над Чудовищем.
— Мне жаль. Я просто… я уже встречал человека, который заставил меня доверять ему. — Лоран задыхался, как будто это его здесь обидели. — А раньше он был заботливым и даже покупал мне подарки, а потом…
— Он что? — прошипел Зверь, не зная, хочет ли он вообще верить тому, что сказал Лорен. Было больно осознавать, как мало Лоран доверял ему, но, может быть, он, по крайней мере, получит клочок бумаги, который каким-то образом оправдает глупость действий Лорана.
Лоран расправил плечи, и его волосы упали на них, скрывая лицо.
— Он хотел навязать себя мне. И он ударил меня. И я убил его, — сказал он последние слова более высоким голосом, затаив дыхание, и Зверь остановился, пытаясь обработать услышанное, но Лоран продолжил. — Я схватил ножницы и вонзил их ему в горло, и мы оба были в крови. — Все его тело тряслось, как лист на ветру.
Чудовище было рядом с ним прежде, чем он успел подумать. Он толкнул Лорана на кровать и опустился перед ним на колени, сжимая обе руки, когда лунный свет высветил влажные глаза, скрывавшиеся в больших карих глазах.
— Это была его кровь? Когда я нашел тебя? — спросил Зверь, в ужасе от того, что он только что услышал. Он все еще был взволнован тем, как Лоран справился со своей травмой, но теперь, по крайней мере, он понял. Он хотел понять. — Где ты оставил тело? Это где-то в клубе? — спросил Зверь, чувствуя, как его желудок сжимается. Возможно ли, что где-то в огромном здании или поблизости был спрятан гниющий труп, и его еще никто не нашел? Им нужно было избавиться от него, потому что он не хотел, чтобы у него отняли Лорана.
Лоран кивнул, громко фыркнув, в ответ сжимая руки Чудовища.
— Его давно нет. Ты понимаешь? Я убил Уильяма Фейна. Меня зовут Лоран Мерсье.
